​Глава 31

​Аурелия

​Так чертовски приятно прижиматься к Косе всем телом. Вместо ответа я лишь стону:

— Назови мое имя еще раз.

​Шлепок.

​Я вскрикиваю. Боль застает врасплох, но это его ладонь на моей голой коже. Его рука касается моей, а мой клитор вжимается в его ногу. Я упиваюсь этими ощущениями. Я хочу еще.

​Но тут палец Лайла проходится по моим трусикам, прямо между влажных губ. С громким стоном я впиваюсь пальцами в бедро Косы и снова трусь об него.

​Шлепок.

​Я вскрикиваю от очередного резкого удара Косы.

— Если хочешь еще, — хрипит он, — дай мне то, что я требую.

​— Пожалуйста, — тяжело дышу я. — О Богиня, мне это нужно.

​— Какая нетерпеливая, — дразнит Дикарь. — Умоляй, Регина.

​— Пожалуйста, — повторяю я, но получается лишь жалобный скулеж. — Кто-нибудь, ну же, войдите в меня. Наполните меня. Я хочу ваше семя. Все до капли. Мне это нужно так сильно, что я сейчас умру.

​Наступает короткая тишина, а затем Лайл грубо стягивает с меня белье, его теплые ладони скользят по бедрам. Рука Косы успокаивающе гладит ягодицы, после чего он проводит мизинцем по моей наготе.

​Я шиплю, выгибая спину и громко ругаясь.

​— Скажи, где твое место, — цедит Коса, — иначе мы уйдем, и ты не получишь ничего.

​Я ахаю от самого настоящего ужаса.

— Нет!

​— Да, — отрезает Коса, ведя ладонью по задней стороне моего бедра. — Ты знаешь: я слов на ветер не бросаю.

​— У тебя такая прелестная киска, Регина, — задыхаясь, шепчет Дикарь. — Такая красивая, когда она так готова.

​О боги, они меня погубят. Неистовое желание пульсирует в каждой жилке. Я извиваюсь и хватаю ртом воздух, одна часть моего мозга поражена этой новой гранью моей личности, но другая совершенно не способна это остановить.

​— Хорошо, — дрожащим голосом произношу я. — Мое… мое место на троне… с пятью членами внутри.

Сама эта фраза вызывает во мне трепет, и от этого по телу пробегает дрожь предвкушения.

​— Ты дрожишь, Регина? — Лайл ласково проводит тыльной стороной пальцев по моей щеке. — Неужели ты так сильно хочешь нас?

​— Сколько раз мне еще, блять, это повторить? — рычу я.

​Шлепок.

И снова с губ срывается громкий стон. Боль даже не фиксируется сознанием — настолько сильно мне нужны их прикосновения.

​Коса поглаживает мою ягодицу, а затем начинает ласкать меня пальцами. Я вскрикиваю, вцепившись в его голень и вонзая ногти в кожу.

​— Пожалуйста! — умоляю я.

​— Какая мокрая, Регина, — шепчет Коса и вонзает в меня сразу два пальца.

​Я кричу, мгновенно достигая пика. Я содрогаюсь в его руках, когда волна разрядки накрывает меня. Я выгибаюсь навстречу Косе, насаживаясь на его пальцы, потому что мне нужно чувствовать его, обладать им, и если пальцы — это все, что он дает, я заберу их сполна.

​— Сука! — стонет Дикарь.

​Мне плевать, как я выгляжу в этот момент, пока я извиваюсь на коленях у Косы, ловя свое удовольствие. Но Дикарь больше не может терпеть: внезапно меня отрывают от Косы. Я снова взлетаю в воздух, чувствуя крепкие руки. Раздается рычание — что-то о том, что он «зря тратит свою очередь». Меня практически швыряют на спину на черный деревянный пол. Дикарь грубо разводит мои ноги и врывается в меня своим твердым членом.

​Мы оба вскрикиваем. Я полностью выгибаюсь на жестком полу, когда Дикарь впивается зубами в мою яремную вену и трахает меня — жестко и быстро.

​Это именно то, чего я хотела, и я заявляю об этом во весь голос.

​Я цепляюсь за него, вонзая ногти в твердые мышцы его спины. От звука его ударов о мое тело глаза закатываются. В этот момент Дикарь обхватывает меня за талию и переворачивает на себя.

​— Пусть он видит, — хрипло шепчет Дикарь мне на ухо. — Пусть видит, что упускает возможность трахнуть лучшую женщину во вселенной.

​Понимая его с полуслова, я не отстраняюсь, а напротив — прижимаюсь к нему теснее. Упираясь руками в его огромные бицепсы, я начинаю двигаться на нем. Дикарь стонет, сжимая мои ягодицы обеими руками и раздвигая их, встречая каждый мой толчок своим. Золотистые нити удовольствия, пронизывающие мое тело, взрываются целым ливнем ощущений.

​— Регина, — стонет Дикарь. — О боже, детка. Ты так сильно меня сжимаешь. Блять. Возьми меня. Ну же.

​Он кончает, крепко прижимая меня к себе и рыча мне в ухо. Наконец-то я наполнена. Ощущение того, как теплое семя моего волка взрывается внутри меня вспышка за вспышкой, заставляет меня поцеловать его со всей страстью.

​— Я так скучал по тебе, — стонет он, не разрывая поцелуя.

​У меня нет времени объяснять это словами, поэтому я отвечаю ему губами.

​Когда Дикарь медленно выходит из меня, наши соки изливаются наружу. Он перекатывается, снова оказываясь надо мной, и принимается рвать верх моего прекрасного платья, обнажая грудь.

​С видом истинного мужского превосходства он поднимается на ноги, оставляя меня лежать обнаженной и раскинувшейся на полу.

​Лайл и Коса не сдвинулись с места. Теперь они жадно смотрят на меня. Я сгибаю колено, открываясь им еще больше.

​Возможно, Ксандер был прав, и я действительно эксгибиционистка.

​Я веду рукой от шеи к правой груди, сжимая плотный холмик, а затем спускаюсь ниже к ноющей плоти. Другая рука находит левую грудь, и я извиваюсь на полу.

— Еще, — стону я в пустоту зала, а затем спрашиваю саму себя: — Почему мне мало?

​Лайл и Коса лишь один раз переглядываются, прежде чем Лайл бросает на пол две подушки и бросается ко мне.

​— Хочешь еще, моя прелестная маленькая Регина?

Он подхватывает меня за талию, словно куклу, и ставит на четвереньки; подушки удачно смягчают упор для коленей. Я виляю бедрами, жаждая снова быть наполненной. В моих жилах бушует голод, который не утолить никаким количеством семени, и я хочу, чтобы каждый из них опустошился в меня до последней капли.

​Но только когда Коса опускается на колени прямо передо мной, я осознаю, что происходит. Что сейчас со мной сделают.

​Лайл и Коса хотят взять меня вдвоем.

​— Видела бы ты свое лицо, Регина, — усмехается Дикарь. Он лежит на боку на покерном столе, подперев голову рукой и лаская свой уже вставший член.

​У меня почти нет времени на ответ, потому что Коса уже расстегивает ремень. Я вынуждена одновременно следить за его движениями и чувствовать, как массивная головка Лайла настойчиво требует входа.

​Лайл наклоняется и перекидывает мои волосы на одну сторону, чтобы поцеловать мою метку истинной пары, одновременно входя в меня. Я издаю сдавленный звук, зажмуриваясь от знакомого, сладкого жжения первого толчка Лайла.

​— Дыши, ангел, — в голосе Лайла слышится напряжение. — Всегда такая узкая, милая. Просто дыши. Вот так.

​Коса неспешно вытягивает ремень своими татуированными руками, затем расстегивает брюки. Его рука задерживается у ширинки.

​Я смотрю на него затуманенным взглядом и вижу, что он сосредоточен на моих губах. Внезапно я понимаю, что помада, должно быть, размазана, и пытаюсь вытереть уголки губ пальцами.

​Он перехватывает мою руку своей в тот самый миг, когда Лайл входит в меня на всю длину, заставляя меня застонать от бесстыдного удовольствия.

​— Ты совершенное, дикое создание, Аурелия Костеплет, — шепчет Коса. — Никогда об этом не забывай.

​Мне приходится медленно выдохнуть, чтобы сдержать бурю эмоций. Коса расстегивает молнию и освобождает свой член.

— А теперь скажи мне, кто владеет этими прекрасными губами?

​Я ошарашена. Я в шоке. Мой рот внезапно отказывается слушаться.

​Член Косы такой же огромный, как у Лайла, и в длину, и в обхвате. Но если достоинство Лайла — это прекрасное воплощение мужского совершенства, то у Косы оно порочное и беспощадное, как и он сам: он прошит пирсингом от основания до самого кончика, словно лестницей из холодного металла. Головка тоже проколота насквозь.

​Я сглатываю раз, потом другой, потому что на кончике этого невероятного орудия блестит смазка, и я внезапно чувствую неистовый голод.

​Коса делает одно движение рукой.

— Аурелия.

​Я вынуждена поднять на него взгляд, чувствуя, как внутри меня сжимаются мышцы вокруг члена Лайла. Мой лев стонет, крепче обхватывая мои бедра и толкаясь длинными, медленными движениями.

​Серебристые волосы Косы блестят под мягким светом ламп, но его глаза опасно сверкают.

— Я задал вопрос.

​Сердце пропускает удар. Я прикусываю губу, пытаясь вспомнить, в чем, блять, заключался вопрос.

Ах, да.

​— Ты, — шепчу я. — Ты владеешь мной.

​Он довольно рычит, прежде чем провести головкой по моим губам, пачкая их своей смазкой. Я слизываю ее, постанывая от вкуса его сущности. Соленый, как морская вода, пьянящий, как наркотик.

​Коса двигает рукой вверх-вниз. На кончике появляется капля. Я смотрю на нее как завороженная.

​— Слижи это, — хрипит он.

​Я повинуюсь, как прилежная регина, проводя языком по головке. Но внезапная жажда захлестывает меня: я обхватываю его губами и сильно всасываю, прежде чем отпустить. Видит Богиня, на вкус моя акула — это сама власть.

​Коса откидывает голову и стонет.

— А кто владеет этим жадным языком?

​— Ты, — задыхаюсь я.

​— Верно.

​Лайл начинает трахать меня сзади еще яростнее. Я вскрикиваю как раз в тот момент, когда Коса хватает меня за подбородок и заставляет смотреть на него. От пронзительности этих темных глаз у меня перехватывает дыхание.

​— А теперь покажи мне, как хорошо ты умеешь сосать.

​Я подаюсь вперед, жадно захватывая его член ртом и лаская языком металл пирсинга. Вкус переносит меня в другой мир. Это вкус мужчины, опьяняющий и неповторимый. Это вкус его.

​Бесстыдно постанывая, я чувствую, как моя акула продвигается глубже. Металл скользит по языку, и я с наслаждением сосу его.

​— Какая умница, — хрипит Коса. — Правда же она отлично принимает нас обоих, лев?

​— Правда, — тяжело дышит Лайл, сжимая мои бедра. — Она всегда издает такие чудесные звуки.

​Я издаю крик чистого женского восторга, когда оба могучих самца толкаются в меня одновременно. Это наполняет не только мое тело, но и первобытную силу внутри. Их магия ласкает мою торжествующую аниму, которая нежится в лучах внимания троих моих партнеров, пока Дикарь наблюдает за нами сверху, доставляя себе удовольствие. Это все, чего я желала. Все, чего ждали мои тело и душа. Наша сила пульсирует вокруг, Коса поглаживает мои щеки большими пальцами, а Лайл крепко держит за бедра.

​Мое тело пылает, пока акула и лев трахают меня, найдя упоительный ритм.

​— Так красиво, Регина, — мурлычет Дикарь. — Видеть то, как мои братья тебя имеют.

​Лайл издает звук, в котором слышится и наслаждение, и согласие. Затем я чувствую его руки на своей талии: он грубо вскидывает меня вверх, отрывая от члена Косы. Я вскрикиваю в знак протеста, но тут же оказываюсь прижатой спиной к Лайлу, а мой рот жадно захватывает его рот. Он трахает меня со всей силы.

​Я мгновенно прощаю его, скулю, принимая его язык и член.

​— Поосторожнее, лев, — огрызается Коса.

​Лайл сильно прикусывает мою нижнюю губу, бросая на меня горячий, темный взгляд.

— Скажи мне, что ты моя.

​Неужели он ревнует?

​Я виляю бедрами.

— Всегда ваша, мистер Пардалия.

​Он рычит, но в этот момент Коса обхватывает мою шею и тянет назад, заставляя снова опуститься на руки, и заталкивает свой член мне в рот. Он бросает на Лайла самый убийственный взгляд, который я когда-либо видела.

​Они трахают меня так, будто одержимы мной. Будто соревнуются за мою любовь одними лишь движениями бедер. И я наслаждаюсь каждой секундой. Кровь бурлит от неистового удовольствия, вознося меня все выше и выше. Затем Лайл дотягивается до моего клитора, и я окончательно теряю контроль. Я кончаю, крича в член Косы и содрогаясь всем телом вокруг члена Лайла.

​От этого мой лев тоже достигает пика. Он хрипло выкрикивает мое имя, наклоняясь и покрывая поцелуями мой позвоночник, пока горячие всплески его семени наполняют меня. Это приносит такое невероятное удовлетворение, что я просто заваливаюсь на бок.

​Мужчины не дают мне упасть, хотя семя Лайла уже стекает по моей ноге.

​— Смотри на меня, когда я трахаю тебя в рот, — произносит Коса.

​У меня мокрые ресницы, я открываю глаза и вижу Косу. Его губы приоткрыты, он продолжает толкаться. Лайл сзади вгоняет в меня свое семя — он все еще тверд. Я вижу, как глаза Косы становятся иссиня-черными, белки полностью исчезают. Его взгляд прошивает меня насквозь. Я стону, стараясь передать взглядом, как сильно я люблю его, как хочу этого каждый день до конца своей жизни.

​Коса кончает с дрожью, не сводя с меня немигающих черных глаз, когда его семя брызжет мне на язык. Я жадно сглатываю его, глоток за глотком, чувствуя чистый экстаз.

​— Глотай все, — хрипит Коса, поглаживая мою шею.

​Будто я могла иначе! Что-то абсолютно дикое во мне с энтузиазмом соглашается.

​Они выходят из меня одновременно, и я подавляю жалобный стон, сразу почувствовав пустоту. Но мои мышцы расслаблены, а в крови разливается блаженство. Лайл властно притягивает меня к себе, прижимаясь губами к моей метке, а Коса одной рукой сжимает мои щеки.

​— Покажи, — хрипит он.

​Мне требуется секунда, чтобы понять, чего он хочет. Я открываю рот и высовываю язык.

— Все проглотила, — сонно произношу я.

​Он наклоняется, и я замираю, когда он шепчет мне прямо в губы:

— Хорошая девочка.

Затем он целует меня.

​И вот он уже уходит, поправляя одежду и направляясь к двери. А я остаюсь, полная семени, бессильно оседая в крепких руках Лайла.