Глава 26

Дом встретил меня тишиной — той самой, что обычно означала покой, но сейчас казалась зловещей. Я толкнула дверь, переступая порог, и остановилась на мгновение, вдыхая знакомый запах — лаванды из саше, которые Элси раскладывала по комнатам, старого дерева, из которого были сделаны стены, того уюта, что создавала я годами, чтобы сестра чувствовала себя в безопасности.

Дом.

Единственное место, где я могла просто дышать.

Хотя теперь и его придётся покинуть.

Я прошла в гостиную, намереваясь подняться наверх и собрать вещи — немного одежды, немного денег, которые хранились в шкатулке под кроватью. Куда идти потом — не знала. Может, в соседнее королевство. Может, в дальние земли, где никто не слышал о позоре охотницы Ренелин.

Главное — забрать Элси.

Увезти её куда-то далеко.

Где дракон не найдёт нас.

Хотя кого я обманываю?

Метка найдёт меня где угодно.

И тут я увидела её.

Элси стояла посреди гостиной — стояла, а не сидела в своём обычном кресле у окна. Стояла на двух ногах, без костылей, без поддержки, абсолютно прямо, с чемоданом в руках и выражением лица, которое я никогда раньше не видела.

Холодным.

Насмешливым.

Полным того презрения, что обычно видела только в глазах врагов.

Я замерла на пороге, глядя на сестру и чувствуя, как мир снова переворачивается, как реальность искажается до неузнаваемости.

— Элси, — выдохнула я, и голос прозвучал хрипло, неуверенно. — Ты… ты ходишь?

Элси рассмеялась — коротко, зло, и звук этого смеха был как пощёчина.

— О, боги, — произнесла она, качая головой. — Дошло наконец до дуры. Да, Рен, я хожу. Ноги работают отлично, спина тоже. Никаких проблем. И не было никогда.

Я стояла неподвижно, глядя на неё и пытаясь переварить услышанное. Слова словно не складывались в логичную картину, не укладывались в голове, не находили объяснения.

— Но… но как? — прошептала я, делая шаг вперёд. — Лекари говорили, что повреждения ... Что ты никогда…

— Лекари ошиблись, — оборвала она, пожимая плечами. — Или я просто не захотела напрягаться. Зачем, если есть ты? Героиня, охотница, потрясающая старшая сестра, которая готова на всё ради меня.

Слова ударили сильнее, чем любой физический удар.

Я шагнула ближе, глядя на Элси и пытаясь найти в её лице хоть что-то знакомое — доброту, нежность, любовь, которую видела все эти годы. Но там было только холодное презрение и злорадство.

— Ты притворялась, — выдохнула я, и голос дрожал от шока. — Всё это время ты притворялась калекой?

Элси усмехнулась, откидывая волосы со лба:

— Ну конечно, притворялась. А что мне ещё оставалось? Ты была великолепна, Рен. Лучшая охотница гильдии, красавица, умница, все тебя обожали. А я? Я всегда была в твоей тени. Младшая сестра великой Ренелин. Никто даже не смотрел на меня.

Я покачала головой, чувствуя, как в груди поднимается что-то холодное, болезненное:

— Я всё делала ради тебя. Работала до изнеможения, сражалась с чудовищами, рисковала жизнью. Чтобы у тебя было всё необходимое. Чтобы ты могла жить в комфорте…

— И я ценила это, — оборвала Элси, и в голосе прозвучала насмешка. — Очень ценила. Жить без забот, не работать, не напрягаться — прекрасно. Думала, так и проживу всю жизнь. На твои деньги, в твоей тени, но зато в безопасности.

Она шагнула вперёд, и на лице появилась та злая усмешка, что делала её почти неузнаваемой:

— А потом ты начала трахаться с драконом. И всё полетело к чертям. Гильдия изгнала тебя, жених бросил, друзья отвернулись. А посмотри, что с тобой стало? Позор столицы. Шлюха чудовища. Развратница, которая предала всех ради нескольких ночей в постели с ящерицей.

Слова обрушились на меня потоком, и каждое было как удар кнута.

Я стояла, глядя на сестру, и чувствовала, как что-то внутри окончательно разрушается. Как последняя опора, последняя причина держаться, последняя надежда — рассыпается в прах.

— Элси, — прошептала я, и голос сорвался. — Я делала всё это ради тебя. Всё. Терпела этого чудовища, спала с ним, выносила унижения. Чтобы он не тронул тебя…

— И где теперь твоя жертва? — оборвала Элси, и в голосе зазвучала та ярость, что пряталась за годами притворства. — В канаве, вместе с тобой. Думаешь, я буду жить с опозоренной сестрой? Нет, спасибо. Я нашла себе другое жильё. Лучше. Подальше от тебя.

Она наклонилась, подхватывая чемодан, и в этот момент я заметила шкатулку на столе — мою шкатулку, где хранились сбережения. Открытую. Пустую.

— Ты взяла мои деньги, — выдохнула я, глядя на шкатулку, потом на Элси. — Ты взяла всё?

Элси усмехнулась, пожимая плечами:

— Ну конечно, взяла. Ты всё равно в канаве подохнешь. Зачем деньги мертвецу? А мне они пригодятся. Начать новую жизнь. Без тебя. Без твоего позора.

Она направилась к двери, и я стояла неподвижно, глядя ей вслед и не находя слов. Не находя сил, чтобы остановить её, крикнуть, умолять остаться.

Всё.

Это конец.

Она никогда не любила меня.

Просто использовала.

Элси остановилась у порога, оборачиваясь через плечо:

— Прощай, сестра. Не могу сказать, что буду скучать.

Хлопнула дверью.

И я осталась одна.

В тишине, которая теперь казалась не зловещей, а просто пустой. Абсолютно, окончательно пустой.

Я медленно опустилась на пол, прислоняясь спиной к стене, и обхватила колени руками. Дыхание сбилось. В груди поднялась та боль, что невозможно описать словами — глубокая, всепоглощающая, разрывающая на части.

Всё было напрасно.

Все жертвы.

Все унижения.

Всё, что я вынесла.

Ради человека, который просто использовал меня.

Слёзы хлынули потоком, и я зажала рот рукой, чтобы не закричать от той боли, что разъедала изнутри. Качалась взад-вперёд, пытаясь хоть как-то справиться с отчаянием, которое накрывало с головой.

Ничего не осталось.

Совсем ничего.

Даже сестры.

И тут снаружи раздался звук — знакомый, узнаваемый, посылающий холодок по спине.

Хлопанье крыльев.

Тяжёлое, мощное, сотрясающее воздух.

Я подняла голову, глядя на окно, и увидела тень, закрывающую солнце.

Кьяртан.

Прилетел.

Наверное, посмотреть, как я разваливаюсь на части.

Весело, должно быть.