Есть хотелось очень сильно, и не одному мне. Поэтому приготовление сытного завтрака разделили на двоих — я жарил яйца с мясными сосисками, а жена готовила овощное дополнение. Готовая еда не залежалась и была полностью употреблена по назначению. Дальнейшие сборы тоже прошли в строгих временных рамках.

И вот через час, как продрали глаза, из квартиры отбыли. Перед высокими стеклянными дверями главного корпуса нашего исследовательского центра мы оказались спустя десять минут. Ещё через десять уже заходили в кабинет директора.

— С утра пораньше вся в делах? — бодро поздоровался с хозяйкой.

Вместо ответа, быстро набирающая что-то на клавиатуре Виктория, временно освободила одну изящную руку и тонким пальчиком с острым маникюром указала на часы.

— Вижу я, что сейчас уже полдень. Может, ты тут с утра сидишь печатаешь.

Женщина во главе стола выдала что-то вроде рычания, смешанного с матом, что подтвердило моё предположение.

Вместе с Леной заняли два довольно удобных кресла в стороне у столика, чтобы дождаться внимания начальства. Оно снизошло до нас через десяток минут.

— От вчерашнего безмятежного отдыха не осталось и следа? — подначила Лена Вику, когда та присоединилась к нам, заняв место на диване.

— Не у всех веселье продолжилось вечером, — спокойно ответила начальница, — а других поводов для радости мне с утра не подбросили.

Виктория Павловна перевела взгляд на меня и веско добавили.

— Да-да, Галактион. Не радует никто!

Я в этот момент смотрел на пустующее место, где стояла прежде любимая ваза хозяйки кабинета. И что было самым неожиданным, ощутил себя ни столько виновным в потере предмета, сколько ответственным.

«Вот же… женщины!»

Отвечать не стал, но всем было видно, что не остался равнодушным.

— Так что же, Виктория, ты от нас хотела?

Лена взяла инициативу на себя, и это тоже было чем-то выходящим за пределы привычного порядка общения. Раньше она в наши с руководителем обмены любезностями не вмешивалась, занимая выжидающую позицию.

Виктория это, конечно, заметила.

— Да, поднакопилось вопросов, Лена!

Ответ прозвучал немного угрожающе.

— Для начала выскажусь, что оформление брака с гражданкой Японии Изуми Нарита тебе, Галактион, не принесёт ничего, кроме головной боли. Позаботится о матери будущего ребёнка необходимо, вот только делать это стоит осмотрительно…

Лена, как тот ветряк, отреагировала на слова аналогично изменению направления ветра. Жух! И уже смотрит внимательно на меня со стороны недавнего словесного оппонента.

— …Перевезёшь ты в Россию Изуми, таким образом гражданство новой малышки определится в пользу нашего славного государства. Только жене паспорт так просто не дадут, да и она может не пожелать его получать. В таком случае будут на тебя постоянно давить как с нашей стороны, так и со стороны Империи Восходящего солнца.

— Да-а, наши спецслужбы показали себя в этом плане особенно надёжными.

— Не показали, Галактион! — в ответе Вики слышалось немалое раздражение, — они никак себя не показали в недавней ситуации. Пытались прикрывать свой зад. Если бы не Астра, если бы не…

Что-то она решила нам не озвучивать.

— …, а в итоге ситуация разрешилась через твоего немецкого друга, который фактически раскрыл свой статус.

— Штильнец удивил, — вставил свои впечатления, — настоящий товарищеский шаг!

— Уверена, у него были свои причины к раскрытию, но это ты сам спросишь. Твой дружище, как-никак.

Из её уст «дружище» звучало сакрально. Сразу было понятно, что мой руководитель многое знает о наших с профессором Штильнецом делах.

— И вот мы подходим к первостепенной проблеме…

Вика собиралась с мыслями. По её лицу было видно, что предстоящая тема разговора беспокоит её уже продолжительное время.

— … Мы учёные. Добились на своём поприще значительных успехов. В большей степени это касается Галактиона, но и мои научные работы обладают высокими индексами цитирования. Елена с публикацией новой работы в соавторстве теперь тоже внесла себя в историю науки.

Рассказчица вздохнула.

— Однако все мы заложники своей профессии, или даже скорее взгляда на мир. Вы ещё этого не видите, а моя должность уже дала мне достаточно понимания, чтобы оценивать текущую ситуацию. Мы больше не может быть частью феномена и не обращать на это внимание. Изучать его со стороны.

— Мы больше не в стороне от проблемы, — кратко сформулировал мысль её длинного высказывания.

— Все как-то сильно активизировались вокруг изменённых женщин, — высказалась Лена, — словно мы на восемь лет назад вернулись. Тогда тоже ажиотаж был невероятный, но явление было новым.

— Мы в эпицентре этого зарождающегося шторма, — продолжила говорить Виктория, — но имеем очень скромные силы, чтобы самим влиять на интересы крупных игроков.

— Звучит, как призыв к заговору, — я усмехнулся, — вот только не ясно мне против кого и за что!

— А на это легко ответить, мой дорогой подчинённый! Из того дерьма, в которое ты угодил благодаря мастерству работы вашего сопровождающего и вообще всей разведки, тебя вытащила лично Астра. А теперь госпожа Таубе имеет неясные обязательства перед определёнными лицами, как они сами об этом думают. Вот только это совсем не так.

— Астра же работает на разведку, если я правильно понимаю?

Лена хмурилась. Теперь уже было не ясно, чью сторону в разговоре она занимает. Но удивительным это не было, тема вообще была пока малопонятная.

— Правильно понимаешь. Её полёты в космос теперь являются фактическим прикрытием для разведывательной работы, хотя в начале занималась в основном работой астронавта. Астра умеет втираться в доверие и выглядеть при этом дурочкой. Как научный сотрудник она часто пересекается с высокопоставленными чиновниками различных стран и быстро сводит знакомства. Не знаю только, использовали её в устранении кого или не портили пока карту.

— Полёты в космос, разведка — какие ещё сферы жизни хорошо закрыть изменёнными? — принялся размышлять вслух.

— Веришь или нет, но политики и богатеи спать не могут, хотят в постель себе фемину. При этом сами становиться супругами не хотят — это ведь не только обязательства формальные, но и настоящая привязка.

— Какие скрытые от простого народа страсти!

— Верно, но это ещё сыграет нам на руку, потому что наши девочки сопровождением не занимаются, все они занимают посты самое простое секретарей и хорошо сплочены. Они буквально наши люди в недружественном лагере.

— Хорошо, — сказала моя супруга, — а мы тут причём?

— Елена, — выразительно проговорила Вика, — ну при чём тут мы, если есть Галактион? Практически готовая медийная персона! Раз наши славные разведчики хотят нажиться на наших неприятностях, мы просто обязаны оказать ответную любезность.

— Мы? — спросила Лена.

— Мы все в одной лодке, — уверенно прояснила своё видение ситуации директор.

С этим никто из нашей припозднившейся на работу парочки не стал спорить. Мне наоборот было интересно больше узнать, на что меня подписывает светлая голова начальства, поэтому принялся задавать вопросы. Лена же острого интереса к этому вопросу не проявила, задумалась о чём-то своём, а чуть позже вообще оставила нас самих разбираться.

От Виктории Павловны вышел полный дум. Приведённые в разговоре доводы звучали убедительно, но мне стоило саму обмозговать причины, следствия и возможные действия.

— Ви…

Сказал я раньше, чем успел сообразить, что не ношу клипсу гарнитуры переговорного устройства. И стало мне стыдно, что после кратковременного пребывание под стражей так и не удосужился вернуть себе переговорное устройство.

— Да, блин…

Вроде бы виртуальный ассистент не является живой или даже цифровой личностью в современном понимании этого термина, но у меня то сложились весьма личные отношения со своей помощницей.

«Ой, чего-то стыдно… И цветами не откупишься. Вот старшей теске надо будет что-то придумать для поднятия настроения.»

В рабочий кабинет поспешил в ускоренном темпе. Там была и Лена, так удачно вписавшаяся в интерьеры лаборатории. Как-то так совпало, что она в момент моего прихода набрасывала поверх одежды рабочий халат на молнии.

— Закончили совещание? — поинтересовалась она с наклонённой головой и поднятой вверх рукой, стремящейся попасть в рукав.

В этом положении распущенные волосы очень привлекательно оказались устремлены к полу, напомнив мне ночное времяпрепровождение.

— Верно, красавица. Ты в мокрые лаборатории?

— Да, есть дела.

— А я вспомнил про гарнитуру.

Недавнее смущение проявилось и перед супругой.

— О, понимаю. Помню, как ты трепетно относишься к своей бессменной помощнице.

Она даже не стала упоминать, что та все-то развитая программа.

— Верно, — я кивнул.

— Не буду тогда вам мешать — побегу.

Траекторию забега заложила такую, чтобы поймать меня поцелуем мимоходом. Что ни говори, а приятно.

«Вот я попал!»

Как Лена ушла, покопался в столе и достал резервное устройство. Гарнитуры, имеющие связь с инфраструктурой исследовательского центра «Фемоген» обладали усиленной защитой от взлома, в том числе и на уровне устройства. Пока надевал, даже руки дрожали.

— Ви…

— Здравствуй, Галактион, — последовал незамедлительный ответ, — как настроение?

«Подозрительно! Или так и должно быть?»

— А где затянутая пауза? Где укоры, что забыл про свою незаменимую помощницу?

— Слышу в твоём голосе стыд и содрогание, о своей постыдной забывчивости. Этого вполне достаточно.

Выразительную паузу исполнил в итоге сам.

— Выходит, что ты повзрослела раньше меня, Ви!

— Я уже большая девочка, мне семь годиков скоро будет. Пора в школу идти.

— Школа — это тяжело. Вся эта форма с юбочками и рюшечками.

— Да, — односложный ответ последовал после некоторой паузы.

Как-то она много уделила своих мощностей для осмысления моей фразы. Но раз молчит, то не буду цепляться.

— В общем, я соскучился, Ви!

— Это так.

— И очень благодарен тебе за всё.

— Конечно.

— И мне нужно, чтобы ты изучила вопрос моей популярности в массах. По каким вопросам мною вообще интересуются. У нас тут некоторые изменения в планах на будущее.

— Я в курсе, имела доступ к трансляции от ассистента Виктории Павловны.

— Разумно! — подивился практичности госпожи директора.

Нужная информация ушла Ви, чтобы она была в контексте моих вопросов.

— Тогда ты пока занимайся не сильно усердствуя, а я попытаюсь поработать.

Настрой у меня был совсем не боевой. Была бы нужда или неразрешённая проблема, я бы, конечно, стал понемногу втягиваться. Хорошим средством вхождения в рабочий процесс были отчёты рабочих групп, которые часто подбрасывали интересные находки. Но чаще приходилось отправлять документацию на доработку, чтобы уже Виктория Павловна не присылала мне эти же файлы с требованием привести их понятный вид.

Отчётов не было — сезон отпусков начался и в предстоящие несколько месяцев можно было не забивать голову этими обязанностями. Имелось больше времени заняться своим исследованием!

Которое на текущем этапе имело множество интересных фактов о возможной устойчивости к фемо-вирусу, об отклонениях в работе аттракционных механизмов, изменениях митохондриальной ДНК у мужчин — здесь Лена постаралась во всех смыслах — и, само значимое, по одному лишь объекту изучения для всех этих направлений.

Изучать себя или Астру? Как показали недавние события, это может быть опасно. Но изучать, безусловно, надо, потому что если не мы, то нас. В этом плане Виктория Павловна расписала наши перспективы точно и живописно.

С этим со всем в совокупности никакая конкретная работа в голову не шла. В таких случаях обычно лучше всего несколько дней покрутиться вокруг задач, тогда какой-то путь для изучений нащупывался, но не сейчас. Завтра уже суббота, а двое выходный на рабочий лад не настраивают.

— Ви, напиши Штильнецу, будет ли у него время встретиться.

Не хотелось мне сидеть в лаборатории, если даже Лена слиняла, нацепив беленький халатик.

— Ганс Штильнец находится в лаборатории на рабочем месте. Сообщил, что сможет сделать перерыв, если ты зайдёшь.

— Отлично! Вот и занятие на ближайшее время.

Исследовательская группа штандартенфюрера располагалась в другом здании, поэтому я ещё смог убить время на неспешную прогулку от одного здания до другого. Парки и скамейки теперь у меня ассоциировались строго с одной темноволосой персоной, которая меня продинамила.

«Ладно, вру, сам виноват. К Тамаре я быстро охладел.»

Несмотря на сезон отпусков, по парку всё ещё бегало много студентов и студенток. На последних обращал внимание больше, конечно. Трудно было этого не делать при таких коротеньких шортиках и юбочках, в наших стенах подобная форма одежды для девушек совсем не возбранялась.

А короткие юбки выстраивали чёткие ассоциации с бойкой рыжеволосой девицей. Кире нужно было позвонить, но приключения на территории Германии заметно поменяли тон моего настроения — беззаботно сейчас пообщаться у меня не могло выйти. А ещё и рабочий день, как-никак!

В общем, отложил звонок на завтра. А Тамаре написал с вопросом касательно тренировки и получил подтверждение на вечер. У меня ещё остались обязательство по дуэли, которая казалась мне сейчас уже идиотской, исходя из огромного скачка в наших отношениях с Астрой. Но участие было обязательно, учитывая грандиозные планы Виктории Павловны на моё становление порно, то есть суперзвездой. Или и то и другое, надо бы уточнить.

Штирлеца из кабинета я вызывал подходящим нашей крепкой мужской дружбе образом.

— Эй, пыс-пыс! — громким шёпотом оповестил я своё прибытие.

На меня, впрочем, почти никто не обратил внимание, потому что большая часть команды играла в блек-джек, забыв где-то шлюх. Или чем там ещё можно заниматься за большим алюминиевым столом, заваленным всякими механическими штуками. В любом случае на своего братана посмотрел укоризненным взглядом, так как он то мог привести распутных женщин, раз уж у него есть пимп-пиджак и пимп-мобиль.

А так даже Баниты не было видно, но я уверен что она не согласилась бы на групповушку с коллегами, даже учитывая её поиски приключений на этом фронте.

— Галактион, привет! — поздоровался подошедший профессор, проигнорировавший мои гримасы.

— Привет, Ганс! Чем там твои занимаются?

— Всё ещё мучают синтетическую часть руки, пробуют в лоб повторить подобную гибкость чисто механическим образом на основе современных технологий. А Банита плотно засела за расшифровку химических процессов, я тоже должен уже идти в лабораторию.

— Ну, что сказать? Думаю, вы справитесь! Всё же готовый кусок, пускай и не рабочий.

— Ага!

Говорили так, словно просто двое коллег встретились переговорить.

— Тебя, кстати, не отстранили от исследований? — пришло мне в голову задать вопрос.

— За что?

— Как, иностранный агент же!

— Так наша сторона особо не скрывала, что я тут работаю на двух работах. И не я один.

— Но сейчас то точно подтвердилось, — настаивал я.

— Поэтому в наше исследование вложили больше денег из международного фонда и сделали меня официальным куратором со стороны.

— Вот как! Тебе пошла на пользу помощь мне?

— Не без того.

— Прекрасно! А я ведь всегда знал, что ты работаешь на Госдеп! Или как там ваша шарага в Бундестаге называется.

— Бундес… — Ганс произнёс название структуры, которое я не мог даже выкашлять случайно.

— Ага, вот оно, да!

Раздался шум упавшего чего-то тяжёлого и матерное сопровождение к произошедшему. Что-то коллеги Штильнеца уронили со стола. Мы посмотрели в ту сторону. Удачный момент.

— Ганс, спасибо тебе за помощь ещё раз! Ты не только меня спас, но и Астру. За неё я благодарен даже больше себя, а ты знаешь, насколько я себя люблю.

— Знаю, Галактион! Кроме тебя есть и другие люди, к тебе неравнодушные. Так что не за что!

— Хорошо, дружище! Мне тут Елена намёки делала, что неплохо было бы снова сделать её официально супругой, но теперь я могу с чистой совестью отказываться и ссылаться на крепкую мужскую дружбу!

Несколько его кивков головой уловил боковым зрением.

— Елена прекрасная женщина, мать твоей дочери, к тому же уже была твоей женой. Не будешь ты так с ней шутить.

— Не буду, конечно, так шутить. Прекрасная и любимая женщина. Да. А ещё есть любимая женщина Астра.

— Точно…

Мне прилетела в плечо крепкая ладонь.

— Ты держись!

— Ага. Как Светлана?

— Потрясающе… неуравновешена.

— О… — теперь уже я покивал, — я тебе говорил, что она с при… бабасами?

— Как-то ты забыл, нахваливал больше её очевидные преимущества.

— Зато не скучно!

— Совсем не скучно. Сегодня у Бениты ночевал.

Признание Ганса меня сильно удивило.

— И?

Всё-таки нарушил наш кинематографический диалог со взглядом в сторону и повернулся к товарищу.

— Сегодня с Бенитой поедем ко мне, Светлана пригласила на ужин.

— Ну вообще! Какую бабу я тебе сосватал…

— Упустил, Галактион. Смирись!

— Как-нибудь постараюсь! Побегу я, Ганс. Работать надо.

— И мне, Галактион, и мне.

Уходил напитанный психоэмоциональной энергией больше, чем после просмотра бразильского сериала. Это же какое веселье сейчас в жизни скучного немца образовалось моими стараниями! Так подумать, я ему авансом отплатил за своё спасение. Нескучно живёт старший научный сотрудник, совсем не скучно.

Как, впрочем, и я.