Как оказалось, добить можно даже мой помолодевший заряженный энергией организм. До предела, конечно, ещё очень далеко, но сумбур последних недель и усиленные физические нагрузки наконец привели к тому, что я с трудом мог разлепить глаза.

«Ну да, ну да, я знаю. Пошёл я на кир!»

Так скажет любой нормальный человек, находящий себя в такой же ситуации в любой будний день. Но я-то уже привык к хорошему!

А вообще, время для моей побудки ещё не пришло, но кое-кто бессовестно беспокоит мой чуткий сон, настроенный годами холостяцкой жизни. Да, дочь у меня гостит часто, но она в такую рань из комнаты показаться может только на событие вселенского масштаба.

Кружевные чёрные трусики на шикарном заду её матери таким явлением не были точно. Для неё. Я же такое дефиле застал происходящим уже в обратном направлении — из ванной. Не знал только, радоваться или расстраиваться. Пары к трусикам не было сейчас предусмотрено в костюме такой-то матери, но определил я это только глядя в удаляющуюся спину.

Я уверен — это всё просчитано!

Хотелось сделать ей замечание, но повода как такового и не было. Формальность, но госпожа Воронцова на таких тонкостях съела целый собачий питомник.

«У-У-У! Ещё одна зараза феминообразная!»

Даже не хочется вам, мои воображаемые друзья, говорить, что провоцирующим комплектом белья сборы на работу не ограничились. Была ещё блузка, так и не застёгнутая до приличного состояния до самого момента выхода. А ещё страшнее — были чулки! Реальные чулки, на подвязках, которых я в своей жизни не видел никогда так близко.

Давно не ощущал столь болезненной эрекции. А ведь только из холодного душа вышел! Пришлось срочно вспоминать состояние камня.

Дерьмо!

И да, этого состояния, кстати, тоже. Ведь может помочь победить вздёрнутый к небу флаг мужского здоровья. Или же заставит выработать совсем ненужные рефлексы, привязанные к неправильному ассоциативному ряду. Ну уж нет.

Благо, что на работу надо прибывать вовремя, хотя бы в важные дни, так что мучения мои прекратились. В такси же, вызванном, чтобы успеть, я предался созерцанию знакомых окрестностей. Только раз отвлёкся на хмыкающую соседку, которая ничего конкретного не выражала, но вид имела победоносный. Знает, что впереди долгая дорога, и я никуда от неё не денусь.

Я делся. Я — квинтэссенция ускользающей свободы! Я… ja-ja!

— Галактион, опять вслух, — проинформировала меня Ви, — я, конечно, не против. Кто я такая? Один раз виделись! Но вот люди вокруг…

А был я уже в лифте. Только, вроде, сижу в машине и делаю вид, что не обращаю внимания на Лену в игривом настроении, как уже двигаюсь на ковёр к своему высоко сидящему начальству. Когда Ви сообщала о приглашении моей персоны на визит, супруга посмурнела. Ай, ай, как удачно до сих пор работает Виктория Павловна против Елены Андреевны.

И я всё-таки замолк, потому что слава слегка безумного профессора мне подходит, а совсем поехавшего головой — нет. А раздражителей сейчас нет. Пока нет.

Нужно было только войти в открытые для меня двери офиса централизованного зла, чтобы раздражение вернулось вместе с раздражителем.

«Я по этой причине сегодня воспринимаю действительность как-то рвано? Одни сексуально озабоченные вокруг, включая меня.»

По каким иным критериям мерить взрослую бабу, разодевшуюся в школьную учительницу? А если припомнить определённые фото и видеоряд предыдущих недель, то можно смело ставить диагноз. Благо, что речь сходу пошла про рабочие моменты.

— Садись ближе, — услышал, когда собирался занять место на диване.

Самым близким был стул напротив стола. Надо отметить, не был этот предмет мебели тем самым пресловутым табуретом для пытки ожиданием. Добротный стул с удобной спинкой, на котором вполне комфортно я разместился.

— Ты справился со всеми документами, что необходимо было подготовить. Спасибо, — сообщила она, не отрываясь от бумаг на столе.

Распечатанных. Мог бы начать волноваться за свою начальницу, если бы только она не водила носом от бумаг к планшету, от планшета к монитору и назад по кругу.

Отвечать я не стал, раз уж меня не удостоили взгляда.

— Ещё ты неплохо вчера погулял, — вот, удостоился взгляда, — главное — смог не попасть в очередную неприятную историю. Это похвально!

— Астра, — ответил и покивал головой.

Вика кивнула мне в ответ, соглашаясь и с моей догадкой о том, кто проинформировал её о вчерашнем славном гулянии, и соглашаясь с моей высокой оценкой способностей лейтенанта Таубе улаживать конфликты.

— Чудесная женщина, — дала она неожиданную оценку моей подруги, — со своими особенностями. Как и любая подобная особа. Верно?

Опять кивнул.

— Слышала, вы движетесь к сближению?

— Какая осведомлённость.

Не часто моя куратор открыто интересуется моей личной жизнь, хотя знает о ней всё. Я ведь не скрываю. А тут сидит, атакует меня грудью под обтянутой блузкой и ещё и такие речи ведёт необычные. Понять бы контекст.

— Как же ты будешь решать этот вопрос со своей экс-супругой. Ай-яй…

Вот и контекст. Даже голову ломать не пришлось. Что-то меня либо ценить перестают, либо понимают стеснённое состояние моего головного мозга из-за стесняющего соседства с семенной жидкостью. Ладно, обижаться ещё больше точно не буду.

— Изобретательно, — выдал односложный ответ.

— Хорошо, здесь это уместно. Очень надеюсь, что подобные умения не понадобятся тебе в новой поездке, но…

Хм.

— … об этом тебе расскажет сопровождающий вас куратор из разведки.

Тут-то я рот и открыл. Ни себе чего!

— А зачем?

— Галактион, — многозначительно улыбнулась Виктория, — я же тебе сказала: в курс дела тебя введёт сотрудник Главного Управления.

— Это ведь будет научная конференция? С докладом? — голос мой слегка дрогнул.

— Мне больше видится, это будет отчёт о достижениях. Уверен после этого ещё и про финансы речь пойдёт, но для начала они сделают вид, что им чертовски интересно услышать о передовых разработках от занятых научной работой лиц.

— И ты вот так вот просто сбагришь меня чужому дяде? — приподнял правую бровь.

— Не знаю, я ещё думаю.

Ох! Вы видели эту улыбку? Акула на выставке кулинарных блюд морской кухни. Впрочем, кому я это говорю, мои воображаемые друзья, выстроившиеся вдоль стеночки? Конечно, вы видели!

— Вика! — настойчиво выразил свой недовольство.

— Вот так! Когда я плохая — тогда Виктория Павловна, а как что-то надо — сразу Вика.

Она встала из кресла и опёрлась рукой на руку на стол. Положительно на крепости блузки это точно не сказалось, а уж верхняя пуговица сдерживала атаку орды горячей плоти.

— Я, между прочим, для тебя старалась. Не думал об этом?

— В какие же это моменты?

Спросил на инерции. Когда она заговорила про свои старания, у меня только её видеоряд у зеркала перед глазами прошёл. Какие уж тут осмысленные вопросы?

— В те, из-за которых ты так злишься…

Она обошла угол стола и присела на его ближнюю ко мне сторону.

— Как иначе я могла решить вопрос с твоей де-факто супругой, — опять она делает акцент на юридическом статусе, — когда она решила вернуть первого своего мужчину. Два мужика ведь лучше одного?

Этого я не понял. Но зато мозг заработал, пытаясь понять, что мне излагала начальница.

— Она ведь могла сначала разойтись с мужем, а потом заняться твоим… очарованием, скажем так. Но вместо этого сначала опробовала свой метод, отметила его частичную эффективность и потом уже начала действовать. Это ведь так… возбуждает. Чмокнуть в щёчку одного любящего тебя мужчину и тут же за дверь купаться в обожании другого.

«Твою мать, Вика! Ты же прекрасно по моим глазам поняла, что попала прямо в точку. Именно в щёку меня поцеловала Лена перед моим отъездом в ту злосчастную командировку перед нашим разрывом. Она была на меня обижена, но не проводить — не могла.»

Лебедева в моменте моих раздумий и неотрывного взгляда в её глаза сумела как-то переместиться прямо напротив меня. Как-то я и не понял раньше, что юбка на высоком начальстве была совсем не впечатляющая размерностью. Нет, в ширину она вызывала уважение, была приятно упругой на ощупь, но не имеющей значимой длины.

Ого-го… или даже ja-ja! И первый раз так близко к истине. Что мои руки делают на заднице Виктории Павловны? Почему эта женщина при этом так довольно улыбается?

— Сме-ело, — не удержалась она от комментария.

Бездумно. Уточнил бы, да только говорить не получалось.

Я совсем потерялся. С Астрой я растворялся в чувствах, ощущая при этом огромный набор оттенков ощущений. С Леной ощущал себя словно на лезвии ножа, в борьбе смыслов и противоречий.

С Викой… такого просто не может быть. Ведь не может?

Не могут же мои руки быть перенесены с ягодиц на талию, чтобы не мешали поднять туда же юбку. И усаживаться на меня верхом эта женщина не должна. А уж беспокоить в очередной раз руку, перекладывая её с талии на грудь, совсем уж невероятная история.

«Мне ещё нужно самому расстегнуть пуговицы?»

— Возможно, это твоя последняя возможность погулять, — прошептала моя начальница, приблизившись к моим губам.

В её раскрытом ротике я заметил кончик острого язычка. Он ходил из одного уголка рта в другой, словно сторож на входе в ворота квартала красных фонарей. Или зазывала. Проделав такую работу по сближению со мной, Виктория выжидательно замерла.

«Ах ты, бессовестная женщина!»

Не знаю, как сильно я ошибаюсь со своей оценкой ситуации, но кажется, что немного. Голова у меня плохо соображает, но у второй участницы событий происходит что-то схожее.

Лебедева заигралась.

Сложно представить, как много замыслов у неё сошлось, чтобы мы оба оказались в этом кабинете в такой переговорной позиции, но один мне видится чётко. Она желает ослабления позиции Елены в моих с ней отношениях. Учитывая, сколько всего за этот месяц за моей спиной две женщины провернули, не удивлюсь, что у них есть какие-то договорённости. С Кирой Краповой ведь были!

Для увеличения эффективности манипуляции в ход пошёл флирт, выходящий за рабочий график. Фотографии мне приходили бомбические, а уж видео чего стоит! Где-то после видео и моего разрушительного рейда по её любовникам, Вика со скуки решила сыграть старшими картами.

Если я прав, то она уверена в своей позиции.

— Не об этом ли ты мечтал?

«Бинго! Попалась!»

От своего озарения я щёлкнул пальцами правой руки так, что нераскрытая пуговица блузки на уровне сосков сама выскочила из дырочки. Образовавшаяся прореха размера оказалась столь удачного, что кисть сама потянулась к спрятанным сокровищам. Меня как током ударило, когда я схватил твёрдый кончик соска, видимый под белой тканью.

Вика вздрогнула.

Смотрела на меня неотрывно до тех пор, пока левая моя рука не прошлась от талии вниз к заднице и не продолжила двигаться ниже. Тогда она закрыла глаза и сделала глубокий вдох, компенсируя задержку в дыхании.

«Она думает, что сможет зайти дальше, чем я… Ja! Хех.»

Отклоняющуюся назад голову не смог проигнорировать. С головой отдалялись и пышные губы, не знающие глупых косметических операций. Меня это не устроило, я догнал поцелуем и прихватил мягкий валик нижней губы зубами.

Горячий выдох устремился в мой рот.

Сжал сосок и потянул к себе, чтобы зафиксировать успех. Оторвался от сладости поцелуя, и посмотрел на грудь. Невероятно приятно не только получать эстетическое удовольствие от созерцания, но и иметь возможность хозяйски положить на это дело пятерню. Не зря мужики так ревностно к этому рвутся. Упругая и пластичная! Фантастика.

Взгляд двинулся ещё ниже, оценивая красные кружевные трусики. Коллекция позапрошлого года. Трудно ошибиться, если сам их выбирал в очередной раз. Уважила меня столь близкая знакомая. Хочется уважить в ответ!

Не стал с этим тянуть. Убирать руку от груди было настоящим преступлением, хотя положение было не самым удобным. Ради такого стоит потрудиться. Решил оторваться от мягких мест пониже, чтобы расположить руку поверх своего яркого цвета подарка. Мои пальчики сразу отправились за отодвинутый край на исследование интересного места.

Тут-то Вику и проняло.

Глаза она распахнула со взглядом, который может выдать в мгновение протрезвевшего человека после запойной ночи. Одна её рука, согнутая до этого в локте и прижатая к телу возле груди аккуратно и настойчиво прервала мои игры с инструментом для кормления. Вторая рука с моего плеча ухватила моё запястье между ног.

Так Лебедева зафиксировала угрозу, приподнялась на ногах и аккуратно с меня слезла.

— Тебя ждёт ещё одна встреча сегодня. С тобой свяжется Дмитрий Степанович, а после самому надо напомнить о себе Либерману. Дело там решённое, но тебе нужно завершить передачу полномочий. С документацией проблем не будет, мы справимся в твоё отсутствие.

Инструкцию Виктория Павловна выдала спокойным голосом. От меня она взгляд не уводила, как и не пыталась восстановить целостность своей одежды поверх шикарного бюста, или же опустить юбку с пояса.

— Спасибо за подробнейшую инструкцию! — улыбнулся.

Мне поправляться не требовалось, одежды с меня снять не успели. Встал аккуратно, поправил стул, чуть сдвинутый с идеального положения по местному феншуй. Этим побесил внешне невозмутимую секс-бомбу и удалился из кабинета, прикрыв дверь, чтобы ограничить случайных незваных гостей от вида неготовой к приму начальницы.

ДЦИНЬК!

Влетело в стену за моей спиной. Целились, возможно, прямо в дверь. Что-то большое и хрупкое только что разбилось в кабинете за закрытыми дверьми.

«Её любимая ваза что ли?»

Узнавать не хотелось, откровенно говоря. Кажется, я начал отходить от безудержной удали произошедшего.

— Через двадцать минут прибудет капитан Старов Дмитрий Степанович, — неожиданно сообщила Ви.

Но если подумать, то как раз это мне Лебедева и говорила.

— Чего так поздно сообщила?

— Не отвлекала.

— О, какие мы чуткие.

— И послушные.

— По-онятно!

Мой ассистент получила инструкции от вышестоящего начальства. Эх, какие-то мы сильно подчинённые.

— Подожду, пожалуй, важного гостя в холле.

Не хотелось сейчас встречаться с Леной. Ещё с утра пугался немного её настроения, а сейчас испытываю определённый психологический дискомфорт от мысли, что придётся что-то придумывать про мой визит наверх.

Сумела Виктория добиться одной из своих задач. Недолго этот эффект будет длиться с такой силой, но подсознание её доводы всё равно запомнило.

Спустился на лифте на первый этаж, прошёл ближе к местам у проходной. Уселся поудобнее, чтобы видеть недовольное лицо Константина Егорова. Посторонний зритель не заметил бы ничего необычного в облике сурового охранника, но я то успел обратить внимание на выражение его лица до того, как он заметил мою нескромно сидящую неподалёку персону, и после.

До чего же простой парень, всё-таки. И собой хорош. Уверен, Вика даже расстроена сейчас разладом в их отношениях, потому что до конца не смогла воспользоваться симпатией этого молодого человека. Но принципы для неё важнее. Допусти она слабость, узнай я потом об этом — у-ух как я мог бы потом над этим шутить. Ведь она в споре со мной свои позиции потеряла и сделала вид, что нисколько от этого не пострадала.

Может и так!

Эх, знал бы Константин, какие только что страсти кипели практически под крышей этого здания, был бы он не столь угрожающе спокоен. А ведь он должен был догадываться, что не один облагоденствован вниманием небожительницы. Потому наша общая начальница и могла хотеть избавиться от назойливого внимания.

Я, наверное, слишком гадко улыбался, что охранник вовсе перестал поворачиваться в мою сторону. Зато я заметил вошедшего капитана. Поднялся, чтобы он мог меня увидеть. На месте долго топтаться не пришлось. Как только мы обменялись взглядами, я получил призыв рукой выдвинуться к сотруднику государственной службы навстречу. Так и сделал. Преодолел турникет, не озираясь, и вышел из здания вслед за фигурой мужчины.

Не забывайте, каждый ваш лайк делает автора чуть более счастливым, а значит и продуктивным! А комментарии вызывают чувство восторга!