Глава 66

Коса

— Мы не такие, как мои родители, — настаивает Аурелия. — Мы можем бороться с этим. Ты можешь бороться…

Я лишь качаю головой. Она просто не понимает, что это безумие слишком сильно. Оно оказалось сильнее Афины и Эко. Сильнее моей матери. Оно сильнее любого из нас.

Аурелия пристально вглядывается в мои глаза, отчаянно пытаясь отыскать там хоть что-то. Все то, чего я дать ей не в силах. Когда она такая, от нее невозможно оторвать глаз — столько в ней искренности и первобытного магнетизма. Она судорожно цепляется за меня, в ее глазах горит злость, а магия пульсирует диким ритмом. Боги, как же мне хочется признаться ей во всем, но это лишь сделает все…

— Он ведь усугубляется, да? Наземный психоз. — Конечно, она в курсе. Она моя Регина. Она наверняка чувствует это каждой клеточкой. — Интересно, со мной случится то же самое? — едва слышно роняет она. — Если я буду слишком часто перекидываться в морского зверя? Я хочу узнать, каково это.

— Нет, — отрезаю я. — Я бы и врагу такого не пожелал. А уж тебе тем более.

Внутренний голос подсказывает, что даже со всей ее защитой Костеплета она вполне может оказаться права. Что-то дикое, необузданное подначивает меня выкрасть ее посреди ночи и сбежать к морю. Только вдвоем, чтобы жить в полном покое и уединении, где между нами и бескрайним океаном не будет вообще ничего.

— Как бы я хотела тебе помочь, — шепчет она.

Я просто не могу противиться этому взгляду. Взгляду, который требует, чтобы я прикоснулся к ней. Был с ней. Посвятил ей всего себя.

Протянув руку, я едва ощутимо касаюсь пальцами нежной кожи на ее щеке. Она прикрывает глаза, жадно впитывая эту мимолетную ласку.

— Ты помогаешь, — шепчу я в ответ. Ты делаешь мир вокруг лучше, хочется сказать мне. И одновременно превращаешь его в сущий ад. Я совершил роковую ошибку, когда попробовал ее кровь. Теперь она часть меня. Я изменился, полностью и безвозвратно. И как мне теперь возвращаться в океан одному, оставив ее здесь? Внезапно каждое паскудное слово, прошептанное мне когда-то на мягких подушках, обретает зловещую правду.

Я мерзкое, чужеродное отродье. Холодный до мозга костей. Темный до самой глубины души. Гремлины, кружащие вокруг, нашептывают похожие, еще более жуткие вещи, и их уродливые тела уверенно маршируют в такт новому стуку, который уже целую неделю непрерывно щелкает у меня в голове.

Тик-так. Тик-так. Тик-так.

И тут меня накрывает волна чистого, незамутненного безумия, и я ловлю себя на том, что озвучиваю мысли, поднявшиеся из самых мрачных глубин моего существа:

— Поехали со мной к морю. Поплавай со мной. Всего один раз.

Ее зрачки расширяются, и я окончательно тону в их бездонной темноте. Дыхание со свистом вырывается из груди, а шею по бокам припекает адским пламенем.

— Мне жизненно необходимо увидеть, как лунный свет ляжет на твою обнаженную кожу.

Глаза моей Регины блестят от влаги, и я отчаянно хочу, чтобы эти слезы пролились — тогда я смогу попробовать на вкус ее скорбь… и ее вожделение.

— Отвези меня туда, — шепчет она. — Покажи мне то, что ты так любишь.

Тогда я бы показал ей ее собственное отражение на водной глади. Не говоря больше ни слова, я перехватываю ее ладонь, и мы спускаемся на лифте на подземную парковку комплексного гаража. Здесь для меня всегда наготове дежурная машина; я практически на руках заношу Аурелию в салон и прыгаю за руль.

От лечебницы до пляжа — всего пара минут езды. В такой поздний час здесь нет ни туристов, ни местных, к тому же начался прилив, и волны бьются о берег, бурные и неспокойные. Стоит мне выйти из машины, как яростный порыв ветра с силой бьет мне в лицо, растрепывая волосы.

Приближается шторм.