Как-то мы получили сведения, что в предвыходной день комендант Круглянского гарнизона Фриц со своей переводчицей выезжает в деревню Дубровка на легковой машине. Мы решили его уничтожить. Это задание попросился выполнить товарищ Иванов Григорий Семенович. Ему было выделено 12 человек, и он ушёл на засаду в район между Ельковщиной и Дубровкой. Сутки там сидела группа, однако дождалась: утром в воскресный день легковая машина появилась. Подпустив её на близкое расстояние, Иванов скомандовал:

– Огонь!

С первого оружейно-пулемётного залпа комендант и шофер были убиты, машина зарулила в кювет и встала. Когда товарищи подошли к машине, то увидели, что переводчица, ранее сидевшая на заднем сиденье, теперь уже лежит в машине на боку – она была ранена в грудь. Машину подожгли, а переводчицу хотели доставить в штаб, но по дороге та скончалась. Её труп оставили на обочине дороги, попросили крестьян сообщить, если кто знает её родственников, и похоронить. Возвратившись с задания, партизаны с восхищением рассказывали, что карателя постигла заслуженная кара. Комендант не успел даже за кобуру схватиться, а у шофера был автомат: но всё досталось группе в трофеи.

…В ночь на 16 апреля налет был совершен без единого выстрела, полицейские 7 человек, побросав оружие, разбежались, сбежал и бургомистр. Симдянкин и Кренев мобилизовали несколько подвод, погрузили молоко и сметану в бидонах, ящики с маслом, яйцами и другими продуктами для партизан. Оборудование вывели из строя, а крестьянам объявили, чтобы в дальнейшем молока немцам не сдавали.

В ту же ночь согласно приказу № 4 группами устроили засады на большаке Ново-Бращино – Шклов: мощным ружейно-пулеметным огнем встретили карателей, продвигавшихся на Ново-Бращино. Противник, оставив несколько трупов, был обращен в бегство.

Подобные операции проводились и другими группами по полицейским объектам Круглянского, Белыничского, Оршанского и Толочинского районов.