Она медленно взяла стул, придвинула к столу, села. Достала из внутреннего кармана пиджака револьвер. Серебряный, с изумрудами на рукояти, и положила на стол дулом в сторону окна.
Что это могло означать? Что она пришла с миром или, наоборот, показала свою силу?
— Не боишься, что я его схвачу? — спросил я, подходя к столу.
— А ты попробуй! — ответила она без улыбки.
Я остался стоять у окна, скрестив руки.
— Зачем ты вернулся в Капитолий, Максим? — спросила Роксана ленивым голосом сытой кошки.
— У меня тут дела, — ответил я. — Личные, и они никак не касаются ни тебя, ни кого-то еще.
— Угу, — Она прищурилась. — Личные говоришь… А я слышала, что ты ведёшь войну с Газовыми, защищая какую-то любовницу аристократов и её дитя
— Не смей так говорить о моих клиентах! — рявкнул я.
— Ох, как трогательно, — Роксана взяла со стола револьвер, покрутила, положила обратно. — Ты всегда был слишком сентиментальным, Максим. Помню в детстве у тебя кошка сдохла, так ты неделю ходил грустный и похоронил животное в саду с венком. Теперь вот чужие бабы с детьми волнуют.
— Ну, на твоих похоронах я бы плакать не стал, — знала бы она, что перед ней не её младший братец, не была бы такой самоуверенной.
— Возможно, — она улыбнулась. — Так вот, братец. Я могла бы тебя убить прямо сейчас.
— Ты могла меня убить и месяц назад, и два. Расскажи уже что-то новенькое, а то скучно… — я демонстративно зевнул.
— Не умничай, — она щёлкнула пальцами. — Я могла бы тебя убить, но не убиваю. Потому что у нас, Максим, общие интересы.
— Ого, и какие же? Хочешь скинуться на подарок в честь дня рождения близнецов? — пошутил я.
— Не смешно, — коротко ответила Изумрудова.
— А я и не смеюсь. Ты своё лицо видела? Рядом с тобой смеяться вот, вообще, не хочется.
Роксана наклонилась вперёд, положив локти на стол.
— Наш общий интерес — это Газовы. Я слежу за тобой, братик, и должна сказать: ты меня неприятно удивил. Я думала, ты сдохнешь в Нижграде в первый же месяц, а ты держишься.
— Ты хотела, чтобы я сдох, а не думала, — поправил я её.
— Да, хотела, но ты не сдох. Проиграла 1000 кредитов Борису в споре. Он в тебя верил больше, чем я, — она усмехнулась. — Так вот, Газовы. Мне стал интересен их завод, но у них принцип: акции могут принадлежать только членам семьи. Думаю если ты их ослабишь, они будут думать по другому. Поэтому я не трону тебя. Временно.
— А после?
— Давай не будем о грустном! — Она встала, прошлась по комнате. — У кого-то «после» может и не наступить. И не думай скрыться, я тебя из-под земли достану, если захочу.
— Из-под земли достанешь? И давно ты практикуешь некромантию, сестрёнка? — я пытался показать ей, что её слова не оказывают на меня того влияния, которого бы ей хотелось.
— Мужика тебе надо, Роксана. — я улыбнулся. — Хорошего, здорового мужика, который тебя оттрахает так, чтобы ты перестала быть такой агрессивной.
Роксана не засмеялась. У неё на лице не было абсолютно никаких эмоций.
— У меня нет больше времени на твои дурацкие шутки, — сказала она. — Если понадобится помощь по вопросу Газовых, звони.
Она достала из кармана визитку, серебряную, с гравировкой и бросила на стол.
— А открытки с котиками можно присылать на праздники? — бросил я ей вслед.
Она направилась к выходу, а я провожал её взглядом. На пороге она остановилась, в коридоре стояла Кира с пакетами еды.
— Это кто? — спросила моя синеволосая подруга.
— Сестра моя, — ответил я, подходя ближе. — Представь себе.
Кира перевела взгляд с Роксаны на меня, потом обратно.
— А вы похожи! — сказала Кира.
— У меня тоже лицо бешеной суки? — улыбнувшись, спросил у неё я.
Роксана усмехнулась, первый раз за весь разговор.
— А ты симпатичная, — сказала она Кире. — Но, видимо, глупая, иначе бы не связалась с таким,
Роксана вышла из номера, и Кира закрыла за ней дверь.
— Твоя сестра та ещё стерва, — сказала она, вытаскивая сэндвичи. — Ты в курсе?
— В курсе. Однажды она меня пыталась убить, — сказал я.
— Странные у вас семьи, у кошкоглазых. Сестра брата убить пыталась, а в другом городе у одного из братьев это получилось, — сказала синеволосая девушка, расставив руки в стороны.
Я взял сэндвич. Индейка, сыр, какой-то соус. Вкусно. Кира протянула мне стакан со свежим кофе.
— Она сказала, зачем пришла?
— Сказала, что у нас общие интересы в лице Газовых, и предложила помощь.
— И ты ей воспользуешься? — удивилась Кира.
— Лучше сдохну! — усмехнулся я.
На следующее утро мы поехали к профессору.
⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘
УЛИЦА КЛЕНОВАЯ, 17.
⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘
Дом оказался не самый новый, с серой и облупившейся краской. Район тихий, почти спальный. Никаких тебе летающих машин и голографических вывесок. Много деревьев. Если бы я не знал, то подумал бы, что нахожусь не в мире Сферы, а на планете земля.
— Доброе утро, — сказал я, проходя мимо женщины сидящей у подъезда.
— Утро доброе… — ответила она недоверчиво. — Вы к кому?
— Нам надо к профессору Циммерману.
— О, к Марку Ефимовичу, удивительно. Редко к нему гости ходят. Он уже старый, болеет, а вы по какому делу?
— По очень важному, — включилась в разговор Кира.
— Вы что из полиции? — испугалась женщина.
— Нет, мы его коллеги с работы, нужен его профессиональный совет, — добавил я.
Женщина хмыкнула, но больше вопросов не задавала. Видимо такого ответа ей было достаточно. Мы поднялись на третий этаж. Никаких лифтов, только узкая лестница.
Наконец-то добрались до места. Квартира 45. Дверь была пыльной, звонка не было. Я постучал, но никто не открыл. Тогда постучал сильнее.
— Может, он умер? — спросила Кира.
— Ты всегда такая оптимистка?
— Это ты меня научил, — Фрост улыбнулась.
— О чём уже безумно жалею…
⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘
СИСТЕМА.
ПРОФЕССОР ЦИММЕРМАН:
ЖИВ.
НАХОДИТСЯ ВНУТРИ.
ОТКАЗЫВАЕТСЯ ОТКРЫВАТЬ.
⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘
Тогда я постучал со всей силы, Кира даже слегка вздрогнула.
— Кто там? — раздался старческий голос, судя по всему, профессора.
— Профессор Циммерман? Меня зовут Максим Изумрудов, я адвокат из Нижграда. Мне рекомендовала к вам обратится судья Волгова. Нам нужно с вами поговорить про одно важное дело.
Тишина. Потом щёлкнул замок, дверь приоткрылась на цепочку. В щели показалось лицо профессора. Старое, морщинистое, с густыми седыми усами. Глаза были уставшие.
— Что вам надо? — недовольно спросил старик.
— Поговорить, — повторил я. — Вы знали Дмитрия Газова? Мы думаем, что его отравили, и нам нужна ваша экспертиза.
Циммерман помолчал. Потом закрыл дверь, снял цепочку и впустил нас.
Квартира была маленькой, заставленной книгами. На стенах — дипломы, грамоты, фотографии людей в белых халатах. Профессор шаркал тапками, его руки дрожали. Он сел в кресло, а нам кивнул на диван.
— Садитесь, только не на долго, у меня нет сил на долгие разговоры.
— Профессор, нам нужна независимая экспертиза. Мы подозреваем, что Дмитрий Газов был отравлен, а его смерть замаскировали под инсульт. Газовы блокируют любое расследование в Нижграде. Вы наша единственная надежда.
Циммерман взял фотографии, посмотрел на них.
— Я знаю, кто ты такой, Изумрудов, — Он положил фото на стол. — Ваш род такой же, как Газовы. Вы все одинаковые, аристократы, которые грызутся за власть и деньги, не брезгуя даже прикончить парочку родственников на пути. Я не буду помогать одной мрази против другой. Убирайтесь.
— Профессор, это не борьба кланов! — сказал я. — Речь идёт о жизни ребёнка!
— О жизни ребёнка? — он усмехнулся. — А вы, аристократы, когда-нибудь думали о жизнях других людей? Я видел, как Газовы замяли дело о гибели десятерых рабочих на шахте, и что вы думаете? Кто-то сел? Кто-то ответил за это? ДА ХРЕН ТАМ!
— Профессор, я не Газовы. Я адвокат и защищаю тех, кто не может защитить себя сам.
— Ах, защитник! — он громко закашлялся, потом вытер губы платком. — Я тоже когда-то был защитником. Пока не понял, что правда никому не нужна.
— Вы ошибаетесь!
— Ошибаюсь? — он поднял на меня усталые глаза. — Молодой человек, я прожил семьдесят два года. Я видел столько всякого дерьма. И после всего этого вы мне говорите, что я ошибаюсь? Проживите сначала с половину моего, а потом уже поговорим.
⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘
СИСТЕМА.
ПРОФЕССОР ЦИММЕРМАН: ПРЕДЫСТОРИЯ. ПОТЕРЯ СЫНА.
МОЖНО ИСПОЛЬЗОВАТЬ В КАЧЕСТВЕ АРГУМЕНТА В ПОМОЩИ РЕБЁНКУ.
⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘
— Мне жаль, что так произошло с вашим сыном, — тихо сказал я.
— Жаль? — он усмехнулся. — Да откуда вы, вообще, знаете, что такое жаль?
— Поэтому вы должны помочь нам.
— Это почему же?
— Потому что теперь у вас есть шанс спасти жизнь чужого ребенка. Одной маленькой девочки, которая ни в чём не виновата.
Циммерман молчал и смотрел, как будто, сквозь меня.
— Я не прошу вас верить мне, — продолжил я. — Я прошу вас сделать экспертизу, и после вы уедете обратно в Капитолий, мы больше никогда не побеспокоим вас.
Он долго смотрел на меня.
— Уходите! — сказал он наконец. — У меня нет сил на это. Я очень сильно болен! Мне осталось немного, и я не хочу провести это время в работе.
— Профессор…
— Вон! — Циммерман кашлянул, Кира сделала движение помочь, но он отмахнулся. — Уходите, пока я не вызвал полицию!
Мы вышли в коридор, и дверь за нами захлопнулась. Кира посмотрела на меня, а потом спросила:
— И что теперь?
— Ничего, — ответил я. — Подожди меня здесь.
— Зачем? Что ты задумал? — спросила синеволосая девушка.
— Хочу попробовать кое-что. В общем, дай мне одну минуту.
— Максим, он вызовет полицию.
— Не вызовет.
Я оставил Киру на лестничной клетке, подошёл к двери и постучал снова.
— Профессор, я один. Не откроете — буду сидеть на пороге, пока не приедет полиция, а если они приедут, то вас заберут со мной в отдел давать показания. Оно вам надо?
Я услышал шаги и щелчок замка, дверь открылась на цепочку.
— Чего ещё тебе надо?
— Моя клиентка — девочка пять лет. Её отец мёртв, и, вероятнее всего, его убили. Её дядя хочет лишить Софию наследства и оставить на улице. Она перестала говорить, когда узнала о смерти папы. Представляете, в каком она состоянии?
Циммерман молчал.
— Я тут в первую очередь не как аристократ, профессор. Я простой адвокат и не уйду, пока вы не поможете. Знаете почему? Потому что, если я уйду, девочка обречена.
Циммерман закрыл лицо руками. Плечи затряслись.
— Если бы кто-то мог тогда помочь моему мальчику… Всё могло бы сейчас быть совершенно по другому… — прошептал он. — Хорошо… Как вас там зовут? Максим? Я помогу вам, но если окажется, что вы меня обманули…
— Я не такой человек, профессор, хоть и аристократ! — не дал я ему закончить. — Никогда не стану врать на такие темы, как жизни маленьких детей.
Думаю каждый родитель меня поймет. Многое в голове меняется, когда в твоей жизни появляется ребенок. Хоть я и был так себе отец, но принципы у меня всегда были, есть и будут!
Мы вышли от профессора примерно через час. Он согласился лететь с нами в Нижград, но при условии, что после экспертизы Кира проводит его назад прямо до квартиры. Тоже положил свой глаз на молодую красотку. Оно и неудивительно, Фрост была и правда хороша собой. Даже очень.
— Договорились! — кивнул я сразу же, когда услышал его предложение, чем была недовольна моя синеволосая подруга.
⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘
АЭРОПОРТ КАПИТОЛИЯ.
УТРО.
ВРЕМЯ: 9:45.
⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘
Через пару часов мы стояли у выхода на посадку. Профессор Циммерман был в старом плаще, с небольшим чемоданом.
— Вы уверены, что хотите лететь? — спросил я.
— Уверен, — он поправил очки. — Если я умру, то хотя бы с чувством, что сделал что-то полезное, а не как последний трутень, который доживает свой век в пыли.
— Не умрёте, — сказала Кира. — Мы вас довезём и обратно доставим в целости и безопасности.
Мы прошли на посадку. Самолёт был маленьким, региональным, на пятьдесят мест. В салоне почти никого: всего человек десять, включая нас.
Профессор сел у окна, сразу закрыл глаза. Кира рядом с ним, а я ближе к проходу.
— Ты заметил, — шепнула Кира, — он всё время держится за портфель, как будто там бомба.
— Это вряд ли, — ответил ей я. — Он же проходил проверки в аэропорту. Думаю, что там личный инструмент. Люди его поколения сильно привязываются к таким вещам.
⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘
ВРЕМЯ В ПУТИ: 2 ЧАСА 15 МИНУТ.
ПРИЯТНОГО ПОЛЁТА!
СОВЕТ: ВО ВРЕМЯ ПОЛЁТА ЛУЧШИМ РЕШЕНИЕМ БУДЕТ ВЫСПАТЬСЯ.
⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘
Самолёт набрал нужную высоту. Капитолий остался где-то внизу. Я смотрел в иллюминатор и думал о Роксане, Газовых и о том, чем же всё это кончится.
Профессор засопел. Быстро уснул. Кира повернулась ко мне и пыталась говорить шёпотом.
— Макс…
— М?
— Ты знал, что он болен?
— Нет, — честно ответил я. — Узнал только, когда он сказал. Никто об этом меня не предупреждал. Думаю, если бы знал, что он очень болен, то, возможно, я бы не полетел в Капитолий
Кира посмотрела на меня, а потом сказала:
— Ты иногда бываешь нормальным, Максим.
— Только иногда! В остальное время я гениальный и очень скромный, — усмехнулся я.
Она фыркнула, но в конце всё равно положила голову мне на плечо.
⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘
СИСТЕМА.
!ВНИМАНИЕ!
%Е#@Б+()А7Т Ь
ОПАСНОСТЬ: ПРИЧИНА НЕИЗВЕСТНАЯ.
УРОВЕНЬ: ВЫСОКИЙ.
⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘
Я не успел удивиться от полученного системного уведомления, как самолёт тряхануло так, что подносы с кофе посыпались с кресел. Где-то сзади закричала женщина. Кира вцепилась мне в руку.
— Что это было⁈
— Не знаю, — ответил, вглядываясь в иллюминатор. — Может, турбулентность?
Самолёт тряхануло снова, только намного сильнее. Замигали аварийные огни. Из динамика раздался спокойный и уверенный голос пилота.
— Уважаемые пассажиры, у нас небольшая техническая неполадка. Отказал один из двигателей. Прошу пристегнуть ремни и сохранять спокойствие. Мы снижаемся и идём на экстренную посадку в ближайшем аэропорту. Всё под контролем.
Кира побелела.
— Всё под контролем… — повторила она. — Когда пилот так говорит, значит, всё горит!!! Или он сам горит, или мы горим!!! Максим, мы что все умрём⁈
— Не паникуй, — сказал я. — Паника это худшее, что можно делать в таких ситуациях!
Профессор проснулся, посмотрел на нас мутными глазами. Спокойно, будто ничего не случилось. Только руки его дрожали.
— Что тут происходит? Я только попробовал уснуть… — недовольно прошипел он.
— Да ничего особенного, просто отказ двигателя, — спокойно ответил я. — Чисто техническая неполадка.
— Молодой человек, поверьте моему опыту! В Сфере не отказывают двигатели просто так… — он покачал головой. — Они отказывают, когда их ломают.
— У вас паранойя, профессор.
— У меня опыт, молодой человек. Паранойя — это когда тебе кажется, что за тобой следят; а опыт — это когда ты знаешь, что это правда.
Самолёт тряхануло в третий раз, и в этот раз запахло горелым на весь салон.
⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘
СИСТЕМА.
УГРОЗА: КРИТИЧЕСКАЯ.
ОТСУТСТВУЕТ РЕШЕНИЕ ДАННОЙ ПРОБЛЕМЫ.
⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘
— Максим, что будем делать? Ты умеешь прыгать с парашютом? — нервно спросила Кира Фрост.
— У меня сразу же встречный вопрос, а ты видишь где-то парашюты? — удивился я.
— Ну, я смотрела один фильм и там… — я не дал ей закончить.
— Смотри! — указал я на иллюминатор.
Она повернула голову и увидела, как пламя охватило весь двигатель и переключилось на основную часть крыла…
ОТ АВТОРА: Друзья, спасибо вам большое, что читаете мою историю! Не скупитесь на лайки и подписку на автора, это помогает моему продвижению на сайте и вдохновляет на новые главы! Спасибо всем, кто награждает мой труд покупками книг и наградами 3