Амбар (анбар, житница) – это отдельное строение, помещение, предназначенное для склада и хранения зернового хлеба, муки, а иногда и других товаров. Употреблялось также в значении торгового помещения. В усадьбе амбар был одним из самых необходимых и непременных элементов хозяйства. Нет, пожалуй, ни одной усадьбы, где бы амбар, а чаще всего их было несколько, не присутствовал в составе комплекса. Более того, в некоторых усадьбах здание амбара, выстроенное в особых или подчеркнуто парадных архитектурных формах, становилось одним из ключевых элементов ансамбля. Например, в смоленской усадьбе Шульгино владельцы выстроили амбар в виде античного храма, а в усадьбе Богородское в городе Иваново амбар напоминал готический собор. В псковской усадьбе Артемьево амбар для хранения зерна был выстроен в виде голландской мельницы.

Амбары строились из дерева и камня, досок и кирпича, самых разных форм и размеров. При обследовании далеко не всегда удается определить, что эта постройка была именно амбаром, без обращения к документальным источникам или данным старожилов, так как амбары не имели ярко выраженных определяющих признаков. Лишь в некоторых случаях определение становилось возможным, например, благодаря случившимся когда-то пожарам, в результате которых строение было уничтожено со всем его содержимым. После закладки шурфа на месте постройки удалось обнаружить большие скопления обугленного зерна, например, в усадьбах Бережки, Рождествено в Ивановской области, или скопления трансформированных железных предметов от орудий сельскохозяйственного назначения в усадьбе Игнатовское, или целую серию металлических обручей от бочек разных размеров в усадьбе Кипеть.

Ближайший родственник амбару, который также был распространен в усадебных хозяйствах и тоже выполнял функцию временного хранения имущества, – это сарай.

Сарай (тюрк. saraj) – общее название крытых неотапливаемых нежилых помещений для хранения различного имущества, содержания скота либо для хранения сена. Слово может также входить в тюркские названия дворцов и населенных пунктов вокруг них (Бахчисарай, Старый Сарай, Сараево).

С точки зрения технических особенностей, сарай – строение еще более эфемерное, чем амбар. Но, в отличие от амбара, в сарае никогда не хранили зерно, муку и вообще съестные запасы. В. И. Даль указывает на такие функции сарая: «Уборка туда повозок, упряжи; иногда для сена, соломы, мякины и прочее или для складки тюков товарных и прочего. Смотря по сему, сарай: каретник, завозня, пелевня, мякинница, амбар, рига и прочее».

Сарай тоже сложно идентифицировать во время исследования, как и амбар, если не возникнут косвенные подсказки в виде неких предметов, оставшихся по какой-то причине на этом месте. Например, в усадьбе Большая Алешня удалось идентифицировать сарай по обилию в почве стеклянных осколков от крупных сосудов и по товарным пломбам. Видимо, этот сарай предназначался для хранения каких-то технических жидкостей. Надо полагать, что именно благодаря наличию следов этих жидкостей в почве на этом месте даже по прошествии значительного времени произрастают исключительно рудеральные виды растительности, довольно четко обозначающие границы постройки. Или в усадьбе Быкова гора на месте сарая в почве было выявлено значительное количество глиняных грузил для сети, фрагмент металлической остроги, навершие багра, зуб от малого якоря, часть обруча от рыболовного сака. Значит, сарай предназначался для хранения рыболовных снастей. Судя по тому, что следов пожара обнаружено не было, он пришел в негодность сам по себе. Большое количество органики, древесной трухи в почве и валунные камни в качестве опорных под углы позволяют предположить, что сарай имел срубную конструкцию.

Одна из разновидностей сарая – сеновал.

Сеновал, или сенный сарай – строение, предназначенное для складирования сена и защиты его от атмосферных осадков в процессе хранения.

Обычно это отдельная постройка, навес или помещение над конюшней, скотным двором, приспособленное для хранения сухой скошенной травы. Необходимость сеновала связана с сезонностью выпаса животных и потребностью обеспечить их кормом в зимний период.

В крупных усадебных хозяйствах организовывались, как правило, большие крытые сенохранилища. В большинстве случаев при них сооружали печи топкой наружу, чтобы иметь возможность в дальнейшем просушивать загружаемый корм.

В основном сеновалы ставились вблизи скотного двора и конюшни. И это надо иметь в виду для ориентировки и определения функции постройки. Например, в усадьбе Староживотинное сенный сарай фактически примыкал к скотному двору торцевой стеной, в которой имелись ворота для подачи кормов скотине. А в усадьбе Семеновка сенный сарай и конюшня, построенные друг против друга, образовывали общий внутренний двор, который выступал еще и своего рода открытым манежем для лошадей.

Каретник – сарай для карет, тарантасов, возков, саней и других экипажей. Кроме того, предназначался для хранения конской сбруи, сопутствующих приспособлений и инструментов. Как правило, размещался в деревянном, реже каменном, отдельно стоящем одноэтажном здании. Найти каретник гораздо проще, если определено местоположение конюшни. Обычно эти две постройки ставились по соседству друг от друга, если вообще не под одной крышей.

Но вот в усадьбе Зубриловка каретник был выявлен по оставшимся в земле металлическим полозьям от саней, легкого возка для прогулок, тяги, крепежи и рессоры от колесных экипажей. Остались они здесь благодаря случившемуся пожару, в огне которого сгорел сарай со всем содержимым. Следы пожарища хорошо видны в почве участка, на котором сформировался соответствующий травостой: полынь, крапива, кипрей.

Чуть ниже рассмотрим еще один вид сарая – грунтовый, так как он относится скорее к структурам сада, а не хозяйственного двора. А пока разберем другие виды служебных построек.

Конюшня – это служебное здание для содержания лошадей. Строились конюшни как из кирпича, так и из бревен и камня. Внутреннее пространство конюшни было разделено на денники (станки, стойла) – индивидуальные секции для каждой лошади. В конюшне также могли быть дополнительные подсобные помещения: фуражная, инвентарная, амуничная (или сбруйная), помывочная для лошадей, предконюшник (кубовая, запас воды и поильная). Обычно при конюшне устраивалось также помещение для дежурного конюха, а иногда и непосредственно жилье для него.

В крупных усадебных комплексах конюшни могли располагаться в составе общего хозяйственного блока, тогда как конюшни для выездных лошадей, как правило, меньшего размера, могли находиться отдельно, ближе к выезду из усадьбы, по соседству с каретником. В малых усадьбах такого разделения не делали.

Как рекомендуют хозяйственные руководства XIX века, «место для постройки конюшни должно быть по возможности возвышенное и сухое. Лучшим материалом для вентилирования через стены воздуха и для сухости помещения служит дерево. При определении размеров конюшни следует принимать в расчет, чтобы на каждую лошадь приходилось не менее 4 куб. сажени воздуха. Длина станка или стойла должна быть, соразмерно с средними размерами лошади, не менее 4 арш., а ширина 2¹/₂ арш., чтобы лошадь не выпячивалась задом в проход между стойлами и чтобы ее свободно можно было повернуть в стойле. При большом количестве лошадей проход делают посередине, станки же размещают поперек ее, по обе стороны прохода. При таком устройстве ширина конюшни должна быть равна 12 арш. и высота 6 арш. Станки разгораживают или досчатыми перегородками, или висячими подвижными барьерами; при устройстве последних ширину станка можно уменьшить до 2 арш. 6 врш., барьеры не так безопасны, как перегородки – лошадь может изувечиться, завалившись под барьер; злые лошади могут покусаться. Целесообразнее станков «денники», не менее 3¹/₂ кв. арш., которые отгораживаются друг от друга досчатой перегородкой 3–3¹/₂ арш. выс., причем стенка, обращенная к проходу, только наполовину сплошная, досчатая; верхняя же часть ее решетчатая, чтобы денники не были душны и темны. …

Пол в конюшне должен быть твердым и холодным, и одновременно непроницаемым, а это не вполне достигается существующими системами устройства. Почва, загрязненная мочой и навозом, под конюшней является самой удобной для развития низших организмов. Правильно устроенный глинобитный пол мало пропускает в почву жидких веществ, но моча и жидкие части кала задерживаются в нем, отчего этот пол сам является загрязненной почвой и требует ежегодного ремонта. Он устраивается так: на почву накладывается слой щебня или строительного мусора, заливается известью и хорошо утрамбовывается, на него помещается слой глины с песком и тоже хорошо утрамбовывается. Деревянный пол гораздо хуже глинобитного: он сушит копытный рог, впитывает в себя жидкость и пропускает ее в почву, вместе с тем он и непрочен. Каменный пол совсем не следует делать. Лучше всех асфальтовый пол, который сравнительно непроницаем и гигиеничнее других полов, но только при хорошей подстилке; он удобен для дезинфекции и содержания в чистоте и для ветеринарных лазаретов наилучший. Деревянный, легко подъемный пол, с асфальтовым или бетонным подпольем может быть устроен, если возможна тщательная промывка подполья и имеются хорошо устроенные стоки. Что касается последних, то лучше всего их делать в виде открытых или легко открываемых канав вдоль прохода, чтобы возможно было легко и часто их промывать. Тщательная промывка таких труб возможна только при хорошем водопроводе. Деревянные трубы вовсе не должны быть употребляемы. Лучшими трубами считаются приготовленные из огнеупорной глины. … Для водопоя оставляют в конюшне свободное место («предконюшник»), где ставят чаны (лучше длинные, глубокие корыта), в которые, после каждого водопоя, напускается свежая вода, чтобы она могла, в зимнее время, согреться до температуры конюшни»⁵⁸.

Таким образом, Ватсон, мы видим, что при определении хотя бы даже внешних габаритов здания конюшни можно вычислить относительное число содержавшихся в ней лошадей. Довольно высокие требования к формированию половых покрытий в конюшне также дают нам шанс для определения назначения постройки. Структуры этих покрытий можно обнаружить и исследовать посредством шурфовки. Благодаря их многослойности и плотности растения на этих поверхностях развиваются хуже. И это было хорошо заметно при исследовании усадеб Борщевка-Богородское, Ильинское во Владимирской области, Авчурино и ряда других, где участки, ранее занятые зданиями конюшен, были окружены высоким бурьяном, а на нем самом теряли густоту и высоту произрастания.

Довольно понятная структура конюшен легко считывается, если сохранились фундаменты, хотя бы в каком-то виде. Однако если таковых не сохранилось и лишь микрорельеф и растительность свидетельствуют о том, что здесь некогда располагалось строение, существенными факторами для определения конюшни может служить нахождение по соседству с этим местом остатков манежа для объездки лошадей, имевшего, как правило, шестигранную или восьмигранную планировку, или структуры левады. Независимо от возраста, каждой здоровой и полноценно развитой лошади необходимо находиться под открытым небом и выплескивать энергию. Для этого животному нужна открытая площадка – левада.

Левада – это огороженная, чаще всего, прямоугольная площадка для свободного выгула и выпаса лошадей. Левада могла быть огорожена как забором или плетнем, так и живой изгородью из деревьев и кустарников и даже кирпичным или каменным забором.

Левады размещали как в непосредственной близости от конных дворов, так и на отдаленных участках усадебных земель, куда коней перегоняли во время прогулки. В некоторых усадьбах, где владельцы были особыми поклонниками лошадей, левады были расположены вблизи главного дома, чтобы резвящихся животных можно было наблюдать из окон собственной комнаты.

Вы можете спросить, Ватсон, каким же образом можно выявить эту структуру в комплексе усадьбы, если все ее и так не многочисленные сооружения утрачены? Попробуем разобрать это на конкретных примерах.

Итак, мы знаем, что левады часто создавались вблизи конюшен. Следовательно, определившись с местом расположения хозяйственного двора, где зачастую и располагались конюшни, можно акцентировать свое внимание на поиске в этом пространстве. Рассчитывать на то, что деревянные ограждения левады сохранились хоть в каком-то виде, почти не приходится. Но в отдельных случаях хозяйства, разместившиеся в усадьбах в советские годы, часто соблюдали преемственность функций элементов усадьбы достаточно продолжительное время, обновляя лишь ветшающую инфраструктуру. Следовательно, стоит обратить пристальное внимание на структуры, на первый взгляд кажущиеся поздними. В некоторых усадьбах (например, Медведки, Дивово, Прилепы) конезаводы со всей исторической инфраструктурой действуют и по сей день.

Довольно часто вдоль деревянных, жердевых оград левады высаживался кустарник в виде живой стены. А растения как раз сохраняются куда лучше, чем сами деревянные ограждения. Соответственно, стоит обратить внимание на посаженные шпалерой кустарники. Для живых изгородей такого рода подходят далеко не все насаждения. Обычно высаживали те кустарники, которые хорошо переносят стрижку и создают довольно плотную стену, не расползающуюся со временем. К таким кустарникам относятся прежде всего боярышник, акация желтая, разновидности ивы. Эти растения, как правило, продолжают удерживать сформированные когда-то структуры и, соответственно, могут стать одним из ориентиров для определения местоположения левады.

При устройстве левады иногда оставляли деревья, растущие на участке, за исключением плодовых, которые могли принести вред животным. Удаляли дубы, так как плоды дуба, его листва и желуди в больших объемах могли привести к гибели лошадей. У остальных деревьев для безопасности животных удалялись все нижние ветки со стволов. А высокий штамб (высокая крона) и следы удалений ветвей, при определенном навыке, легко прослеживаются даже с течением времени.

Левады часто примыкали к водоему, чтобы животные могли в любой момент утолить жажду. Тот берег водоема, к которому примыкала левада, делался пологим для более удобного спуска лошадей.

Еще одна характерная особенность, которая, правда, недоступна при визуальном осмотре, а требует закладки шурфа на предполагаемом участке, – это покрытие поверхности левады. Дело в том, что лошади, резвясь в ней, довольно быстро разбивали поверхность, а дожди еще и усугубляли ситуацию. Земля размягчалась, раскисала, а скользкая поверхность часто становится причиной травм животных. Поэтому для чистоты и безопасности поверхность левады регулярно трамбовали и засыпали песком. В результате слой песчаных отложений здесь мог достигать 12–15 см (усадьба Батыево) и 30–35 см (усадьба Ляличи).

Кузница – мастерская для обработки металла ковкой. В кузнице ковали различные металлические предметы, необходимые в обиходе: подковы для лошадей, дверные засовы, замки и ключи к ним, топоры, ножницы, серпы, косы, оковку для сундуков, обручи для бочек и кадок, строительные скобы, гвозди, топоры и даже рыболовные крючки.

Кузница могла быть сделана и из дерева, и из камня и кирпича. Как правило, размещалась несколько обособленно от других служебных построек, так как работы, проводимые в ней, были связаны с огнем и существовала опасность возникновения пожара. Поэтому часто кузницы размещали вблизи водоемов или рядом с кузницей выкапывали небольшой водоем, чтобы вода была всегда под рукой. Таким образом, водоем – это один из ориентиров для обнаружения и определения кузницы.

Кроме того, надо понимать, что работа в кузнице связана с большим количеством металлических отходов (калина, окислы, обрезки и прочее), а также угля и золы, которые накапливались в почве участка. Они легко обнаруживаются при шурфовке.

Следует также иметь в виду, что в кузнице имелась специфическая печь – горн. Это особый вид печи, и он оставляет после себя особые следы. Во-первых, очаг – это рабочая поверхность кузнеца, где проделывается масса операций, и потому доступ к нему должен быть свободный, удобный, широкий. Горн не предназначен для отапливания помещения, его основная функция – нагревание металла, поэтому в его конструкции нет тепловых коробов, сводов и толстых стен, накапливающих и сохраняющих тепло. Зато есть специальное устройство, нагнетающее в очаг воздух для усиления горения и температуры – меха. Опорные конструкции для мехов рядом с горном также оставляют следы и могут быть выявлены.

Любопытно, что кузницу в усадьбе Богданово (Витово) Костромского района Костромской области удалось обнаружить по растительному пятну почти прямоугольной формы, отличающемуся по составу растений от окружения. Оно заросло в основном ромашкой (точнее, пупавкой полевой) с вкраплением конского щавеля и лютика. Видимо, это было связано с тем, что большое количество остатков железа и других отходов кузницы в почве привело ее к несколько большему закислению, чем почвы вокруг.

Россия – страна парников и теплиц! При нашем коротком лете, нестабильном климате, серьезных годовых колебаниях температур эти укрытия просто насущно необходимы. Особенно это касается центральных и северных регионов страны. Сельские хозяева издавна искали способы, чтобы урожай на их столе появился как можно раньше. Чтобы перепады температур, нежданные осадки и сильные ветры не уничтожали нежные растения, садоводы изобретали и использовали самые разные способы их укрытия, среди которых теплицы и парники – одни из наиболее распространенных и существенных.

Парник – это закрытое сооружение, грядка со стеклянными или слюдяными съемными рамами для выращивания ранней рассады, сеянцев, укоренения черенков или доращивания горшечных растений. Он «представляет собой особого устройства четырехугольный ящик, деревянный или каменный, наполненный внизу навозом, а вверху землей и прикрытый стеклянными рамами, в котором культивируются растения при искусственно созданных благоприятных условиях. Благодаря парнику представляется возможным: 1) разводить в любом климате растения, свойственные более теплым странам, 2) выгонять обычные растения гораздо раньше, чем в открытом грунте, и 3) культивировать растения, требующие для своего развития более длинный вегетационный период, еще в холодное время, высевая их в парнике и с наступлением тепла пересаживая в открытый грунт»⁵⁹.

При выборе места и конструкции для парника учитывали ряд моментов, которые необходимо знать для поиска его места расположения и идентификации его остатков или следов: парник «должен быть защищен от северных и восточных холодных ветров, для предохранения его от быстрого остывания. С этой целью парники помещают с южной стороны заборов или других каких-либо строений, а где сделать этого нельзя – там его окружают изгородью или забором»…

«Впрочем, и на глинистой почве можно устроить парник, давая сток вод по небольшому скату или прокладывая дренаж, или фашины;[46] в некоторых же случаях достаточно только не сильно углублять парник; чтобы удержать в таком парнике тепло – его делают из бревенчатого сруба и кругом обкладывают, в виде насыпи, землей. … Обращают парник обыкновенно концами к В и З, передней низкой стеной – к Ю, задней высокой – к С, так чтобы (стеклянные) рамы были наклонены к горизонту, по направлению к Ю; наклон этот изменяется в зависимости от времени выгонки растений: при ранней выгонке, когда солнце стоит еще не высоко над горизонтом, он больше, чем при поздней; когда солнце поднимается уже достаточно высоко. Парники с наклоном рам на С устраивают только для растений, не требующих или даже не выносящих солнечного припека (напр. – полярных и альпийских.). Двухсторонний парник, с наклоном рам на две противоположные стороны, употребляется для помещения также в летнее время высоких экзотических растений. Парники делают трояких размеров; старые огородники употребляют чаще парники с рамами шириной в 2 арш. (длина же рам всегда равняется ширине их), в садовых заведениях устраиваются обыкновенно 3-аршинные рамы, в общем же употреблении парниковые рамы средней величины – 2,5 арш. Глубина парника зависит от времени выгонки растений (чем раньше ведется выгонка, тем больше необходимости предохранять парник от охлаждения), от требовательности растений к теплу, наконец – от характера почвы. Для ранней выгонки овощей, также для таких растений, как – огурцы, бобы, дыни, арбузы, парники делают большей частью в 1,5 арш. глубиной; для салата, шпината, моркови, гороха и различных капуст и вообще для позднего разведения растений достаточно аршинного слоя навоза; холодные парники, глубиной всего в ¹/₂ арш., употребляют главным образом для предварительной посадки растений, которые окончательно развиваются уже в открытом грунте»⁶⁰.

Таким образом, мы видим, что парник – это довольно несложное эфемерное сооружение, которое иногда имело еще и мобильный формат использования, то есть могло легко менять свое местоположение в зависимости от хозяйственной необходимости. Тем не менее местоположения парников, как правило, не покидали территории усадебного огорода. И если место огорода и его границы определены, то это значительно упрощает дело. Обычно для размещения парников и рассадников на огороде выделяли особое место, сухое, возвышенное, наиболее защищенное от ветра. Если была такая возможность, то вблизи стен строений. Кроме того, если парник все же использовался на одном месте достаточно продолжительное время, то в грунте могут быть обнаружены остатки деревянных конструкций (дощатых или бревенчатых), а также фрагменты стекла или слюды. Слой гумуса в таких местах обычно мощнее, чем на соседних участках.

Известны случаи, когда парники делались в виде стационарных конструкций, например, в усадьбах Богданово (Витово) Костромского района Костромской области или Муромцево, где стенки ямы парника строились из кирпича, а по дну парниковой ямы прокладывались глиняные трубы парового отопления. И то, и другое, сегодня еще вполне прослеживается во фрагментах.

Теплица – это тип садового парника, отличающийся большими размерами. Своего рода переходная форма от парника к оранжерее. Применяется для содержания теплолюбивых растений, характерных для иных климатических зон, выращивания ранней рассады зелени и овощей, укоренения черенков или доращивания горшечных растений для последующего высаживания в открытый грунт. Но в отличие от парника размеры теплицы позволяют организовать весь цикл выращивания той или иной культуры. «Растения, не выдерживающие климата данной местности, по крайней мере в зимнее время на открытом воздухе, а тем более те, кои не могут быть содержимы на воздухе даже и летом (как, напр., орхидеи тропические, непентесы, тропические папоротники, селагинеллы и т. п.), обыкновенно содержат в течение более холодного периода времени или даже круглый год в особых защищенных помещениях, в которых температура поддерживается на разной высоте, смотря по требованию растений. Такие помещения обыкновенно называются теплицами. Так как растения, содержимые в теплицах, происходят из весьма разнообразных климатов, почв и положений, то и в теплицах для них должны быть создаваемы соответствующие разнообразные условия; при значительном количестве и разнообразии растений это, очевидно, требует разных отдельных помещений (то есть теплиц), отличающихся друг от друга поддерживаемой в них температурой и влажностью воздуха и частью даже – силою освещения. Но, понятно, чем южнее лежит местность, тем большее число растений может быть содержимо без защиты, на открытом воздухе, и тем меньшее количество их требует защищенных помещений. Так, например, в Средней и Южной России магнолии, лавровишни, лавры, гранаты, лягерстремии и многие другие растения на открытом воздухе не могут зимовать, тогда как на южном берегу Крыма и в Закавказском побережье Черного моря они зимуют превосходно и не нуждаются в особых теплицах»⁶¹.

Теплицы покрывались стеклом или слюдой. Внутри них исходящее от солнца инфракрасное излучение подогревало растения и почву. Воздух, нагретый от внутренней поверхности, удерживался внутри конструкции крышей и стенками.

Для эффективного использования солнечного тепла необходимо было учитывать кроме конструкции еще и правильное размещение теплиц в отношении сторон света. «При устройстве теплиц должны быть принимаемы в расчет наилучшие условия, необходимые для существования растений. Важнейшими из таковых условий являются свет, теплота, влага, воздух, а также соответственная почва. Наилучшее освещение в теплицах достигается тогда, когда они устраиваются с двумя застекленными скатами: на З и на В (…) и когда здание теплицы вытянуто по направлению с Ю на С. При таком положении одна сторона теплицы (восточная) освещается с утра до полудня, а другая – западная – после полудня и до вечера. Растения, стоящие в таких теплицах, освещаются со всех сторон и растут равномерно и правильно во все стороны, не искривляясь в одном направлении. Таким образом, двускатные теплицы при направлении скатов к З и к В освещаются солнцем наилучше. Иногда делают скаты дугообразными, (…) чем достигается наиболее равномерное освещение в разные часы внутри теплиц. Менее удобны такие же теплицы, вытянутые по направлению с В на З и имеющие скаты на Ю и на С: южные скаты и южная сторона теплицы освещаются и согреваются солнцем в течение целого дня, тогда как северные застекленные скаты пропускают значительно более слабый рассеянный свет, а не прямые солнечные лучи. В теплицах односкатных освещение остается вполне одностороннее. Такие теплицы всегда обращены своими застекленными скатами на Ю»⁶².

Основа конструкций теплиц в усадьбах сооружалась из различных материалов: кирпича, дерева и железа. В этом смысле они мало чем отличались от оранжерей. Более того, в отечественной практике понятие «теплица» включало в себя все типы сооружений, в которых создавались условия с особым тепловым и влажностным климатом, соответствующим растениям, требующим особых же условий ухода, в том числе и оранжереи. «По степени поддерживаемой в теплицах теплоты их подразделяют на холодные, умеренные и теплые. Холодные теплицы такие, в которых температура зимою поддерживается от 1 до 8 °C приблизительно. Они в свою очередь могут быть подразделяемы также на теплицы с разной температурой. В теплицах с температурою от 1 до 5 °C в прежнее время весьма часто были содержимы апельсинные деревья, а также лимонные и многие другие, требующие лишь незначительной температуры выше 0 °C и не боящиеся даже случайных и кратковременных понижений ниже 0 °C. Такие помещения от французского слова orange (апельсин) названы оранжереями. В настоящее время название «оранжереи» распространяют на все холодные теплицы в противоположность теплым, которые у нас называются теплицами. Нередко под словом оранжерея понимают вообще теплицы больших размеров, не обращая внимания на поддерживаемую в них степень тепла»⁶³.

Оранжерея была заперта, но Холмс вырезал стекло и повернул ключ изнутри. В следующий момент он запер за нами дверь, и мы в глазах закона стали преступниками. Нас охватил влажный, жаркий воздух зимнего сада и густые, одуряющие ароматы экзотических растений.

Оранжерея – застекленное помещение с искусственным климатом, предназначенное для сохранения и выращивания прежде всего экзотических растений, растений, которые в открытом грунте в данной местности произрастать не могут (см. на стр. 187). Само французское название плода orange – апельсин, к которому восходит слово, подчеркивает это назначение. Часто в усадьбах в оранжереях выращивали растения и плоды более южных регионов – апельсины, ананасы, персики, виноград, арбузы и др.

Под имянем оранжерей разумеются здания построяемыя для содержания и воспитывания иностранных растений, которыя без помощи искуством произведенной теплоты, здешней зимней стужи перенести не могут.

Оранжереи строятся различным образом, почему между собою и различаются. Первой род оранжерей называется сухими и строится таким образом, что трубы или дымовые обороты идут под землею, или восходят постепенно позади строения. В сих оранжереях растения ставятся на досках положенных на подмоски одна сверх другой. Хранятся в них самыя нежнейшия и сочныя растения, как на пример: алой, евфорбия, титималлы, и прочия не могущия сносить зимою никакой сырости и никаких паров, происходящих от других растений. Топить их и нагревать должно по термометру, дабы они были не слишком жарки; равным образом не было бы в них и большой стужи.

Другой род оранжерей называется паровыми или теплицами. В ней делается по всей ея длине большой ров глубиною аршина полтора и шириною аршина три или и более, смотря по широте строения. Ров сей наполняется кожевенную корою, и делается парник, в которой ставятся горшки с самыми нежнейшими иностранными произрастениями и деревьями.

Величина таковых оранжерей и теплиц определяется по числу назначаемых в нее растений, и по состоянию употребляемаго на них хозяйскаго капитала. Строить их должно на месте ровном и сухом. Перед с полуденной стороны должен стоять из одних окончин, которыя делаются иногда прямыя, a иногда в верьху с переломом. Каждая окончина должна иметь ставни, для закрытия в большой солнечной жар, или зимнюю жестокую стужу. Печи располагать смотря по длине строения, иногда одну по средине, a иногда и две по бокам, дабы можно было иметь довольное тепло; дымовые проходы предохранять как можно от наружнаго воздуха, чтобы огонь к ним никак не касался.

Все вышеписанныя оранжереи и теплицы строятся вообще для содержания и воспитывания таких произрастений, которыя в нашей земле не родятся, и нашего воздуха перенести не могут. Естьли кто имеет y себя таких растений много, и из разных земель и климатов, тому и оранжерею иметь должно не одну, a многия, в которых содержать различной воздух, и различную теплоту, смотря потому, как того требуют находящиеся в них произрастения⁶⁴.

Легенда связывает появление названия города Ораниенбаум (ныне город Ломоносов) именно с цитрусовыми растениями, поскольку в теплицах дворца при А. Д. Меншикове, построившем здесь дворцовый ансамбль в 1711 году, выращивали апельсины. «Ораниенбаум» по-немецки означает «оранжевое, или апельсиновое дерево». Именно оно изображено на гербе этого города. Но, возможно, название дано в честь Вильгельма III Оранского, вызывавшего глубокие симпатии Петра I в юности. В подмосковной усадьбе Уваровых Поречье знаменитые оранжереи не только служили местом хранения уникальной коллекции растений, но и являлись предприятием промышленного выращивания редких и селекции новых видов растений и семян на продажу. Хозяйство Уваровых славилось на всю страну своей продукцией, распространяемой почтой через каталоги. В усадьбе Мамонтовых Абрамцево оранжереи снабжали семью персиками и сливами: «Начав устраивать сад, мы услыхали, что верст за 5 от нас в имениях Артемове и Жилкине распродают оранжерею. Мы отправились туда. Нас встретил старичок садовник Михаил Иванович, который с необыкновенной любовью водил нас по саду и убедил нас купить почти за бесценок деревья персиков и слив. Мы не только купили деревья, но и пригласили самого Михаила Ивановича перейти к нам. Он охотно согласился, так как в Артемове совсем уничтожалось садоводство… Купив деревья, пришлось строить и оранжерею. За этим дело не стало, сейчас же принялись за постройку. Выстроили отделение для цветов и для персиков, а также комнату для Михаила Ивановича»⁶⁵, – писала Елизавета Григорьевна Мамонтова. В усадьбе Воронино в Ярославской области огромное теплично-оранжерейное хозяйство снабжало губернский рынок ананасами и персиками.

При поиске местоположения теплиц и оранжерей надо понимать, что оранжереи, в силу вышесказанного, могли располагаться за границами хозяйственных территорий усадебного комплекса, а вот теплицы и парники, как правило, оставались в их пределах. Кроме того, эти постройки требовали создания больших поверхностей остекления. А из-за тонкости и хрупкости листового стекла в этот период оно достаточно часто билось и заменялось. В тех местах, где теплицы или оранжереи находились достаточно долго, в почве скапливалось большое количество стеклянных осколков.

Указать на то, что следы обнаруженного сооружения относятся именно к теплице или оранжерее, могут остатки технических структур системы отопления или вентиляции, устраиваемой в них. Например, в усадьбе Малинки кирпичные короба отопления, проходившие вдоль стен оранжереи, неплохо сохранились, их прикрывал лишь небольшой слой грунта. А в усадьбе Бороздино при шурфовке небольших понижений грунта на месте теплицы обнаружены фрагментарно сохранившиеся трубы керамических тепловодов.

Грунтовый сарай – довольно необычный вид постройки. В сравнении с другими типами сараев это еще более эфемерная постройка, которая меняет свой вид и форму в зависимости от сезона и температуры воздуха.

По конструкции это может быть просто навес на столбах, под которым посажены плодовые деревья. Летом он раскрыт, а на зиму его заколачивают досками. Или это сооружение с деревянными или кирпичными стенами, крыша которого составляется из съемных стеклянных рам или глухих ставен, открываемых в теплое время года. Северная стена сооружения, как правило, делается выше южной.

Довольно часто при постройке грунтового сарая для сохранения большего тепла и недопущения критического промерзания почвы сооружение создавалось в специально выкопанной яме глубиной от 0,7 до 2,5–3 м.

По назначению это укрытие для плодовых и цветочных деревьев и кустарников, которые плохо переносят низкие зимние температуры. Вот что писал о создании и назначении грунтовых сараев П. Шварц в садовом руководстве в 1840 году:

Грунтовые сараи строятся для защищения растений содержимых не в посуде, т. е. в кадках, или в горшках, но произрастающих свободно в грунту, однакож не могущих переносить зимняго холода без особенных предосторожностей; их разполагают различно:

1) длиною на полдень; тогда задняя или северная часть их делается в виде постоянной стены;

2) на полдень поперечною или узкою стороною; тогда все стены его разбираются и в таком случае сарай бывает поместительнее.

Если почва суха, то многие вынимают внутри сарая землю на аршин (71,12 см – примеч. автора), от чего не только корни деревьев менее терпят от холода, но и самыя вершины их получают более места для развития;

3) Очень часто сарай вырывается въ земле так чтоб из вынутой земли образовать у него обвалы или брустверы, поддерживающие стропилы для кровли. Части сарая, разкрываемыя на лето, осенью забираются бревнами или досками, или укрываются щитами, а сверх них соломою или суволокою и тому подобным»⁶⁶.

А вот что пишет о грунтовых сараях А. Рудзкий в 1893 году, в статье, вошедшей в один из томов Энциклопедии Брокгауза и Ефрона:

«Грунтовые сараи строятся в северной и средней России для воспитания в них нежных сортов груш и вишен. Стены их делаются каменные или бревенчатые и при односкатных кровлях – неодинаковой высоты, а именно: задняя, северная, стена должна иметь в вышину около 4¹/₂ арш., передняя же 3–3¹/₂ арш. Крыша состоит из подвижных ставней. Обыкновенная ширина грунтовых сараев достигает до 8 арш.; деревья сажаются в них в 2 ряда и не менее как на 4 арш. одно от другого. При более густой посадке засыхают нижние сучья. В холодных местностях весьма полезны грунтовые сараи со стеклами, причем на зиму все рамы закрываются ставнями. Такие грунтовые сараи назывались фонарями. У сильно растущих деревьев необходимо в половине августа обрезать все побеги последнего года, так как сильный рост деревьев сопровождается обыкновенно ослаблением у них способности плодоношения. Грунт для посадки подготовляют так: на песчаную почву навозят глину и дерн, а на глинистую, наоборот, – песок и дерновую землю. Высаживают деревья лучше всего весною. Особого внимания заслуживает «яма», или земляной грунтовый сарай, предложенный г. Шах-Гиреем. В яму до 2¹/₂ арш. глубины, произвольной длины и от 6 до 12 арш. ширины опускают бревенчатый сруб или выкладывают ее кирпичом. Северная сторона должна быть поднята над уровнем земли на 1¹/₂–2¹/₂ арш., а передняя – кончаться на ее уровне. Земля, полученная при рытье ямы, приваливается к стенам так, чтобы в верхней, самой тонкой части образовалась насыпь около 1 аршина толщиною. Затем кладутся лежни (шпалы), а на них рамы со стеклами, покрываемые ставнями. В одной из боковых стен делают две двери – одну в начале лестницы и другую – в конце. На зиму поверх ставней наваливают слой сухих листьев или соломы, а поверх его – навоза до 1 аршина. В таких сараях персики и абрикосы удаются превосходно⁶⁷.

Прежде всего нужно понимать, что этот тип сооружения создавался в саду, или вблизи сада, или на хозяйственном дворе. Кроме того, важная особенность при формировании этой постройки – заглубление ее в грунт и укрепление стенок ямы деревом или кирпичом – дает нам серьезный ориентир для ее идентификации. При постройке грунтовых сараев необходимо было учитывать стороны света, поэтому северную стенку делали более высокой и сам сарай часто располагали на склонах южной экспозиции[47].

В усадьбе Нероново яма, оставшаяся от грунтового сарая, была выявлена рядом с хозяйственным двором, но на отдельной, ограниченной канавой и посадками акации, территории. Несмотря на то, что стенки ямы оплыли и заросли, здесь удалось отследить деревянную срубную конструкцию, рубленную в лапу[48]. Судя по обнаруженным остаткам, сооружение было размером 20 аршин (около 14,5 м) на 10 аршин (около 7 м). Глубина ямы составила 2,5 м, что, учитывая эрозию, составляет порядка 3,5 аршин.

В усадьбе Терпилово остатки грунтового сарая были обнаружены на месте бывшего плодового сада, зафиксированного благодаря сохранившемуся микрорельефу с характерной нарезкой почвы на широкие боровки. Здесь яма, оставшаяся от грунтового сарая, имела габариты 22 аршина (около 15,5 м) на 12 аршин (около 8,5 м) и глубину 2 аршина (около 1,5 м). В обвалах стенок ямы удалось обнаружить остатки кирпичной кладки, а в грунте на дне ямы – обилие стеклянных осколков, надо полагать, от рам, прикрывавших постройку сверху.

Овин – хозяйственная постройка, в которой сушили снопы перед молотьбой. Известно два типа овинов: ямные, где над землей размещался лишь сруб снопосушильни, и верховые, в которых и топка (печь), и сушильня располагались над уровнем поверхности земли. Верховой вариант был более дорогим и требовал большего расхода леса, но был удобнее в использовании. Среди двух типов имелись разновидности, которые были связаны с местными традициями и различными способами удешевить постройку и зачастую являлись временными сооружениями. К ним относится, например, «шиш» – постройка, распространенная в Московской губернии, Среднем Поволжье, бассейне реки Вятка, нижней Камы и Среднем Приуралье. Он представлял собой покрытый дерном конический шалаш из жердей, который располагали над ямой с костром. Сверху на него клали снопы.

Но усадебные овины – это чаще всего основательные постройки, срубные, реже каменные, а в южных губерниях делавшиеся из плетня, обмазанного глиной. Чтобы избежать пожаров, овины всегда ставили поодаль от жилища. И даже на хозяйственном дворе их старались ставить особняком.

Чтобы определить местоположение овина в комплексе усадьбы, когда он утрачен, необходимо знать его конструкцию и особенности эксплуатации. Оба типа овинов, ямный и верховой, обладают схожей структурой, имеют нижнее (подовин) и верхнее (садило) помещения, разделенные бревенчатым настилом со слоем земли или глины (под), но отличаются принципом размещения этих помещений. В подовой части ямного овина разводили огонь или помещали печь без трубы, а в верховой ставили беструбную печь или печь-каменку. Тепло от печей через отверстие в поде поднималось в «садило», где на жердях-колосниках раскладывались снопы.

Итак, дорогой Ватсон, мы знаем, что печь или костровище имелись в овине в любом из его вариантов. А это значит, что воздействие огня, так или иначе, сказалось на состоянии поверхности земли. Температура делает почву более плотной, особенно на глинистых участках, что со временем формирует на поверхности отличный от окружающего и, как правило, угнетенный растительный покров. А если к тому же в почве сохранились остатки печного кирпича или обожженной глины, из которой был сделан очаг, то отличие растительного покрова будет еще более явным.

В случае с ямным вариантом овина самым серьезным ориентиром выступает, конечно же, яма. Чаще всего, она была прямоугольной при печном отоплении или округлой формы – при очажном. Со временем, после утраты самой постройки, ямы оплывают, зарастают травой или кустарниками, в некоторых из них, где имеются значительные глинистые отложения, может стоять вода. Поэтому однозначно определить назначение такой ямы только исходя из визуального анализа бывает непросто. Требуется соотнести эту структуру с другими элементами комплекса и, конечно, более детально изучить само место: состав почвы, растительный покров, материальные остатки. Подсказками здесь могут выступать большое содержание в почве органики, образовавшейся в результате сушки снопов и древесного тлена от утраченной срубной постройки, уплотненная земля или даже остатки фундаментной ленты, если постройка была каменной. Кроме того, можно обнаружить скопление угля в почве от костровища или печи.

Один из характерных примеров таких остатков овина мне удалось выявить во время экспедиции в усадьбе Боровно недалеко от сохранившегося амбара для хранения зерна. Прежде всего обратило на себя внимание скопление рудеральной растительности, обычно поселяющейся на местах утраченных деревянных сооружений (крапива двудомная, пустырник сердечный и лопух большой). Эти растения массивной куртиной выделялись среди окружающей луговой растительности. В этих зарослях была обнаружена яма размером около 2х3,5 м и глубиной около 1,8 м, с оплывшими краями и заваленным мусором и древесными остатками дном. При дальнейшем исследовании ямы оказалось, что ее стенки под наросшим слоем дерна имеют бревенчатое срубное укрепление, в одной из торцевых стенок сделан пологий спуск в яму, обработанный некогда в виде ступенчатой лестницы, ступени которой зафиксированы деревянными плахами-скалами. У одной из продольных стен удалось обнаружить остатки кирпичной печи, сложенной на глиняном растворе. А размеры кирпича (260х120х65 мм), использованного при ее строительстве, позволили предположительно датировать постройку овина первой половиной XIX века. Поскольку на кирпиче не было обнаружено следов вторичного использования, данный размер кирпича характерен для этого периода, и аналогичный кирпич был использован в основании усадебного амбара, также датированного этим временем. Кроме того, на поверхности земли, под небольшим слоем дерна, обнаружились истлевшие остатки нижнего венца сруба овина. Это была прямоугольная постройка, сторона которой, примыкавшая к яме, равнялась 4,5 м, а длинная сторона – 6,5 м. Далее, зная принципиальное устройство овинов, было легко реконструировать внешний облик постройки: дымовой подклет и отделение снопосушильни в совокупности дают нам высоту сруба порядка 5–6 м. Судя по сохранившимся аналогам, крыша, скорее всего, двускатная, с волоковым отверстием для выхода дыма. Окна в такой постройке не нужны, за исключением загрузочного, через которое в сушильное отделение подавались снопы. Яма с печью, или «ямник», в который входят снаружи, через «подлаз», «подныр», видимо, также была крыта покатой кровлей.

Иногда в усадьбах можно встретить хозяйственную постройку, объединяющую возможности овина и тока для обмолота зерна, которая называется гумно, или рига.

Гумно, гумнище, гувно, ладонь – это открытое место, где молотят (мнут) хлеб вручную цепами или с помощью крупного рогатого скота; участок земли в хозяйстве, предназначенный для хранения, молотьбы, веяния и другой обработки зерна. Это место, расчищенное, ровное, равномерно покрытое плотным слоем глины толщиной 8–10 вершков (35,2–44 см), огороженное забором (иногда живой изгородью) или окопанное канавой и часто обсаженное деревьями для защиты от ветра и проникновения огня извне во время пожара (см. рис. на стр. 194).

Обратите внимание, Ватсон, сколько характерных признаков этой хозяйственной структуры можно учитывать при ее исследовании. В моей исследовательской практике мне неоднократно приходилось сталкиваться со следами таких объектов в усадьбах. Но для начала примем во внимание еще некоторые особенности их формирования.

Дело в том, что гумно могло быть крытым. На гумне могло стоять большое деревянное сооружение, в котором сушились снопы и молотилось зерно. Для молотьбы зерна также мог быть возведен отдельный деревянный сарай, называемый «клуней». Иногда под гумном понимают одно большое деревянное сооружение, построенное для вышеперечисленных целей. В больших усадебных хозяйствах для надсмотра за гумном назначался специальный человек, которого называли гуменщиком (гуменником) или гуменным. Иногда даже строили для него дом при гумне.

Деревянный сарай – гумно – мог быть рубленым, плетневым (мазаным), битым (глиняным). Довольно редко гумно строили каменным. По внутренней структуре оно состояло из трех частей: средней широкой, собственно тока, пол которого сделан из тщательно пригнанных друг к другу плах, и двух узких, по бокам, куда укладывали солому после обмолота. В торцовых стенах делали двое широких ворот, которые образовывали сквозной проход или проезд.

И вот еще один важный фактор: гумно и овин часто ставили рядом друг c другом и нередко соединяли в одно целое. Такая постройка позволяла молотить хлеб даже в непогоду.

Итак, попробую разобрать возможные варианты обнаружения и исследования этих, на первый взгляд, довольно эфемерных структур на примере двух объектов, которые мне удалось изучать в усадьбах Борщевка-Богородское и Сергиевское, что в Калужской области.

В случае с Борщевкой первое, что привлекло внимание, – обширная прямоугольная площадка, покрытая плотной невысокой травой, в то время как по периметру этого пространства растительность возвышалась как минимум в половину высоты человеческого роста. Мысль о том, что ее недавно кто-то выкосил, была отвергнута фактически сразу, стоило мне подойти ближе. Площадку покрывал горец птичий (спорыш обыкновенный). Это трава, которая растет обычно по обочинам дорог, а порой и на самих дорогах, и способна переносить довольно серьезные антропогенные нагрузки и переуплотненный грунт. В народе за такую выносливость она даже получила прозвище «топтун-трава».

Что же заставляло формироваться на этом месте, не подвергавшемся серьезным антропогенным нагрузкам, именно такой покров? Это выяснилось после закладки небольшого шурфа. Под совсем тонким слоем плодородного грунта оказался слой очень плотной сухой глины. Лопата поначалу даже не пробивала этот массив. Его мощность составляла 30–35 см. Именно он и создал данный антропогенный эффект.

Далее оказалось, что по периметру этой площадки частично сохранилась обсадка из акации желтой. Следы ее удалось проследить только с трех сторон – северной, западной и восточной. Вдоль южной границы тянулся массив высокой рудеральной растительности, явно что-то скрывавшей. Среди этих зарослей обнаружились следы строения. В частности, на это указывали остатки невысоких кирпичных столбов, на которые, судя по обилию органики и древесного тлена в почве, опиралось деревянное строение. Обнаруженная у противоположной (южной) стороны строения яма соответствующих параметров (см. раздел «Овин» на стр. 191) окончательно подтвердила, что площадка – это гумно, а постройка при ней – овин.

В Сергиевском ситуация складывалась несколько иначе. Там вначале главным ориентиром стала канава с земляной обваловкой[49]. Было не совсем ясно, что за участок, покрытый сорной травой выше человеческого роста и редкими кустарниками, окружает эта канава с валом. Причем за пределами этого места таких зарослей не было. Участок имел прямоугольную форму, вытянутую с севера на юг. Любопытным показалось, что в центре длинных сторон обваловки имеются разрывы, где не было ни вала, ни рва, ровно друг напротив друга. В зарослях обнаружились следы довольно крупного строения. Бревен уже не существовало, но, истлев, они образовали вытянутые ровные холмики, заросшие травой. По этим остаткам можно было прочитать даже внутреннюю структуру сооружения.

Спрашивается, зачем некое здание понадобилось оканавливать и обваловывать? На вопрос ответил шурф, который показал, что под довольно серьезным слоем органических отложений, сформировавшихся, видимо, после разрушения строения, находится плотный слой глины толщиной около 25 см. Из чего можно сделать вывод, что первоначально гумно было открытой уплотненной площадкой, без строения. Оно-то и было окружено канавой и рвом. Но по прошествии времени владельцы решили превратить его в постройку, а канаву со рвом разрушать не стали, сделав в них два разрыва, чтобы удобно было ездить телегам, в тех местах, где в постройке находился сквозной проезд.

Таким образом, мы имеем набор характерных признаков, которые должны нам помочь определить, где находилось гумно, и исследовать его параметры: это живая изгородь, граничная канава, обсадка деревьями, выровненная утрамбованная площадка, плотный слой глины до полуметра, следы строения.

Ледник. Несмотря на то, что в России зима продолжается фактически шесть месяцев, вопросы длительного хранения продуктов стоят не менее остро, чем в более теплых странах. Для этого при дворянских усадьбах, как, впрочем, и в купеческих, и даже в крестьянских, строились холодильники – ледники.

Ледник – это помещение для складирования скоропортящихся пищевых продуктов, в котором охлаждение производится при помощи льда. За несколько веков существования этого типа сооружения было разработано множество его модификаций. Они бывают срубные, кирпичные и каменные, наземные и подземные, с верхним, центральным, боковым и нижним расположением льда. В зависимости от конструкции, назначения и запасов льда различают ледники с долговременным, сезонным и кратковременным запасом льда.

Но если рассматривать это сооружение в контексте усадебной тематики, то прежде всего следует обратить внимание на подземные, с нижним и боковым расположением льда. Это самые ранние формы ледников. А большая часть их модификаций относится ко второй половине XIX–XX века.

В отдельных случаях ледники дошли до нас в почти целом состоянии, как, например, ледники в усадьбах Богданово (Витово), Соха, Никольское-Черенчицы (в виде каменной пирамиды), Виноградово, Выра или даже срубный ледник в усадьбе Новинки, где отчасти сохранились даже внутренние конструкции. Но большая часть построек этого типа не дожила до сегодняшнего дня и требует особых знаний для их исследования.

Для начала познакомимся с рекомендациями старых руководств по созданию ледников. В частности, «Альбом сельскохозяйственных построек…» 1872 года рекомендует:

Ледники следует устраивать на возвышенных местах. Прежде всего вырывается яма глубиной от 4 до 5 сажен, в нее вставляется деревянный сруб; промежутки между ямой и срубом наполняются углем и песком. Затем, в сруб вставляется небольшой хорошо прокачанный ящик с дном и полками для разной посуды и припасов, между стенками сруба и ящика кладутся куски льда⁶⁸.

А вот Энциклопедический словарь Брокгауза и Эфрона, пишет следующее:

При набивке ледника необходимо принимать во внимание неизбежные потери вследствие таянияльда в теплое время года. Величина этой потери зависит от устройства ледника. Желудок, т. е. помещение для льда, лучше всего углубить в грунт, располагая его выше уровня грунтовой воды. Но если этого нельзя сделать, то его устраивают над землей. Пол обыкновенного ледника устраивается из двух рядов пластин или балок, покрытых досками не вплотную, для свободного стока воды, которая трубой… отводится в сторону. Двери… делаются двойными и ледник с остальных трех сторон обсыпается землей. Иногда же желудок образует особый ящик, вставленный в сруб ледника, причем пространство между наружными и внутренними стенами, оставляя дверь для прохода, заполняется землей, угольным порошком, торфом, сечкой, соломой, сеном или другими дурными проводниками тепла. Сверху помещается вентилятор… из трубы со сферической крышей… Выше льда настилается пол из толстых досок или брусков, с промежутками между ними. По стенам устраиваются полки для провизии. Наружные стены выводятся плотно из бревен, с обшивкой и хорошим проконопачиванием. Лучше всего ледник устроить ниже поверхности земли, с люком наверху и приставной лестницей для входа. Если же устраиваются боковые двери для входа, то их следует поместить с северной стороны. Полезно стараться, чтобы лед представлял воздуху возможно меньшую поверхность, а потому следует при набивке располагать льдины по возможности большими и правильными кабанами, без промежутков. Кругом ледника полезно засадить кустами и деревьями. Каменные и другие массивной конструкции ледники, в виде подвалов больших размеров, строятся для хранения запасов пива на заводах, при больницах и пр., причем приходится принимать особые меры для отведения воды и вентиляции помещения. В пивных складах площадь, занятая льдом, должна приблизительно соответствовать одной трети площади, назначенной для хранения напитка⁶⁹.

Таким образом, мы видим, что ледники старались делать под землей. Если же такой возможности не представлялось, то ледник частично заглубляли в землю, а срубную или каменную конструкцию над поверхностью, часто все равно засыпали грунтом, исключая те случаи, когда архитектура ледника являлась важной частью планировочно-пространственного решения комплекса усадьбы. Вход в ледник предпочтительно располагали с северной стороны.

Еще один важный фактор, который необходимо иметь в виду при обследовании остатков таких сооружений, – обсадка ледника деревьями и кустарниками.

Следовательно, при поиске и исследовании ледников в усадьбах необходимо учитывать следующие ориентиры: он должен был располагаться недалеко от жилой зоны усадьбы или вообще вблизи дома или кухонного флигеля; следует обращать внимание на прямоугольные ямы в земле, на сильно выраженные неровности почвы, в которой обильно встречается камень или кирпич, на вытянутые оплывшие холмы земли, одна сторона которых (как правило, северная) имеет проседание почвы. К тому же эти места могут быть окруженными старовозрастными деревьями или поросшими декоративным кустарником.

Далее необходимо убедиться в наличии остатков опорных конструкций деревянных или каменных стен сооружения. Иногда для этого достаточно разгрести мусор или зачистить стенку ямы, а иногда требуется заложить шурф в предполагаемом месте стены ледника или его входа.

Так, в усадьбе Каймары ледник удалось обнаружить именно благодаря обсадке из акации, плотно посаженной по периметру с трех сторон. Сам ледник не сохранился, конструкции кирпичного свода обрушились вместе со слоем земли, их покрывавшей. Тем не менее акация продолжала сохранять свое местоположение, демонстрируя в том числе относительные габариты утраченного строения. Дальнейшие исследования на этом месте позволили выявить и опорные конструкции стен, и тамбурную структуру входа.

В усадьбе Ильинское во Владимирской области остатки ледника были выявлены вблизи бывшего усадебного кухонного флигеля по довольно крупной оплывшей подпрямоугольной линзе. Яма была совсем неглубокой, но во многих местах на поверхность выступали кирпичные скопления, что визуально выделяло ее в окружающем ландшафте. Это было хорошо заметно, так как исследования усадьбы производились поздней осенью. Из-за обилия кирпичных остатков в грунте здесь плохо формировалась дернина, которая по качеству и составу отличалась от окружающей. Шурфовки, проведенные здесь, позволили определить габариты сооружения, глубину конструкции, место входа и даже шахту вентиляционного канала. Это была довольно крупная постройка, имевшая длину 8,5 м (4 сажени), ширину около 6,5 м (3 сажени) и заглубленная в землю более чем на 3 м (1,5 сажени).

Но встречаются конструкции и иного типа. Например, в усадьбе Ащерки помещение для хранения скоропортящихся запасов было устроено несколько иначе. Здесь в качестве охлаждающего элемента выступал не лед, а холодная родниковая вода. Сооружение было встроено в склон одного из оврагов, в тальвеге[50] которого бил родник. Его вода как раз и стала основой для формирования этого своеобразного холодильника. Срубная конструкция в виде невысокой избы, встроенная в склоны оврага, перекрыла путь движения воды в роднике, став своеобразной плотиной, и образовала небольшой пруд в пределах сруба. Задняя стенка имела разрыв, водоприемник, а передняя на определенной высоте – трубу водосброса. Пол в избе перекрывал поверхность образовавшегося пруда, но в центре него было сделано широкое прямоугольное отверстие, в которое был встроен большой металлический куб, погруженный в воду. Именно в этом металлическом кубе и хранились припасы. Родниковая вода, температура которой круглый год не превышает 4–8 °C, охлаждала его и создавала в нем приемлемые условия для долговременного хранения продуктов.

На момент исследования эта конструкция представляла собой уже остатки нижних венцов сруба, которые тем не менее еще выполняли функцию запруды, хотя и сильно затянутой грунтом и илом. Удалось также проследить коррозированные остатки металлического куба и даже определить относительные габариты периметра емкости (около 2х3 м, видимо, 1 на 1,5 сажени). В венцах сруба можно было проследить места соединений закладных балок и других элементов конструкции, которые и позволили реконструировать облик сооружения в целом.

Скотный двор (ферма) – помещение для крупного рогатого скота: коров, молодняка, быков. Обычно это довольно крупное сооружение, вынесенное за пределы жилой и репрезентативной зоны усадьбы. В некоторых случаях их даже располагали в отдалении от усадьбы, чтобы запахи и насекомые, связанные с жизнедеятельностью животных, не нарушали идиллию жизни.

Скотный двор, или ферма, – это важная часть усадьбы, необходимая для самообеспечения и формирования хозяйства-экономии.

Пользу и даже необходимость фермы при помещичьем дворе нетрудно доказать. Во-первых, помещик, не вредя крестьянам своим, может всегда пользоваться и иметь в достаточном количестве все произведения своей фермы; как-то: молоко, сливки, масло, яйца, кур, свиней, баранов н проч.; a, во-вторых, главное то, что ферма должна как бы служить образцом для крестьян. Прилагая все старания и не щадя издержек, которыя могут впоследствии вдесятеро вознаградиться, помещик может на ферме своей развести лучшей породы скот и случая и размножая его y себя, может достичь того, что все крестьяне будут иметь скот самой лучшей породы и лучших свойств. Притом, самое хождение за скотом должно быть примерное. Приготовляемые на ферме молочные скопы, сыры и проч., могут заохочивать крестьян самим научиться приготовлять их. Одним словом, нельзя изчислить всех выгод, которыя может принести ферма в хорошо устроенном имении.⁷⁰

Скотные дворы строились как из дерева, так и из кирпича и камня. Пространство скотного двора разделяли на три части: коровник, телятник и отделение для молодняка. В их структуре выделяли специальные помещения для различных функций.

В частности:

1. Отапливаемые для отела и молочных телят до полугода.

2. Помещения для обслуживающего персонала.

3. Помещение для приготовления кормов с молокосливными емкостями.

4. Помещения для дойных и нетельных коров, для быков-производителей.

5. Водогрейное помещение с котлами и печью.

6. Помещения для молодых бычков, телочек и кастратов в возрасте от полугода до двух лет.

7. Воловни для рабочего скота.

Габариты скотного двора зависели прежде всего от планируемого поголовья, а также от его местоположения в комплексе усадьбы, вписанности в архитектурно-планировочный концепт комплекса. Чаще всего это довольно вытянутые или выстроенные в «покой» или в «каре» строения. Во множестве случаев колхозные фермы в советские годы наследовали эти здания. Их перестраивали, меняли облик, они становились частью нового комплекса. Это нужно учесть при анализе ситуации. Но все же чаще сегодня это руины или вообще пустырь. Если на этом месте впоследствии не проводились землеустроительные работы, то, как правило, место скотного двора нетрудно найти. Объемные остатки фундаментов, строительный мусор, богатый гумусом слой, благодатная среда для произрастания рудеральной растительности (см. Дело № 22. «Свидетели-маргиналы: сорная и рудеральная растительность» во второй книге в серии). Эти буйные заросли – отличный ориентир.

При скотном дворе обычно делали открытый загон, где коровы могли гулять, дышать свежим воздухом, греться на солнце. Это пространство должно было не содержать насаждений и оставаться чистым и ровным, чтобы обезопасить скотину от болезней и травм. Для этого поверхностность загона уплотняли глиной, засыпали большим слоем песка. Тем не менее от постоянного использования скотина разбивала поверхность и требовался регулярный ремонт покрытия. В результате в этом месте формировался переотложенный песчано-глинистый слой с большим содержанием органики. Мощность такого слоя порой могла достигать 60–80 см. И этот фактор – один из ориентиров для поиска и определения местоположения скотного двора.

Кроме того, вблизи скотного двора выкапывался котлован, использовавшийся в качестве хранилища для утилизации навоза и использованной соломенной подстилки.

И загон, и навозохранилище также подвержены зарастанию рудеральными видами растений. Обычно здесь эти растения вырастают мощными, высокими, и их видно издалека.

Овчарня – помещение для содержания овец. Как правило, в усадьбах это строение входило в состав скотного двора, реже располагалось отдельно, например, в южных губерниях, где овцеводство имело товарный характер.

Для комфортного содержания животных овчарня должна была быть сухой, просторной и без сквозняков, но при этом иметь хорошую циркуляцию воздуха. Овцы плохо переносят температурные перепады, поэтому овчарню делали утепленной и с системой отопления, равномерно прогревающей помещение в холодные времена года. Так, в усадьбе Велеможье бревенчатые стены овчарни для обеспечения теплоты постройки были сделаны двухслойными. Лес явно использовали не лучшего качества, и потому пространство между слоями бревен было заполнено глинистой землей. И, надо полагать, фасадная сторона сруба также была обмазана глиной и побелена. Элементы такой сырцовой[51] беленой обмазки были обнаружены при шурфовке участка.

В усадьбе Большая Отрада для обеспечения равномерного прогревания всей площади овчарни от расположенной в каменном пристрое печи были проложены кирпичные тепловоды по длине строения. Деревянное здание овчарни было утрачено в результате пожара, и поверхность участка здесь до сих пор покрывает рудеральная растительность. Каменный пристрой руинировался, но его местоположение лучше всего заметно в микрорельефе. А вот тепловоды удалось обнаружить лишь при расчистке поверхности участка.

Овчарню часто строили с низкими стенами (высотой 1,2–1,5 м), теплой крышей, земляным полом и обеспечивали в ней хорошее освещение, где отношение площади окон к площади пола равнялось приблизительно 1:20. В усадьбе Лукьянчиково при обследовании предполагаемого местоположения овчарни, на которое указывали старожилы, была обнаружена обугленная и потому не сгнившая и сохранившая габариты оконная рама. Ее размеры 3,2х0,7 м.

Внутри овчарни устанавливали необходимое количество кормушек, водопойных корыт, переносных щитов, клеток для отдельного содержания овцематок, баранов, молодняка.

Поскольку большую часть времени овцы проводят на свежем воздухе, овчарню часто располагали вблизи пастбищ. Если же такой возможности не было, при овчарне устраивался загон для выгула и кормления животных. Любопытно, что в усадьбе Ображки остатки кормушки удалось обнаружить в пределах загона, границы которого хорошо прослеживались в микрорельефе. Она была организована рядом с ограждением площадки и представляла собой вытянутое узкое корыто, сколоченное из досок. Песчаная и соломенная подстилка, навоз, грунт и трава постепенно затянули кормушку, и она оказалась вросшей в землю, что и позволило ей сохраниться до сегодняшнего дня.

Свинарник, или хлев для свиней, – постройка для содержания, выращивания и откорма свиней. В усадьбах, располагавшихся в центральных и северных губерниях, крупные свинарники строились редко. Обычно это небольшие сооружения, входившие в состав комплекса скотного двора, рассчитанные на 30–50 голов, а иногда и менее. Другое дело – в усадьбах южных губерний, где товарное свиноводство начало активно развиваться еще в начале XIX века. Здесь свинарники строились в расчете на сотни голов. Однако крупные свинарники в усадьбах из-за резкого запаха свиного навоза предпочитали строить в удалении даже от хозяйственного двора.

При сооружении свинарника соблюдают ряд особых правил, которые призваны обеспечить животным комфортные условия проживания и при этом явным образом выделяют свинарник из ряда строений, предназначенных для других домашних животных. Знание этих особенностей позволит нам с большой долей уверенности определить назначение данной постройки, в каком бы состоянии она ни была.

Прежде всего следует сказать, что стены в жилище для свиней не могут быть глинобитными. Эти животные любят рыть ямы и канавы, а потому помещение со стенами из земли и глины начнет быстро разрушаться и станет прибежищем для крыс, разносчиков заболеваний. Свинарник возводили из кирпича или дерева, из материалов, хорошо держащих тепло. Его обязательно устанавливали на каменный или кирпичный фундамент во избежание подкопа со стороны обитателей. И фундамент делали довольно высоким. Он должен был возвышаться над уровнем земли как минимум на аршин (0,7112 м). Эта технологическая особенность помогла идентифицировать свинарники в усадьбах Уколово, Голобово и ряде других.

Обязательными элементами свинарника считались дощатый настил, балки для чесания, кормушки, поилки и небольшие печи, дающие тепло. От отопления свинарника отказывались только в случае тщательного утепления помещения. Для этого, кроме утепления стен и потолка, на входах делалась тамбурная система, чтобы создать воздушные барьеры от проникновения в свинарник холодного воздуха.

Хоть в свинарнике и приветствуется хорошая вентиляция, но сквозняков допускать было нельзя, так как свиньи очень чувствительны и, простудившись, могут заболеть. Тем не менее без вентиляции в свинарнике было бы невозможно находиться. И чем крупнее свинарник, тем более продуманной должна была быть система проветривания. Для удаления отработанного воздуха делали большое количество вытяжных труб в кровле, а в качестве приточных источников свежего воздуха использовали тамбурную систему на входах, узкие окна, созданные вверху двух противоположных стен, вентиляционные шахты, забирающие фекальный воздух из отводных каналов под полом и выводящие его в чердачное пространство.

Окна делали в свинарнике почти крошечными, под потолком. Это связано не только со способом вентилирования помещения, но и со специфической реакцией свиней на дневной свет. Из-за большого количества прямого освещения животные теряют спокойствие и плохо набирают вес.

Свинарник, как правило, состоял из клетей-станков служебного помещения, комнаты для инвентаря и тамбуров. Он всегда делился на несколько отделений с помощью дощатых перегородок, что позволяло животным мирно жить в одном пространстве. Без обустройства специальных клетей свинарник ни в коем случае нельзя населять поросятами, боровами и свиноматками. Такое правило продиктовано драчливостью этих домашних животных. Не выполнив его, можно было потерять поросят. Как правило, клети-станки делали двух размеров – 2 на 1,5 сажени и 2 на 2 сажени. Малые предназначались для свиноматок и поросят, а большие – для боровов, свиноматок на отдое с поросятами и для животных, разводимых на откорм.

Свинарники разделяют на типы по количеству проходов. Их могло быть от одного до трех. Строение с тремя проходами делали при необходимости разместить в нем много поросят.

Стены внутри помещения для содержания свиней отделывали досками. Поверх них наносили штукатурку и белила. Но так как доски сильно впитывают влагу и запах, во избежание этой проблемы их смолили. Любопытно, что в усадьбе Казицыно именно благодаря этой технологической особенности удалось определить назначение утраченной постройки. Смоленые доски разрушенного строения благополучно дожили до сегодняшних дней под слоем земли.

Еще два аспекта, которые необходимо знать для идентификации строения. Во-первых, чтобы снизить резкий запах свиных фекалий, активно использовали печную золу. Для ее сбора и хранения при свинарнике устраивали «зольники» – деревянные ящики или оборудованные ямы в земле. В усадьбе Вадбольское одну такую квадратную яму-зольник удалось обнаружить вместе с остатками укрепляющих стенки конструкций. Она затянулась землей, заросла, но дождевые и грунтовые воды, вымывавшие из нее золу, превратили ее в неглубокое понижение.

Во-вторых, перед владельцами крупных свинарников стоял серьезный вопрос удаления фекальных масс и их складирования. Для этого пол в свинарниках делали приподнятым над поверхностью и дощатым, с небольшими щелями между досками. Это было необходимо, чтобы моча и фекалии животных попадали вниз и по покатой поверхности стекали в специально устроенные вдоль всего свинарника желоба. В отдельных случаях желоба эти делались из кирпича (усадьбы Гуменки и Фролово) или из бетона (усадьба Рубанщина) и достигали ширины от 1 до 1,5 аршин.

Далее эти массы отправлялись в вырытые недалеко от свинарника котлованы-навозохранилища. Чаще всего сегодня эти места густо заросли сочной и высокой растительностью, что может служить хорошим ориентиром.

Поскольку летом свиньям требуется выходить на свежий воздух, для них создавали открытые загоны. Эти площадки обустраивали так, чтобы животные оказывались на них, свободно выходя из свинарника. Хорошим вариантом свинарника считалось здание, где для каждой клети-станка создавалась отдельная отгороженная площадка для выгула.

Птичник (птичий двор). В усадьбах к концу XVIII века возникает мода на декоративные птичники, где разводились «декоративные» птицы для развлечения хозяев и их гостей: египетские голуби, павлины, лебеди, гуси, утки, индейки и другие. Птичники строились как легкие парковые павильоны и как фундаментальные строения (см. рис.).

Однако помимо декоративной функции птичник зачастую выполнял и хозяйственную задачу. Функциональное устройство такого птичника мало отличалось от птичника на любом птичьем дворе на протяжении многих десятилетий. Различие между птичниками заключалось в основном в масштабе и архитектурном убранстве сооружения, что было связано с состоятельностью владельцев усадьбы или их хозяйственной специализацией. Для примера можно привести архитектурный комплекс птичьего двора с колоннадой в усадьбе Кузьминки в Москве, деревянный корпус птичника в стиле классицизма с бельведером и жильем для персонала в усадьбе Василево в Костромской области, небольшой кирпичный флигель-птичник с деревянным пристроем в усадьбе Старое Зимино, небольшой бревенчатый амбар-птичник в усадьбе Глухово.

В середине XIX века с появлением в Англии кохинхинок, или шанхайских кур, возник высокий интерес к птицеводству. В Европе и России активно стали разводить птиц самых разных пород. Птицеводство стало серьезной отраслью усадебного товарного хозяйства. В некоторых усадьбах размеры птичников и их внутреннее устройство стали учитывать потребности массового производства птицы и яиц.

Так или иначе, во все периоды устройства птичников в усадьбах старались соблюдать правила их размещения и оборудования для создания наиболее комфортных условий жизни для птиц. В частности, постройки и помещения в птичниках должны были отвечать следующим требованиям:

1) защищать птицу от вредного влияния атмосферных явлений: резкой перемены температуры, мороза, жары, снега, ветра, дождя и т. п. 2) быть безусловно сухими, 3) снабжены хорошей вентиляциею, однако, без сквознаго ветра, 4) обращены фасадом, в местностях с жарким летом – на восток, в более холодном климате – на юг. … Наилучшим местом для птичника является ровный, обращенный на солнечную сторону пологий склон, так как здесь снег быстрее тает, почва сильнее нагревается, и экскременты легко сносятся дождем. Почва, ни в каком случае не должна быть сырою. Пользуясь оврагами или холмами, можно устроить птичник-землянку. В тех местностях, которыя изобилуют хорьками и другими подобными врагами домашней птицы, а равным образом на сырой почве, устраивают птичники на стойках, на высоте около аршина (71,12 см) или более от земли⁷¹.

Строили птичники из самых разных материалов: камень, дерево, кирпич, в южных губерниях саманный кирпич[52]. Но с точки зрения идентификации их в комплексе усадьбы, если они не сохранились физически, а лишь в руинах или вообще в виде фундаментов, важно знать, что в силу физиологических особенностей птиц, у которых самая чувствительная часть – ноги, особое внимание при создании птичников уделяли полам.

Деревянные полы в птичниках делали редко из-за того, что они быстро впитывали испражнения птиц и становились непригодными. Поэтому дерево для изготовления полов использовали в основном в птичниках, устраиваемых на опорах, и для сохранности и гигиены смолили. Знание этой особенности может помочь нам в определении назначения постройки. Смоленые доски неплохо и продолжительно сохраняются в земле после разрушения строения даже во влажном грунте. Благодаря этому удалось идентифицировать птичники в усадьбах Дерева, Бочево и ряде других.

Чаще всего делали глинобитный пол с добавлением рубленой соломы или опилок и засыпали его песком. Ремонт пола делался тем же материалом, так что в результате образовывался многослойный пирог, который хорошо просматривается при шурфовке, как, например, в усадьбе Вятское. Реже пол не делали вовсе. Но поверхность земли засыпали слоем торфа с соломой, который регулярно обновляли. В результате теперь эта прослойка, накопившаяся в грунте, может быть легко прослежена, как, к примеру, в усадьбе Елизаветинка.

Отопление в птичниках делали далеко не всегда, так как птицы относительно спокойно переносят температуры выше 0 °C. «…если птичник примыкает к теплому помещению или если он небольших размеров, он без печей легко согревается общим дыханием птиц»⁷². Однако если потребность в отоплении существовала, то печи обычно не делались большими. Но чтобы опять же обеспечить комфорт ногам птиц, от печей по полу прокладывали кирпичные тепловоды (см. рис.). Эту техническую особенность удалось проследить в ряде усадеб, в основном в центральных и северных регионах, например, в усадьбе Дубровка в Тверской области.

При птичниках обыкновенно делались вольеры для выгула птицы. Иногда с навесами от хищных птиц, но чаще открытые. В отличие от площадок для выгула коров или лошадей, здесь деревья и кустарники были предпочтительны, так как птицы могли использовать их в качестве насестов или укрытий от коршунов, ястребов или даже ворон. Поверхность этих площадок, как правило, ничем не засыпали – ни песком, ни гравием. Но в силу того, что травы здесь выедались птицами и выжигались достаточно агрессивным птичьим пометом, поверхность регулярно требовалось перекапывать, засевать травами вновь и присыпать посевы соломой или хворостом, чтобы сохранить их до всходов. Так что слой органики на этих участках образовывался достаточно мощный: от 25 см в усадьбе Кропотово в Липецкой области, до 65 см в усадьбе Деревково.

Если в птичнике содержали водоплавающих птиц, то часто при вольере выкапывали небольшой водоем, берега которого также регулярно засевали травой.

Псарня – помещение для содержания охотничьих собак. При псарне часто размещалось жилье для лиц, обслуживающих ее и животных, – псарей. Волк, ночью, думая залезть в овчарню, попал на псарню. Поднялся вдруг весь псарный двор – Почуя серого так близко забияку Псы залились в хлевах и рвутся вон на драку; Псари кричат: «Ахти, ребята, вор!» – И вмиг ворота на запор; В минуту псарня стала адом. Бегут: иной с дубьем, Иной с ружьем. «Огня! – кричат, – огня!» Пришли с огнем. Мой Волк сидит, прижавшись в угол задом (И. А. Крылов, Волк на псарне).

Увлечение собаками связано с любимым дворянским развлечением – охотой. Кроме азартного времяпрепровождения, она позволяла помещику продемонстрировать свое состояние и принадлежность к касте избранных. Будучи все преданы до чрезвычайности гоняться за зайцами, они хотели переспорить друг друга в том, кто из них в полном смысле охотник, и, следовательно, и дворянин⁷³.

Наиболее состоятельные дворяне содержали огромные псарни, предназначенные для охотничьих собак, количество которых порой исчислялось сотнями, например, «Псарный двор» в усадьбе Кусково в Москве. Дворянам победнее приходилось прикладывать усилия, чтобы их охотничьи своры состояли не менее чем из 50 собак, так как меньше держать считалось зазорным. Вот прекрасная иллюстрация этому:

Раз в начале осени, Кирила Петрович собирался в отъезжее поле. Накануне был отдан приказ псарям и стремянным быть готовыми к пяти часам утра. Палатка и кухня отправлены были вперед на место, где Кирила Петрович должен был обедать. Хозяин и гости пошли на псарный двор, где более пяти сот гончих и борзых жили в довольстве и тепле, прославляя щедрость Кирила Петровича на своем собачьем языке. Тут же находился и лазарет для больных собак, под присмотром штаб-лекаря Тимошки, и отделение, где благородные суки ощенялись и кормили своих щенят. Кирила Петрович гордился сим прекрасным заведением и никогда не упускал случая похвастаться оным перед своими гостями, из коих каждый осмотривал его по крайней мере уже в двадцатый раз. Он расхаживал по псарне, окруженный своими гостями и сопровождаемый Тимошкой и главными псарями; останавливался пред некоторыми канурами, то расспрашивая о здоровии больных, то делая замечания более или менее строгие и справедливые – то подзывая к себе знакомых собак и ласково с ними разговаривая. Гости почитали обязанностию восхищаться псарнею Кирила Петровича. Один Дубровский молчал и хмурился. Он был горячий охотник. Его состояние позволяло ему держать только двух гончих и одну свору борзых; он не мог удержаться от некоторой зависти при виде сего великолепного заведения. «Что же ты хмуришься, брат», спросил его Кирила Петрович, «или псарня моя тебе не нравится?» «Нет», отвечал он сурово, «псарня чудная, вряд людям вашим житье такое ж, как вашим собакам». Один из псарей обиделся. «Мы на свое житье», сказал он, «благодаря бога и барина, не жалуемся – а что правда – то правда, иному и дворянину не худо бы променять усадьбу на любую здешнюю канурку. – Ему было б и сытнее, и теплее». Кирила Петрович громко засмеялся при дерзком замечании своего холопа, а гости во след за ним захохотали, хотя и чувствовали, что шутка псаря могла отнестися и к ним. Дубровский побледнел и не сказал ни слова. В сие время поднесли в лукошке Кирилу Петровичу новорожденных щенят – он занялся ими, выбрал себе двух, прочих велел утопить. Между тем Андрей Гаврилович скрылся, и никто того не заметил (А. С. Пушкин, Дубровский).

Псарни делали срубными, строили из кирпича и камня. Они, как правило, имели деление на помещения для взрослых собак, щенков, больных собак и щенящихся сук.

Кроме того, при них имелись жилые помещения для служащих. Это функциональное членение нужно учитывать при определении функции обнаруженной постройки. Особенно, Ватсон, это будет иметь значение, если мы предположим, что фундаменты здания сохранились и структура планировки видна.

Эти постройки, по обыкновению, входили в состав хозяйственного двора. Но в отдельных случаях псарни могли оказаться и частью парадного двора – там, где владельцы усадеб проявляли особенное отношение к содержанию собак. Известно, что особая страсть некоторых помещиков к собакам подвигала их и к более экстравагантным решениям. Например, один из князей Голицыных держал собак прямо в собственном доме. Это создает некоторую сложность в определении назначения выявленного объекта. Помочь в идентификации может тот факт, что для выгула собак при псарнях иногда делали открытые вольеры, которые также делились на функциональные зоны, связанные с состоянием животных. Вольеры порой занимали довольно обширные пространства. Но что самое важное, периметр вольера иногда окружали живыми стенами из кустарников. Собаки во время прогулки могли подрыть лаз под ограду и сбежать, а кустарники отчасти предотвращали эту возможность. Так вот, стены из кустарников зачастую сохраняются лучше строений. И если вы при обследовании обнаружите остатки постройки и при ней площадку с кустарниковой обсадкой, имеет смысл обратить на это внимание.

Плодовый сад. При относительно непродолжительных сроках жизни плодовых деревьев трудно назвать плодовый сад стабильным ориентиром в комплексе усадьбы. Если даже садовые долгожители – яблони и груши – при самых благоприятных условиях южных губерний редко доживают до 200–220 лет[53] (в основном это 100–150 лет), то что же нам может помочь определить местоположение плодового сада и, что еще невероятнее, его планировку? Тем не менее и здесь мы можем обнаружить подсказки, если немного разберемся с историческими технологиями подготовки участка под посадку сада.

Для того чтобы уберечь плодовый сад от холодных ветров, его обсаживали живыми стенами. Это могли быть как древесные, так и кустарниковые насаждения. Достаточно часто для этого использовались хвойные – ель обыкновенная, например. Один из самых распространенных видов кустарниковых насаждений, применяемых в обсадке плодовых садов, – акация желтая, обыкновенная. Но могли быть также лещина, боярышники, черемуха в кустарниковой форме и даже сирень и клен татарский.

Чтобы живая стена не перекрывала солнечный свет в саду, ее иногда удерживали в стрижке на определенной высоте. Причем обсадка территории сада могла быть и со всех четырех сторон, но разной высоты. Северная сторона, как самая опасная, обсаживалась наиболее высокими насаждениями и наиболее плотно. При обсадке остальных сторон могли использовать более низкорослые насаждения или удерживать деревья в стрижке.

Территорию плодового сада достаточно часто оканавливали по периметру или только с тех сторон, которые лежали ниже по склону. В эту периметральную канаву сводили все поверхностные дрены[54], которые обеспечивали осушение территории сада. Это делалось особенно в тех местах, где грунтовые воды были достаточно близко к поверхности или верховые воды интенсивно подтапливали территорию. В саду или около него иногда выкапывали пруд, и он становился важным элементом этой гидротехнической системы, работавшей как на осушение территории сада, так и на его полив.

Технологические проезды и проходы в саду достаточно часто мостили, иногда кирпичным щебнем, а иногда просто просыпали крупнозернистым песком. Следы этого мощения легко обнаруживаются ранней весной или поздней осенью, или как только вы слегка приподнимете небольшой слой дерна.

Возьмем для примера усадьбу Чифировка, принадлежавшую семье М. Л. Толстого. Сегодня она, как и многие усадьбы, в совершенно разоренном состоянии, построек здесь не осталось, парк зарос и частично вырублен. Не сохранился и плодовый сад, хотя, как свидетельствуют документальные источники, он был весьма обширный и урожайный: около 1500 плодовых деревьев. И Михаил Толстой, и его соседи-помещики Лопухины в Хилково за рекой, и Бибиков в Спасском были знатными садоводами. Даже после революции сады давали большие доходы, так как сдавались новыми властями в аренду, причем часто бывшим же владельцам. Но сегодня о когда-то существовавших здесь обширных садах нам может поведать только рельеф.

Обширный участок, примыкающий к долине реки Уперты, изрезан многочисленными канавами, проложенными в определенном порядке. Это и есть следы подготовки поверхности почвы для посадки плодового сада. Такая основательная подготовка, как в Чифировке, характерна для мест, где близко к поверхности расположены грунтовые воды или территория подтапливается вешними верховыми водами. Подобную подготовку территории под плодовый сад можно встретить и в дореволюционных садовых руководствах. Поверхность разбивается на выпуклые гряды шириной в 2 сажени (это 4,26 м). Между ними выкапываются канавки глубиной от 1/4 до 1/6 сажени для оттока излишней влаги и внесения удобрений. В Чифировке хорошо видны и технологические проезды, также рекомендованные в саду. Деревья сажаются на гряды рядами, в зависимости от выбранного метода, парно или в шахматном порядке. Последовательность посадки в старых садах также иногда можно отследить. Из-за продолжительного ухода за яблонями поверхность между деревьями в ряду стаптывается, понижается, что дает возможность выявить точки посадки деревьев.

Интересный пример можно наблюдать в усадьбе Богимово. Здесь плодовый сад существовал, судя по всему, до 20-х годов XIX века. Затем владельцы решили перенести его, а на освободившемся месте развить структуры усадебного парка. Тем не менее при закладке новых парковых структур хозяева усадьбы не стали выравнивать поверхность почвы и потому хоть и сильно оплывшая, но все еще заметная нарезка боровков для сада сохраняется. Время этой замены достаточно легко определяется по возрасту выросших на этом месте парковых насаждений. В частности, липам мелколистным на момент исследования в 2006 году было порядка 180–190 лет.

В усадьбе Бахтимерово обширная территория сада не только разбита на боровки для посадки плодовых, она имеет сетку внутренних дорог, разбита на сектора, видимо, для разделения сортов яблонь, обладает развитой дренажной системой. По периметру сад окружен достаточно внушительной канавой и валом, а также довольно плотной липовой аллеей, защищающей сад от ветров.

Эти приемы касаются прежде всего хозяйственных, так называемых торговых садов, которые часто покрывали собой не одну десятину земли. Но были и другие сады, небольшие и, как правило, не утилитарные, которые в усадебной традиции рассматривали как символический образ Рая – своеобразный «личный Рай». Их сажали в виде небольшой рощи или аллеи недалеко от главного дома или где-то вблизи жилого ядра усадьбы. При их посадке, как правило, не производили такую интенсивную подготовку территории.

В каких-то случаях символическая идея и прагматический подход находили общий знаменатель. И тогда крупные пространства, засаженные плодовыми деревьями, окружали ядро усадебного ансамбля, обрамляли его. Таким образом жилище владельца символически как бы оказывалось в «Райском саду», как, например, в усадьбе Знаменское-Раек или в усадьбе Репец. В другом случае плодовый сад мог примыкать к храму, как в усадьбе Белкино, и к семейному кладбищу, и тогда, в «Райском саду» оказывались усопшие предки владельцев усадьбы. Или, как в усадьбе Воронино в Ярославской области, «Райский сад», располагаясь между главным домом и родовой усыпальницей, соединял два мира – мир живых и мир мертвых.

Планировочно и символически эти сады включались в декоративное и смысловое убранство придомового пространства усадьбы. С ними дело обстоит несколько сложнее, так как для них не делали такой интенсивной подготовки рельефа, как для торговых садов. Их планировка подчинялась логике семантической и композиционной организации придомового пространства. Как правило, в этих садиках росли не только яблони или вишни, но и многочисленные декоративные, цветочные кустарники – сирени, розы, спиреи и прочее. А вот они-то сохраняют свое местообитание дольше, чем плодовые. Они и могут выступить своеобразной подсказкой, что здесь когда-то был «личный Рай».

Огород – одно из названий сада при русской усадьбе XV–XVII веков, в котором выращивались в основном плодовые деревья и кустарники, а также овощи и цветы. «Когда ж по весне гряды копать и навоз класть, так навоз зимой запасти, а перед посадкой дынь парниковые грядки готовить да всякие семена заводить у себя и, посадив и посеяв разные семена и зерна, вовремя их поливать, укрывать, постоянно оберегая от мороза, а яблони обрезать, выбирая сушняк, черенки нарезать и делать прививку к стволам, и гряды с посевами пропалывать, капусту от червя и от блох беречь и обирать их и стряхивать»⁷⁴.

Но в последующее время словом «огород» стали обозначать территорию, предназначенную для выращивания съедобных растений, прежде всего овощей, бахчевых культур, кухонных и душистых трав и т. д. Для этого огороженный участок разбивали на гряды, формировали по культурам. И в садовых руководствах, например XVIII века, можно было встретить такую рекомендацию:

Земля в огороде должна быть унавожена коровьим, а есть ли место мокрое, то одним лошадиным навозом, вспахано глубоко и мягко, и очищена от всякой негодный травы и кореньев. Место для огорода выбирать ровное и не мокрое. Гряды надлежит делать выше, чтобы с оных могла стекать вода и всякая мокрота в борозды и ровики. А ежели дозволит местоположение, то и от всюды чтобы вода стекала из огорода вон. Естьли же не можно, то делать рвы между гряд глубже, в коих вода будет высыхать сама собою⁷⁵.

Этот важный подсобный элемент хозяйства был фактически в каждой усадьбе. Но, поскольку он почти не имеет долговременных составляющих, определение его местоположения, габаритов и структуры – дело непростое. Тем не менее в отдельных случаях удавалось проследить не только места, где огороды располагались, но даже структуры формирования отдельных их элементов.

Прежде всего, дорогой Ватсон, надо учесть, что огороды достаточно часто примыкали или входили в состав плодовых садов. Так что, если вы определились с местоположением сада, можно искать поблизости и остатки структур огорода. Огороды размещали также рядом с оранжереями. Кроме того, в состав огорода входили такие сооружения, как теплицы, парники, рассадники, компостные ямы, а в отдельных случаях даже домики садовников.

Про следы от теплиц, парников и оранжерей поговорим отдельно. А сейчас разберем случай фиксации остатков структур непосредственно огородных. Например, в усадьбе Мещерино местоположение огорода было предварительно определено вблизи участка бывшего плодового сада и примыкавшей к нему оранжереи по специфической структуре микрорельефа и высоким зарослям сорной растительности. В дальнейшем при обследовании участка посредством шурфовки удалось выявить, что дорожки в межгрядьях формировали из кирпичного щебня, а края грядок укрепляли досками, чаще всего горбылем. Истлевшие остатки этих досок удалось проследить фактически по всей территории участка, занимавшего площадь около 0,5 га. Углы дощатых коробов крепились металлическими скобами, которые также удалось обнаружить. Благодаря этому представилась возможность вывести приблизительные габариты огородных гряд: длина – около 10,5 м (около 5 сажен), ширина – 1,1 м (около 1,5 аршин). Или второй вариант: длина – около 6,5 м (около 3 сажен), ширина – около 1,5 м (около 2 аршин).

Небольшой пруд, расположенный на территории плодового сада и предназначавшийся для его полива, одной стороной примыкал к территории огорода, таким образом обслуживая оба участка. Близкую к этому картину удалось проследить и в усадьбах Барятино, Сыр-Липки, Елизаветинка (Мценский район Орловской области), Хрусловка, Галкино и других.

В усадьбе Василёвка на предполагаемой территории огорода была выявлена группа культурных растений, явно ранее культивировавшихся целенаправленно. В частности, здесь до сих пор произрастают хрен обыкновенный (лат. Armoracia rusticana), козлобородник пореелистный, или овсяный корень (лат. Tragopogon porrifolius), топинамбур, или земляная груша, или подсолнечник клубненосный (лат. Helianthus tuberosus), спаржа лекарственная (лат. Asparagus officinalis) и набор душистых и кухонных трав – тимьян, мята, любисток, или зоря, пижма бальзамическая и другие, которые сегодня успешно конкурируют с естественными видами местных растений. Дальнейшие исследования методом шурфовки позволили выявить планировочные структуры огорода.