Когда Шукрат с дядюшкой вернулись, она снова начала себя вести как испорченный привилегированный подросток с геморроем. Не знаю, с какой-такой стати. А потом, просидев с кислой рожей в одиночестве, она снова стала нормальной.

Только...

Неожиданно, она как завопит. Не могу точно описать - это был не то вскрик, не то визг, не то вопль и все это объединилось в один крик, который длился может секунды три, а потом оборвался. Мы бросились к ней, чтобы убедиться, что с пустоголовкой все в порядке.

Шукрат стояла, указывая куда-то дрожащим пальцем.

Туда, где стоял пастух с собакой.

Мужчина был невысоким и жилистым. В нем не было ничего примечательного. На мой взгляд ему было около сорока. Он был загорелым, с обветренным лицом, но совершенно точно светлокожим. Кроме нас с Шукрат, Каркун с Госпожой были единственными действительно светлокожими людьми в этой стране, которых мне довелось встречать. Так что этот человек меня поразил. В Хсиене мне еще не встречались белокожие местные жители. До сих пор.

В любом случае этот мужичок носил самую уродливую шляпу на свете. Она была огромной, драной и покрыта вековой грязью. Даже не знаю, как это описать, могу только сказать, что она уродливее той штуки, которую носил лже-Каркун. Вообще-то шляпа не имеет значения, разве что она настолько меня поразила, что я разинула рот. Ничего подобного я еще не видела.

Собака оказалась мне знакома. Это была та самая, что следила за нашим облетом рядом с пастушьей хижиной. Следовательно человек рядом с овчаркой был пастухом.

Как только он понял, что мы его заметили, он поднял руки и продемонстрировал пустые ладони. Я его поняла как «Я пришел с миром».

Дядюшка решил то же самое.

Пастух сделал навстречу три шага, выйдя на свет, потом сделал серию жестов, показав на свои рот и уши, что мне показалось, означает, что он глухой. Либо намекает на то, что не понимает нашего языка.

Дядюшка кивнул и чуть повернул голову. Меч, который он в пути носил за спиной, чтобы не мешал, и о котором мы забывали, стал хорошо виден. Потом он сделал знак, что пастух может подойти.

Судя по его внешнему виду, пастухом двигали два чувства - чувство отчаянного одиночества и страх. Думаю, у него интересная история. Как и история этой долины.

Место, насколько я могла судить, было действительно красивое. Размер был чуть меньше Вороньего гнезда, зато здесь было гораздо теплее, чем где-то еще с тех пор, как мы улетели из Гнезда. На лугу так хорошо росла травка, что здесь можно было бы пасти в несколько раз больше овец, чем мы видели.

У меня в голове роилось сотни вопросов, которые я бы задала, если бы была возможность получить ответ. Один из них, почему в столь удобной долине больше никто не живет?

Потом я подумала, возможно ответ на него я не захочу узнать или испытать на себе. Вдруг, долина населена призраками или какими-то чудовищами, или... чем-то вроде того.

Этот вопрос, как и прочие, был не важен. С рассветом мы отсюда улетим.

Первой молчание нарушила Шукрат:

- Блин, какого черта?! Что нам делать с этим хреном?

- Мы станем обращаться с ним как с уважаемым родственником, - ответил дядюшка. - Он довольно долго жил один и соскучился по общению с людьми.

Шукрат хихикнула и что-то пробурчала про себя, довольно грубое на счет пастуха и его овец, что меня удивило, ведь она такая вся из себя приличная.

- Стыдно, Шукрат, - заметил дядюшка. Потом добавил: - Он бы позвал в гости даже демонов, которые прилетят на летающих бревнах.

Говоря это дядюшка стоял лицом к пастуху с широкой приветливой улыбкой. Он поманил его, приглашая пришельца к нашему огню.

Меня сильно подмывало закричать. Я сумела сдержаться, доверяя дядюшкину суждению. В данный момент. В любом случае пастух решил, что дядюшка здесь главный.

Шукрат вела себя хорошо, хотя, думаю, она в меньшей степени доверяла чутью старика.

Пастух принял приглашение. Дядюшка вынул сковородку и приборы, чтобы тот мог присоединиться к ужину. Собака села рядом с хозяином справа. Она пугала меня сильнее всего. Она не издала ни звука. Собачий хвост даже не шевельнулся. Овчарка по очереди оглядела нас, словно оценивая, не окажемся ли мы вкуснее ягнятины. Она явно была на стороже. Что ее беспокоило? Интересно, видела ли она в жизни других людей, кроме пастуха?

После этого мы в основном молчали. Казалось грубым о чем-то болтать в присутствии кого-то, кто не может поддержать беседу. А наш гость казался неуверенным в том, как ему вести с нами диалог теперь, когда его пригласили в компанию.

Вкус еды его крайне заинтриговал. Очевидно она была ему незнакома. Но он с удовольствием ел и не казался разочарованным.

Шукрат встревоженно вскрикнула, снова. Мы повернулись к ней. У меня отпала челюсть. Дядюшка тоже застыл с открытым ртом. Пастух стал белее мела, несмотря на загар. Он словно рыба на берегу шевелил ртом. Собака опустила морду на передние лапы и заскулила.

Шукрат замерла, как неживая.

Что за...?

Моя храбрая кузина каким-то образом приманила огромного ворона, который теперь украшал ее плечо. И это украшение было слишком большим, чтобы нормально усидеть на этом насесте. Указанная птица внимательно всматривалась в нашего гостя, словно уговаривала его поспешить и скончаться поскорее, потому что настало время поужинать и ворону.

Я первая, кто нашел в себе силы что-то сказать, но это случилось не раньше, чем через минуту. Я выдавила из себя:

- Папуля, это ты?

Ворон повернул один блестящий глаз в мою сторону и подмигнул.

Снова раздался испуганный вздох - теперь от Арканы Ворошек.

Так он действительно следит за нами!

На границе света от костра появился еще один ворон. Потом прилетел третий, за ним четвертый. Каждое появление птиц сильно пугало пастуха и овчарку. Внезапно вокруг нашего лагеря раздалось шумное хлопанье невидимых крыльев, которое резко оборвалось. Потом, после повисшей тишины, снова раздались легкие хлопки крыльев, словно наши невидимые гости один за другим поднимались в воздух и улетали прочь. Несколько птиц почти чиркнули крыльями по голове сидящего гостя.

Снова на несколько минут повисла абсолютная тишина. Каждый из нас пытался понять, что бы означало это происшествие.

Я была твердо уверена, что нас навестил Непоколебимый страж, и его вороны доставили нам послание. Только вот какое? И кому именно оно было предназначено?

Одним неуловимым движением, словно вынырнувшая из травы змея, дядюшка положил свой меч на бедра.

Кому бы ни предназначалось данное послание, его смысл был очевиден. Нет сомнения, что высшая сила следит, как минимум за Шукрат Ворошек.

После этого пастух поспешил покинуть нашу компанию. Он погладил и похлопал по холке свою компаньонку, чтобы она перестала скулить. Затем он поднялся, поклонился и повернулся. Я могу поклясться, едва он вышел из круга света, он понесся со всех ног прочь.

Дядюшка Джан Го погладил ножны меча, оглядел нас, задержавшись на несколько секунд на Шукрат.

- Думаю, - произнес он: - Данное предостережение было вполне красноречиво.

Я хмыкнула:

- Правда? Может объяснишь мне недалекой его смысл? Что за предостережение? И для кого?

- Для нас. Но в особенности для того пастуха. Прямо сейчас мне кажется, что наш новый знакомый не тот, кем кажется. И если я прав, то это отлично объясняет, почему столь прекрасный и гостеприимный кусок земли столь безлюден, исключая пастуха с овчаркой.

Мне хотелось рявкнуть в ответ, потому что я была напугана до чертиков.

И Шукрат казалась перепуганной не меньше моего.

- И предупреждение для меня, что кое-кто следит. В моем случае, это напоминание о долге. И для вас, о том, что кое-кто следит тоже, но в вашем случае - это ободрение. И вероятно, тоже напоминание, чтобы вы не утрачивали бдительность, и смотрели по сторонам внимательнее.

На счет последнего, думаю, он все выдумал.

Шукрат задрожала всем телом. Она с трудом могла вздохнуть. Она несколько раз с трудом втянула в себя воздух, потом произнесла:

- Этот... человек. Он с виду такой безобидный. Но он не совсем человек. Я поняла это, когда он побежал. От него было ощущение, как от тех тварей, что овладели Тобо. Только, этому больше повезло, чем тем троим, потому что он полностью обрел телесную форму.

Ого! Вот так хрень! Я ничего не почувствовала, но...

- Значит поэтому он не появлялся, пока совсем не стемнело?

Никто не мог ответить утвердительно. Учитывая случай с Тобо, я решила, что время дня не играет особой роли.

Шукрат как раз спросила:

- Значит, мы не сможем сходить помыться?

Мне, конечно, пришлось огласить:

- Блин, да. Не сможем! - и думаю, у Джан Го было тоже мнение, но потом вмешалась третья сила.

Где-то за пределами костра каркнул ворон. И ему ответила вся стая.

Они следили за нами.

Тогда дядюшка объявил:

- Ну, значит можно.

* * *

И, возможно, глядя на это с точки зрения внешней угрозы, это было так, но потребовались услуги терпеливых воронов, чтобы не дать нам поддаться усталости и утратить бдительность.

Температура в озере была такой приятной, что даже дядюшка поддался и едва не уснул в воде.

Вороны разбудили нас до того, как мы утонули или с нами случилось что-то еще, вроде укусов со стороны местных обезьян. Заводилы животных были не в восторге от нашего вторжения и необходимости делиться с чужаками.

Как бы то ни было, мы сумели заставить себя выбраться из этого комфорта, ради которого, буквально, можно было умереть.