Глава 11

Шесть долгих дней Силла и Рей ехали на север. Местность изменилась с ровных просторов у Западных лесов на холмистые предгорья, с прохладных порывов ветра на пронизывающие ледяные шквалы. Силла натянула на себя всю одежду, что у нее была, и с мрачным смирением приняла у Рея варежки из волчьей шкуры. Несмотря на холод, местность была по-своему прекрасна. Сосновые леса покрывали дикие, суровые горы, дорога все чаще раздваивалась и становилась уже. Вдоль дороги между покрытыми лишайником валунами цвели скопления голубых лилий, а однажды, у Силлы перехватило дыхание, когда их путь пересекла семья морозных лис.

Она решила, что морозные лисы — это добрый знак. Напоминание об умении приспосабливаться. Как лисы, чья шерсть менялась, чтобы слиться с окружением, так и Силла могла изменить себя.

В долгие молчаливые дни у нее было слишком много времени на раздумья. Снова и снова перед глазами вставал образ Рея, убивающего целый отряд воинов без малейшего колебания. Это было ужасно, настолько жестоко, и все же… он владел такой силой. Впервые Силла задумалась о том, что ее гальдур может быть не только смертным приговором. Перебросив поводья в одну руку, она закатала рукав туники и посмотрела на гладкую, бледную кожу предплечья.

А сможет ли она владеть такой силой?

Несущая пепел и Ломатель Клинков назвала ее Скраеда. Силла не знала, что это значило. Но после того, как увидела, на что способен Рей, в ее сознании начала прорастать мысль. Сначала она хотела отмахнуться от нее, но с каждым днем идея росла и крепла, пока не захватила ее полностью. Все вдруг стало ясным.

Найди меня, — сказала маленькая светловолосая девочка. Сага была заперта в Аскаборге с теми, кто убил их родителей.

И если Силла сумеет овладеть силой, подобной силе Рея, у нее появится шанс освободить сестру.

С каждой пройденной милей ее цель становилась все отчетливей.

Она овладеет своим гальдуром и освободит сестру.

Каждый раз, когда Силла чувствовала, как к ней подступала печаль, когда во сне она снова видела, как умирает отец на той дороге у Скарстада, когда в ее голове эхом звучали имена, Илиас Свик, Маттиас Нордвиг, Скеггагрим, Силла напоминала себе о Саге.

Сага нуждалась в ней.

***

На шестой день пути они встретили Вига и Рунни, брата и сестру-воинов, которых Рей отправил за Силлой в Истре. Сказать, что они были ошеломлены, узнав, что теперь и сам Рей нуждается в убежище, значит не сказать ничего. Но как только их удивление улеглось, они вручили Силле пару сапог на меху, и она застонала от удовольствия, натягивая их. А затем, с учетом ледяного ветра и леденящего холода, им пришлось быстро отправиться в путь.

Теперь они грелись у костра, и Силла, завернувшись в два одеяла под плащом, смотрела на пламя, радуясь теплу. Порыв ветра заставил языки огня дрогнуть, и она сильнее сжала ткань вокруг себя. Из-под капюшона Силла разглядывала новых спутников.

Рунни выглядела на двадцать с небольшим зим. Бледная кожа, темные, чуть раскосые глаза, волосы заплетены в дюжину косичек, каждая из которых украшена серебряными кольцами. Ее брат Виг был широк в плечах, как и Рей, с черными волосами, заплетенными в толстую косу. Но особенно бросалось в глаза то, что его туника заканчивалась на локтях, и мощные предплечья были совсем голыми. Присмотревшись, Силла заметила, что мужчина и вовсе обошелся без плаща, на плечах была лишь волчья шкура.

Виг встретился с ней взглядом через огонь.

— Тебе не холодно? — вырвалось у Силлы.

На суровом лице мужчины появилась улыбка, и он громко расхохотался.

— Это летняя погода, Силла, — сказал он и покачал головой. — Южане…

Рунни искоса бросила на Силлу взгляд.

— Не беспокойся. Твоя кровь привыкнет к северу, — сказала она.

— Так и есть! — подтвердил Виг, скрестив руки на груди. Отблески огня плясали в его глазах. — И когда привыкнешь, захочешь еще. Может, как только привыкнешь, я отведу тебя к ледниковым озерам принять настоящую нордурскую ледяную ванну. — Звучало это ужасно, но Силла промолчала.

Виг, прочитав ее выражение лица, снова громко рассмеялся.

— Это бодрит. Напоминает, что ты жив. Даже моя бабушка клянется, что лучше ее нет.

— Не слушай его, Силла, — хмыкнула Рунни. — Ему просто любопытно, что у тебя под плащом.

Виг пожал плечами.

— Думаю, ты просто завидуешь, что я позвал ее первым, Рунни.

Силла почувствовала, как вспыхнули щеки, несмотря на холод.

— Оставьте ее в покое, — резко сказал Рей. Силла удивленно взглянула на него. — Ей и так пришлось через многое пройти, и еще одна ваша семейная перепалка — это лишнее.

— Не успели мы и дня провести вместе, а ты уже командуешь, — усмехнулся Виг. — Ничуть не изменился, Гальтунг.

Силла нахмурилась. Гальтунг, не Бьярг, а это значит, Виг и Рунни знали настоящее имя Рея. Ее взгляд метался между ними, пытаясь понять, что между ними произошло.

— Пройди через те же испытания, что и мы, Виг, и тоже сможешь командовать, — огрызнулся Рей.

— Не надейся, что сможешь вести себя как король Каласгарда, Гальтунг. Кто-то может и целует землю под твоими ногами, но другие… мы серьезнее относимся к своим корням. И помним щуплого северного мальчишку, каким ты был.

— Виг, — прошептала Рунни, но Рей лишь раздраженно выдохнул.

Силла же зацепилась за слова Вига:

— Ты из Каласгарда? — Вдруг все встало на свои места: и знания Рея о доме-щите, и его угрюмое выражение лица, когда он понял, что ему придется туда вернуться. Он явно не хотел туда ехать. В ней снова закипело раздражение. Этот человек ничего ей не рассказывал!

Силла повернулась к Рунни:

— Вы оба — гальдра?

— Прямолинейно, как молотом по лбу, — усмехнулась Рунни.

Силла покраснела, но Виг лишь пожал плечами.

— Мне нравится. Без игр и лишних слов. Прямо и по существу. Да, вся наша семья — гальдра. Я — Ломатель Клинков, моя сестра — Теневой Пес, а наш младший брат Снорри проявляет интуицию Несущего пепел…

— Сколько ему сейчас? — перебил его Рей.

— Почти двенадцать, — проворчал Виг. — Близнецам шестнадцать. Ты бы знал, если бы хоть иногда открывал письма…

— Рей показал тебе свои трюки, Силла? — оборвала брата Рунни.

— Не по собственной воле, — пробурчал Рей.

Силла чувствовала, как голова идет кругом.

— Что означают все эти названия? Ломатель Клинков? Теневой пес? Я так понимаю, что Несущий пепел — это про огонь…

Рунни раздраженно вздохнула.

— Гальтунг тебе ничего не рассказал, да?

— Ничего.

Рунни закатила глаза.

— Как же это в твоем стиле, Гальтунг. Человек дела, а не слова. Никогда ничего не рассказываешь. — Она указала на Вига. — Ломатель Клинков — один из воинов-гальдра. Способен на внезапные проявления огромной силы. А Теневые Псы… мы играем со светом. Можем сливаться с тенями, преломлять и искажать свет, подчинять его своей воле. Конечно, многое зависит от самого человека, у всех силы проявляются по-своему.

Силла молчала, переваривая услышанное. Ломатель Клинков. Она вспомнила то странное жужжание — Рей и Скраеда, каждый из которых взлетел в воздух после того, как она толкнула их. Но ее руки тогда светились странным белым светом. Значит, это наверняка означало, что она — Несущая Пепел?

— Воины-гальдра, — повторила Силла. — А есть еще кто-то?

— Есть еще гальдра разума, — сказал Виг. — В то время как у воинов гальдра есть дары тела, у гальдра разума есть дары мысли и памяти. Соласеры, Чтецы, Ткачи.

Силла уже не справлялась с потоком вестей и с трудом сдерживала желание накинуться на Рейнира Гальтунга и задушить его за то, что он ей этого не объяснил.

— А ты, Силла? — спросил Виг с озорной улыбкой. — Ты тоже гальдра?

— Полагаю, что да, — призналась она. Было странно так открыто произносить это вслух. — Я еще привыкаю к этой мысли, узнала совсем недавно.

— Недавно? — Рунни выглядела пораженной. — Ты что, жила в горной пещере?

— Что-то вроде того, — ответила Силла. — Отец давал мне листья шкульда, говоря, что они от головной боли. — Оцепенение, сжимавшее грудь, распространилось по всему телу, и она глубоко вдохнула. Боги, нельзя сейчас думать об отце. Силла заставила себя продолжить. — Как только я поняла, что они опасны, то перестала их принимать, и тогда начала светиться. И, кажется, теперь я могу быть Несущей пепел.

После ее поспешного признания повисло молчание. Силла чувствовала взгляд Рунни.

— Значит, ты не прошла Единение? Разум и сердце еще не соединены?

Силла кивнула.

— Неслыханно, чтобы ученик учился так поздно. Это может оказаться серьезным испытанием, — сказала Рунни.

Сердце Силлы болезненно сжалось.

— Я люблю испытания, — дерзко бросила она. — Когда мне чего-то хочется, я этого добиваюсь.

Рей глубоко вздохнул.

— К сожалению, — произнес он, — я могу это подтвердить.

— Значит, ты ведешь ее к Харпе? — спросила Рунни.

Рей едва заметно кивнул. Силла нахмурилась.

— Харпа?

— Наставница, — устало пояснил Рей. — Она проведет тебя через Обряд и обучит.

Между братом и сестрой проскользнул любопытный взгляд, но Силла не успела спросить, Виг уже обрушился на Рея.

— А ты, Гальтунг? Что произошло в Истре?

Рей не отвечал, уставившись в пламя.

— Раз тебе тоже нужен дом-щит, значит, великий Взор Секиры раскрыт. — Когда Рей не ответил, Виг продолжил допрос. — Что случилось? За тобой пришли Клитенары? Попытались очистить душу у одного из столбов?

Взгляд Рея стал еще мрачнее, и Виг продолжил:

— В своем письме ты просил нас забрать Силлу из Истре, а теперь сам с ней, и далеко на севере. Значит…

— Это значит, что это долгая история, не для твоих ушей, — рявкнул Рей, намеренно избегая взгляда Силлы.

— Потому что ты такой важный, да? Со своими тайными делами…

— Хватит! — воскликнула Силла. Оба, и Рей, и Виг, ошеломленно уставились на нее. — Это моя вина, что его раскрыли.

Взгляд Рея будто прожигал ее кожу раскаленным прутом. К счастью, Виг, похоже, онемел от изумления. Собравшись с духом, Силла продолжила.

— Неужели вы не можете помириться?

— К сожалению, этот корабль давно уплыл, — ответил Виг. — Я потерплю твое присутствие в Каласгарде, Гальтунг. Сдержу слово и буду внимательно следить за домом-щитом, но сделаю это ради Силлы, не ради тебя.

Рей тяжело вздохнул и поднялся:

— Не ожидал от тебя меньшего. Боюсь, я устал и пойду спать.

С этими словами он скрылся в палатке, оставив Силлу наедине с Вигом и Рунни.

— До чего же раздражающий кунта, — пробормотал Виг, отпив из фляги.

— Что между вами произошло? — спросила Силла. — Я чувствую, раньше все было иначе. Вы ведь дружили?

Виг подбросил в костер полено и поправил его палкой.

— Да, дружили. Были неразлучны с малых лет. Но он возомнил себя лучше, чем те кто в Каласгарде. И ушел, не раздумывая.

Силла поджала губы, погрузившись в раздумья. Все, что она знала в жизни — это переезды, и ей было не понять таких чувств.

— И это… плохо? Уехать из Каласгарда?

— Плохо, когда забываешь свои корни, забываешь, откуда ты. Мы были как родные, а он… тьфу! — Виг взмахнул рукой. — Не хочу об этом говорить.

Она почувствовала, как его взгляд остановился на ней.

— А он тебе кто? Вы с ним…

— Нет! Этот человек пытался убить меня… дважды! — Она рассмеялась, но смех прозвучал неестественно. — Но еще он спас мне жизнь. У него… любопытное понятие о чести. — Она вспомнила, как он помог ей бросить принимать листья шкульда, как часами учил защищаться. Как смотрел на ее гальдур с благоговением, как провел пальцами по ее запястью.

Ты и правда наполнена солнечным светом, да?

Силла вздрогнула, глядя в огонь.

— Принимая во внимание все, что он сделал, я признаю, что он мне очень помог, пусть его методы и были не идеальны…. — Она вспомнила как на нее набросился олень-вампир, горящие лица Кормящих Волков. На ее лице застыло хмурое выражение. — Наверное, я не знаю, кто он для меня. Может, друг?

Виг внимательно посмотрел на нее, и Силле показалось, что она сказала лишнего.

— Лучше прислушайся к моему предупреждению, — проворчал он. — Для Гальтунга слово «друг» имеет весьма расплывчатое значение. На деле, его заботит только его дело.

— Дело? Какое дело?

— Уппрейсна, — ответила Рунни. — Это старое слово, означающее «Восстание». Те, кто выступает против короля Ивара. Сеть повстанцев по всему королевству, работающих сообща, чтобы подорвать власть Узурпатора.

Силла прикусила губу, глядя на Рунни поверх пламени.

— И цель этой… Уппрейсны?

— Вернуть истинного наследника на трон, — ответила Рунни. — Они верят, что Вольсики — защитники Исельдура, и кто-то из их рода всегда должен сидеть на троне. Без Вольсика королевство теряет равновесие, и хаос будет лишь нарастать.

Силле вдруг стало жарко, одежда словно сдавила ее.

— Ох, — выдавила она. — И Уппрейсна посылает Рея…

— Совершать великие подвиги по всему королевству? — с горечью перебил Виг. — Да. Конечно, мне неизвестны подробности. Но он уже много лет на их поводке.

Я лишь клинок, — говорил Рей. Значит, это… это должно объяснять убийства. Жертвы были выбраны Уппрейсной, а Рей… теперь Рей понесет за это ответственность. Его объявят убийцей, обрекут на жизнь в тени. От этой мысли у Силлы свело желудок.

— А вы? — спросила она у Рунни и Вига. — Вы тоже в Уппрейсне?

Рунни открыла рот, но Виг ответил первым.

— Мы делаем, что можем, здесь, на севере. Гальдра вытеснены в самые отдаленные уголки королевства, и здесь моя семья нашла покой. Но мы помогаем, когда можем, если гальдра нуждаются в помощи. И мы следим за тем, что происходит на юге.

Силла едва успевала осмыслить обрушившийся на нее поток сведений.

— А ты, Силла с Юга? Ищешь дом-щит, где можно переждать какое-то время. И ты хочешь научиться управлять своим огнем. Есть ли что-то еще, что нам следует знать?

Я — Эйса Вольсик, — подумала Силла, но тело сковало напряжением, каждую мышцу свело. Как она может быть Эйсой, если едва справляется с тем, чтобы быть Силлой?

— Я люблю кур, — выдохнула она, уже чувствуя усталость.

— Прекрасно, — весело сказал Виг. — В Каласгарде они есть.

— Отлично, — ответила Силла.