На поляне Дами быстро обернулся драконом, подставил мне крыло. Я ловко забралась на него и крепко закрепила пряжки, и мы тут же полетели навстречу ветру. Миновали форпост, какое-то время летели вдоль густого леса и вскоре впереди показался небольшой городок. Не столица, судя по узким улочкам и невысоким домишкам с одинаковыми крышами. На краю города было одно огромное здание, оно возвышалось среди сосен и окнами смотрело на море.

Мы снизились и быстро спешились.

Дами потянул меня за руку.

— Надеюсь успели, и они еще не спят, — глядя за окрашенный в алый закат горизонт, весело проговорил альен.

В широком уютном холле нас встретила пышногрудая женщина средних лет с роскошными светлыми волосами.

— Генерал Дамиран, что ж в такой поздний час?

— И без подарков сегодня. — Он глянул на меня, сжал сильно руку. — Мы ненадолго. Можно?

— Конечно-конечно, проходите, они еще не спят, ужинают, — и женщина повела нас по коридору.

Я растерянно посмотрела на Дами и тихо спросила:

— К кому мы идем? Зачем?

— Сейчас все увидишь, — ущипнул он меня за щеку и предложил локоть. — Только спокойно, они немного шебутные.

В голове строились предположения, кто такие они. Еще и шебутные. Наигранно нахмурившись, я схватилась за генерала.

— Умеешь ты заинтриговать, — ткнула его с улыбкой в бок.

— Какие интриги, — он хитро прищурился, — сейчас они тебя сожрут вместо ужина, не все выдерживают.

Мы зашли в просторную столовую, наполненную детскими голосами. Совсем малыши, кому-то и трех лет нет, но некоторые уже постарше, нескладные подростки.

На первый взгляд около двадцати детишек.

Как только они увидели Дами, побросали ложки и повскакивали со своих мест, бросились к нам и чуть не сбили альена с ног. Облепили со всех сторон. Кто-то на руки залез, кто-то за пояс обнял, а кто-то в щеку чмокнул, но меня не отодвигали, а с интересом поглядывали снизу вверх.

— Дами! Дами! Как хорошо, что ты пришел!

— А кто это с тобой? — надула губки кудрявая темноволосая девчушка лет пяти.

— Невеста, — нахохлился парнишка, очень похожий на девочку раскосом карих глаз, но постарше.

— Я выласту, — недовольно заворчала малышка, тоже требуя взять ее на ручки, — буду невестой. Это навелное сестла!

— Это, — сияя как-то по-особенному, сказал Дами, — мой друг. Ее не обижать. Если меня рядом нет, защищать. Ясно?

— Да, генерал Визави, — ответили хором. — А ты привез нам карамельки?

— Спешил, хотел вас увидеть, карапузы, завтра пришлю посыльного. Мальва, тебе как всегда со вкусом малины? Тебя от нее не сыпет больше?

Девочка все-таки забралась к мужчине на руки и с интересом уставилась на меня.

— Я уже взлослая и мне можно есть все.

— Даже клубнику? — осторожно проходя дальше, отчего мне пришлось все-таки отпустить руку Дами, он присел на один из стульев. И дети тут же перестроились, окружили его. В столовой стоял дикий гам.

— Клубнику нельзя, — надулась Мальва. — Я от нее, — показала крошечными ручками шарик, а потом приложила пальчики к горлу и изобразила, что задыхается.

— Артистка, — Дами чмокнул ее в висок и вскинул на меня взгляд.

То, что творилось в моей душе в этот момент, не передать словами. Целый ворох острых чувств пригвоздил намертво к полу. Я очень любила детей, но старалась их избегать. Слишком больно смотреть на милые личики, заглядывать в ясные глазки и знать, что своей кровиночки у меня не будет. Я как-то осмелилась поговорить с Хаконом о том, чтобы взять ребенка из приюта, но он категорически отказался. Рагмору нужно продолжение рода. Его плоть и кровь. Еще один красный дракон. Потому и купил себе дарвийку с хорошей родословной, как племенную кобылу. Вот только прогадал. Бракованная попалась.

Я усмехнулась собственным мыслям. Часто задышала, чувствуя, как снова подступают непрошенные слезы. Мне нельзя даже думать о том, чтобы усыновить ребенка, пока не освобожусь от Хакона. Если привяжусь к какому-нибудь малышу, а развод не состоится…

Меня вмиг накрыло жутким ощущением безысходности.

— Извините, — проговорила тихо, глядя Дами в глаза, и выбежала из столовой.

Двинулась по коридору, заламывая пальцы. Застыла в тупике у широкого окна, уткнулась лбом в холодное стекло и попыталась взять себя в руки. Но не получалось. Душила боль обиды. Спасибо матери. Все могло бы сложиться иначе, если бы она не влезла.

Кто-то коснулся моей руки. Прохладной маленькой ладошкой.

— А ты умеешь лисовать? — привлекая мое внимание, непринужденно спросила Мальва, невесть откуда взявшись. — Я много лисую, Дами мне во-о-о-от такой, — показала, расставив ручки, отчего рукава простенького платья разлетелись, — набор каландашей привез. Идем покажу. Пока мальчишки там иглают, мы, девочки, посеклетничаем. — И потянула ко мне руки.

Улыбнувшись сквозь слезы, я подхватила девочку и прижала к себе со всем нерастраченным теплом, что вырывалось наружу.

— Я тоже люблю рисовать. Зачарованными красками. Нарисовал картинку и она ожила. Видела такие? — смотрела я в ее ясные глазки, вспоминая, как иногда проводила свободное время в мастерской поместья Рагмор. С детства увлекалась живописью. Это у меня от покойной бабушки. Она обладала редким талантом. Ее магические картины были настолько реалистичны, что дух захватывало.

— Никогда, — загорелись ее глаза еще больше. — Покажешь? Туда, — указала пальчиком направление, — там моя комната. Феликс живет в длугом клыле, с майчиками, а я боюсь сама засыпать, темнота стлашная. Ланьше со мной Валина жила, но ее в семью взяли, — у меня сердце сжалось.

Комнатка была небольшой, узкое окошко, стол, две кровати и слева пузатый шкаф.

Девочка слезла с моих рук, побежала к столу, вытащила стопку бумаг. Я села и устроила ее у себя на коленях. Погладила шелковистые кудряшки малышки и потянулась за карандашами.

— Дами пришлет тебе зачарованные краски с посыльным, — не удержалась, чмокнула обрадовавшуюся подарку девчушку в щечку.

Руки дрожали от переполняющих эмоций, но я быстро нарисовала портрет Дамирана по памяти.

Мальва восхитилась картиной, сцапала листок крохотными пальчиками и спрыгнула с моих колен.

— Бежим! Покажем Дами! — потянула она меня за собой через весь коридор и привела обратно в шумную столовую.

— Воин в башне затаился — раз, — стоя впереди малышей к ним спиной, громко декламировал Дами. Он возвышался над детьми, как дуб вокруг которого рассыпались желуди. — Тень мелькнула через лаз — два. — Дети двигались хаотично, едва не сбивая друг друга с ног, но радостно смеялись. — Уснут жители в постели — три… — Он помолчал, а затем скороговоркой: — Кто не спит, кто шалит, тот немедля — замри!

Дети встали, а Дами повернулся и начал обходить каждого и подначивать:

— У кого тут пузико выглядывает? — малой захихикал, но не пошевелился. — А это у нас кто? Кажется, это Заза? Не? А, это Гроза? Тоже не? Мимоза, значит? — светловолосая девочка едва сдерживалась от смеха, но Дами сжалился и прошел дальше. Прошел каждого, добрался до нас с Мальвой и подхватил малышку на руки. — Ладно, малыши, я проиграл! Вы все умнички, но теперь тоже самое надо выполнить в кровати — лечь и тихонько уснуть.

Дети разбежались, воспитательница заулыбалась мне и тоже последовала за детьми. Остались только мы с Мальвой и ее старший брат, худющий паренек с большими глазами.

— Смотли, что Лоля налисовала, — девочка ткнула Дамирану рисунок и устало прилегла на большое плечо. — Дами, ты плидешь завтра?

— Нет, крошка, завтра не смогу. Я же должен защищать не только тебя и Лори, но и всех, кто живет в этой стране и дальше.

— А послезавтла? — потирая глазки, заныла девочка.

Дамиран взял ее удобней и понес назад, в комнату. Махнул головой мне, чтобы шла за ним, шепнул что-то крошке на ухо, поглядывая назад и хитро щурясь.

— Обещаю, — договорил он громче, коснулся губами розовой щечки. — Ты же будешь слушаться?

— Конечно. Я так тебя люблю, Дами. — Мальва обняла ручками большую шею мужчины и спрятала личико. Когда мы подошли к комнате, девочка помахала мне ручкой. — И Лолю приводи, она мне нлавится.

Дами скрылся в комнате, но довольно быстро вернулся. Крепко пожал руку парню.

— Береги сестричку.

Тот кивнул, стрельнул в меня с интересом темно-карамельными глазами и сбежал в другое крыло.

— Теперь ты понимаешь, что ничего невозможного в нашем мире нет? — остановившись напротив, Дами посмотрел мне в лицо. — И вовсе ты не пустая.