Глава 36

До Рея донеслись шорох и нежное попискивание, звук шел из корзины, которую он закрепил на передней луке седла. Убывающее солнце ярко блестело на их спинах, пока они спускались по тропе. После дня, проведенного в патрулировании Каласгарда и окрестных ферм, Рей чувствовал усталость. Насколько ему было известно, существо так и не напало, и это не давало покоя. Был ли семидневный цикл всего лишь совпадением?

Во время последнего обхода фермы Вига тот упомянул о новом выводке цыплят, и тогда Рея осенило. Уже несколько дней он ломал голову, как вызвать улыбку на лице Силлы. Уголки губ дрогнули, стоило представить ее удивление, когда вручит ей пригоршню пушистых цыплят.

— Завтра же верни их, иначе Рунни надерет мне задницу, — предупредил Виг, пока они ехали по тропе. — Она очень полюбила этот выводок. Их мать от них отказалась, так что по ней они скучать не будут. Просто корми их, и они тебя полюбят. Куры в этом смысле простые создания.

Виг замолчал, и Рей ощутил его напряжение.

— Я соберу соседей, чтобы патрулировать стены этой ночью, но завтра я нужен на ферме. Справишься без меня?

Рей кивнул, пытаясь сложить в голове план. Не зная, что это за тварь, он не мог соорудить ловушку, но мог попытаться выманить ее, например, тушей овцы.

Они пересекли границу оберегов дома-щита и увидели Силлу, рассекавшую воздух деревянным мечом. Она что, возвращалась от Харпы одна, когда в этих местах рыщет зверь? В животе у Рея вспыхнула злость, но почти сразу уступила место беспокойству.

Рей всегда тонко чувствовал эту женщину. Он уже давно наблюдал за ней краем глаза, подмечая каждую улыбку, каждое вздрагивание, каждое едва заметное выражение лица. Так что, пожалуй, не было ничего удивительного в том, что он сразу это заметил.

Что-то было не так.

— Езжай домой, Виг, — сказал Рей.

— Спасибо за помощь, Виг, — ответил Виг насмешливым тоном. — Спасибо за отличное знание местности, Виг. Спасибо, что одолжил нам своих кур, Виг.

Рей с трудом подавил желание закатить глаза.

— Поблагодари за нас Гиду, — сказал он, просто чтобы позлить мужчину. — За то, что прислала ужин вместе с тобой.

— Задница, — буркнул Виг с фырканьем, но Рей услышал, как его конь развернулся и поехал обратно по тропинке.

Спешившись, Рей наблюдал за Силлой, пока вел Лошадь к конюшням. Ее волосы были распущены и скрывали лицо, пока она двигалась с непривычной небрежностью. Замахнувшись учебным мечом, она тут же зацепилась ногой за камень, выругалась, споткнулась и едва не упала, подавшись вперед.

В одном этом движении Рей заметил сотню мелких ошибок, но знал, что не стоит указывать на них сейчас. Сняв с Лошади седло и сменив ей воду, он решил оставить цыплят в конюшне, пока не поговорит с Силлой.

Он осторожно подошел ближе.

— Нужен партнер для тренировки?

Она откинула спутанные пряди с лица, и ему открылись ее покрасневшие глаза.

— Что случилось? — резко спросил он, жестче, чем собирался. Рей ничего не мог с собой поделать, следы слез вызывали в нем желание проломить кому-нибудь череп топором.

— Тебе стоит навестить бабушку, — сказала Силла, не поднимая на него взгляда.

— Что произошло? — спросил он, заставляя голос звучать спокойно.

— Женщина умерла.

— Кто? — резко спросил Рей, пытаясь унять гулко колотящееся сердце.

— Фрейдис, — ответила Силла.

— Жена Хефа, — пробормотал Рей, проводя руками по волосам. — Как? Что случилось?

— Твоя тварь, полагаю, — сказала Силла.

Рей медленно выдохнул. Виг слышал, что Хеф и Фрейдис уехали из города. Они заезжали на ферму Хефа, нашли ее пустой и решили, что слух правдив. Слишком поздно — они опоздали, не остановили эту дрянь, и теперь шанс появится только через семь дней…

— Тебе нужно к Харпе.

— Тварь не нападет еще семь дней, — сказал Рей, не сводя с нее взгляда.

Силла вздрогнула.

— Оно… что-то в ней оставило.

— Что-то? — Рей с трудом подавил порыв броситься к Харпе, чтобы выяснить, что именно осталось в теле женщины. Но в голосе Силлы было что-то такое, что заставило его замешкаться.

— Я не знаю, что это было. Меня отослали. — Ее голос дрогнул.

Рей шагнул вперед и притянул ее к себе. Видеть ее такой было все равно что чувствовать, как в груди разверзается пропасть боли. Если бы мог, он забрал бы ее боль себе. Он не сумел перехватить тварь и не сумел помочь Силле справиться с тем, через что она проходила последние дни и недели. Сейчас ему казалось, что у него вообще ничего не выходит как надо.

— Тебе нужно к Харпе, — сказала она, уткнувшись в него, и ее голос прозвучал глухо.

— Нет, — ответил он резче, чем хотел. Но решение уже пустило корни где-то глубоко в груди. Внутреннее чутье подсказывало, что этой ночью он должен быть здесь. С ней. — Тварь уже напала. У меня есть семь дней, чтобы увидеться с Харпой. — Его рука легла ей на волосы, мягко поглаживая. — Это было… безобразное зрелище?

— Она умерла, и я… я… — Она уткнулась лицом ему в грудь. Рей провел ладонями по ее кудрям, отчаянно подбирая слова. Внутренне проклиная себя.

— Почему я здесь, Рей?

Его руки замерли. Он ожидал услышать что угодно, только не это.

— Ради безопасности. Чтобы учиться у Харпы.

— Я не могу, — прошептала она так тихо, что он едва расслышал.

— Ты убила одного из самых печально известных командоров в королевстве. Ты убила опытную убийцу, ту, кто одолел даже меня. — Гордость распирала его грудь, и Рей надеялся, что наконец нашел нужные слова. — Ты можешь все, если по-настоящему этого захочешь.

Но она оттолкнула его с удивительной силой. Откинув волосы с лица, Силла посмотрела на него с таким огнем во взгляде, что Рей нахмурился. Похоже, он снова сказал совсем не то.

Молчание растянулось на несколько мгновений, пока она не сказала:

— Дерись со мной.

Рей кивнул, сходил за учебным мечом, и они начали отрабатывать приемы. Она двигалась вяло и рассеянно, но Рей понимал, что сегодня дело было не в точности, а в самом действии. Поэтому почти час он отбивал ее небрежные атаки и позволял ей теснить себя, чего обычно никогда не допускал.

Когда она пошла на него с совершенно предсказуемым рубящим ударом, он позволил ей нанести удар, выбив тренировочный меч из его руки.

— Мне не нужна твоя жалость, — процедила она, вытирая вспотевший лоб.

Рей помрачнел.

— Я не…

— Хватит поддаваться.

— Хорошо. — Он поднял меч, внимательно наблюдая за ней. Силла походила на зверя в клетке, мечущегося от переполняющей его энергии.

Сжав челюсти, он расширил стойку, и Силла повторила его движение. А затем Рей позволил взять верх двадцати годам тренировок — плоской стороной клинка ударил по ее руке с мечом, шагнул вперед, перехватывая ее тонкое запястье. Затем резко развернул, прижав ее спиной к своей груди.

Ее запах ударил в голову, лишив способности ясно мыслить. Рей попытался унять реакцию собственного тела на то, как она его касалась, старался не замечать, как вздымается ее грудь, пока до нее доходит происходящее.

Опустив голову к ее уху, он прошептал:

— Тебе нужно отдохнуть, Силла.

— Хватит отправлять меня отдыхать! — Его брови сошлись к переносице от ее порыва. Она начала вырываться, и он отпустил ее. Развернувшись, она столкнулась с ним лицом к лицу. — Мне не нужен отдых. Мне нужно добраться до нее.

Мысли Рея лихорадочно сложились в ответ.

— Сага.

Силла подняла меч и снова встала в стойку, глядя на него пылающими глазами.

— Еще раз.

— Нет, — прорычал он.

Она раздраженно фыркнула и отвернулась.

— Силла.

Она снова приняла атакующую позицию, собираясь повторить приемы.

— Как давно ты тренируешься, Силла?

Она пожала плечами.

Рей прищурился.

— Как давно?

Тишина.

— Когда ты в последний раз ела?

Она не ответила.

Низкое рычание Рея, казалось, сотрясло воздух.

— Зайди в дом-щит и отдохни. Поешь что-нибудь. А потом, если захочешь продолжить, вернешься наружу.

— Ты иди. А я остаюсь.

Рей стиснул зубы.

— Ты себя загонишь.

— Зато будет хоть какое-то разнообразие, — пробормотала она.

Он схватил ее за плечо, не давая отвернуться. Здесь таилось нечто большее, чем смерть Фрейдис. Большее, чем неудача с выражением ее гальдура.

— Что случилось?

Она не желала встречаться с ним взглядом. Он легонько встряхнул ее.

— Что. Случилось.

— Ничего.

Она дернулась, пытаясь вырваться, но он перехватил ее второй рукой, и его хватка стала железной.

— Если ты не будешь заботиться о себе, мне придется делать это за тебя.

И с этими словами он обхватил ее за талию, закинул себе на плечо и широким шагом направился к дому-щиту. Силла вскрикнула, колотя его по спине и пинаясь, но против его силы и размеров у нее не было шансов.

Пнув дверь, он вошел внутрь, сгрузил ее на скамью у очага и крепко прижал ее руки, пока она билась, как разъяренная кошка.

— Мне сходить за веревками или ты успокоишься?

К его облегчению, она замерла. Упрямо вздернула подбородок, но вставать она не стала.

— А теперь, — сказал Рей, — я не знаю, что именно случилось, но знаю, что тебя что-то мучает. Как бы мне ни претило… — он скривил губы, — говорить о таком, думаю, тебе это пойдет на пользу.

Она молчала, и он продолжил:

— Я не Чтец мыслей, но раз ты не говоришь, что тебя терзает, я рискну предположить, что обучение прошло плохо. Тебе трудно очистить разум, и, кажется, я знаю почему. — В животе неприятно жгло. О боги, как же он не хотел поднимать эту тему, но это нужно было сказать. Рей глубоко вдохнул и заставил себя продолжить. — Думаю, тебя преследует то, что сделал Джонас. Это было подло. Отвратительно. Трусливо. Да, он действовал в горе, но…

— Плевать мне на него! — выпалила она.

Рей моргнул.

— Тебе… плевать?

— Да!

Он провел рукой по волосам.

— Почему? — вопрос был неуместным, но Рей не смог удержаться.

Она слегка прикусила нижнюю губу.

— Он… я… — Силла запрокинула голову и тяжело выдохнула. — Это сложно.

Рей присел перед ней на корточки, вглядываясь в лицо. Он хотел знать… ему нужно было знать.

— У меня куча времени.

Она встретилась с ним взглядом и шумно выдохнула.

— Ты не захочешь это слушать…

— Ты можешь сказать мне все что угодно, — услышал он собственный голос, — если тебе станет легче. — И тут же пожалел — он слишком раскрылся, и ему захотелось забрать слова назад. Но после пристального взгляда из нее хлынули слова.

— Мне казалось, что я, возможно, что-то к нему чувствую. Но теперь… теперь я понимаю, что мне было одиноко и плохо, а он на время заставил меня чувствовать себя лучше. — Силла закрыла глаза и неровно вдохнула. — Он был как листья шкульда. Способ утопить горе. Настой от моей боли. Отвлечение, которое должно было помочь… А вышло все очень, очень не так.

Хотя ее слова не несли в себе ничего, кроме муки, что-то в груди Рея проснулось и запело. Радоваться этому было неправильно, и все же он не смог подавить это чувство.

Рей заставил свое лицо снова стать жестким. Он накрыл ее руку ладонью и нежно сжал. Ее пальцы были ледяными. Сколько же она провела снаружи?

— Отвлечение или нет, — сказал он, — то, что он сделал с тобой, было омерзительно. Ты этого не заслужила…

— Именно этого я и заслужила.

Он сильнее сжал пальцы.

— Что?

— Илиас, — сказала она, и ее голос надломился. И тут он начал понимать. — Илиас мертв из-за меня. Скажи, что ты не сделал бы того же, будь на его месте твой брат.

Рей глубоко и ровно вздохнул, пытаясь собраться с мыслями. Когда он заговорил, его голос был тихим:

— Нет. Я бы не поступил так, Силла. — Ее взгляд резко метнулся к нему, глаза широко раскрылись. — А теперь послушай меня, Силла, потому что я скажу это только один раз. Смерть Илиаса — не твоя ноша.

Она нахмурилась, и Рею захотелось протянуть руку и разгладить складку между ее бровями.

— Я любил Илиаса как брата, но он погиб потому, что потерял контроль в том бою. Если бы он подождал Джонаса, Геклу или Гуннара, чтобы они прикрыли его фланг, он бы наверняка вышел из боя живым. Его смерть не твоя вина.

— Он бы не оказался в том бою, если бы не я.

— Как жадно с твоей стороны полностью брать на себя его смерть, — сказал Рей. — Разве я не несу часть вины за то, что повел его в этот бой? А что насчет самого Илиаса? Да, именно этот бой оборвал его жизнь, но это могло случиться и в другой раз. Он бросался в гущу сражения, не дождавшись, пока кто-либо из нас прикроет его фланг. Знаешь, сколько раз я пытался научить его сдержанности? Сколько боев он пережил чистой удачей? Я предупреждал его снова и снова, что нужно контролировать себя. И вот, в конце концов, его удача закончилась.

Она долго молчала, и Рей продолжил:

— Пойми, Силла: каждый раз, выходя на поле боя, мы знаем, что это может быть последний раз. Это риск, на который идет воин. И не забывай, мы сидели у костра и голосовали за участие в этом сражении. Илиас принял риск — мы все приняли. Освободи себя от бремени его смерти. Я знаю, что Илиас не хотел бы, чтобы ты носила с собой вину. Он хотел бы, чтобы ты простила себя и шла дальше.

Минуты текли в молчании — Рей сидел перед Силлой, держа ее руку в своей. В этот момент она могла попросить его о чем угодно, и он сделал бы это. Все, чтобы вернуть ей улыбку, чтобы снова зажечь свет в ее глазах.

— У меня есть кое-что для тебя, — сказал он, вспомнив о цыплятах. Выпустив ее руку, он выбежал на улицу за корзиной. Но когда вернулся, Силлы уже не было, занавеска была задернута.

Рей опустился на скамью. Открыл крышку корзины. Вынул маленький желтый пушистый комочек и погладил его по головке. Уголки его рта слегка приподнялись, когда цыпленок поднял голову.

— Полагаю, — сказал Рей, — сегодня тебе придется довольствоваться мной.

Цыпленок пискнул.

Рей перевел взгляд на занавеску и глубоко вздохнул. По крайней мере, сон принесет ей больше пользы, чем тренировки на холоде.