За окном сгущаются тяжелые серые тучи, с минуты на минуту пойдет снег. Метель уже началась, ветер бьет по стеклам, воет в крыше.

С тоской поглядываю в окно, мечтаю, чтоб скорее закончился рабочий день. Хочу к своей Карамельке, ее улыбке, губам, восхитительным волосам, стройному и отзывчивому телу, доступ к которому мне пока ограничен.

Недавашка у меня невеста, не знаю, хватит ли у меня терпения воздерживаться до свадьбы. Она такая милая и смешная, когда видит, как одно ее присутствие поднимает во мне вообще все. Смущается, краснеет, часто дышит. А бывает дразнит без всякого сострадания.

Ее желание беречь себя до первой брачной ночи не считаю старомодным, наоборот, горжусь, что она будет моей вся целиком, всего — то нужно побыстрее затащить ее в загс и отгулять торжество. Это стоит в моем личном плане на первом месте, только сначала отметим дедов юбилей.

Ах, да, еще же Света, будь она неладна, со своим сюрпризом. Затаилась, не найти. Но есть у меня идейка, как ее выманить, думаю, братец в помощи не откажет.

Брат сидит рядом со мной, улавливаю от него легкое амбре перегара. Илья мрачнее тучи за окном, как вчера прошел ужин с дедом не рассказывает, подозреваю, без сюрприза тоже не обошлось.

Дед сидит в своем президентском кресле, нацепив очки, читает документы, делает вид, что очень занят, хотя лично позвонил каждому из нас, пригласил в свой кабинет на разговор.

Мы пришли к назначенному часу, сидим вот, тишину слушаем.

Пауза затягивается.

В помещении светло, тепло, даже немного душновато. Ерзаю, ослабляя галстук. Стул поскрипывает, нарушая тишину.

— Кхм, — дед будто вспомнил, что он не один, исподлобья глянул на нас, отодвинул от себя бумаги. — Ну — с…

Задумался, видимо собираясь с мыслями. Начал медленно, тщательно подбирая слова, играя на наших нервах:

— Илья, Константин. Познакомился я с вашими невестами, молодцы, уважили старика.

Ну, вроде начало неплохое, можно расслабиться, выдохнуть.

— И вот что я вам скажу…

А нет, рано расслабляться. Тон его мне не нравится.

Илья тоже нервно заерзал, глянул в окно.

Погода портится на глазах, а паузы деда вызывают нехорошее предчувствие.

— Жениться не передумали?

— Нет, — хором с братом отвечаем. Я уверенно, Илька не очень.

— Ты, младший внук, с невестой определился?

— Так точно. Я женюсь на Насте, это не обсуждается.

— Что со Светланой делать собираешься?

— Разберусь. Но уверяю тебя, если под сюрпризом она подразумевает беременность, то точно не от меня.

— Уверен?

— На сто процентов.

— Хорошо… А ты, Илья, на Милене женишься?

— Да. На ней.

— Я так и думал. Вот тебе компания моя и достанется.

Ушам своим не верю. Брат тоже!

— В смысле?

— Как так?

— А я?

— Почему?

— Почему не поровну?

— Чем тебе не угодила моя невеста?

В два голоса атакуем деда. Илья, конечно, рад, возмущается для вида, меня же всего колотит от несправедливости.

Старик явно выжил из ума, я же помню, он ставил условие, чтобы мы женились оба, на хороших девушках, только Милена в подметки не годится моей Насте! И в сроки мы уложились, и влюблен я по уши в свою невесту!

— Я поясню свое решение, — дед спокойно выслушал наши вопросы, ни одна морщинка не дрогнула на его лице, взгляд бездонных серо — голубых глаз остался твердым и непреклонным.

— Ты, Илья, невесту свою не любишь. Не пыхти, — жестом остановил он возражения. — Не любишь, не спорь. И она тебя не любит тоже. А это значит, сбегать ты от нее будешь при первой же возможности. Ударишься в работу, соответственно компания страдать не будет.

— Я тоже удержу! — вспыхиваю.

— А ты, Константин, как раз работу отодвинешь на второй план. Ты даже сейчас сидишь и думаешь, как бы скорее к своей Насте сбежать. Так?

Поджимаю губы. Дед прав!

Но это не повод лишать меня компании!

— А потом пойдут дети, — продолжает старик, — и задвинешь ты работу еще дальше. Влюбился по уши, — в укор ставит мне мою влюбленность. — Помню, отец твой таким же ходил. В облаках витал. И где он сейчас? — недовольно. — Точно не здесь, — дед описал рукой круг, имея в виду всю фирму. — Анастасия приятная девушка, будет тебе хорошей женой, я не сомневаюсь. Но вручить тебе ключи от компании я не могу. Если твой брат соизволит, возьмет тебя помощником, но главным — нет.

Не мигая, в упор смотрю в серо — голубые глаза деда. Он серьезно сейчас или это проверка какая?

Не похоже, что шутит.

— По — твоему, было бы лучше, если бы я женился на Свете? — взрывает меня.

Коробит от этой мысли. После того, как вкусил губы Настеньки, никакие другие не хочу.

— Поступать нужно так, как велит твое сердце.

Ну, тут бороться бесполезно. Старик уже все решил.

— Я вас понял, Антон Вадимович. Оспаривать ваше царское решение холопам не пристало. Только знаешь, дед, не вижу ничего плохого в том, чтобы любить свою жену, детей и заниматься любимым делом, — намекаю на отца, который ударился в искусство вместо того, чтобы помогать деду. — Могу идти?

— Иди.

— Всего доброго, — цежу сквозь зубы. — Илья, мои поздравления.

Покидаю кабинет главного.

Как же душно! Удавка еще эта! Срываю галстук, сминаю, на ходу бросаю в первую попавшуюся мусорку. Быстрым шагом несусь в свой кабинет. А с чего это он мой? Моего тут больше ничего нет.