Я подъезжаю по длинной гравийной дороге к отелю «Marmont Manor». Эта поездка будет нашей пятой в этот спа-курорт в Коннектикуте, красиво расположенный у озера и окруженный только лесом.

— Пусть начнутся праздничные выходные! — объявляет София рядом со мной, бросая на меня теплый взгляд.

Я качаю головой.

— Точно, — говорю я. — Ура.

Она усмехается.

— По крайней мере, в этом году нас только двое.

— О, я определенно этим наслажусь, — говорю я. София обожает устраивать хорошие вечеринки, и она организовала одну на мой сороковой день рождения в прошлом году. Я сопротивлялся на каждом шагу, но в итоге получилась чертовски отличная вечеринка. Я нисколько не возражал.

Особенно когда это дало мне прекрасный повод устроить сюрприз на ее тридцать пятый день рождения всего несколько месяцев спустя.

Она наклоняется вперед в машине и смотрит, как за деревьями появляется прекрасный отель в стиле шале.

— Это безумие, что приезжать сюда начинает казаться возвращением домой?

— Нет, — говорю я.

— Даже если наш настоящий дом может обидеться, услышав это.

— Учитывая, сколько боли он мне причиняет из-за ремонта гостевой ванной, я не против, если он обидится.

— Жестоко, — говорю я, но улыбаюсь. Квартира, которой мы теперь владеем вместе — контракт подписан со всеми точками над i, с участием юристов для обеих сторон — это мечта. Но она также старая и требовала значительного ремонта и обновления.

Изначально мы говорили о том, что София переедет ко мне. Но в конечном счете для нее было важно, чтобы мы жили вместе в квартире, которая действительно наша. А потом квартира сама нас нашла. Семейный друг продавал ее, прекрасный дуплекс с множеством деталей конца девятнадцатого века.

Единственное условие? Предыдущие владельцы и пальцем не пошевелили, чтобы ее отремонтировать. Около столетия.

— Жестоко, но правда, — говорит София, отстегивая ремень безопасности. — Если бы не наш подрядчик, мы бы вообще не дошли до этого.

Я ставлю машину на парковку.

— А если бы не ты, — говорю я. — Мы бы не зашли так далеко с ремонтом. Половина дома уже готова, и это благодаря тебе.

Она ухмыляется.

— Я ничего не могу с собой поделать. Управление проектами — моя работа и моя страсть.

— Я это обожаю, — говорю я. — Пожалуйста, управляй всей моей жизнью.

Она потирает руки.

— О, я планирую!

Мы регистрируемся в главном здании, и персонал приветствует нас по имени с широкими улыбками. Они уже нас узнают. София болтает с сопровождающим, который ведет нас в наш обычный номер. Он говорит ей, что теннисный корт свободен весь день, а после для нас зарезервировали спа-зону на целых два часа.

Я предложил провести эти выходные здесь, но празднование моего дня рождения было для нее приоритетом, а не для меня… потому что у меня запланировано кое-что другое.

В номере отеля София снимает куртку и открывает чемодан. Я наблюдаю, как она роется в поисках своего теннисного платья.

— Ты готов? — спрашивает она, тянется к молнии на брюках.

Я прислоняюсь к закрытой двери отеля. Наблюдать за ней не надоедает даже спустя два с половиной года. Становится только лучше. Я никогда не знал такой близости. Каждый из нас знает, как думает другой, полностью уважая его.

Это настоящее партнерство.

— Айзек? — спрашивает она.

— Извини, — говорю я и отхожу от двери. — Я сейчас переоденусь.

Ее улыбка становится мягкой.

— Последние пару недель были напряженными, — говорит она.

— Можно и так сказать, — бормочу я. Моя племянница родилась раньше срока и не могла покинуть больницу первую неделю своей жизни. Она оставалась там с невыспавшейся Саммер и взвинченным Энтони, пока ей наконец не дали чистое заключение о здоровье.

— По крайней мере, мы знаем, что сейчас у нее все отлично, — говорит София.

— Я до сих пор не могу привыкнуть, насколько крошечной она была, когда мы видели ее на прошлой неделе. Я имею в виду, я, наверное, знала, потому что Миа когда-то была такой же крошечной, — она расстегивает бюстгальтер и бросает его в сторону. Я не отвожу от нее глаз, даже когда расстегиваю собственную рубашку. — Но, думаю, ты забываешь. Они такие маленькие.

— Да, — соглашаюсь я, доставая свою спортивную форму. — Эмилия меньше, чем Тео был при рождении.

София застегивает спортивный бюстгальтер.

— Она скоро догонит. Она уже дома, и врачи говорят, что все в порядке. Саммер наконец-то сможет выспаться. У них все будет хорошо, — она улыбается мне. — Это заставляет меня думать о том, как страшно мне будет, когда наступит наша очередь.

Я делаю глубокий вдох.

— Я много думал об этом последние несколько недель.

— Правда?

— Да.

Она подходит и встает между моими ногами, кладя руки мне на плечи.

— Я знаю, мы не так долго пытаемся, — тихо говорит она. — Но даже видя, через что прошла Саммер… держать Эмилию на руках после этого, должно быть, стоит того. Она точно так считает!

Я улыбаюсь ей, этой женщине, которая мне дороже моей собственной жизни.

— Мне просто не нравится мысль о том, что тебе будет больно, — говорю я. — Стоит того или нет.

София приподнимает бровь.

— Не могу сказать, что я в восторге от этой идеи, но знаешь, чего я действительно жду с нетерпением?

— Да, — говорю я и притягиваю ее ближе. — Ребенка.

Она кивает, ее улыбка становится шире.

— Только представь, — шепчет она.

Я целую ее, основательно и медленно, и обхватываю руками ее талию. Представить это совсем нетрудно. Я прошел путь от восприятия детей как отдаленной возможности до почти невероятной, а теперь до того, чего я действительно хочу.

И все благодаря ей.

Мы играем в теннис вместе час, а потом идем в спа. Раньше меня это никогда не привлекало, у меня не было времени, но плавать в подогреваемом бассейне приятно для уставших мышц. Как и пользоваться сауной и сидеть в джакузи.

София отдыхает рядом со мной в горячей воде, ее волосы мокрые на моем плече. У нее закрыты глаза, и я смотрю на ее знакомые черты, кожа все еще хранит легкий загар после нашей январской поездки на курорт «Winter» на Барбадосе.

Она выглядит расслабленной. Красивой, знакомой и моей, думаю я. И я знаю, что планировал сделать это иначе. Что это должно было быть за ужином, романтично и особенно, с бархатной коробочкой, которую я привез с собой, протянутой через стол.

Но сидя здесь, с видом на озеро и рядом с ней, я понимаю, что это неправильно. Это традиционный путь. Это путь, иронично думаю я, которым Перси делал предложение. Он спрятал кольцо в ее десерте в манхэттенском ресторане и встал на одно колено, весь ресторан аплодировал, а София была в ужасе. Так же я делал предложение Корделии.

О чем я только думал, делая это в ресторане?

Мы с Софией другие. Она научила меня с самого начала, что уходить от традиций может быть прекрасным.

— Я думала о твоем новом отеле в Финиксе, — говорит София. Ее голос мягкий, немного мечтательный, и он прерывает мои планы. — Знаешь, с той проблемой зонирования? Думаю, ты мог бы…

— Ты сейчас говоришь о работе? — говорю я.

— Да. А почему нет? — она смотрит на меня, приподнимая бровь. Ее кожа раскраснелась от пара, и я должен сопротивляться желанию поцеловать ее. «Выйди за меня», — думаю я. — Это одна из наших любимых тем. Ты помог мне с моим проектом на прошлой неделе, и справедливо, что я возвращаю услугу, — говорит она.

Я помог, как и она помогает с моим. Мы больше не работаем вместе. Проект «Exciteur» с «Winter» завершился, и завершился прекрасно. Четыре из десяти франчайзинговых отелей уже работают, и один уже окупился.

— Это так. Но у нас все спа в нашем распоряжении. Посмотри, — тихо говорю я, притягивая ее ближе. — На этот вид. Только что распустились листья.

— Это прекрасно.

— Это прекрасно, — тихо говорю я, глядя на нее. Мне следовало взять кольцо сюда. Следовало положить его в карман халата. Но с другой стороны, она уже знает, как оно выглядит.

Я спрашивал ее о браке несколько месяцев назад. Это было пробой почвы, потому что я знал, что раньше у нее были неравные отношения, и я никогда не хотел снова ставить ее в неловкое положение. Никогда не хотел предполагать и давить. Мы партнеры.

Разговор был откровенным и честным, и под конец она заплакала.

«Я хочу, чтобы мы поженились», — сказала она. «Однажды».

«Я все равно сделаю предложение», — сказал я ей тогда. «Когда ты будешь меньше всего этого ожидать».

Последние пару месяцев она подозревала это. Она даже угадывала несколько раз, особенно на Барбадосе, когда у нас были красивые ужины при свечах на пляже. Но я постоянно напоминал ей, что я имел в виду то, что сказал. «Когда ты будешь меньше всего этого ожидать». И сейчас?

Я не думаю, что она ожидает этого вообще.

— Дорогая, — говорю я.

Она смотрит на меня.

— Да?

На мгновение я не могу вымолвить ни слова. Они застревают в сжатом горле, и я смотрю в ее голубые глаза, пытаясь обрести спокойствие.

Ее улыбка меркнет.

— Айзек?

— Я планировал сделать это за ужином, — говорю я.

— О, — выдыхает она, ее глаза расширяются. — О.

Теплая вода вокруг нас движется кругами, подгоняемая струями снизу, и все слова, которые я тщательно подготовил, ускользают.

— Ты самый забавный, самый умный, самый блестящий человек, которого я когда-либо встречал. Я не знал… я не знал, что так может быть, что отношения могут быть такими.

Она слегка кивает. «Я тоже», — говорил ее кивок, и моя грудь болезненно сжимается.

— Я всегда буду слушать, всегда буду рядом… и обещаю, что всегда буду в твоей команде. Ничьей больше.

— Я знаю, — шепчет она. Ее глаза блестят.

— Это должно было случиться сегодня вечером за ужином, — говорю я и провожу рукой по мокрым волосам. — Но я не могу сдержаться. Мне слишком сильно хочется это сделать. Я люблю тебя. Все больше с каждой проходящей неделей, как бы невероятно это ни звучало. Ты — лучшее, что случалось со мной. Здесь я не могу встать на одно колено…

— Не нужно, — шепчет она.

Я улыбаюсь. Я так и думал. Она говорила мне несколько месяцев назад, что у нее уже был фарс вместо брака. «Я хочу, чтобы у нас все было по-настоящему», — сказала она.

— София, — говорю я. — Дорогая… я хочу, чтобы мы провели остаток жизни вместе. Ты выйдешь за меня?

Она кивает, сначала медленно, а потом быстрее, ее глаза наполняются слезами. Но она не говорит ни слова. Я протягиваю руку и кладу ее на ее плечо.

— Да, — говорит она. — Конечно, да, — она обхватывает руками мою шею, и я притягиваю ее к себе на колени, наши тела сливаются под поверхностью теплой воды.

— Спасибо, — шепчет она мне в ухо. — Я люблю тебя.

Восторг заставляет меня чувствовать легкость, разливаясь по мне, как лучи золотого света.

— Спасибо? — говорю я, моя рука сжимает массу мокрых волос у ее затылка.

— За то, что сделал это здесь, в нашем месте. За то, что сделал это наедине. Спасибо, что подождал, пока я буду готова… спасибо, что спросил меня заранее, прежде чем сделать предложение, — она откидывается назад в моих руках, и ее глаза — блестящие бриллианты, сверкающие от счастливых слез. — Спасибо, что ты есть. Я не могла бы и мечтать о лучшем человеке, чтобы пройти по жизни вместе.

Я провожу рукой по ее щеке, эмоции мешают говорить.

— Кольцо наверху. Мне следовало взять его с собой.

— Я надену его за ужином, — говорит она. В кольце семейный бриллиант в центре, окруженный маленькими голубыми сапфирами, на платиновом ободке. Она пошла со мной, когда я открывал семейный сейф, и высказала свое мнение. Партнеры, думаю я. Я хочу, чтобы ей нравилось кольцо, которое она будет носить долгие годы.

— Подожди, — говорит она. — Ты сделал это только для того, чтобы не праздновать свой день рождения завтра?

Я усмехаюсь, а она шлепает меня по груди, заставляя смеяться еще громче.

— Нет, — говорю я. — Это было только для того, чтобы заманить тебя сюда, чтобы ты не заподозрила.

— У тебя получилось, — говорит она, ее улыбка излучает счастье. Это мое любимое выражение. — Но не думай, что ты отвертишься от того, что завтра тебе споют официанты.

— Садистка, — говорю я.

Ее улыбка смягчается.

— Я ничего не могу с собой поделать, когда дело касается празднования тебя. Ты лучший человек, которого я знаю.

Я убираю ее волосы. Она сказала «да». Опьянение кружит голову, даже если я подозревал, надеялся, знал в глубине души, что она согласится.

— Иди сюда, — тихо говорю я.

Мы целуемся в пустом спа, сидя переплетенные, перед широкой гладью озера и медленно садящимся солнцем. Путь сюда был извилистым, и для нее, и для меня, и таким чертовски долгим. Лучшим было бы встретиться больше десяти лет назад. Но второе лучшее?

Это, прямо здесь. Строить жизнь вместе… и наслаждаться каждым моментом на этом пути.