А потом Ее Величество, с поистине королевским размахом, присылает мне кучу парикмахеров, портних, каких-то специалистов по красоте и прочих девушек. Мне приходится отдать Лию Мари и терпеть несколько часовое издевательство по подготовке меня к обряду.

Спасибо, одна из девушек находит пару минут, чтобы в общих чертах рассказать в чем вообще состоит сам ритуал.

— К храму вы приезжаете по одному. Потому как не положено, чтобы жених видел невесту до ритуала — это плохая примета.

— Чем плохая? — спрашиваю.

— Э-э-э, не поняла вопроса, — чуток подзависла девушка, в данный момент полирующая мне ногти на руках.

— Почему плохая? Что страшного произойдет, если генерал увидит меня в венчальном платье раньше? — перевожу с моего современного на их местный язык.

— Это плохо, — повторяет, как заезженная пластинка, девушка, но потом все-таки объясняет. — Говорят, что тогда пару будет ждать нелегкая семейная жизнь. Постоянные ссоры и даже… рукоприкладство.

— Какой ужас, — усмехаюсь, вспомнив, как я лупила Эвера скакалкой при нашей первой встрече, а потом пыталась придушить шнуром от утюга.

— А так быть не должно в приличной семье.

— А как должно? — спрашиваю с интересом.

— Чтобы тихо было в доме. И спокойно.

— Как в могиле, — добавляю. — Скучно вы живете, должна сказать.

Девушка выпучивает на меня глазоньки и только моргает ресничками, не зная, что ответить на подобные заявления.

— Ладно. А дальше, что у вас в ритуале? Приехали жених с невестой. И?

— Жрец говорит напутственное слово. Дает выпить воды и съесть хлеб. Задает вопросы, по своей ли воле вы у алтаря и так далее. Потом жрец благословляет, пара целуется и с этого момента считается семьей.

— Ясно. Ничего сложного. Благодарю.

Время удивительным образом тянется бесконечно долго и в то же время, бежит сломя голову. Обедать приходится на ходу. Только закончили прическу, водрузив на голову красивейший венок из живых цветов и что-то вроде фаты, как уже пора выходить. На ноги мне помогают надеть тончайшей работы сапожки из белой кожи, лежавшие в одной из коробок. На плечи набрасывают полушубок, сияющий ярче снега в лучах солнца.

Из зеркала на меня смотрит очень красивая девушка в великолепном платье, с высокой прической, украшенной драгоценными камнями и цветами. Чудесно. Но это не я. Впрочем, успокаиваю себя тем, что подобный вид и неудобства с платьем и высокими каблуками придется терпеть недолго. Главное — Лия. И походить пару часов в неудобной обуви — ерунда.

Малышку мы решили в храм не везти. Это опасно. Народу много, мы с Эвером заняты. Поэтому вся команда нянь, во главе с Шуриком, дает мне торжественную клятву, что запрутся в комнате и будут весь вечер тихонько отсиживаться. Им позволено расходиться только тогда, когда я приеду. Если где-то потеряюсь на ночь, няни не уходят, а продолжают нести службу, отсыпаясь поочередно.

Возле крыльца меня ждет экипаж. Почему-то открытый. Перепутали зиму с летом? Удивленно приподнимаю брови. Я смотрю, никого не будет смущать простывшая сопливая невеста, после подобной поездки?

— Это традиция, — говорит мне одна из служанок, открывая дверку экипажа и ожидая, пока я влезу.

— Заморозить невесту, чтобы не сбежала? — уточняю ехидно.

— Чтобы прохожие видели красоту девушки и ее прекрасное облачение.

— Я бы с удовольствием обошлась без этого, — сообщаю, наконец усевшись на сидение и натянув, несмотря на возражения, капюшон полушубка на голову.

— Вы испортите прическу! — вопит одна из парикмахерш, пытаясь стянуть капюшон.

— Уберите от моей головы свои руки, если не хотите лечить переломы, — говорю тихо, но угрожающе. Достали. Прям нарывается дамочка!

Барышня отскакивает от меня с ужасом на лице и больше не пытается сорвать с головы теплый мех.

— Трогай! — командую кучеру, сидящему на козлах.

Рядом с ним сидит еще кто-то, наверное, помощник. Экипаж дергается и начинает движение. Облегченно выдыхаю. Началось. Теперь главное выдержать сам ритуал, а с застолья мы с Эвером сбежим, сославшись на первую брачную ночь. Похабненько захихикав, внезапно обращаю внимание, что высокие шпили храма, уже было видневшиеся вдалеке, начинают удаляться. Не поняла?!

— Уважаемый? А вы ничего не перепутали? Храм в другой стороне! — кричу кучеру, который, кажется, подгоняет лошадей еще сильнее.

Прэ-э-элестно! Кажется, меня похищают! Интересно, кто это у нас такой мазохист с полным отсутствием инстинкта самосохранения?