Глава 57

Силлу захлестнула чистая паника. Она неслась по ледяным пещерам, спотыкаясь о камни и поскальзываясь на обледенелых участках.

— Помоги! — преследовали ее крики Вали. — Вернись! — Но затем голос изменился, превратившись в голос Темного. Избавь себя от страданий и предайся мне!

В черепе эхом отозвался хохот, но Силла знала: поддаваться этому зову нельзя. А затем послышалось шипение.

— О боги, — прошептала она, вычерпывая из себя последние капли сил. Нужно было выбираться. Земля задрожала. Силла рискнула оглянуться и тут же пожалела об этом.

Вылупилось не менее полудюжины змеев. Каждый с ледяной синей чешуей, горящими красными глазами, с острыми, мерцающими клыками и длиной в два человеческих роста. Двигались они пока неуклюже, извиваясь слишком широко и толкая друг друга. Стоило паре тварей столкнуться и одной удариться о стену, как вся пещера содрогнулась.

Боги, боги, боги! Силла гнала прочь отчаяние, но змеи настигали. Из ладоней вырвался свет, пробиваясь сквозь швы волчьих рукавиц. Она сорвала их и отшвырнула в сторону. Тело было на взводе, холодное напряжение внутри требовало высвобождения.

За спиной щелкнули зубы, следом донеслось яростное шипение. Впереди забрезжил бледный свет выхода, и надежда придала ей сил. Близко, уже совсем близко…

Лодыжку пронзила боль, когда клыки прокусили сапог. С криком Силла развернулась, нащупала внутри ту самую расщелину и рванула силу на себя. Тварь отпрянула от вспышки света, дав Силле время сплести узы.

Через мгновение в ее руках уже был меч холодного света. Змеи отпрянули. Они смотрели на Силлу красными глазами, будто светившимися изнутри. Их чешуя отливала синевой, хотя брюхо было почти белым.

— Найдите себе другую еду! — прорычала Силла и взмахнула клинком.

Лезвие отскочило от шкуры ближайшего змея, не причинив тому вреда. Не успела Силла осознать это, как змеи вновь ринулись вперед.

Но тут снизу на чудовищ хлынул рой кристально-голубых фигур. Ледяные духи облепили их, оттесняя назад. Змеи, врезаясь друг в друга, отпрянули. Силла заметила, что духи бьют снизу, целясь в мягкое брюхо. Идея оформилась мгновенно. Шагнув вперед, она рубанула вверх по ближайшей твари, и клинок вошел в брюхо словно в масло.

Не раздумывая, Силла развернулась и бросилась прочь. Уверенность в движениях покидала ее с каждым шагом. Силла спотыкалась о камни, скользила на льду. Сзади доносился нарастающий грохот. Очевидно, змееныши преодолели заслон из духов.

Нельзя дать им выбраться наружу. Нужно завалить выход. Свод пещеры стал тоньше, впереди вспыхнул ослепительный свет, и Силла вырвалась наружу. Голова казалась набитой ватой, но она обернулась к зеву пещеры, и принялась рубить нависающий ледяной козырек.

Снова и снова она обрушивала меч на снежную кромку, надеясь и молясь, чтобы этого хватило. Глыба льда рухнула, увлекая за собой другую, затем еще одну. Земля содрогнулась. Силла отступила. Снег повалил сплошной стеной, приземляясь с глухим ударом и поднимая в воздух белую порошу.

Грохот затих. Из-под снежной массы донеслось приглушенное шипение. Силла тяжело выдохнула. Выход завален. Пока что. Теперь нужно было бежать. Привести подмогу и уничтожить этих тварей окончательно.

Развернувшись, Силла побрела прочь от пещер Йёкюдля.

***

Спускаясь с ледника, Силла начала осознавать, что укус змея был не просто раной. Начавшись с легкой пульсации в ноге, боль росла с каждым шагом, пока лихорадочный жар не затопил тело.

Жизнь за жизнь, шептал злобный голос, просачиваясь в ее разум, словно яд.

Силла ухватилась за корявое дерево, когда ноги подкосились на заснеженной тропе. На лбу выступил пот, земля качнулась.

Используй нож.

Силла заставила себя подняться и двинуться дальше, сосредотачиваясь лишь на том, чтобы не споткнуться о корни и камни. Снег постепенно редел, деревья становились выше.

Ты хорошая девочка, моя дорогая Свалла.

В глазах помутнело, голоса зазвучали громче. Вспышки образов пронзали ее сознание: фонтан, розовый куст, залитый кровью кинжал. Боги, в клыках змея точно был яд.

Я так скучаю по ней.

Мир вокруг потерял четкость. Силла чувствовала, что бесцельно бредет среди сосен. Она пыталась прояснить мысли, но сознание ускользало. Реальность размывалась, кружилась, смешивалась в единое целое. И тогда Силла окончательно провалилась в чертоги собственного разума.

***

Силла увидела девочку. У той были голубые глаза, точь-в-точь как у Саги, но кудри были темными как у Силлы. И в то же мгновение она стала этой девочкой, прыгающей по мощеному каменному дворику с куклой под мышкой. Она улыбалась, чувствуя, как солнце греет щеки. Силла ощущала запах весны: сладкое цветение, свежевспаханная земля и аромат сочной травы.

Она шла к фонтану. Как же чудесно было видеть, что последние зимние снега растаяли. Скоро зацветут цветы, начнутся обеды в саду и поездки к морю. А еще это значило, что повар будет подавать свежие ягоды к каждой трапезе. Ее любимую водянику с каплей меда.

Но сегодня ей было нужно пойти к фонтану и загадать Суннвальду три желания. Первое, конечно, о братике или сестренке. Второе, чтобы дедушка снова стал счастливым. Она скучала по его улыбкам и историям, которые он рассказывал до того, как бабушка заболела и ушла к звездам. Третье желание она еще не придумала. Может сто дней солнца? Или стоит попросить о чем-то более «благородном», как сказал бы папа? О самом богатом урожае? О небывалом улове для всех?

Силла поджала губы, пробегая мимо куста, который помогала маме посадить. Мама сказала, что это розовый куст, привезенный с Южного континента. Говорили, что скоро он покроется роскошными розовыми цветами, но она не была уверена, что этот куст ей нравится. Он был весь в шипах, и они кололись. Что за красивый цветок будет покрыт колючками?

За углом показался фонтан Суннвальда, донесся мягкий плеск воды. Она достала из кармана платья подношение, развязала тесемки маленького пенькового мешочка и перевернула его. В фонтан посыпалась металлическая стружка, с резким звуком ударяясь о воду и медленно опускаясь на дно.

Суннвальд любит проявления силы и огня, — говорил ей отец. — Принося подношение, возложи на алтарь мед, мясо или искусно сделанное оружие.

Что ж, мед в карман не поместится, а мясо — это слишком грязно. У Силлы не было оружия, кроме маленького деревянного меча для тренировок с папой. Но, будучи сообразительной, она прокралась в кузницу и собрала с пола металлические опилки.

Она поцеловала костяшки пальцев и закрыла глаза.

— О, Светлый, — прошептала она, но сзади что-то хрустнуло. Силла распахнула глаза и обернулась. Там стоял старик в окружении дюжины гвардейцев. — Дедушка! — ахнула она, сгорая от стыда. Попалась на побеге от няни в третий раз за этот лунный цикл. Наверняка ее ждет суровый выговор. Она поднесла палец к губам, кусая ноготь.

— Подойди ко мне, дорогая, — раздался слабый голос короля, когда он сел на каменную скамью. Она моргнула, заметив темные круги под его глазами и глубокие морщины на лбу. Он всегда был старым, но никогда не выглядел таким болезненным до смерти королевы.

Но сейчас, когда Силла посмотрела на него, в его глазах блеснула искорка. Словно намек на того человека, который рассказывал ей о великой битве огня и льда. С осторожной улыбкой она шагнула вперед и села на скамью рядом с ним. Покусывая ноготь, она с тревогой ждала.

— Фалльгерд, — сказал король, махнув своему начальнику стражи. — Позволь мне побыть наедине с внучкой.

Фалльгерд был самым огромным человеком, которого она когда-либо видела, и немного пугал ее. Но мама говорила, что на самом деле он добрый и мягкий, просто у него работа такая — выглядеть устрашающе. Но сейчас Фалльгерд выглядел забавно, и Силле показалось, что он, возможно, не хочет уходить.

— Да, Ваше Величество, — сказал он, жестом веля стражникам следовать за ним со двора.

Сидя на собственных ладонях, она болтала ногами, гадая, что скажет дедушка. Она уже хотела признаться, но сжала губы, чтобы сдержаться.

— Ты хорошая девочка, моя дорогая Свалла, — сказал король, к ее большому удивлению. Голос его звучал печально, но в этом не было ничего необычного. — Но я так скучаю по ней. — Король тяжело выдохнул, и все его тело будто обмякло. — Мне жаль.

Силла посмотрела на него в замешательстве.

— Что ты имеешь в виду?

— Жизнь за жизнь, — сказал король. В его руке блеснуло лезвие.

Шею пронзила резкая боль, и все вокруг стало одновременно горячим и холодным. Внезапно рядом оказался Фалльгерд. Он сбил дедушку на землю, поднялся страшный шум, к ним бросились остальные стражники.

Силла удивленно распахнула глаза, приоткрыла рот. На плиты двора упал нож с белой рукоятью, и она пристально уставилась на него. В этом ноже было что-то злое, словно мерзкое, жуткое присутствие, сочащееся из него в воздух. Кончик был окрашен в красный, а по шее стекала теплая струйка, промочив платье.

Жизнь за жизнь, — прошептал кто-то ей на ухо.

— Что? — попыталась она сказать, но звуки не складывались в слова. Тепло на шее распространялось вниз к животу, и когда она подняла руку, ее маленькая ладошка была вся в крови.

Фалльгерд был рядом, и он выглядел разъяренным. Она отпрянула, но его голос был успокаивающим.

— Тише, Принцесса, — мягко сказал он, прижимая руку к ее шее. Перед глазами поплыли огоньки, похожие на танцующих вокруг флит. — Целитель уже идет, они тебя подлатают. Но мне нужно держать руку на твоей шее, а тебе — оставаться спокойной. Сможешь, Свалла?

Она кивнула, глядя на Фалльгерда и пытаясь понять, что происходит. Вокруг раздавались голоса, полные страха и ужаса, но Фалльгерд был рядом, и она сосредоточилась на его лице, на его голосе. По краям поля зрения появилась темнота, словно со всех сторон подступала ночь.

— Король мертв! — выкрикнул кто-то.

И тьма сомкнулась окончательно.