Глава 6

Аманда

О чем мечтает темная леди перед свадьбой? О том, что ей вскоре предстоит покинуть родной дом. О предстоящей жизни в новом замке, о неизбежном противостоянии с свекровью или необходимостью завоевать расположение слуг…

Но это все не про меня. Я незамысловато пыталась понять, как мне не опозориться перед темной королевой.

Раз уж я обнаглела до такой степени, что попросила назначить себя, адептку первого курса академии Агревуд, личным королевским артефактором, то должна была оказаться полезной ее Темнейшеству.

С той самой минуты, как в покои семьи Эранд доставили медальон придворного артефактора, на котором было выбито мое имя, я начала метаться по комнатам. Хватала поочередно то бумагу, то карандаш, призывала тьму, чтобы собрать макет или набросать чертеж чего-то необычайно великого и достойного самой темной королевы.

Но ничего полезного в голову так и не пришло, поэтому я снова отправилась гулять по чертогу. Я не знала, как скоро после свадьбы смогу вернуться в это место. Мне хотелось побродить по коридорам, запомнить их атмосферу и ощущение древней тьмы, окутывающей эти стены.

Родовой замок темной королевой, дочери ныне покойного легендарного короля Гартоша, был живым. Вот почему после его смерти никто из темных лордов не смог объявить себя его преемником. Замок не пожелал принять самозванных правителей, а всего лишь позволил союзу темных лордов править владениями темного короля поочередно.

То ещё было времечко.

Вместо того чтобы толково управлять темными землями, лорды лишь грызлись между собой и едва не проворонили предателя, заключившего ради власти союз с демонами. Огненный король, чуть не устроил Дельтрану нашествие похлеще прихода тьмы, но появление темной королевы Катарины, которую замок признал хозяйкой, сплотило темных. Наследница Гартоша не могла изменить алчущих власти лордов, многие соперничали и по сей день, но под ее присмотром, они больше не вредили самому Дельтрану и могли мгновенно подняться на его защиту.

А у светлых?

Смогут ли они остановить вторжение, если демоны найдут способ пересечь барьер дяди Даррена?

Или они уже его нашли.

Картас считал, что год назад на мой отряд напали не демоны. Кто-то из светлых пожелал скрыть следы своего преступления и коварно под них замаскировался. Но от мысли, что демоны смогли пробить путь на светлую, незащищенную сторону Дельтрана, мое сердце сжимала когтистая лапа тревоги. Если прорыв случится, светлым будет просто нечего противопоставить. Светлая магия четырех стихий окажется бессильна против демонического огня, барьер против которого умела создавать только чистая тьма и особая магия паладинов герцога Авердана.

Так глупо…

Глупо рассуждать о теоретических проблемах этого мира, когда моя собственная жизнь находилась на краю.

Год назад кто-то уничтожил скоромный отряд курьеров-новобранцев. Мы должны были всего лишь сделать бросок по пересеченной местности, наложив на себя отводящие глаза чары. Звери и птицы нас не замечали, мы неспешно трусили по лесу, ребята шутили, что служба под командованием Аберга не так сложна, как рассказывают. Бравировали, разумеется. И наслаждались глотком свободы, который давал это марш-бросок. Аберг так доставал всех своим идеальным распорядком, что даже бывалые воины в те дни с радостью уходили в дозор за пределы крепости или с радостью хватали задания в дальних гарнизонах.

Аберг делал вид, что меня не замечает, но довел всех своими придирками и усложнениями нормативов.

Так что, попав в дикий лес, мы чуть ли не песни распевали по дороге. А потом угодили в огненную ловушку и оказались в окружении объятых пламенем монстров. Нас учили, что именно так и выглядят враги из другого мира. Сама я в жизни ни одного демона не видела. Того, что разорвал мою грудь, тоже рассмотреть не успела. Я как раз пыталась послать сигнал в крепость и дрожащими руками сплетала руну вызова. С таким трудом позаимствованная магия не желала подчиняться и просто расплескивалась по земле чернильными пятнами. Но это означало, что ударивший меня точно знал, что я темная.

В Агревуде я через Флавуса попыталась получить сведения о том нападении демонов. Торговец запрещенкой приторговывал и информацией. Но его поставщик сплетен и слухов тогда выразился вполне однозначно: «Бред. На светлой стороне не бывает прорывов».

Но кем тогда могли быть те существа, несущие на себе огонь? Неужели их послал Светлый двор, чтобы уничтожить юную супругу своенравного лорда, дерзнувшего вступить в недопустимый брак.

А сейчас? Разве светлые отступят?

Пусть попытаются! Я буду готова. Наивной Аманды, считавшей, что побегом на светлую сторону можно решить все проблемы, больше не было. Нет, она не погибла от когтей, что разорвали ей грудь, не переродилась на алтаре склепа Эранд.

Новую Аманду создала любовь.

Чувства к Картасу научили меня ответственности, его забота — пониманию, как сильно может ранить безразличие, даже если оно всего лишь мнимое. Нет, умнее я не стала, нельзя же получить все и сразу. И любовь, и страсть, ещё и мозги в придачу. Порой мне казалось, что в глупости мне нет равных.

И все же я упорно шла вперёд…

Не таиться же мне было в ожидании свадьбы, как приличной невесте. И потом ко мне не послали слуг с расписанием. Никто не объяснил, чего мне ждать и когда вообще свершится великое событие. Раз так, то я вела себя, как гостья. А гости бывают очень любопытными.

И не только я обожала исследовать новые территории.

Змеюкис объявилась, едва я прошла через портал, ведущий в основную часть замка, самовольно забралась мне на руки, заглянула в глаза, а потом снова скользнула на талию, где и превратилась в пояс.

В этот раз я не стала заходить в неизвестные комнаты и пугать их гостей своим внезапным, способным пробить любую защиту, появлением. Моей целью стали длинные, узкие и извилистые коридоры, выложенные темными, слегка щербатыми камнями. Вместо свечей и канделябров их освещали руны, попадающиеся как на стенах, так и на полу с потолком. Света они давали не так много, скорее напоминали о совершенной защите этого места и о том, что здесь каждый находится под присмотром.

Такая руническая роспись была введена при нынешней правительнице королеве Катарине, в остальном же она постаралась сохранить замок таким, каким он был при ее отце.

На стенах сохранились полустертые гобелены с изображениями мужчин и женщин, вошедших в историю нашего мира. Уделяй я чуть больше времени этому предмету, знала бы, чем таким замечательным занимались воины в черных доспехах рядом с леди в полупрозрачных одеждах или почему на другом гобелене все так радовались, когда из портала вылезал огромный, страшный демон. Или на ткани была запечатлена все же сцена его изгнания?

Да, король Гартош умел изгонять демонов и закрывать навсегда точки порталов, отрезая тем самым им возможность проникнуть в Дельтран. По слухам, королева Катарина обладала тем же талантом. В самом деле, намного проще вышвырнуть врага в дальние дали без единого боя, чем терять воинов в битвах.

Я не знала, как часто темная королева проделывал этот фокус, но с ее восхождением на престол темная сторона этого мира больше не несла ощутимых потерь при прорывах незваных и весьма кровожадных гостей.

Коридор свернул и расширился, выводя меня в длинный зал с высоким потолком, поддерживаемым изогнутыми арками из черного камня. Гобелены на стенах сменили портреты давно умерших лордов и леди в парадных одеждах. Я знала, что где-то в чертоге есть более современное собрание картин с изображением ныне живых и здравствующих темных, оставивших значительный след в истории Дельтрана. Где-то в замке висел портрет моего дяди Даррена и лорда Киртана Дарта, супруга нашей королевы.

Иногда в галерее попадались деревянные скамьи и кресла. Видимо, чтобы гости замка могли дать отдых ногам после долгой прогулки или поговорить в тишине в окружении великих темных и не менее величественного прошлого. Концентрация тьмы здесь как будто была ниже, чем в местах, защищенных сияющими рунами. Дышалось здесь точно спокойнее, двигаться хотелось неторопливо, а то и вовсе присесть, чтобы насладиться покоем и тишиной этого места.

Я присмотрела для себя высокое, похожее на трон кресло и, только шлепнувшись на него, поняла, что устроилась как раз напротив портрета короля Гартоша. Цепкий взгляд седого мужчины пробирал до мурашек, казалось, что художник не просто запечатлел образ покойного короля, а ухватил кусок его души и запечатал в холсте.

— Мне тоже нравится это место, — я услышала темную королеву раньше, чем увидела.

Женщина шагнула из пустоты в окружении легких клубов темной магии. Именно такие следы оставляли паладины мрака, когда совершали переход с Изнанки. Но это означало…

— Вы научились перемещаться физически на обратную сторону Дельтрана?

— Пришлось начать осваивать это искусство. Дарт преуспел намного больше меня, но он и больше путешествует. Мне разрешается перемещаться только в пределах чертога…

— И секретного крыла для приема особых гостей.

— Угадала, — женщина одобрительно кивнула. — Мы решили отделить особых гостей от остальных. В место, где находятся покои, нельзя попасть из замка. Любые сюрпризы вроде нежеланных посланий или посылок исключены.

— Разве что гости решат подраться, не выходя из портала.

— Это будет очень глупое решение. А что, леди Аманда, вам уже хочется кого-то побить? Кстати, поздравляю со вступлением в должность придворного артефактора.

Медальон на моей шее, словно в ответ на слова королевы, налился теплом. Я не стала скромничать и надела его сразу, едва обследовала на скрытые чары.

— Я постараюсь оправдать ваше доверие.

— Слишком не усердствуй. Мне нужен артефактор с дипломом Агревуда.

Иными словами, принимать что-либо от недоучки королева спешить не будет. Наверное, это и правильно. И все-таки, почему она появилась в этой галерее? Вряд ли случайно. Как хозяйка замка она знала точное расположение каждого гостя. Значит, явилась, чтобы о чем-то поговорить.

Кресло, в котором я расселась, стояло вдали от лавок. И кому оно принадлежало, до меня дошло с опозданием.

— Прошу прощения! Я сейчас!

Я засуетилась, чтобы освободить королеве место, но женщина махнула рукой.

— Не стоит. Так будет проще. — И рядом с креслом, на котором я сидела, появилось другое, абсолютно черное и созданное из тьмы. — Не стесняйся. Можешь его потрогать.

Дважды предлагать не пришлось. Я опустила руку на кресло, слегка сжала твердый, обитый мягкой тканью подлокотник.

— Потрясающе! Как настоящий. Моя тьма пока что умеет создавать только кляксы.

— Начни с оружия, — заметив мое удивление, королева улыбнулась. — Я не шучу. У тебя же есть любимый кинжал или стилет? Попробуй создать его двойника своей магией, на тренировках используй поочередно, а когда дубликат станет неотличим от оригинала, сможешь его размножить.

— Вы предлагаете мне начать с боевой тьмы? Почему?

— Слышала, у тебя уже есть ручная тварь истинной тьмы, — взгляд королевы Катарины многозначительно скользнул по моему поясу. — Думаю, ей будет неприятно, если ты создашь свое живое существо, наполнив его магией.

Я посмотрела на Змеюкис, тварюшка не шевельнулась, но ее темные глаза блеснули весьма угрожающе.

А ведь это мысль…

— Ваше Величество, вы меня вдохновили! Я могу попробовать прямо сейчас?

— Хм… Только в том случае, если ты не выберешь портрет моего отца, в качестве мишени.

— Нет! Что вы! — осознав, что королева всего лишь меня дразнит, замолчала и сосредоточилась на цели.

Я хотела создать из своей тьмы подвижную игрушку для своей Змеюкис. Такую, которую она бы…

Не знаю, что напугало меня больше: мое воображение, скорость с которой я смогла воплотить неведомого кракозябра или бросок моей змейки. Тварь истинной тьмы обвила фальшивку так быстро, что я даже рот раскрыть не успела, не то что сказать «фас!» За несколько секунд моя милая и изящная розовая лента расширилась до размеров удава, поднатужилась, и мой первый воплощенный монстр лопнул. Только ошметки тьмы полетели во все стороны. Черные, маслянистые хлопья художественно повисли на моем платье, заляпали стены, особенно эпично выглядела темная клякса на портрете короля Гартоша. Черный росчерк так был похож на пририсованные кривые усы, что я в панике пискнула:

— Оно само исчезнет!

— Разумеется, — величественно и благосклонно кивнула королева.

Сама Катарина не пострадала. То ли королевская защита отбила долетевшую до нее тьму, то ли она мгновенное нейтрализовала ее и превратила в дым, который тут же вернулся в мой исток. Не видела я таких деталей, потому что когда весь этот позор случился, я смотрела на Змеюкис.

Змейка сдулась, как шар.

Едва враг был повержен, моя несравненная проделала фокус, при виде которого многие женщины удавились бы от зависти: она шикнула, дунула, скорее всего, еще и плюнула, и начала стремительно уменьшаться в объеме. Ко мне Змеюкис вернулась тонкой лентой, забралась по ноге на колени, обвилась вокруг талии и снова замерла, изображая женский аксессуар.

Я же страдальчески улыбнулась портрету покойного короля Гартоша и выдавила из себя:

— Я представляю себе это как-то так.

— Да. Ваш питомец очень ревнива. Это можно использовать.

«Ревнивая» приподняла голову, хитро посмотрела на королеву и замерла. И я убедилась, что никакой ревностью тут и не пахло, просто моя Змеюкис очень эксцентричная дама и готова порвать всех на ленты, только чтобы произвести неизгладимое впечатление.

Дышать ровнее я стала только, когда и усы с физиономии Гартоша развеялись дымом. Остальные следы волновали меня не так сильно, но я знала, что так или иначе тьма всегда возвращается к владельцу. Так что смогла наконец-то посмотреть на королеву и спросить:

— Вы одобряете такой вид тренировок? Я смогу научиться воплощать… что-то. Змеюкис разомнется.

— Иными словами, вы желаете получить мое одобрение, чтобы в случае чего избавить себя от наказания, — грамотно перевела королева.

Но иначе и не могло быть. Дура бы трон не удержала, и даже живой замок ей бы не помог.

— Я не стану использовать свои воплощения без предупреждения. И надеюсь, что они сами не станут использоваться, — с некоторой опаской произнесла я.

Если только представить, что я начну создавать такое неосознанно, то Дельтран увидит самую нелепую смерть от инфаркта.

— Тьма — невероятно пластичная материя, способная создать практически что угодно. Конечно, существует ряд ограничений. Но, насколько я знаю, в Агревуде есть специалист, который сможет объяснить вам нюансы.

— Вы сейчас о Дакхаре Райне из Гиблой долины?

— Да, о Райне Младшем. Хорошо, что лорд Аберг вытащил его из долины. Его ещё можно…

Королева замолчала, рассматривая портрет отца.

— Вы хотели сказать «спасти»? Разве тьма зло?

— Тьма Гиблой долины капризная особа. Во многом, потому что именно там она властвует, а не сосуществует. Райны — ее слуги, когда как темные лорды и леди на этой стороне Дельтрана сумели обозначить границы дозволенного.

— И смогли создать барьеры.

— Верно. Барьер тоже сыграл свою роль. Тьма нашей части Дельтрана умеет сотрудничать.

— На светлой стороне все иначе?

— А вот об этом, леди Аманда, вы мне и расскажете.

Королева сохранила дружеский, мягкий тон, но у меня от ее слов внутри натянулась тугая струна.

— Вы желаете, чтобы я следила за светлыми и передавала вам информацию?

Надо же. Я возомнила себя самой умной, сумевшей обмануть всех. Думала, что покровительство темной королевы подарит мне свободу. Но даже у свободы есть своя цена.

— Прямо сейчас мой муж пытается завербовать лорда Аберга. Но я уверена, что это пустая затея. Ваш муж из тех людей, что нарушают правила исключительно ради общего блага. Если этому миру будет грозить опасность, светлый каратель не станет молчать. Но соглашаться на полное сотрудничество и передачу сведений ему не позволят ни убеждения, ни верность родине.

— Да! Картас такой! Верный, благородный, справедливый…

— Практически неуязвимый, — по губам королевы Катарины скользнула улыбка. — У Картаса Аберга не так много слабостей. Точнее, всего одна. Но если надавить на это слабое место, последствия будут слишком непредсказуемы. Никто не знает, на что может пойти светлый каратель, чтобы спасти любимую. И я надеюсь, что никогда не стану катализатором, против которого обратится его светлая мощь.

— А я? На меня давить получается можно? Я кажусь вам слабой и безобидной?

— Скорее, сопричастной. Для начала ты моя подданная и личный слуга, — королева указала на медальон на моей шее.

Я с трудом удержалась, чтобы не прикрыть его рукой. Легкий артефакт начал душить, как удавка. И как бы я сама ее попросила. Почему-то наивно возомнила, что королева поможет мне просто так из интересна. Что темной королеве Катарине станет любопытно, каким артефактором я могу стать.

Выяснилось, что это женщина прагматичнее, чем я думала. Зачем ждать взросления артефактора, если можно использовать шпиона прямо сейчас?

— Аманда, ты слишком все усложняешь. Никто не удивится, если выяснится, что ты сообщаешь мне некоторую информацию. Более того, этого будут ждать. Так что нам придется хорошо подумать…

— О чем это?

— Как не попасться. О чем же еще? — улыбка королевы стала еще шире. Её явно забавляло мое состояние. — Подозреваю, что Пресветлый чертог хранит немало тайн. Темным лордам так просто в него не попасть. А тут так удачно все складывается.

О да…

Стать королевской шпионкой. Прямо сама не верю своему счастью. В особенности учитывая, что раз Картас получил аналогичное предложение, он поймет, что я, в отличие от него, не смогла отказаться.

И как он это воспримет? Должна ли я с ним обсудить требование своей темной королевы? Или подобное не принято обсуждать с мужем, тем более, если он светлый.

Нет, не о том я думаю. В первую очередь я должна понять, какие сведения хочет получить Катарина. И как станет их использовать.

И словно в ответ на мои мысли прозвучали слова королевы:

— Ты не откажешь мне, Аманда.

— Я ваша верная подданная, Ваше Величество, — хотела, чтобы голос прозвучал ровно, а все равно мне почудилось ворчание обиженного ребенка, узнавшего, что мастера игрушек не существует.

Точнее, он иногда в самом деле рассекал границы между мирами, чтобы подарить особенным детям уникальные артефакты. Но обычно все новогодние подарки дарили родители.

Вот и в чаяниях королевы не было никакого волшебства. Она согласилась мне помочь, потому что я могла быть ей полезна.

Ладно. По крайне мере, королева Катарина — лучшее, что случалось в наших землях за последние полвека. Да и работать с ней будет приятнее, чем с «упырем» Аверданом.

— Мне приятно слышать о твоей лояльности, Аманда, но я имела в виду другое. На самом деле ты связана с этой историей больше, чем можешь представить.

— О чем это вы?

— Однажды ты познакомилась со светлой, отмеченной тьмой. И это знакомство запустило интересную цепочку событий…

— Вы говорите о Таише Хорн?

— О ней. О светлой, вставшей на путь исцеления после общения с тобой, Аманда. Шпионы моего мужа наблюдали за этой девушкой на светлой стороне. Она научилась контролировать свою тайную суть.

— Вы знаете, что с ней потом стало? — еле слышно прошептала я.

Мне так и не удалось выяснить детали. Точнее, я знала только о последствиях: ее дядя лишился магии и очутился в темных землях, причем на тайном невольничьем рынке, где его и купил Эрн. А сама Таиша пропала…

— За Таишей Хорн пришел отряд светлых жрецов, возглавляемый ее дядей. С ним ты тоже встречалась. У тебя вообще поразительная способность заводить знакомства.

— Вы сейчас о Хорне, утратившим свой дар?

— О нем. И да, этот светлый выгорел в тот день, когда явился арестовать свою племянницу Таишу. В отчетах светлых жрецов значится, что он ее убил.

— Неправда! Хорн, которого я знаю, не мог…

— Я тоже так думаю. Убийство не лишило бы его сил. Я думаю, что дядя Таиши использовал свой дар, чтобы перебросить племянницу в Гиблую долину. Знаешь, как узнала? Ее сестра отправилась по этому же маршруту. По фальшивым документам примкнула к отряду, проходившему инициацию, и даже сумела выйти обратно. Одна. Сестру она, видимо, не нашла или же Таиша не пожелала покинуть долину. И я ее прекрасно понимаю. Но суть не в этом. В тот день, когда Хорн забросил Таишу в неведомые дали, грань миров дала трещину. Я видела след разрыва, отпечатавшийся на Изнанке. К сожалению, я не могу ступить на светлую сторону Дельтрана без приглашения. Поэтому вынуждена довольствоваться лишь крохами сведений, которые можно получить от шпионов моего мужа или через мир теней. Точнее, так было раньше. Теперь я надеюсь, у меня появятся глаза и уши по другую сторону барьера.

Рассказ о Таише отозвался звенящей пустотой. Судьба этой светлой не шла из моей головы, а жизнь причудливо напоминала о девушке с печальными черными глазами, она не хотела быть монстром, но и помочь ей было некому.

Значит, ее, как и Свена, обнаружили и решили устранить. Но дядя сделал все, чтобы спасти племянницу. Вот только со мной светлый жрец Хорн не был до конца откровенен.

Знает ли темная королева, о том, что светлый жрец Хорн сейчас находится в Агревуде? Похоже, что нет. Вероятно, мне придется сказать ей об этом. Но сначала я должна сама поговорить с Хорном.

— Так вы хотите сделать меня шпионкой. А я думала, что вы в самом деле желаете видеть меня личным артефактором.

— Одно не мешает другому. Медальон, что сейчас на твоей шее, ещё и переговорный артефакт. Чтобы отправить мне сообщение тебе будет достаточно его активировать и призвать тьму. Тьма запомнит все, что ты скажешь, и перенесется ко мне. Твои послания не смогут ни отследить, ни заблокировать…

— На светлой стороне что-то назревает?

— По ту сторону барьера давно происходят странные вещи. На первый взгляд, проблемы светлых с магией — всего лишь забавное неудобство соседей. Им не от кого обороняться. Демоны не тревожат эту часть Дельтрана, а каратели и светлые маги успешно выслеживают немногочисленную нежить, что умудряется проникнуть к светлым с нашей стороны. Нечисть, конечно, расплодилась. Но с этой бедой необязательно воевать, можно и договориться. И все же в этих землях что-то происходит, а я не хочу узнать все последней, когда уже ничего нельзя будет исправить.

Катарина говорила о своем долге защитницы этого мира, об отце короле Гартоше, передавшем ей дар запечатывания порталов. Она могла препятствовать проникновению демонов в наш мир и изгонять их из нашего мира.

Я же никак не могла перестать думать о бывшем слуге Эрна, утратившим магию. Сейчас Хорн был скромным учителем академии Агревуд. Чем для него являлся этот выбор? Неизбежностью или искуплением? И что случилось с Таишей? Надо спросить у Дакхара. Он сможет связаться с братьями, и если Таиша в Гиблой долине, я ее найду и…

Я не знала, что буду делать дальше.

Но в чем-то королева была права. С тьмой, творящейся на светлой стороне, нужно сражаться там же, а не ждать, пока она окрепнет и явится, чтобы сожрать весь Дельтран.

— Ваше Величество, я понимаю вашу обеспокоенность. Светлые, в отличие от темных, долгие годы жили в покое и безопасности. Я допускаю, что они утратили бдительность. И что тьма проникла на светлую сторону сильнее, чем нам кажется. Обещаю наблюдать и если вдруг я замечу что-то странное, то… — тут я замолчала, понимая, что королеве могут не понравиться мои слова. Но мне не хотелось ее обманывать. От этой женщины зависело так много, что она не заслуживала лжи. — Если я замечу что-то необычное, то сначала обсужу это с Картасом. Он опытнее меня и сможет определить, так ли важна эта информация.

— Не хочешь действовать за спиной мужа, — тихо хмыкнула королева.

— Картас нам не враг. Вдобавок он доказал, что не является слепой марионеткой светлой королевы. Он верен своей земле и свету, а не фигуре на троне.

— Хм… — тут Катарина как-то странно посмотрела на меня.

У меня возникло странное ощущение. Так обычно смотрит тот, кто знает чуть больше. Или намного больше.

— Вы что-то знаете о Картасе? Что он от меня скрывает? Это как-то связано с герцогом Аверданом?

— Герцог Авердан… — лицо женщины исказила такая гримаса, словно она съела что-то тухлое. — Этот мужчина в маниакальных попытках добиться желаемого способен разрушить все, к чему прикасается. Знаешь, сколько раз он был женат? Восемь!

— Эм… Что-то такое слышала, — озадаченно пробормотала я.

А все потому, что ярость королевы была слишком женской и личной.

— Три светлые принцессы и четыре темные, из которых две темные леди чистейших кровей, были выпиты Изнанкой, потому что этот урод делал все, чтобы зачать ребенка.

— Считаете, что он водил женщин на Изнанку?

— Свечку не держала. Но изучила скорость, с которой они угасали. Народу сообщали о покушениях и происках убийц.

Это да, простые люди даже шутили, что темный герцог так и не смог попасть в цель. Впрочем, появление Эрна быстро заткнуло всем рты. Теперь все гадали, кем же была та крепкая женщина, которая все же смогла родить от Авердана.

— Та-а-ак… — меделнно выдохнула я. — Вы сказали три светлых и четыре темных. Но жен было восемь!

— У вас все хорошо с арифметикой, леди Аберг, — усмехнулась Катарина и, неожиданно поднявшись со своего кресла, подошла к стене.

Стоило ей погладить воздух рядом с портретом короля Гартоша, как рядом возникло изображение женщины, чьи светлые волосы были точно испачканы кровью, как и у самой королевы.

Кровавые фурии считались тайной расой, приближенной к демонам. Когда-то предки фурий просочились в Дельтран, но не стали жечь его огнем, а растворились на темной стороне.

— Леди Алиша. Моя мать. Гартош любил приходить сюда и любоваться ее портретом. И да, у меня есть все основания утверждать, что именно она и была одной из жен герцога Авердана. Думаю, она сбежала от него, когда поняла, что беременна. Возможно, даже инсценировала свою гибель.

— Хотите сказать, что после смерти короля Гартоша, она не слишком долго носила траур? Простите. Я допустила бестактность.

— Согласна. Это было грубо. Но сформулировано предельно точно. Эта полудемоница успела родить двоих. Причем обоих детей она отлично спрятала. О своем тайном убежище я говорить не буду. Но сделать законного наследника бастардом… Возможно, это была месть. Знаешь, что самое невероятное. Этот мальчик должен был стать личным учеником моего мужа. Но сбежал. И тогда герцогу Дарту досталась я.

— Вы родная сестра Эрна Авердана, — медленно осмысливая фразу, произнесла я.

Королева, которая во время своей исповеди стояла перед портретами родителей, обернулась.

— Вот видишь, Аманда, насколько сильно я тебе доверяю. Теперь ты знаешь мой большой семейный секрет.

Это да. Наверняка сам отец Эрна, герцог Авердан не в курсе. А знал ли он, кем была одна из его последних жен? О чем думал уже немолодой герцог, когда повстречал женщину, чьи пряди были алые, словно испачканы кровью? Понимал ли он, что женился на демонице?

Кровавые фурии могли сколько угодно утверждать, что они коренные жительницы Дельтрана, но истина состояла в том, что они были иными и отличались от людей, владеющих магией. Может, поэтому Авердану и удалось наконец-то получить наследника. Но почему он позволил жене исчезнуть и забрать с собой Эрна?

Насколько я слышала от Абриэль, Эрн вырос в темных землях, в чужой семье, и мое внутреннее чутье подсказывало, что детство и юность Эрна Авердан не были безоблачными. Иначе, вырос бы он таким?..

Благородный. Сильный. Честный.

В первые недели учебы в Агревуде, умудрившийся собрать вокруг себя всех аутсайдеров первого курса. Тех, кого золотые мальчики и девочки, мечтали вышвырнуть за ворота. Но суть была в том, что эти якобы слабые, неродовитые недоучки и оказались самыми способными учениками. Едва Аберг ограничил использование зелий и артефактов на тренировках, учебный рейтинг волшебным образом перевернулся. А кто-то и вовсе решил завершить учебу досрочно только бы не позориться.

— Слышала, ты и Абриэль подруги. И ты часто видишься с моим братом.

Королева задумчиво коснулась рамы, обрамляющей портрет матери. Интересно, каково ей знать, что где-то на другом конце мира, находится родной брат, но при этом не иметь возможности его увидеть?

Темная королева не была, как мой дядя привязана к барьеру, что не пропускал тьму. Да и сама магическая преграда не стала бы препятствовать перемещению на светлую сторону. Королеву сдерживало другое.

Долг и обязанности. Ну и муж ещё до кучи, что наверняка бдил, чтобы супруга не наделала глупостей. С другой стороны, эти двое позволяли себе гулять по Изнанке в физической форме. Это ли не глупость?

Если кто-то еще не читал, то история Эрна — это «Прелесть для владыки, или Хозяйка приюта «Милая тварь».