Отец давно маялся с желудком, испортил его в студенческие годы, и с тех пор становилось только хуже. Мама начала предостерегать: ну правильно, какой из Антона Травник? Ладно, если дело поносом закончится. Но отец рискнул, мне пришлось имитировать бурную деятельность на кухне. Поставил на огонь железную кружку, пока вода закипала, вооружился пинцетом, и принялся отщипывать сухие соцветия, с душицы, её ещё называют матрёшкой, бросал их в кружку, затем взялся за зверобой. Бабушка чай из этих травок заваривала, мама с отцом об этом знали.

Когда варево было готово, накрыл кружку полотенцем и поставил студиться в тарелку с холодной водой.

Мама, разумеется, не поверила. Да это же просто чай получается! Папа вступился. Да погоди ты, Света, пусть доделает!

Ну я и доделал, собственно этот настой нужен был для отвода родительских глаз, пока они спорили о моих талантах, я разлил по двум кружкам настойку лунного корня, понемногу, всего-то на пару глотков и понёс в комнату на пробу.

Отец выпил без колебаний, на вкус настой чуть горьковатый, потому он поморщился, в подмогу своему зелью я кинул на отца руну поддержки здоровья.

Маму пришлось уговаривать. Да не болит у меня ничего! Отец напомнил про бессонницу, а я упрекнул в недоверии. В итоге она сдалась.

Надо ли говорить, каков был результат? Я-то хотел, чтобы настой подействовал быстрее. Так и вышло, руна Сано подстегнула в родителях жизнь, отец был в восторге и стал как-то подозрительно посматривать на маму. А та, хоть и в приподнятом настроении, всё равно поглядывала на меня с сомнением.

Я попытался убедить, что ничего не подмешал, не поверила, я это по глазам видел. Она позвонила на следующее утро, голос просто лучился счастьем. «Спасибо, Антон, я прекрасно выспалась и у папы с желудком порядок, прости, что не поверила сразу». Она не могла поверить, что всего два глоточка сомнительного варева, сотворили если не чудо, то около того.

Да, родительница не знает, сколько стоят эти два глоточка.

Мама в тот день ещё несколько раз позвонила, сначала с бизнес-предложениями: «тебе реклама нужна, и народ валом повалит, это же талант, дар! Купишь трёшку в центре, хорошую машину». Это она сначала энтузиазмом фонтанировала, а потом начала звонить со своими страхами.

Дескать, закроют меня где-нибудь власть имущие, и будешь только на них работать, сидя в золотой клетке. Может, ну его, Антон? Будешь тихо сидеть.

Я уверил родительницу, что не собираюсь запускать рекламную кампанию, и с деревни съезжать, тоже не хочу. Через пару дней, она успокоилась.

Это было полтора месяца назад. Я возвращался домой раз в три-четыре дня, для пополнения запасов провизии и других неотложных дел. Жизнь как-то устаканилась в одном русле и пока я никуда не двигался. Страх всё ещё присутствовал, я тупо боялся выйти к людям, там на Этернисе.

Как они меня примут? На этой планете полно магов и, наверное, девяносто девять процентов из них сильнее меня.

Телефонный звонок отвлёк меня от размышлений. Опять с того же неизвестного номера, я принял вызов.

— Алло⁈

— Алло! Антон? Это Мезенцев, хочу обсудить с тобой деловое предложение, потребуется личная встреча. Скажешь куда, и я пришлю машину.

Голос незнакомый и какой-то лениво-властный, что ли. Я почему-то представил политика из новостей, манера разговора была похожей. И мне не понравился приказной тон, я типа должен согласиться сразу. Да я его знать не знаю и знать не хочу. Но я не привык тупо бросать трубку, потому задал логичный вопрос.

— А мы знакомы?

— Лично нет. Разве это имеет значение, познакомимся при встрече. Человек я деловой и далеко не последний, привык решать дела с ходу. У тебя товар, у меня купец, делаем бизнес, зарабатываем гору бабла и все довольны. Так куда машину прислать?

— Никуда. Меня это не интересует! — я положил трубку.

Похоже, тот самый денежный мешок, о котором говорила Велеслава. Откуда у него мой номер? Имя он тоже знает.

Вновь зазвонил телефон, опять Мезенцев. Я сбросил вызов и отправил абонента в чёрный список.

Войдя в дом, пошёл на кухню, придирчиво осмотрел полы и мойку, руны ещё работали. Я поставил чайник на плиту, а сам отправился в баню, там включил котёл, затем снял с себя все вещи, повесил их по крючкам да вешалкам и принялся раскидывать руны.

Они не были грязными, раз в два дня я обязательно проводил своеобразную стирку, никакой воды, только руны с телом то же самое. Не хотелось зарастать грязью, по сути, я мог и не мыться вовсе, но мне хотелось ощутить на теле струи воды. Не обязательно горячей, можно и прохладную, в последнее время я не капризный.

Умылся, надел на тело всё чистое, чайник уже должен был закипеть.

Заварив себе чая по бабушкиному рецепту, и сотворил бутерброд из сырокопчёной колбасы и сыра, то, что было доступно для быстрого перекуса. Хлеб, к сожалению, высох, отдам его бабе Лене или тому же дяде Паше, пусть кур кормят.

Кстати, нужно для него отварчик печёночный приготовить, — доев супер-бутер, отправился за травками, но не в сени.

Кроме веников, занимающих половину сеней, у меня имелись уже готовые травы, в заводских упаковках. Прикупил в районной аптеке, по совету той же ведьмы, но со своими дополнениями, то, что вычитал в интернете. Я в курсе, отчего страдает дядя Паша, да он и сам об этом говорил. Любитель выпить и закусить чем-нибудь острым, жирным и солёным. Вдобавок ко всему он курит, отчего и страдает печень.

Я перебрал упаковки с травами, быстро найдя нужную.

Монастырский сбор № 22 Печёночный

До ботаника мне далеко, хоть и похож. Я прекрасно понимаю, что этот сбор не вылечит мгновенно, и вообще, больше поддерживающий. Но мне хотелось верить, что в тандеме с руной Сано травка подействует сильнее, ну или мощнее, не знаю как правильно. Я не ботаник, а рунный маг.

Отсыпав нужное количество сбора, я залил его кипятком и накрыл сверху полотенцем. Вернувшись в комнату, устроился за столом, а затем встал. У меня имелся трофей с Этерниса и висел он на стене, подойдя к нему вплотную, я сдёрнул ткань. На меня уставилась оскаленная пасть волчьего черепа, даже в таком виде он внушал ужас.

Этот тот самый волк, которого я убил в свой первый визит на Этернис. Кости долго лежали, уже и вонь разложения пропала, а я всё ходил вокруг, не зная, что с ним делать. Идея всё же появилась, напялив перчатки, я отделил череп, оттащил его в сторону. Сначала возникла мысль трофей в костёр бросить, чтобы огонь доделал то, с чем не справились хищники и разложение. Но разум всё-таки победил, я кинул на череп руну чистоты, и пока та работала, собрал все кости и оттащил их подальше в лес.

Через пятнадцать минут трофей блестел под светилом Этерниса. Я уже прикидывал, где он будет висеть, как внимание привлекла борозда с небольшим углублением, прямо в кости, между волчьих глаз. Там что-то блеснуло, я ковырнул ножом и достал осколок тёмного стекла. Так, сначала показалось, форма была слишком правильной, что ли, типа ромб, маленький, может, миллиметров пять и без острых краёв. Не могла стекляшка так красиво разбиться и попасть волку в лоб.

Стоило предмету попасть в руку, как я почувствовал лёгкую вибрацию в ладони и татухе. Страха не возникло, я уже имел какое-то представление о магии рун. Просто не понял, что это за фиговина и почему оказалась на черепе волка. В тот момент, я поддался какому-то наитию и приложил камушек к татухе, а тот возьми да втянись в мою руку.

Вот тогда я испугался. Какая-то фиговина, которую я выковырял из трупа волка, залезла мне под кожу. Ещё и татуха начала вести себя странно, в нарисованный водоворот превратилась, я подпрыгнул на месте, тряся рукой, но никаких негативных последствий не последовало.

Позднее, как это у меня обычно бывает, я понял, что это было, примерно. Что-то типа батарейки, или аккумулятора и превращение в оборотня мне не грозит. После этого случая нашёл ещё 5 кристаллов, не в каждом звере они были, причём неважно в каком, волк это, кролик или зверь, похожий на нашу лисицу.

Я накинул ткань на волчий череп и вернулся к чаю. В последнее время пакетики меня не привлекали, казались мутным варевом с привкусом чая. Раздался стук в дверь, пришёл дядя Паша, скорее всего, объявленный мною час уже прошёл.

— Ох и дух у тебя стоит, Антон батькович, — старик вдохнул аромат трав в сенях. — Никогда к этому не привыкну.

— Проходи в дом, — пригласил я, тот, по-стариковски кряхтя, пересёк порог.

Прятать мне нечего, аптечные травки лежат в тумбочке, а в остальном обычный деревенский дом. Я был уверен, что старика не удивит практически идеальная чистота, это нужно с белой тряпочкой ходить, потому что Пурецо уничтожает грязь и пыль на молекулярном уровне, вычитал словечко в интернете, казалось подходящим. Ну а если с практической стороны посмотреть, то я проверял, брал пробы влажной салфеткой, в разных частях дома. Если поверхность крашеная или ламинирована, то тряпка оставалась чистой, после извёстки что-то оставалось, но это, скорее всего, не грязь. Так что проверять дядя Паша должен в очках, а он их точно не взял, зачем они, к соседу же пошёл.

Я процедил и разлил отвар в два пластиковых стаканчика.

— Выпей из того, что слева, — нужно было напустить немного таинственности.

Когда слова подтверждены делом, это всегда действует, а мои слова подтверждены на сто процентов. Я уже два раза печёнку соседа спасал. Правда, надолго это не помогало, дня четыре, максимум шесть, и опять начинает давить и болеть.

Сосед подчинился, понюхал прежде и выдавил скупую улыбку.

— Монастырским сбором пахнет, кхе-кхе, — выпил залпом, также, наверное, и беленькую потребляет. — Но твой лечебный, а мой просто сбор.

— Это потому что ты пьёшь каждый день, — я сейчас сам себе родительницу напоминал, она частенько колдыря с первого этажа отчитывает. — Дай передышку печени, хотя бы годик и пей потом пореже.

— Годик? Кхе-кхе… Да где ж его взять-то? Мне восьмой десяток!

— Дядь Паш, я уже говорил, мои настойки надолго не помогут, пить бросай, тогда болеть перестанет!

Старик грустно кхекнул, здесь, наверное, только чел его возраста врубится.

— Это знаешь, Антон, сказать только легко. Я в молодости легко бросал, годами, кхе-кхе, мог без табака и водки обходиться, — старик грустно улыбнулся. — А потом приходит она, судьба, мать её ***! И становится по ***! Стоп краны срывает, а резьбу обратно *** накручивать.

Сосед не рассказывал мне свои истории, зато баба Лена шепнула, как он обоих сыновей в горячей точке потерял, а затем и жену похоронил. Ты не суди его строго, Антошка. Чтоб понять, нужно пережить. Не дай Бог такое. Так, я и не судил, возомнив себя крутым знахарем советы давал, прямо как врач в поликлинике.

— Дядь Паш, а когда печёнка болеть начала? — тот усмехнулся.

— Опять записывать будешь?

— А то, мне надо, — достал блокнот с ручкой.

— Ну давай, травник, пиши, кхе-кхе… и ведь есть чего! Ты же мне, когда отвар-то в крайний раз давал? Семнадцатого, кхе-кхе помню, не всю пока что память пропил, а сегодня двадцать восьмое! Одиннадцать дней то бишь, а болеть начало три дня назад.

— Да, — прикидывая время, я записывал цифры.

Здесь, как у синоптиков, ближе к предсказаниям, сосед мог три дня пить беспробудно, а потом пять отлёживаться. От похмелья руна Сано надолго не помогает, хотя тоже проверять нужно. А в прошлый раз могло быть и похлеще. По-хорошему, мне его запирать нужно и камеру видеонаблюдения ставить с сиделкой.

Старик смотрел на меня с доброй ухмылкой, словно говоря: «Дурень ты, Антошка, хернёй занимаешься. Лучше отвару побольше готовь, у тебя это хорошо получается!»

Руну здоровья, я бросил на него на пороге, когда он домой собрался, не хотелось, чтобы он сразу прочувствовал. А так, пока до дома дойдёт, Сано начнёт работать, сначала растечётся тепло, потом повреждённые органы тронет лёгкий холодок. Это я по себе знаю, ну и со слов больных.

Проводив старика, я прибрался на кухне, затем составил список того, что нужно купить. Занятие это не простое, нужно сразу записывать, а так, приходится память напрягать. Потом, с чувством выполненного долга, я завалился спать. Странно, в межмировом коридоре я чувствовал себя поспокойнее. Это, наверное, из-за того звонка.

В уме начало складываться какое-то заключение, но мой организм решил отдохнуть, и я благополучно провалился во тьму.

* * *

Я выжимал педаль газа в пол, стрелка спидометра не поднималась выше семидесяти пяти километров в час. Да, продавец меня малость надул, обещанных восемьдесят плюс не наблюдалось. С другой стороны, я же не прислушался к его совету, не заехал к автомеханику, не сделал какой-то там апгрейд. Если верить продавцу, некоторые индивидуумы прокачиваю движки настолько, что те под сто десять выдают. Но это опасно, нужен большой опыт вождения, и техобслуживание хотя бы раз в месяц, но желательно почаще. Колесо на ходу отвалится, и беды не миновать.

Дорога до райцентра занимала не более тридцати минут, а когда машин поменьше, то и быстрее доезжал. Но до конечной точки ехать чуть подольше, на другой конец поселения.

В свой последний визит к ведьме, я у неё надолго не задержался, привёз пару корешков, получил расчёт, а на выходе из дома, пришлось успокаивать ведьминого пса. Тот с остервенением бросался на калитку, а с той стороны доносился женский голос.

Оказалось, это клиенты пришли, женщина в возрасте моей мамы, девчонка-подросток. Я не смог определить возраст, болезненно худая, синяки под глазами, говорили о злой болезни. Кожа лица и рук, тоже здоровыми не выглядели, желтушная, будто не кожа, а пергамент какой-то. Зато имелись огромные глаза, небесно-голубого цвета, я ещё тогда подумал, острые ушки приклеить и получиться эльфийка.

Ведьма их не приняла, нет у неё, дескать, времени и вряд ли в ближайшие несколько месяцев появится. Я-то понимал почему, эти люди не выглядели платёжеспособными, а у неё целая очередь из состоятельных людей, дорогих, как она любит говорить.

Не знаю почему, наверное, из-за отчаявшегося вида матери и обречённого девчонки, я решил им помочь. Заговорил с женщиной, та не стала скрывать, у девочки рак крови, они объездили все известные клиники, лечатся уже второй год, но становится только хуже. Мать уже отчаялась и пошла по знахарям и всяким мутным личностям.

Я кинул на девчонку руну Сано, чтобы хоть как-то подстегнуть организм, понятно, что надолго её не хватит и пообещал привести лекарство. Правда, сам не был уверен, что поможет, женщина, которую звали Анастасия, тоже не особо верила. Но свой адрес всё-таки оставила, она в отчаянном положении.

Я оказался по нужному адресу, спустя примерно час. Обычный деревенский дом, чуть получше бабушкиного.

Для начала заглушил двигатель, послышался собачий лай, сняв каску, подошёл к калитке. В окошке замаячило женское лицо, очень скоро на крыльце появился крепкого вида невысокий мужик.

— Тебе кого, парень?

Вот тут я словил тупняк, даже не знал, с чего начать. Сказать, здравствуете, я травник, Антон! Как-то тупо.

— Мне к Василисе надо, — вспомнил, как Анастасия обращалась к дочке.

— Болеет она, не до свиданий пока что, — он развернулся, собираясь вернуться в дом.

— А мне всё равно надо, — упрямо сказал я.

Мужик, должно быть, отец Василисы, развернулся на пороге, бросил на меня злой взгляд.

Хармо́нио

Руна впечаталась ему в грудь, и он вдруг выдохнул.

— Одноклассник, что ли, — вопрос прозвучал миролюбиво.

Ура! — внутренне ликовал я, дело в руне, она была непроверенной. — Не ошибся, назревающий конфликт сгладился практически моментально.

— Да-да, одноклассник, — на порог выскочила Анастасия в домашнем халате. — Заходи, Антон, Васька как раз проснулась.

Хорошо, что она меня запомнила, хотя может в квадроцикле дело, — я подхватил шлем и прошёл через калитку.