Спустя несколько дней

Юлия («никакая не Борисовна, а просто Юля!») припарковалась у непримечательного пятиэтажного здания и заглушила мотор.

— Вот сюда ты должна была приехать, Полина, а не вестись на сладкие речи господина Ветлугина!

За те несколько дней, которые Поля провела в гостях у Юлии Борисовны Щегловой, она успела привыкнуть к безапелляционной и немного резковатой манере общения бывшей одноклассницы мамы.

Да, это была та самая Юля Сарапулова, с которой Таня когда-то давно сидела за одной партой. Потом Юлия поступила в литературный институт и уехала в столицу, где и жила по сей день. Её муж, довольно известный в научных кругах философ, сейчас был в зарубежной командировке.

Сама Юлия Борисовна Щеглова — доктор филологических наук, автор многочисленных статей и монографий, заведующая одной из кафедр института, который когда-то окончила.

С Таней они возобновили общение, как только подобная возможность появилась благодаря социальным сетям. Юля даже когда-то приезжала в гости в Пермь, но Полина тогда была в отъезде, потому лично они познакомились только несколько дней назад.

Татьяна рискнула обратиться к подруге детства и не ошиблась: энергичная Юлия тут же взяла Полину в оборот. На второй день пребывания Поли в гостях, когда праздновали день её рождения, хозяйка дома уже была полностью в курсе истории, приведшей к ней печальную и растерянную именинницу.

Через день Щеглова договорилась с какими-то знакомыми, а ещё через два дня Юлия и Полина прибыли в Институт повышения квалификации и переподготовки учителей. Оказалось, что там вот уже в течение нескольких лет работает программа поддержки одарённых детей, причём, на бюджетной основе, а не на частной.

— Кто же знал, Юля? Нам не давали никакой информации, — отстёгивая ремень безопасности, попыталась оправдаться Полина.

— Плохо, — Щеглова цокнула языком, тряхнула короткими тёмными кудрями и поправила на внушительном бюсте стильное пальто. — Тем более, физика — всегда одна из самых востребованных специальностей. Конечно, чтобы получить лицензию, придётся полтора месяца жить и учиться здесь, но думаю, это того стоит.

Они выбрались из кроссовера и, цокая каблуками, пошли по асфальтовой дорожке к бетонному крыльцу. Уже поднимались по ступенькам, когда двери распахнулись, и Полина едва не покатилась кубарем вниз от потрясения: из Института вышел Михаил.

В том, что Полину никто не сдал, и встреча оказалось абсолютно случайной, не было ни малейших сомнений. За это говорило то, как остолбенел Андер, и как побледнело его лицо. Умная и догадливая Юлия в полной мере оценила мизансцену, пару раз кашлянула и спустилась вниз. Повернулась спиной к крыльцу, на котором стояли Михаил и Полина, достала пачку сигарет и зажигалку.

— Поля, так ты что же, не в Абхазии? — наконец-то разродился фразой Михаил.

— Ты очень наблюдательный, Миша! Здравствуй, — проворчала Полина, хотя сердце стучало как сумасшедшее, а радость, которая захлёстывала женщину, казалась невыносимой. — Какими судьбами?

Андер подошёл ближе, и только тогда Полина заметила, что под мышкой он держит портфель для документов.

— Нашёл в интернете информацию о программе поддержки одарённых детей. У меня, конечно, нет профильного образования, но у тебя-то оно есть. Вот и приехал, чтобы всё узнать наверняка. Подал заявку на участие, оплатил взнос.

Полина во все глаза смотрела на бывшего. То есть, будучи уверенным в том, что она отдыхает в Абхазии в компании другого мужчины, Миша пытался осуществить её давнюю мечту?

— Миша... — Полине пришлось прочистить горло, иначе слова не давались. — Вот мы с тобой знакомы почти всю жизнь, но я, как выяснилось за прошедший год, очень мало знаю тебя. Какие у тебя ещё есть сюрпризы? Может, скажешь сразу?

— А может, попытаемся узнать вместе? — тихо спросил Михаил и подвинулся ещё ближе к Полине. — Если не боишься, конечно.

— Ой, вот только не надо брать меня на слабо! — подняла брови женщина.

— И не думал. Просто хотел спросить: как смотришь на то, чтобы провести полтора месяца здесь, в Москве? Всем вместе. Алису возьмём с собой. С жильём я всё организую.

— Умеешь ты, Андер, делать предложения, от которых невозможно отказаться. А тебя с работы-то отпустят?

— Пусть попробуют не отпустить.

Полина протянула руку и коснулась такой знакомой и одновременно незнакомой твёрдой щеки. Этот простой и робкий жест снёс все преграды, и Полина с Михаилом словно вернулись на исходные позиции. Ничего не забыли, но их души будто вновь встретились после долгой разлуки.

...По двору Института шли два легко одетых парня лет двадцати с модными буйными шевелюрами, за которые Юлия называла парней с такими причёсками «альпаки», и во все глаза смотрели на крыльцо.

— Ну чего уставились? — с вызовом спросила доктор филологических наук Щеглова. — Не видели, как люди целуются?