В завершение «Ревизора» Николай Васильевич Гоголь использовал неординарный приём. Приехал наконец-то долгожданный инкогнито из Петербурга — и бабах, гром среди ясного неба. Тык-дык, тык-дык, тык-дык — понеслись мыслишки у персонажей. Замерли чиновники, превратились в статуи, в скульптурную группу, почище того древнегреческого Финея. Прекрасный драматургический приём, надо отметить. Но то сцена, с её преувеличениями, гиперболами и гротеском. А здесь была реальная жизнь.

Но сказать, что в реальной жизни получилось так же убойно, как у Гоголя, я бы не смог. Все, конечно, замерли, но ненадолго. Яна резко повернулась к Ангелине и выбросила руку вперёд. Выпрямила ладонь и представилась:

— Я, Джейн. Фрилансер. Сотрудничаю с Сергеем.

— А я… Ангелина… — растерянно сказала Ангелина и пожала предложенную руку.

— Ну что, Сергей? — снова повернулась ко мне Яна. — Приятно снова увидеться, но, я так понимаю, наша встреча посвящена не нежным объятиям и воспоминаниям о былых подвигах.

Я усмехнулся, потому что вся работа мысли Ангелины очень чётко отражалась на её лице.

— Насколько я поняла из разговора с Евгенией, — продолжила Яна, — у тебя есть дело для меня и для моих парней.

— Всё верно, — кивнул я. — Есть небольшое дельце.

— Я подумала, что если мы обсудим всё прямо сейчас, то к утренней встрече у Евгении я при необходимости смогу уже предложить что-то конкретное. Что думаешь?

— Просто отлично.

— Тогда пойдём в бар, выпьем кофе и обсудим в общих чертах проблему.

— Вы можете оставаться здесь, — обрела наконец дар речи Ангелина.

— Нет, — сказал я. — В баре нам будет удобнее, а ты спокойно ложись.

Дар речи-то она обрела, но забывать того, что видела, пока не собиралась. Видела она, конечно, не так много, но… финальную часть поцелуя, я думаю, отсканировать успела. На мои слова она просто пожала плечами, развернулась и скрылась в ванной. Впрочем, тут же выглянула обратно, хмуро глянула на Яну и добавила:

— Приятно было познакомиться, Джейн.

Не дожидаясь ответной реплики, она закрыла дверь.

Джейн подняла брови и покачала головой, взглянув на меня взглядом, подразумевавшим что-то вроде, а ты ходок, Серёжа.

— Пойдём, — сказал я.

В лифте было тихо, сияли зеркала, стоял дорогой аромат.

— Твоё появление было эффектным, — сказал я. — И приятным.

— Не будем об этом, — сказала она, повернулась к зеркалу и поправила причёску. — Не было никаких обещаний. Не было никаких несбывшихся надежд. Давай лучше обсудим дело, ради которого ты меня позвал.

* * *

Мы зашли в бар и заказали кофе. Сели за дальним столиком. Посетителей почти не было.

— Ну рассказывай, — кивнула Яна.

Я сделал глоток. И рассказал. Разложил всё по полочкам, чётко и по делу, начиная с Царя Гороха.

— Здесь, в Дубае скрывался мой человек Панюшкин, — сказал я. — Скрывался он под вымышленным именем, а московский гангстер Давид захотел до него добраться. Он обратился к некоему албанскому авторитету Бледару, для того чтобы тот нашёл этого самого Панюшкина. Бледар подтянул под это дело местную группировку, содержащую элитный бордель, где, собственно, Панюшкин и был обнаружен. Взят тёпленьким.

— Не слишком-то он пытался остаться незаметным, похоже, — покачала Яна головой.

— Да, не говори, бестолочь, бывший начальник службы безопасности. Я отправил сюда Александра, того самого Александра, с которым мы работали в прошлый раз, помнишь?

— Помню, конечно.

— Отправил чтобы он опередил людей Бледара, и увёз Панюшкина в третью страну. Но, судя по всему, Александр не успел. И несмотря на свои связи, сам попался на крюк. Его взяли. Он дал похитителям телефон Евгении, бандиты позвонили ей и сказали, что хотят получить за него выкуп. Вот такие исходные данные. Ну, а я собираюсь сегодня днём встретиться с тем самым Бледаром по рекомендации того самого Давида. Я уже с ним договорился.

— Довольно запутанная история. Хочешь решить проблему ходом сбоку?

— Да, можно и так сказать. Задача — освобождение заложника. Группа, скорее всего, албанская. По крайней мере, Бледар албанец.

— Папакристи?

— Не знаю, — пожал я плечами.

В бар кто-то зашёл. Новый посетитель. Бармен за стойкой оглянулся на вход. Я сидел спиной к дверям, а Яна всё прекрасно видела.

— Ангелина твоя, — сказала она. — Симпатичная, кстати, девушка.

Я не ответил. Подошла Ангелина.

— Нет-нет, — сказала она, — я не собираюсь вам мешать и прерывать ваши разговоры. Шепчитесь дальше. Мне просто не спалось, и я решила выпить чаю с ромашкой.

Яна едва заметно улыбнулась. Я кивнул. Ангелина подошла к стойке и заказала себе чай, уселась на высокий табурет и как бы рассеянно скользнула по нам взглядом.

Мы продолжили тихонько разговаривать, Ангелина же, дождавшись, когда ей подадут чай, медленно и долго его пила, делая вид, что не смотрит на нас и не интересуется выражением наших лиц во время беседы, но по факту практически не отводила от нас взгляда.

— Боюсь, что нам потребуются ещё люди, — покачала головой Джейн.

— Да, если бы ты могла подобрать несколько человек, думаю, было бы очень неплохо, — согласился я.

— Сколько?

— Про деньги?

— Нет, я про людей. Про деньги ты всё знаешь. Будет недёшево, но другого варианта просто нет.

— Окей. Думаю, несколько человек нам однозначно пригодятся. Давай посчитаем.

Мы прикинули, сколько нужно было левых тачек и сколько народу.

— Я прямо сейчас позвоню, попробую собрать ребят, а когда встретимся у Евгении, буду уже чётко понимать, на кого смогу рассчитывать.

— Отлично.

Мы вышли из-за стола пожали руки.

— Ну ладно, — сказала Джейн.

Я чуть дёрнул её на себя. Она не ожидала, подалась вперёд, а я обнял её.

— Очень рад тебя видеть, — сказал я. — И, если честно, я довольно часто тебя вспоминал.

Она не ответила и только усмехнулась.

Мы с Ангелиной поднялись в номер. Она ничего не говорила и выглядела вполне спокойной. Красиво, действуя напоказ, надела пижаму и забралась в постель. Я сходил в душ, умылся и только после этого тоже улёгся. Спать оставалось мало.

— Лёг? — спросила Ангелина, обернувшись ко мне через плечо.

— Не спишь? — удивился я. — Спокойной ночи.

— Спокойной, — кивнула она. — Кстати, мне вот тут пришло в голову…

— Да…

— Прежде чем делать мне выволочки и заставлять проходить тесты на беременность, неплохо, чтобы ты и сам завязал свой хоботок на узелок.

— Что?

Она не ответила, повернулась ко мне спиной и закуталась в одеяло.

* * *

Утром мы встретились у Евгении. Яна уже была там. В начале встречи она сразу сообщила, что нашла четырёх очень крутых парней, которые нам помогут. Назвала круглую сумму и я отдал ей почти всё, что привёз из дома.

— Мне кажется, вам стоило бы обратиться в полицию, — хмуро заметила Женя.

— Вряд ли полиция нам сможет помочь, — покачал я головой.

— Во-первых, безусловно сможет. Во-вторых, необходимы средства. Причём немедленно. Похитители торопятся, и сегодня уже последний срок. Причём если ты полагаешь, что сможешь отдать им чемодан с деньгами, как Джейн, ошибаешься. Они хотят крипту. А это потребует времени. И денег, разумеется. Ты располагаешь такой суммой?

— Нет, Женя, я не располагаю, — покачал я головой. — Но очень надеюсь, что ты располагаешь.

— Что? — воскликнула она. — Ты смеёшься? Во-первых, у меня нет столько свободных денег. Во-вторых, ты действительно думаешь, что я должна вкладывать свои собственные средства?

— Ну, я думаю, что ты могла бы раздобыть нужную сумму, — ответил я. — Под залог Катиного имущества.

— Что⁈ — ещё более возмущённо воскликнула она. — Екатерина мой клиент. И нет, я не думаю, что это хорошая идея. Тем более, без её ведома.

— Позвони ей, пусть даст добро.

— Я не знаю её телефона, — твёрдо заявила она.

— Ну, с Джейн же ты связалась, когда я попросил.

Евгения недовольно поджала губы.

— Я позвоню, — сказала Яна, доставая мобильный. — Там сейчас четыре утра, конечно… но Катерина, надеюсь, нас простит.

— Катя! — воскликнул я, услышав заспанный голос.

— О-о-о! — обрадовалась она. — Серёга, привет! Ты как там, родной?

Меня цепануло это «родной», но я виду не подал.

— Всяко было, но чтоб так хорошо — ещё ни разу. А ты как, Кать?

— Так же примерно. Мой первый муж так говорил. Слушай, а ты когда мне уже разрешишь отсюда уезжать? Заколебалась я тут.

— А что, плохо там что ли?

— Да нет, хорошо… В гостях хорошо, а дома сам знаешь.

— Посиди там ещё немного. Пока всё не утряслось.

— Только не затягивай, — вздохнула она.

— Кать, слушай, я по делу звоню.

— Ну, говори. Просто так же не позвонишь, знаю тебя.

— Я сейчас сижу у Жени в офисе. Мы тут решаем небольшую проблемку, и я прошу её в качестве залога использовать твои средства, а она отказывается. Нужно твоё согласие.

— Да ты чё, какой разговор, сколько надо, столько и бери. А где Женя?

— Да здесь она, слушает нас.

— Кать, привет, я здесь, — вступила Евгения.

— Жень, привет. Слушай, ну, это ж Сергей. Пусть распоряжается, как хочет, даю добро.

— Надо тогда оформить какую-то доверенность, — недовольно сказала Евгения.

— Ну, оформим потом. Сделай без доверенности, пожалуйста. Ты же можешь мне на слово поверить?

Женя помолчала, вздохнула и наконец сдалась:

— Ладно. Хорошо. Я поняла.

Мы ещё пару минут поболтали с Катей и распрощались.

— Ну всё, вопрос почти решён, — сказал я. — Осталось только закупить крипты немножко.

— Немножко, да, — покачала головой Женя. — Совсем капельку.

Я достал телефон и набрал Мишку.

— Товарищ генсек, не спишь?

— О, Серёга, здорово! Приехал?

— Нет пока, но скоро надолго приеду.

— Наконец-то!

— Точно. Миш, слушай, помощь нужна. Мне тут надо заплатить криптой. Вернее — показать, что типа я заплатил, а на самом деле подвесить этот вопрос. Есть какая-то возможность, механизмы какие-то для такой фигни?

Я объяснил подробнее, что мне надо.

— Ну, — задумался он, — в принципе, да, можно. Надо будет мультисиг сделать. Два из двух. Я создам мультиподписной кошелёк с двумя ключами. Один будет у них, а второй у тебя. Без обеих подписей они деньги не получат.

— А они это увидят?

— В блокчейне всё видно, конечно. Транзакция реальная, деньги реально там, просто… как объяснить… ну, типа не разморожены.

— То есть, они как бы пришли, но неактивны, так что ли? — уточнил я.

— Ну, типа того…

— Отлично. А потом мы их вернём обратно? Сможем?

— Секундное дело.

— Класс! Значит, так и сделаем.

Яна кивнула.

— Миш, тогда на связи. У нас тут коллектив целый. Нужно будет всех закоммутировать.

* * *

— Блéдар. Ударение на «е». Не Бледáр, а Блéдар. Блéдар Мурати.

Лет ему было около шестидесяти. Передо мной стоял седой, поджарый, улыбчивый плейбой с волосами до плеч, с кучей браслетов на запястьях, с золотым «Ролексом» и ещё парой перстней. Русский язык у него был очень неплохой. Хотя и с акцентом.

Мы встретились на фудкорте в торговом центре рядом с моей гостиницей. Заказали кофе и теперь уселись за столик. Кругом было много народу. Они ели, пили, рассматривали покупки. Стоял гул. Пахло едой.

— Кофе нужно пить только в этом месте, — сразу кивнул он на стойку. — Сейчас принесут, сам поймёшь.

— Отлично по-русски говорите, — кивнул я.

— У меня мама была русская, поэтому говорю действительно хорошо. Раньше практики не было, а сейчас здесь столько русских, мама дорогая. Понаехали.

Он расхохотался, и я вежливо улыбнулся.

— Раннее детство я провёл в Албании, — болтал он. — А потом мы жили в Турции, и ещё какое-то время в Греции. Эх, детство золотое. Ты-то ещё совсем молодой.

— Всё ещё впереди, — кивнул я.

— Точно, точно, — сказал он и встал. — Подожди, сейчас кофе принесут. А я вон там закажу сладости.

Не дожидаясь моего ответа, он подошёл к прилавку неподалёку от нас и заговорил по-английски, тыкая туда, сюда и снова туда. Вернулся.

— Сейчас всё будет. Ну, как там Давид Георгиевич поживает?

— Привет вам шлёт, — сказал я.

— Хорошо. И ты ему передай.

— Передам при встрече.

Принесли кофе.

— Ну, пробуй, пробуй.

Я попробовал.

— Да, действительно, кофе отличный, — похвалил я.

— Бледар Мурати знает, что предложить. Всё самое лучшее в этом городе.

Он снова добродушно засмеялся. Подошёл парнишка, похожий на индуса, и поставил перед нами огромное блюдо с различными сладостями.

— Угощайся! — сделал широкий жест рукой Бледар.

— Да я не такой уж сладкоежка, — помотал я головой.

— Это обязательно надо попробовать. Здесь всё только самое лучшее. Бейрутские сладости. Это целая сеть. Можешь смело покупать. Товар лучшего качества.

Он минут пять рассказывал про эти сладости и накидывал мне в тарелку всевозможные кубики, ромбики и кружочки, пропитанные мёдом. Наконец, когда я попробовал пару-тройку этих чудесных штуковин и у меня стало неимоверно сладко во рту, мы перешли к делу.

Я уже говорил ему по телефону, что к нему порекомендовал обратиться Давид. И сейчас снова повторил это. Сказал, что ищу одного человека, опасаюсь за его жизнь, сказал, что за него потребовали выкуп.

— Мне бы хотелось получить какие-то гарантии и договориться о снижении цены, потому что пока ситуация выглядит очень и очень нехорошо.

— Какой кошмар! — покачал головой Бледар. — Это просто ужасно! Здесь, в новом центре цивилизации, где безопасность ставится на первое место, где все иностранцы чувствуют себя защищёнными на сто процентов, происходят такие ужасные вещи. Что сказать… Ничего кроме разочарования и гнева у меня это не вызывает.

— Да уж…

— Я глубоко сожалею, что произошло такое ужасающее событие, — скорбно сказал он. — На самом деле, я очень уважаю Давида, но… честно говоря, немного удивлён, почему он отправил тебя именно ко мне. Неужели у Давида такое представление о Бледаре Мурати?

Он засмеялся, вот только его глаза не смеялись. Они были серьёзными и внимательно следили за мной.

— Что вы, уважаемый господин Мурати, — сказал я.

— Ой, только не надо вот этих «господин». Пожалуйста, не делай из меня древнего старика. Просто Бледар.

Вот же падла. Сто процентов, он приложил к этому делу руку…

— Уважаемый Бледар, — продолжил я, — разумеется, Давид Георгиевич не говорил, что вам известно что-то об этом похищении. Он сказал другое. Если и есть в Дубае человек, сказал он, который может узнать что-то по этому вопросу, так это уважаемый Бледар. Потому что перед ним открываются все двери. И он лично знает огромное количество людей, включая самого шейха Дубая.

Услышав это, Бледар расплылся в улыбке.

— Умеет, умеет Давид Георгиевич сказать добрые слова. Передай ему огромный привет и вырази уважение. Скажи, что я и мои друзья до сих пор признательны ему за тот приём, который он нам организовал, когда мы летали в Екатеринбург.

— Передам, — пообещал я.

— Ну что, Сергей, — задумался он. — Ты сказал, что здесь остановился, в этом отеле, да?

— Да…

— Хороший отель… Давай договоримся так. Твой номер телефона у меня есть. Я постараюсь что-то разузнать и сразу же свяжусь с тобой.

Он врал. Это было совершенно очевидно. Звонить мне он не собирался, я не сомневался ни капли.

— Я буду вам очень признателен, Бледар, — очень серьёзно сказал я. — Вопрос для меня чрезвычайно важный. Буду признателен, благодарен и обязан вам лично. Прошу только учесть, что похитители хотят получить выкуп уже сегодня. Поэтому времени у нас остаётся всего ничего…

— Да-да, я понимаю, — так же серьёзно ответил он.

Да-да, я постараюсь. Да-да. Да-да. Да-да…

Он тепло попрощался и ушёл, не забыв подойти к киоску со сладостями и распорядиться, чтобы мне упаковали их с собой. Он не дал мне заплатить ни за кофе, ни за эти медовые штуковины. Щедрый человек. С широкой душой.

Посидев немного, я забрал пирожные и вернулся в офис Евгении. Идти было буквально десять минут. Яны не было, а Женя была занята. Я передал сладости секретарю, посмотрел на часы и уселся в приёмной. Нужно было ждать.

Минут через двадцать появилась Яна. Кивнула мне. Секретарь отвела нас в одну из переговорных. Мы зашли и уселись за длинный стол.

— Парни взяли, ведут, — кивнула она. — Посмотрим…

Мы помолчали.

Через некоторое время у Яны зазвонил телефон. Она заговорила по-английски. Я по-аглицки говорил в стиле «твоя моя не понимать»,' так что понял не очень хорошо.

— Бледар встретился с человеком, — объяснила Яна после разговора. — Встреча была в автоматической прачечной. Любопытно… У человека, с которым он встречался, на руке между пальцами наколота буква «П» с молнией. Папакристи. После встречи они разъехались. Сейчас ведём обоих.

— А к телефону не удалось подцепиться?

— Пока ничего, — покачала она головой.

Секретарь занесла блюдо с пирожными, чайник и маленькие высокие стаканчики из стекла. Яна налила чай в оба стаканчика, один придвинула мне, один поставила перед собой.

— Наелся уже, — сказал я.

— Молодец, что там не бросил, а с собой принёс, — усмехнулась она.

В переговорную влетела Евгения.

— Звонят, звонят, звонят! — воскликнула она. — Сейчас сюда переведут…

Телефон звякнул. Она сразу нажала на громкую.

— Слушаю! — воскликнула она, по-английски.

Раздался злой голос. Из того что он проорал, я понял только, что им стало известно, что мы пытаемся искать альтернативные варианты освобождения Чердынцева.

Я наклонился к Яне и прошептал:

— Они что, хотят удвоить сумму?

— Да, — кивнула она. — Из-за того что мы привлекли посторонних.

— Скажи, — кивнул я Жене, — что не заплатим ни копейки, пока не убедимся, что он жив.

Женя перевела. Мужик разразился новыми ругательствами.

— Скажи ему, что это в наших общих интересах, — добавил я.

Она снова перевела, он снова разорался. Потом велел ждать.

Пару минут прошло в напряжённой тишине. Потом снова раздался его голос. Он сказал, что за то, что мы устроили и за все наши выкрутасы хрен что нам положено знать. Но так и быть, он разрешает поговорить с заложником. Но говорить будете по-английски.

— Разумеется, — ответила Евгения.

Я напрягся. И мышь напряглась, насторожилась, зашевелилась, зашебуршалась.

— Алло… — сказал Чердынцев.

— Александр Николаевич! — крикнул я

— Да, — ответил он. — Я живой, в норме. Прохладно только.

— Всё, хватит! — крикнул бандос.

— Передайте Але Ручейковой! — торопливо проговорил Чердынцев. — Что я её люблю и всегда буду ждать и…

Голос Чердынцева прервался, а в трубке снова раздался злобный лай похитителей.

— Переводите деньги! Двойную цену! Или вы получите своего человека по частям. Я лично ему отрежу голову.

— Как двойную⁈ — ахнула Женя. — Мы же договорились!

— Не надо было пытаться перерешить решённый вопрос!

— Но нам потребуется ещё время, — растеряно ответила Женя. — Это же огромная сумма.

— Даю три часа! Я позвоню ровно через три часа! И ты переведёшь всю сумму. Если денег не будет… — он замолчал. — Ему конец!

Телефон затих. Мы остались в тишине, молча глядя друг на друга.

— Кто такая Аля Ручейкова? — спросила Евгения.

— Понятия не имею, — ответил я.

— Похоже, — сказала она, — моральное состояние вашего товарища неважное. Вероятно, к нему применяют насилие. Судя по тому, что он передаёт такие послания близким людям.

— Почему? — спросила Яна.

— Ну, с этой девушкой… Похоже на отчаянье…

Я нахмурился. Ни про какую Алю Ручейкову я никогда не слышал. Впрочем, о личной жизни Чердынцева мне вообще было очень мало известно.

Пауза была недолгой. Зазвонил телефон у Яны.

— Этот, второй, с которым встречался Бледар, — сказала она, быстро переговорив. — Приехал в рабочий район и заехал на склад. Возможно, это то место, где держат Александра. Но, может быть, и нет…

Я нахмурился. Времени на решение задачи было немного.

— Пусть следит, смотрит, — кивнул я и сжал зубы.

Побарабанил пальцами по столу…

— Если кто-то будет выезжать со склада, — добавил я, — нужно будет его отслеживать, проверять все точки, по которым он будет двигаться. А времени на поиски катастрофически мало.

— Пока никто не выезжал, — сказала Джейн. — Но я предлагаю, чтобы мы с тобой туда поехали и посмотрели всё сами на месте. Потому что, может, и нам тоже придётся садиться кому-то на хвост. А народу у нас тоже не слишком много.

— Сто процентов! — согласился я. — Правильная мысль!

Мы выбежали из офиса и сели в машину Яны, вернее в машину, которую подготовили специально для операции. Это был старый «Ниссан», потюканный и пошарканный. Я сразу вспомнил Жучку с его автопарком. Яна взяла в руки телефон и включила навигатор.

— Аль Асаэль стрит, — сказала она. — Место куда нам надо.

— Далеко это?

— Сейчас посмотрим… Около тридцати минут.

Она пристроила телефон и повернула ключ в замке зажигания.

— Ну тогда надо поспешить, — кивнул я.

Она газанула, мы выскочили на дорогу, выехали с Пальмы и помчались по навигатору на другой конец города.

Небоскрёбы, огромные билборды, витрины, автосалоны, набитые дорогущими и роскошными тачками, остались позади. Кое-где стал появляться мусор на дороге, исчез лоск, многоэтажки стали попроще, стояли покучнее, этажей было меньше. Картина менялась на глазах. Потянулись пустыри. Зелень закончилась, начался песок, замелькали складские и производственные здания.

Попетляв по улицам, мы выехали на достаточно широкую дорогу, заставленную складами.

— Ну вот, — кивнула Яна на белый, видавший виды, фургон «Тойоты». — Это стоят мои парни. А это, стало быть, тот склад. Сейчас останавливаться не будем. Проедем, покрутимся, посмотрим, что к чему. Теоретически, Александр, вполне мог бы находиться прямо здесь. Склад, кстати, небольшой, посмотри.

Я молча смотрел. Мы проехали блок, развернулись на кольце, потом свернули на боковую улицу, объехали склад с другой стороны, притормозили, остановившись с противоположной от фургона стороны.

— Может, попытаться зайти? — предложил я.

Зазвонил телефон. Яна ответила, коротко сказала что-то по-английски и отключилась.

— Что там?

— Перехватили разговор! Похитители заказали пиццу. Парни хотят подменить курьера.

— О! Отлично! Красавцы!

— Посмотрим, что из этого выйдет… — чуть встревожилась Яна, и мышь под моим сердцем тоже почувствовала тревогу…

Через десять минут подъехал маленький фургончик с названием пиццерии на весь борт. Вышел здоровый дядька с термобоксом.

— Роб, — кивнула Яна.

— Какая хорошая возможность, — покачал я головой и прищурился.

— Согласна, — пристально глядя вперёд, ответила она. — Но представь, что Александра там нет, а мы вдруг начнём штурм, притворившись доставщиками пиццы. А теперь представ, что из этого выйдет…

— Ещё раз удвоят цену? — не отрывая взгляда от ангара, проговорил я.

Она хмыкнула.

— Типа того.

Мы замерли. Фальшивый курьер зашёл внутрь и почти сразу вышел. Он отсутствовал всего лишь минуты три…

— Хрен там что за три минуты поймёшь, — с досадой проговорила Яна.

Я промолчал. Это действительно было так. Парень сел в микроавтобус, развернулся и уехал.

— Позвони, — сказал я.

— Сами позвонят.

Действительно, через пару минут раздался звонок. Яна выслушала и отключилась.

— Ну что?

— Заказ на шестерых, а людей было пятеро. Он попросился в туалет, но его не пустили, выгнали. Сказали, что не работает. Были агрессивными, чуть по башке ему не настучали. То есть, по сути, он ничего в этом ангаре и не видел.

— А как эта улица называется? — прищурившись, спросил я.

— Аль Асаэль стрит, — ответила Яна.

— Аль Асаэль стрит, — хмуро повторил я. — Интересно, а это что-то значит?

— Что?

— Ну… Аль Асаэль.

— Аль Асаэль? — переспросила Джейн и уставилась на меня, широко открыв глаза.

Видно было, что она о чём-то думает. Она молчала, соображая, а потом вдруг чуть смущённо и одновременно радостно засмеялась.

— Аль Асаэль! — воскликнула она, и в глазах вспыхнули искорки. — Конечно! Да, у этого названия есть значение, Сергей.

Я уже догадался и тоже улыбнулся.

— Саэль, — сказала она, — это поток или ручей. Ручеёк.

— Ручейкова, — подмигнул я. — Аля Ручейкова, да?

— Охренеть, Серёга! — с горящими глазами засмеялась она и хлопнула меня по плечу.

* * *

Яна отозвала парней, которые пасли Бледара. Они были нужны нам для штурма. Время шло, а они не появлялись. Я поглядывал на часы.

— Где, Яна?

— Пробка… сейчас будут… Давай подключимся пока. Придётся, похоже, перевод делать.

Да, было похоже на это. Парни застряли, а бандосы позвонили Евгении на пятнадцать минут раньше. Мы надели гарнитуры. Яна достала планшет и два мобильника. Выложила перед собой. Только начала делать проверку, позвонила Женя.

— Они на линии! — крикнула она.

— Всё-всё, мы готовы. Евгения, всё хорошо. Не волнуйтесь, мы подстрахуем, если что.

Голоса Жени и бандитов мы слышали в наушниках. У нас были микрофоны, и Женя нас слышать могла, а бандосы — нет.

— Где деньги⁈ — сразу начал орать похититель. — Где деньги?

— Деньги готовы, — ответила Женя. — Мы полностью готовы. Куда послать машину за нашим человеком.

— Заткнись! Я всё тебе скажу. Потом! Делай, что я говорю. Включай камеру! Включай! Покажи мне экран!

На планшете у Яны полностью дублировался экран ноутбука Евгении.

— Пожалуйста…

— Хорошо, — чуть сбавил обороты бандит, увидев, что всё нормально. — Посылаю номер кошелька.

— Есть… — сказала Женя. — Копирую… И вставляю. Сумма.

— Камеру поверни, камеру поверни! — нетерпеливо крикнул бандос.

— Вот. Смотрите… Отправляю… Всё. Ушло. Подписывайте.

На той стороне повисла тишина.

— Что подписывайте? — крикнул через некоторое время чувак и голос у него сделался страшно злым. — Где бабки? Отправляй!

— Да я отправила только что. Вы же видите на экране. У вас же всё показывается. Это же онлайн. Надо подписать просто.

Послышались голоса.

— Где деньги⁈ — снова заорали на том конце. — На мой кошелёк ничего не пришло!

— Вы подписали? Посмотрите по истории! — воскликнула Женя. — Вы должны видеть транзакцию.

— Где мои деньги⁈ Я подписал!!! Деньги в кошельке неактивны!!! Подписывай, сука!!! Я сейчас резать буду твоего человека.

— Погодите, — заволновалась Женя

Ситуация накалялась с каждой секундой.

— Где твои парни уже⁈ — воскликнул я, — Джейн, нужно идти! Упустим момент!!! Они там на измене! Пора!

И тут подлетел второй микроавтобус. Потрёпанная Тойота тоже сорвалась с места.

— Гоу, гайз! — скомандовала Яна и выскочила из машины. — Сергей, гоу!

Она свою тачку оставила в стороне. Поэтому нам пришлось сто метров пробежать ножками. В руках мы сжимали пистолеты. На телах наших красовались бронежилеты с надписью «Интерпол».

Из фургонов выскочили трое парней в таких же брониках и с короткими автоматами. Один из них подлетел к двери и что-то прилепил. Ну, то есть, ясно, что. Они отскочили в сторону и тут же долбануло. Грохнуло и пыхнуло. Мы подбежали, когда дверь открылась.

Над нами кружил маленький беспилотник, похожий на детскую игрушку. Четвёртый из парней, вёл внешнее наблюдение.

— Заходим, заходим, заходим! — крикнула Яна.

И мы с ней ворвались вперёд. Парни тут же начали шарашить из своих УЗИ. Бандосы этого явно не ожидали. Мы свалились, как снег на голову. Склад был относительно небольшим, и офиса отдельного не было. Стулья и столы у них находились прямо перед рядами стеллажей, на которых была сложена сантехника.

Бац-бац-бац! Двое из них полетели под стол, заливаясь кровью. Бац-бац-бац. Один начал отстреливаться. Я заметил на столе краснокожую книжицу, потянулся и… пуля ударила в грудь, я грохнулся на пол. А-а-а!!! Сска!!! Боль была неимоверной. Будто все кости переломало.

— Сергей!

— В порядке… — прохрипел я, поднимаясь на ноги.

Стрелок вскочил, побежал по рядам. Раздалась короткая очередь, и он на всём ходу рухнул на пол.

— Проходим по рядам! — скомандовала Яна. — Ищем нашего парня! Бегом, бегом, бегом! Внимание, здесь не все!

Время закрутилось с сумасшедшей скоростью. Горела грудь, а мышь, пьяная от адреналина носилась по своему колесу.

Мы неслись по складу. Удар ногой — дверь — пусто. Удар ногой — дверь — пусто. Удар ногой — туалет — пусто.

— Здесь дверь!

Большая металлическая дверь была закрыта на замок. Один из парней, не задумываясь, прилепил новую порцию взрывчатки.

— В сторону!

Бабах! Пахнуло раскалённым металлом, порохом, химией. Дверь распахнулась, и я бросился туда, в последнее помещение, единственное ещё не проверенное место, где мог находиться Чердынцев.

— Уходим! — раздалась тревожная команда в наушниках. — Быстро уходим!!!

Просторное помещение, похожее на гараж, было пустым. Чердынцева в нём не было. Я остановился, глядя на ребят, и в тот же момент разнёсся вой сирен. А со стороны входа загремело:

— Всем оставаться на местах! Полиция!