— Стой! — закричала я. — Не убивай его.

Пёсик всего лишь не хотел, чтобы я уходила, за чем его мечом поперёк хребта?!

Не думала, что моя просьба сработает. Даже зажмурилась и напряглась, приготовившись к тому, что на лицо сейчас хлынет кровь, а хельвин в предсмертной агонии наверняка вонзит когти мне в грудь.

Но в итоге ничего этого не произошло. Десмонд застыл, занеся меч. И когда я открыла глаза, увидела ну очень странную картину.

На этой поляне не двигался никто.

Хельвины зализывали раны, уже не думая нападать. Десмонд пребывал в немом шоке, пытаясь понять, кто сошёл с ума — я, когда попросила не убивать клыкастого монстра, или хельвин, не собирающийся меня есть.

— Он не нападёт, — сказала я, когда поняла, что меня всё же слушают.

— Я вижу, — кивнул Десмонд. — Что происходит?

— Если бы я знала, — вздохнула я, а потом похлопала пёсика по лапе. — Эй, друг, можешь вставать, я уже не буду убегать.

— Ау?

Я отчётливо слышала сомнение в его голове, но собачка всё же выполнила команду и перестала прижимать меня к земле.

С кряхтением поднявшись, я обнаружила удивительную картину. Около двадцати хельвинов, которые ещё недавно изо всех сил старались убить Десмонда, сейчас вели себя как дрессированные псы.

Сидели в рядок и всем своим видом показывали, что они самые милые создания в этом мире.

В целом, после тесного общения с Конрадом, я была готова с этим даже согласиться. Эти пёсики определённо лучше наследника престола.

Внезапно в голову пришла шальная мысль о том, что он ведь действительно когда-нибудь королём станет. Это в каноне мой бывший жених успешно сбросил на супругу все свои грехи и поспешно слинял, мол, он не при делах. А теперь как?

Вот так и начинают задумываться о государственном перевороте.

Пока я строила планы по захвату власти, Десмонд убрал меч, помог мне подняться и теперь вовсю сканировал пространство, думая, откуда именно ждать нового нападения.

— Агата, ты понимаешь, что происходит?

— Не особо, — призналась я.

А уже знакомый пёсик подошёл, ткнувшись мокрым носом мне в руку. Для этого ему, кстати, пришлось склонить голову, поскольку зверюга-то огромная — в холке мне почти по плечо.

— Кажется, они хотят мне что-то сказать, — пришло мне в голову.

— И ты их понимаешь?

— Не так, как тебя, но намерения считать можно.

Десмонд кивнул, а потом о чём-то глубоко задумался.

— И что-то мне подсказывает, что если ты не будешь махать мечом налево и направо, то они не начнут нападать.

— Как видишь, меч в ножнах. Что им нужно?

— Если бы я знала, — вздохнула я. — Такое ощущение, что они просто поздороваться зашли.

— И сразу же напали.

— Ау!

Знакомый хельвин, который до этого слюнявил мне руку, возмущённо взвыл, словно его обвинили в чём-то неприличном.

— Не совсем, — сказала я, поняв, что пёсик имел в виду. — Они напали, потому что ты спрятал меня от них.

— И почему им так важно было тебя увидеть?

— А вот это загадка.

Мы переглянулись. Происходило что-то максимально странное. Причём здесь даже моё знание канона не помогало.

В книге даже хельмова пыль упоминалась всего пару раз и то без подробностей. О том, откуда она берётся, я узнала от бабушки Десмонда. Так что характер и мотивы этих милых клыкастых хаски мне были неизвестны.

Сами пёсики ещё какое-то время смотрели на меня, а потом разбрелись, организовав почти идеальный круг, и улеглись в разные расслабленные позы.

Только старый знакомый остался рядом.

— И что дальше?

Он тоже лёг на землю, всем своим видом показывая, что дальше нужно отдыхать. Ночь на дворе, а мы не спим.

Всё! Ситуация не могла стать ещё более сюрреалистичной.

— Интересно они позволят нам выйти из этого круга? — спросила я.

— Ау, — недовольно тявкнул товарищ рядом со мной.

— Не позволят, — сделала я вывод. — Знать бы, хорошо это или плохо.

— Вряд ли плохо, — решил Десмонд. — Если бы они хотели нас убить, уже сделали бы это.

— Может, увидели, какой ты мощный дракон и передумали?

— Сомневаюсь. С чего бы тогда им так опекать тебя. Тут явно что-то другое, причём для тебя угрозы нет. Кажется, хельвины будут оберегать тебя даже ценой собственной жизни.

— Почему?

— Если бы я знал…

Какое-то время мы молчали, а потом Десмонд, слегка поколебавшись, убрал пальцы с рукояти меча и пошёл заниматься своими делами так, словно и не было только что битвы, бега по ночному лесу и угрозы для жизни.

— Вот и поговорили, — вздохнула я.

Впрочем, оказалось, что супруг не просто так решил отойти. Разжёг новый костёр, нарубил лапника, который должен был служить постелью.

Вот только я заметила, что импровизированное ложе какое-то слишком уж узкое. Мелькнула мысль, что Десмонд решил исключительно себе кровать соорудить, а мне предложит вертеться как захочется.

Но она почти сразу же исчезла. Не в его характере. Он может быть скор на расправу, несправедлив и даже жесток. Но я не могла себе представить ситуацию, при которой он оставит женщину спать на голой земле.

— Ложись, — скомандовал он, когда всё было готово.

— А ты? — спросила я.

Десмонд не ответил, но посмотрел на меня так красноречиво, что я поняла — вопрос нужно снимать, как дурацкий. Он не будет сегодня спать. Возможно, изначально не собирался, а уж сейчас, когда мы окружены клыкастыми тварями, и вовсе не позволяет себе даже задуматься о таком.

— Десмонд…

— Меньше разговоров. Выходим с рассветом.

Я вздохнула, поняв, что диалога не получится. Он просто не позволит мне разделить с ним обязанности по ночному караулу.

Вообще, правильно, конечно. Я не военный и в случае чего не смогу даже среагировать вовремя.

Но самого Десмонда внезапно стало очень жаль.

Устроившись на лапнике возле костра, я думала о том, что пролежу так всю ночь.

Как изнеженная цивилизацией девушка может заснуть в таких условиях, ещё и после всего пережитого? Когда вместо матраса — ещё пахнущая смолой хвоя, а вместо одеяла — мужской плащ, подбитый мехом…

Оказалось, может.

Правда, иногда я слышала что-то сквозь сон. Например, как рядом опустилась огромное тёплое и мохнатое тело, моментально согревая. И лязг оружия в этот момент тоже слышала.

— Только попробуй что-нибудь выкинуть, — прошептал Десмонд, получив в ответ недовольное ворчание хельвина под моим боком.

Впрочем, может быть, мне это всего лишь приснилось.

Не мог ведь случайный супруг, ненавидящий весь мой клан, так трепетно оберегать меня, верно?