Сегодня роль писаря на мне, потому что Шукрат не может оторваться от своих подопечных — особенно от Тобо с его привидениями.

А мне бы вырваться на поиски Папули, ставшего царем гребаных обезьян.

Зараза. Подумать только. Из-за того, что эта дурочка Шукрат тратит уйму времени в заботе о недееспособных членах Отряда, старается, даже несмотря на передозировку семейкой Тобо, в итоге я выгляжу какой-то задницей.

Стоит ей только на минутку забыться, станет мамашей в неполные восемнадцать лет.

А вдруг это зависть? Очень может быть. Но знаю наверняка, Папуля вряд ли хотел, чтобы мы записывали подобную ерунду.

Значит так. Мы находимся здесь уже довольно долго, чтобы солдаты из числа местных определились, хотят ли они вернуться к своим семьям. И таких оказалось довольно много. Но оказалось и довольно много тех, кто потом решил сбежать обратно. Они, наконец, повстречались со своим тигром. Для них родина перестала быть родным домом. А может быть и не была по-настоящему, иначе они бы не записались на службу. А может то, что звало их назад, существовало лишь в их мечтах, когда они оказались вдали от знакомых мест и осознали, как близки к смерти.

Мда. Ух ты! Наверное я, став по сути беспризорной сиротой, которой некуда приткнуть голову, начинаю понимать, в чем суть Отряда. Каждый подобный мне бедолага попадает в импровизированную мрачную, вечно ссорящуюся и совсем неблагополучную семью. Это символ, частью которого можно стать. Семья, которая когда-то сократилась всего до семи человек, но всего через год выросшая до нескольких тысяч, а её члены стали неразрывно связаны, породнившись друг с другом. Это общность.

Эй! Ну, как тебе такое, сестричка?

«Неразрывно» - вот так-то. Ха!