— Меч оставь. В Бездне он тебе не понадобится. Сомневаюсь, что тебе достанется демон.

И опять Его Величество прав. То я просто задумался. Ясен-красен, что тащить с собой в Бездну меч — та ещё глупость. Оружие там сейчас будет только помехой. Сам же выкину, чтобы не мешало бежать, прыгать, лазить… Или что там мне предстоит делать? Уж точно не с демоном драться. Против демона у меня Клинки есть. Да и почти у каждого из Идущих, кто до Ойкумены добрался, с боевыми дарами порядок. Схватки со слугами Низверженного, как испытания, хороши для Земли и Предземья. Здесь уже только загадки нам достаются и лабиринты. Кэйлор об этом как раз говорит. То, до чего я умом дошёл, он, оказывается, ещё и у бывалых Тёмных на всякий случай спросил. Демона точно не будет.

А к загадкам и лабиринтам, какие, по сути, те же загадки, только требующие для своего решения много времени и сил, я, вроде, готов. В рюкзаке лежат: вода и провизия, мелки, стилос с тушью, бумага, верёвка, огниво с кресалом, тройной крюк-зацеп, какой можно на стену забросить или ещё куда, чтобы забраться наверх. На поясе нож, в кармане бобы. Его Величество знал, что мне придётся лезть в Бездну. Что заранее не припас, то меня попросил закупить. Хитрый жук.

— Ну, давай, парень. Единый поможет. Скоро встретимся.

Для него-то, понятно, что скоро. Я хоть месяц там проведи, здесь секунда пройдёт. Бурый круг всего в шаге. Бездна смотрит на меня через нору. Пора.

— Если я не вернусь, на вас найти Тишу. Вы обещали.

И прыгаю в нору. Ну вот… Не взял меч. Ни оружия, ни даров. В этот раз в Бездне глушь. Впрочем, чаще всего оно так и бывает. Здесь твоё оружие — ноги и руки. И ещё голова — та важнее всего. Но и сила с выносливостью лишними точно не будут. Как и ловкость. Ради последней я сбросил Личину — скакать в своём теле удобнее.

Ну здравствуй, Бездна. Давно я здесь не был. И нет, я совсем не соскучился. Поганое мёртвое место — ни ветра, ни запахов, ни живого нормального света. В этот раз даже красного фальшивого неба и чёрного солнца здесь нет. Меня окружают знакомые гладкие стены. Три — обычные каменные, четвёртая из прозрачного, непробиваемого — можно даже не проверять — стекла. За ней точно такая же квадратная комната стороной в два десятка шагов, отличающаяся от той, в которой я очутился, только стоящими в центре неё на полу двумя бочками. Одна побольше, другая поменьше, и обе опять же стеклянные. Внутри них, что мне видно через прозрачные стенки, пусто.

Похоже, загадка. На то намекают начерченные волшебной светящейся краской три цифры — зелёная единица на дальней стене, за стеклянными бочками, и красные девятка с пятёркой на повёрнутых ко мне округлых боках самих странных сосудов. К чему там они? Ну, на бочках, пожалуй, понятно. Судя по отношению их размеров друг к другу, в большую вместится девять одинаковых вёдер воды, в меньшую пять. Это, если на глаз.

Только, где взять те вёдра? Да и воды набрать неоткуда. Может, за это отвечают разноцветные стрелочки, нарисованные такой же светящейся краской на отделяющей меня от комнаты с бочками стеклянной стене? Наверняка, так и есть. Всё равно тут ничего больше нет интересного. И вообще, ничего больше нет.

Я ещё раз внимательно осмотрелся. Потолок гладкий ровный. До него локтей тридцать — примерно шесть моих ростов. А вот пол необычный — весь в мелкую дырочку. С ним ещё разберёмся. Возвращаемся к стрелкам.

Те нарисованы в центре стеклянной стены на уровне моей груди. Подошёл к ним. Всего их шесть штук. Две зелёные смотрят вниз, две точно такие же красные расположены строго под ними и направлены вверх, ещё две голубые указывают влево и вправо. Последние находятся между первых двух пар.

Так, с какой начинаем? Понятно, что нужно дотронуться до какой-то из них. Пусть будет зелёная — этот цвет самый «добрый». Поднял руку и коснулся пальцем той, что левее.

Ух ты! Вот и вода. Мощным потоком полилась сверху, из открывшейся прямо над большей из бочек дыры в потолке. Раз, два, три — и стекляшка с девяткой заполнилась доверху. Почти доверху. Там вершка не хватает, чтобы через край полилось.

Тут понятно. Трону правую зелёную стрелку — точно так же налью воду в меньшую бочку. Проверяем. Ага, угадал. Обе бочки полны. Теперь голубые. Касаюсь той стрелки, что смотрит налево… И ничего. А вторая? То же самое. Значит, дотронусь до красной.

Вот оно что. Стоило мне прикоснуться к той из красных стрелок, что была нарисована слева, как стеклянная бочка с девяткой тут же взлетела в воздух и резко перевернулась. Вода из неё вылилась на пол и тут же исчезла, убежав через дырочки куда-то вниз. Бочка же выпрямилась и вернулась на прежнее место. Тут всё ясно. Левые стрелки отвечают за левую бочку, правые за правую. Любую из них могу наполнить, опустошить, снова наполнить.

Ведь могу же? Тронул левую зелёную стрелку — и хлынувший из дыры в потолке поток вновь наполнил большую бочку водой. Могу. Пока меня никто никуда не торопит, нужно во всём разобраться. А торопить точно будут. Знаю я Бездну.

Мне кажется, я уже догадался, что нужно тут сделать. Сейчас всё проверим. Опустошаю бочку с пятёркой нажатием на правую красную стрелку и дотрагиваюсь до той голубой, которая тоже смотрит направо.

Ага! Так и думал. Касание стрелки заставляет большую бочку с девяткой подняться в воздух и наклониться в сторону стоящей справа от неё бочки с пятёркой. Вода полилась. Льётся, льётся. Всё, стекляшка с девяткой вернулась на место. Теперь в ней воды уже меньше. И я даже знаю насколько. Вторая ведь бочка полна — в ней пять вёдер. А в этой, соответственно, осталось четыре.

Занятно. А, если обратно вернуть? Дотрагиваюсь до голубой стрелки, что смотрит налево. Ну да — теперь очередь меньшей из бочек взлетать. Три быстрых секунды — и она, перелив своё содержимое в соседний сосуд, пустой опускается на пол.

Разобрался со стрелками. Зелёный — налить, красный — вылить, голубой — перелить. Остаётся понять, для чего на стене нарисована та зелёная единица…

Ну конечно! У меня есть две бочки, а нужно ведро. Не само ведро, а объём той воды, что в него помещается. Переливами нужно добиться того, чтобы в одном из сосудов оказалось не больше не меньше, а именно столько воды, сколько от меня хочет Бездна. Тут всё просто. Поехали.

Выливаю всё на пол. Обе бочки пусты. Теперь правую, ту, где пятёрка, наполняю водой. Из неё тут же всё выливаю в «девятку» и снова жму правую зелёную стрелочку. Меньшая бочка опять набралась. Остаётся проверить…

Да! Я был прав. Перелить через край тут нельзя. Стоило бочке с девяткой заполниться, как стекляшка с пятёркой, из которой я лил туда воду, вернулась обратно с остатком, который в «девятку» не влез. К пяти вёдрам, что уже были в большей из бочек, прибавилось ровно четыре, а в меньшей осталось одно. Дело сделано.

И Бездна со мною согласна. Комната за стеклом начала опускаться. Вся разом, со стенами, полом и потолком. Всё едет и едет вниз. Вон уже наверху показалась другая. Ну, то есть, такая же. Только бочки немного другие. И числа. Что на сосудах, что на дальней стене. Там теперь светится зелёным четвёрка, а на стекляшках — пятёрка и тройка.

Всё, новая комната доехала донизу. Уровень пола в обоих квадратах сравнялся. Начнём. Принцип ясен. От меня здесь хотят, чтобы я собрал в одной из бочек ровно четыре ведра. То есть, даже не в одной, в левой. В правую, с тройкой на стеклянном боку, столько просто не влезет. Так… Нужно подумать.

Тьфу ты йок! Аж подпрыгнул. Под ногами внезапно захлюпало. Думать здесь некогда. Подгонялка явилась. Из проделанных в полу маленьких дырочек в мою комнату льётся вода. Снизу вверх льётся. И, слава Создателю, медленно. Башмаки замочу, но не больше. Загадка простая.

Наполняю «пятёрку». Теперь из неё лью в соседнюю бочку. Ага, в этой два, а в той три. Дальше… Точно! Переворачиваю «тройку» вверх дном и те два ведра, которые были в «пятёрке», переливаю в опустевшую «тройку». Это всё. Мне осталось по новой наполнить большую бочку и убрать из неё излишек. В меньшей до полноты не хватает как раз одного ведра. Без него у меня в «пятёрке» останется ровно четыре искомых.

Подумано — сделано. Стою, наблюдаю за тем, как добравшаяся мне до щиколоток вода убегает обратно в пол. В это же самое время лежащая за стеклом комната с бочками уползает вниз, уступая место следующей, с новой загадкой. Ну-ка, ну-ка. Что там?

Снова девять и пять? Те же самые бочки? Повторим? Увы, нет. На стене за стекляшками, там, где раньше была единица, зеленеет семёрка. Уже посложнее. Решения сходу не вижу. Тут за пару шагов не собрать то, что нужно. Пока комната завершает свой спуск, постараюсь придумать, с чего начинать.

Из «девятки» в «пятёрку». Из той всё сливаю, и в неё же остаток из большей. Теперь там четыре. Опять наполняю стекляшку с девяткой. Переливаю. Тут восемь… А дальше? На кой мне восьмёрка? Могу из неё сделать три…

Йок! Вода отвлекла. Вновь журчит под ногами. Я сбился. Начинаю по новой. Но уже не в одних только мыслях. Сразу делаю. Так… Пришёл к тройке с пятёркой.

Ха! Знаю! Из меньшей всё на пол, и те три ведра, что в стекляшке с девяткой, переливаю в «пятёрку». Теперь большую бочку нужно снова наполнить, и излишек убрать во вторую. Там ведь ровно двух не хватает, а это как раз то число, без которого в стекляшке с девяткой останется семь нужных вёдер.

Вот и всё. Добравшаяся мне почти до колена вода убегает обратно. Это было несложно. Что там дальше? Отбегаю к дальней от стеклянной перегородки стене и тянусь на носочках. Отсюда проще заглянуть в новую комнату, которая спускается сверху.

Ёженьки… Разминка закончилась. Там целых три бочки. И числа размножились. На стене их аж два — две четвёрки. Это мне, что ли, нужно дважды собрать по четыре ведра? Да нет, ерунда. Это было бы чересчур просто. Похоже, тут Бездна желает, чтобы я изловчился одновременно набрать по четыре ведра в две из бочек.

Размер тех, по идее, позволяет так сделать. На стекляшках восьмёрка, пятёрка и тройка. Бочки выстроились слева направо от большей к меньшей. Ох, сложно… Тут продумать всё наперёд не успеть. И пытаться не стану. Нужно делать и размышлять на ходу. Мне так проще. Сейчас комната, где они стоят, доползёт до низа, и можно начинать.

Стой! А как начинать? Для трёх вёдер у меня мало стрелочек. Фух… Теперь ясно. Стоило полу в обеих комнатах сравняться по высоте, как на стеклянной перегородке сначала потухли, а затем загорелись по новой уже не шесть стрелок, а целых двенадцать. Теперь третью бочку тоже можно опустошить и наполнить, а к двум голубым лишним стрелкам, дающим возможность переливать воду из самой правой стекляшки в центральную и обратно, прибавились ещё две такого же цвета, идущие дугами от одного края ряда к другому сверху и снизу. Все три бочки связаны — в любом порядке лить можно.

Погнали. Наполняю «восьмёрку». Теперь из большой бочки в среднюю. В той пять, в этой три. Что дальше? Из «пятёрки» лью в меньшую. Та полна, в ней теперь три ведра, в этой два. Дальше? Нужно подумать. Давай тройку к тройке. В большой теперь шесть, в средней два, в правой пусто. Могу двойку слить. Только надо ли? Или лучше наполнить пустую стекляшку?

А вода под ногами журчит и журчит. Штаны мокрые. Нужно спешить.

Наполняю, которая с тройкой. Из неё лью в большую. Теперь в левой восемь, в средней два, в правой бочке один. Можно сделать пять в первой, перебросив излишек в центральную. Можно слить из неё всё на пол и туда единицу закинуть. Но, что лучше? Потом ведь уже хрен вернёшься. Придётся всё заново начинать. А я уже и забыл, как сюда пришёл. Сложно. Сложно, йок-перейок! Записать бы…

Ох, дурень! Чего я туплю? У меня же есть тушь и бумага. Судорожно перевешиваю рюкзак со спины на живот и ослабляю завязки. На пол ставить нельзя — там вода. Всё промокнет. До коленей почти добралась. Где там стилос и баночка с тушью? Мелки не ищу. От них проку не будет. На стекле рисовать не получится, а мотаться между стрелками и дальней стеной слишком долго. Пока будешь бегать туда-сюда, вода поднимется и смоет рисунки.

А рисунки нужны. Без них я запутаюсь. Если каждый свой шаг расписать, то потом на любую развилку всегда будет можно относительно быстро вернуться.

Ага, есть! Сорвал крышку с баночки. В рюкзак её, чтобы не мешалась. В левую руку лист бумаги и тушь, в правой стилос. Макаю, пишу:

8 5 3

Нет, не так.

0 0 0

Начинаю с пустых. И теперь по шагам

8 0 0

3 5 0

3 2 3

6 2 0

Здесь развилка, на которой я свернул вправо, наполнив опустевшую «тройку».

6 2 3

И сейчас у меня:

8 2 1

Куда дальше? Ну, допустим, из «восьмёрки» лью воду в «пятёрку». Будет:

5 5 1

Теперь давай из «пятёрки» в «тройку», где была единица. Выходит:

5 3 2

Одну из искомых четвёрок уже можно собрать, отлив из большой единицу. Но, что делать дальше? Из «тройки» с «пятёркой» получится сделать ещё одну? Пробуем.

4 3 3

Обе правые бочки сливаю.

4 0 0

Набираю «пятёрку». Получается:

4 5 0

Из неё снова в маленькую. Будет:

4 2 3

И, что это дало? Ничего. Возвращаемся. Вот только куда? Шаг, на котором остановился — тупик. Нужно к первой развилке, где было:

6 2 0

Можно двойку закинуть направо, и там уже покрутить. Сливаю всё к йоку. Стилос в зубы — и свободной рукой жму на стрелки. К тем уже почти подобралась вода, продолжающая заливать мою комнату. Стою в ней по пояс. Спеши. Спеши, Китя!

По записанным на бумаге шагам возвращаюсь к развилке. Как же долго… Вода всё ползёт и ползёт. Уже стрелки покрыла. Рука будет мокрой.

Всё! Стилос в пальцы — и продолжаем. Спасибо имперцам — бумага достаточно плотная. Не проминается. Будь она мягче, пришлось бы прижать её к стенке, а это не очень удобно. У меня и так рук не хватает. Кое-как умудряюсь держать в левой банку с тушью и лист.

Так, попробуем, перелить двойку вправо. Получается:

6 0 2

Что теперь? Наполняю центральную бочку или переливаю в неё воду из левой? Пусть будет второе. Тогда:

1 5 2

Опять могу сделать четвёрку. Быстрее! Вода подошла мне под горло. Стою на носках, подняв руки вверх. Допустим, из центральной лью в правую. Получится:

1 4 3

Есть! Нашёл! Мне останется лишь перелить воду из «тройки» в «девятку», и вторая четвёрка готова. Я справился!

Ёженьки… Пока думал и рисовал, подгонялка поднялась так высоко, что я сам не заметил, как оторвался ногами от пола и, дрыгая ими, плыву. Где там стрелки?

Ох, мать! Хорошо хоть, что светятся. Далеко. Не достану. Здесь нужно нырять.

Йок! Йок! Йок! Всё пропало! Нырну — намочу лист бумаги, зажатый в руке. На мокром уже писать не получится. Да и баночка с тушью… Остальная бумага лежит в рюкзаке, в котором давно уж вода.

Может, всё же достану? Раздумывать некогда. Подгонялка ползёт. Пруд, в который превратилась моя комната, всё глубже и глубже. Ныряю. Правой рукой тянусь к стрелкам — стилосу вода страшна меньше — левую с бумагой и баночкой, наоборот, задираю повыше.

Йок! Намочил. Не достать. Теперь всё — можно больше не осторожничать. Ушёл глубже, и давай тыкать пальцем по стрелочкам. Хорошо, что запомнил шаги — мои записи здесь не нужны. А вот дальше…

Стрелки светятся — даже под водой не промажешь. Та прозрачная, словно слеза. Происходящее за стеклянной перегородкой тоже видно отлично. Хоть с этим всё просто. Я без воздуха могу сидеть долго. Одежда и намокший рюкзак тянут вниз. Всплыть легко, но и погрузиться несложно.

Закончил. Соседняя комната поехала вниз. В моей же вода опускается с одной скоростью с ней, убегая обратно под пол. Вынырнув, с грустью смотрю на бумажку, какую по-прежнему сжимаю в руке. Та сейчас больше похоже на грязную тряпку. Её можно выкидывать.

Сунул руку в рюкзак, нашёл крышку от баночки с тушью. Краска густая — почти не смешалась с водой. Слил лишнее, закрыл, сунул обратно. Туда же закинул больше ненужный мне стилос. Сам рюкзак можно смело перевешивать на спину. Теперь он — всего лишь груз, помогающий мне не всплывать.

Н-да… Теперь будет сложно. По-настоящему сложно. Без записей я точно не справлюсь. Я не Ло, чтобы держать все ходы в голове. Придётся тупо лить воду туда-сюда и надеяться на удачу. Если мне повезёт, подойду к тому месту, откуда до решения задачи всего два-три шага, и увижу ответ. На большее я не способен. Единый, нужна твоя помощь! Иначе я труп.

Да кого я обманываю… От удачи в таких загадках ничего не зависит. Мне точно конец. Вон, в ползущей сюда сверху комнате снова три бочки, и снова две цифры на стенке за ними. Шесть и шесть. А на проклятых стекляшках: пять, восемь и аж целых двенадцать. Только, наоборот — слева большая, средняя в центре и меньшая справа. Опять выстроились по росту, как дураки. И я — самый главный, четвёртый дурак. Куда здесь без записей? Эх!

От расстройства лупанул по ни в чём не повинной перегородке рукой. Шлепок вышел звонкий. Остынь, остынь, Китя. Запаникуешь или начнёшь психовать, торопиться, и всё — считай Бездна тебя сожрала. Пальцы к стрелочкам — и работать. Головой тоже. Ей в первую очередь. Думай, думай! Ты можешь!

Опа… А это ещё что за фокусы? На стекле, с которого я только что убрал руку, остался отпечаток ладони. Чёткий, светящийся жёлтым след от моей пятерни. Неужели…

Я резко провёл пальцем по прозрачной стене. Да! Спасибо, Единый! Ты услышал меня! Я спасён! Жирная ровная линия горит жёлтым и совсем не тускнеет. Я могу рисовать прямо здесь, на стеклянной перегородке. Вот дурак! Что мешало мне раньше дотронуться до прозрачной стены? Впрочем, может и трогал. Не помню уже. Возможно свечение следа лишь сейчас появилось, на пятой загадке. Хотя…

Так, первое, что нужно проверить — смывает ли эту волшебную краску вода. Та как раз зажурчала внизу. Нагибаюсь и провожу по стеклу пальцем у самого пола. Отлично! След есть. Приступаем. Начну, где повыше, чтобы влезло побольше. Вдруг много придётся писать?

12 8 5

Это шапка-подсказка, чтобы наверняка не запутаться. Наполняю большую. Из неё всё в «восьмёрку». Из той по цепочке в «пятёрку». Запишу по шагам.

12 0 0

4 8 0

4 3 5

Тут пока остановлюсь. Это первая развилка. Дальше только писать. Как найду ответ, быстренько пробегусь по шагам — и готово. Я снова спокоен. Теперь точно справлюсь. Уж с этой несложной загадкой, так точно.

Мне нужны две шестёрки. Их можно сложить из двух троек, из четвёрки и двойки, из пятёрки и единицы. С вычитанием та же история. Подгоню всё к тому, что в одной из двух бочек соберётся шестёрка, а в оставшихся двух будет сумма или разность второй. Как бы только к такому побыстрее прийти…

Ха! Придумал! А что мне мешает, вести одновременно два столбика с возможными вариантами? Или три? Или даже четыре? На каждой развилке беру и записываю дальнейшие шаги по двум веткам. На прозрачной стене места хватит. Времени вроде бы тоже достаточно. Не успею, так буду нырять. Потолок далеко. На то, чтобы заполнить всю комнату, уйдёт минут десять, а то и пятнадцать.

Значит так. У меня сейчас четыре ведра, три и пять в бочках с цифрами: двенадцать, восемь и пять. Запишу.

4 3 5

В первом случае переливаю всё из меньшей в большую, во втором из большой доливаю в центральную. Получаю:

9 3 0 0 7 5

В левом столбике могу перекинуть всю воду из центральной стекляшки в правую. В другом в левую.

9 0 3 7 0 5

Записал. Идём дальше. В первом проситься опять перелить из большой бочки в среднюю. Во втором, пожалуй, снова наполню центральную. Или это развилка? Да нет, все другие шаги — повторение прошлых. Записываю.

1 8 3 7 8 5

Так… А здесь что? В левом столбике соединить единичку и тройку или вылить последнюю и по новой наполнить правую бочку? Или, может, перекинуть из средней стекляшки недостающее в маленькую? Это — точно развилка. Придётся начать ещё ветку. Даже две. А вода уже поднялась выше пояса. Скоро буду нырять. Пишу мелко, но столбики постепенно спускаются всё ниже и ниже. Так, что тут у нас?

4 8 0 1 8 5 1 6 5

Есть! Я вижу! И даже нырять не пришлось. В третьем столбике сливаю единицу с пятёркой в большой левой бочке, и готовы шестёрки. Тяну руку к стрелкам. Погнали.

И всё же нырнул. Не успел завершить все шаги до того, как вода поднялась выше шеи. На каждый перелив нужно время. Пусть немного, но в сумме возился с проклятыми бочками всю половину минуты.

Теперь отдыхаю. Вода опускается. Комната, в которой остались три бочки, тоже движется вниз. Не дай Единый, в следующей будет четыре.

Фух… Снова три. Но задача опять усложняется. На стекляшках: шестнадцать, одиннадцать, шесть. А собрать нужно: восемь и восемь. Сейчас буду писать. Писать много и долго. Благо прозрачная стенка очистилась от моих прежних рисунков, едва новая комната остановилась, закончив свой спуск. Но ничего. Уже знаю, как надо. Я справлюсь.

* * *

И справился. Вода, не дошедшая до потолка моей комнаты всего десятка локтей, опускается. Это было непросто. Очень сильно непросто. Сердце колотится майским жуком в перевёрнутой кружке. Умудрился вспотеть, даже будучи мокрым насквозь. Руки мелко дрожат. Да и весь я трясусь.

Нет, физически я не устал. Нырять и сидеть под водой, вырисовывая пальцем полосочки столбиков — не так сложно, как думать. Развилки, развилки, развилки. Даже сбился со счёта, сколько веток расчётов я вывел. Зато точно запомнил во сколько шагов уложился тот правильный путь, который привёл меня к двум искомым восьмёркам. Таких шагов было ровно пятнадцать. Я только закончил жать стрелочки.

Вот интересно, во сколько бы шагов уложился колдун? Уж Ло точно бы не стал размалёвывать стенку. Он спокойно удержит всё, что я тут понаписал, в голове. Да, небось, и расписывать эту кучу шагов смысла не было. Поди, есть какой-нибудь хитрый приём для решения этих задач. Или несколько даже.

Немного отвлёкся. Уже чуть полегче. Как представлю, что сейчас снова придётся расписывать новые столбики, сразу дурно становится. Отдыхай, Китя. Попробуй расслабиться. Пока комната со следующей загадкой опускается…

Кстати, из-за высокого уровня воды в своей комнате я смогу заглянуть туда раньше. Вон её край появился уже. Что там? Четыре бочки? Или числа огромные? Не хочу смотреть.

Надо. Отплываю назад. Отсюда быстрее увижу.

Единый! Нора! Эта загадка оказалась последней. Прошёл испытание!

И стоит воде окончательно спрятаться в пол, а тому совпасть с полом, приехавшим сверху, как стеклянная стена исчезает. Ни семян, ни бобов — на Ойкумене всегда так — но выход из Бездны здесь есть. И дар будет.

Вопроса лишь два: что за дар, и кому он достанется? Ответы я скоро узнаю.

Шагаю вперёд. Прощай, Бездна. Надеюсь, мы больше никогда не увидимся. Я умру не в тебе.