POV Филиппа Касьянова

Стыд, обида и жалость распирали меня, несмотря на то, что разум твердил: «Ты всё сделала правильно! Разве есть другие варианты?! Их нет!»

И действительно их не было. Сын, особенно маленький и беззащитный, всегда должен быть в приоритете у всякой матери. Позже, когда Женя вырастит и сможет дать отпор своим обидчикам, я, возможно, смогу вновь вернуть себе свою жизнь. Сейчас же ею правит материнский инстинкт.

Тигрица согласно ворчала на задворках сознания, а живущая во мне ведьма… ведьма негодовала. Собственно, именно из-за неё в спектре моих чувств присутствовала обида.

«Почему ты не хочешь рассказать всё Никите, как есть!? Он – наш мужчина! Он нас защитит!»

Разум этому сопротивлялся, как мог, приводя более сознательные доводы:

«Даже если и так, Никита слишком близок к альянсу! Мы, таким образом, не только добровольно на линию огня попадём, но ещё и из Никиты мишень сделаем!!»

– Этого не будет, – едва слышно прошептала я, проходя на свободное место электрички.

Я каталась долго. Ни один час. Меняла ветку метро несколько раз, двигаясь в разных направлениях. И всё равно, выйдя, наконец, на поверхность и пройдя несколько метров до автобусной остановки, где проходит маршрут до Мытищ, нахмурилась.

Чувство слежки стало ещё хуже, чем было! Но сколько бы я ни старалась обнаружить этого преследователя, у меня ничего не получалось. Не помогали ни супер обоняние, ни супер зрение.

У тигров-сверхов органы чувств развиты намного лучше, чем у обычных людей и тигров-животных. В темноте мы видит в десять раз лучше, чем люди. Но лучше всего у таких, как я, развит слух. Тигры-сверхи легко отличают шорох листьев от звука передвижения животного. Но что толку в этих способностях, когда вокруг тебя город-миллионник?!

Я была уверена только в одном – меня преследует опытный сверх. Он или она держится с подветренной стороны и успешно держит расстояние, не позволяя различить свой запах. И раз так, то это может быть кто-то из оборотней Никиты или сам Никита. Нет, в Москве, конечно, есть ещё оборотни-одиночки, но я сомневаюсь, что у них есть мотивы преследовать меня.

Постояв немного на остановке, решила домой пока не возвращаться. Пусть Саша уже давно забрала Женю к себе, но дом продолжает пахнуть ребёнком. Вещей сына в доме слишком много, чтобы полностью исключить его присутствие. Но я так соскучилась!

Спустившись снова в метро, купила левую симкарту и телефон у подозрительного вида барыги. Сделать новый гуглаккаунт труда не составило. И всё по дороге в приличный отель! Нет, я никаким супергением в технике не была. Таких сейчас большая половина Земли. Технологии! А фэйковые профили в ВК мы с Сашей сделали ещё четыре года назад. Общались с крёстной исключительно только там, не затрагивая легальных аккаунтов соцсетей. Да, такие меры выходили за рамки обыденности, но в моём случае никак иначе. Я должна знать наверняка, что если меня раскусят, у Жени будет шанс выжить. Знать, что его есть кому спасти. В конце концов, кому, как не Саше это сотворить, ведь однажды у неё это уже получилось! Я выросла! Меня не убили, как нечто досадное. Я жива, и я умею кусаться. Так должно быть и с Женей!

Набрав номер крёстной по памяти, зашла в холл отеля и встала у гудящего кофе аппарата.

– Да? – голос Саши звучал напряжённо.

– Это я.

– Аня! – крёстная часто задышала. Послышались всхлипы.

Я поспешила успокоить единственного человека, с которым делю все свои проблемы до последней капли.

– Всё хорошо. Выдыхай. Ты дома?

– Дда…

– Женя?

– Со мной. Всё в порядке. Он в порядке, Анечка.

Пришёл мой черёд выдыхать.

– Хорошо… – прислонившись рукой к кофе-будке, где народ вызвалась обслуживать бариста-робот, почувствовала, как напряжение потихоньку покидает меня. А потом вспомнила, что всё ещё нахожусь под прицелом чьего-то внимания. – Оставайтесь на месте. Я скоро вернусь.

– Ты же сказала, что тебя отпустили? Как, кстати, так получилось? Пусть теперешний альфа и отличается от своего отца, но Никита всё равно не производит впечатления сверха, готового отказаться от того, что по закону оборотень его уровня считает своим.

– Ну, спасибо. – Я поморщилась. – Но ты права. Именно потому, что мне кажется, что за мной следят, я пока повременю с возвращением. А ты… ты наняла охрану?

Крёстная фыркнула.

– Наняла. Проверенные ребята. Соседи даже внимания не обратили. В Барвихе охранники – обычное дело.

– Присматривай за Женей. Чтобы он твоих охранников не напугал…

– Мальчики живут в отдельном доме. Малика обещала присмотреть за вашим.

– Очень хорошо.

– Она сказала, – голос крёстной перешёл на шёпот, – сказала, что к ней уже приезжали оборотни Волкова. В тот же день, как тебя схватили с этим долбанным оленем. – Саша шумно вздохнула. – Как и задумывалось, она не рассказала о Жене. Ты хорошо придумала. Идея с магическим контрактом – огонь!

– Да…

Аппарат затих. Пришлось оплачивать картой второй стакан капучино. Первый я вручила переминающейся с ноги на ногу девушке, стоящей следующей в очереди за мной.

– Вообще-то, я хотела латте.

Проигнорировав недовольство подростка, с улыбкой обратилась к целой цепочке желающих выпить кофе.

– Кому капучино? Акция! Бесплатно!

Желающий нашёлся сразу.

Девушка недовольно засопела.

Я отвернулась, продолжая тихий разговор под мерное тарахтение кофемашины:

– В общем, всё пока в норме. Позвоню сама. Позже. Я люблю вас! Передай Жене.

– Обязательно, детка. Береги себя!

Отключив телефон, взяла бумажный стаканчик и прошла к администратору.

– Один номер на сутки.

– Двухместный или…

– Двухместный. – Спать на полуторке – не моё. Слишком быстро привыкаешь к хорошему. А так как в деньгах я не нуждалась, отказывать себе в удобстве не считаю необходимым.

Немного подумав, решила расплатиться картой. Раз своё присутствие здесь мне скрывать бессмысленно по причине слежки, какая разница? После этого сразу поднялась на девятый этаж.

Бросив все вещи на небольшой диванчик кремового цвета, упала на кровать.

Но перевести дыхание мне не дали.

Входная дверь щёлкнула, заставляя меня подорваться с места.

Волков Никита медленно вошёл, перекрывая собой единственный путь к отступлению.

Дверь прикрылась с таким же щелчком, с каким альфа её открыл.

Никита надвигался молча. Я тоже не отличалась многословием. Меня трясло из-за дурацкой физиологии. Как тогда, в логове Волкова. Но если в первый раз я была неопытной и вообще не знала, кем являюсь, то сейчас успешно сдерживала оборот. Правда, на это уходили почти все мои силы. Запах альфы кружил голову.

Никита потянулся к галстуку и рывком сдёрнул с себя брендовую удавку.

Моё дыхание сбилось.

«Не сиди! Надо валить отсюда!» – вопил разум, однако ноги не слушались. Они вообще будто ватными стали.

Только когда Волков коснулся пуговиц, принимаясь медленно расстёгивать рубашку, я прошептала:

– Что… ты… делаешь?

– Собираюсь для одной нерадивой школьницы провести бесплатную лекцию по анатомии, – вибрирующим баритоном ответил Никита. У него получилось это так мягко, что у меня волосы на руках зашевелились от страха.

– Тты… какую ещё лекцию? Где ты здесь видишь школьницу?

Никита подошёл вплотную ко мне. Пришлось откланяться. Без того ослабшие руки не выдержали. Опора меня подвела, и я снова рухнула на спину.

Губы альфы дрогнули.

– Есть тут одна.

Никита коснулся моего бедра, и я, наконец, разморозилась, подскакивая чуть ли не до потолка.

– Не трогай меня! Ты же отпустил!

Но вырваться из плена сверха, когда он тебя уже поймал, не так-то просто.

Альфа дёрнул меня, подминая под себя.

– Отпустил, – прорычал Никита, запуская табун мурашек, которые тут же послушно побежали по спине и ногам. – А потом вспомнил своего престарелого учителя биологии, который упорно продолжал обучать своих учеников по советской системе, и устыдился.

– Я… я не понимаю… – мой голос дрогнул. Пальцы Волкова прошлись по внутренней стороне бедра и задели край ажурных трусиков. – Никита, не надо… Ты же говорил, что… что ты – не животное.

Мужчина скривился.

– А ты – лицемерка. Сама врёшь на каждом шагу, а меня носом тыкаешь в то, кем я всегда старался не стать. Но знаешь что? – Во взгляде Никиты плескалось злое торжество. – Ты права. Надо оставаться честным до конца! Ведь эти попытки – тоже ложь. Я – животное.

– Нет… Никита, нет, – я сопротивлялась изо всех сил, но только помогла пальцам оборотня продвинуться дальше.

– Да, – выдохнул Волков, нагнувшись к моему лицу максимально близко. – Я – животное… и ты тоже!

Я попыталась оттолкнуть Никиту, но сила альфы огромна, даже если этот альфа – волк, а ты из тигриных.

Упираясь пятками, принялась ползти вверх. Никита дёрнул меня обратно.

Оставалось только одно – обратиться. Тигрица прежде всего мать! Она должна выстоять! Но и тут меня ждал облом.

Волков рыкнул, заметив первые признаки оборота, и резко схватил за руку, тут же её кусая.

– Скотина!

Яд в слюне альфы блокировал оборот любого оборотня-сверха, если тот, конечно, тоже не альфа. Я это давно узнала, поэтому сразу поняла, почему вдруг начался откат к человеческой ипостаси.

– Сволочь! – голова закружилась.

«Помимо яда, привет феромонам!»

Я застонала. Перед глазами полетел хоровод из ярких вспышек, стоило только оборотню стащить с меня трусики и задрать платье повыше.

Никита усмехнулся.

– Отец был прав… Что-то в этом есть.

Дальше всё помню туманными обрывками.

Никита что-то говорил. Что-то обидное и гадкое, но его руки не переставали ласкать моё тело с нежностью. Помню, как я выгибалась, умоляя о большем, а альфа Северска усмехался и продолжал измываться над голодом моего тела, обводя истекающие соком половые губы своими горячими пальцами, и ограничиваясь только этим. Не знаю, сколько это длилось, но разрядка наступила всё равно.

Никита гортанно выругался, когда я закричала, кончая.

Потом свет померк.