В комнату смогла пойти только в полночь. Как обычно, дождалась, пока все разойдутся. Открыла дверь и зашла, думала, что Имам спит, но он меня встречал сидя на диване. Замерла в дверях. Боюсь сделать шаг в комнату и закрыть дверь.
— Чего встала? Заходи и закрывай дверь. — опёрся руками о колени и сцепил пальцы. Смотрит хищным взглядом и с ухмылкой на губах. — Ты глухая?
— Нет, — прошептав, захожу внутрь и с большой неохотой закрываю дверь.
— Подойди! — медленно иду к нему, ноги дрожат. — Шевелись!
Через секунду стою напротив него. Взгляд опустила, руками сжала края юбки. Страшно. Не знаю, чего ожидать. Пощёчину? Или опять за ногу схватит? Как жаль, что он не спит…
— Что тебе тётя ещё сказала?
— Ничего.
— Не ври мне! — Голос не повышает, но словно кричит. Сжимаюсь, ожидая пощёчину. — Что эта женщина ещё тебе сказала?
— Правда ничего. Сказала сесть и покушать, а потом пришёл ты. И всё.
— Запомни, — встаёт, делает шаг ко мне. Жмурюсь и не зря. Имам впивается пальцами в подбородок. — Не смей даже допускать мысль, что кто-то спасёт тебя. Ты моя жена, и я могу делать с тобой всё что хочу. Ни твой братец, ни кто-либо ещё не спасёт тебя от меня. Ты умрёшь и умрёшь только от моей руки. Поняла?
— Да… да. — неосознанно хватаю его за руку, о чём сразу же начинаю жалеть.
— Не смей притрагиваться ко мне своими грязными руками! — рычит он, заламывая мне руку.
— А-а-а — стону от пронзающей боли. — Не буду… не буду… не…
— Дрянь! — второй рукой влепил пощёчину и толкнул. Упала на пол. Прижимаю к себе руку и смотрю на него со страхом и слезами. Тихонько ползу назад. Страшно. — Твои руки, как руки твоего брата и всей семьи в крови моей сестры! Грязные, паршивые твари! Ещё раз посмеешь прикоснуться ко мне, сломаю пальцы. Буду ломать медленно, одну за другой. И никто меня не остановит, слыша твои крики. Абсолютно никто!
— Я… я поняла… Всё поняла. — всхлипываю, упираясь спиной в шкаф.
— Проверим. — усмехается, мерзко склонив голову набок — Вот бы твой братец видел тебя сейчас. А почему бы и нет… Сейчас увидит. — Вытащив телефон, Имам фоткает меня. Закрываю лицо рукой. — Руку убрала!
Закрыв глаза, жду, пока он закончит свои издевательства. Боюсь, что брат совершит ошибку. Получив эти унижающие фотографии, он точно не будет спокоен. Что, если он заявится сюда? Этот монстр же может убить его…
— Не надо. Пожалуйста. — смотрю на него умоляюще. — Не надо. Не отправляй ему.
— Хм, мне кажется, или ты меня умоляешь?
— Умоляю, не отправляй. — я готова, и в ногах валяться, лишь бы брат не пострадал.
— Как-то неправдоподобно просишь. — садится на диван, закинув ногу на ногу. — Поуговаривай меня.
— Прошу, не отправляй ему ничего. — жалобно умоляю его. Слёзы не прекращают стекать по щекам. — Я больше не буду дотрагиваться до тебя. Не буду разговаривать с тётей. Вообще, ни с кем не буду разговаривать.
— И всё? И за это я должен поступиться своим желанием прищучить этого убийцу?
— Умоляю. — склоняю голову. У меня нет другого выхода…
— Я подумаю. — лениво отвечает Имам. — Сейчас спать хочу, а завтра кто знает, какое у меня будет настроение.
Он спокойно идёт в душ, а после ложиться спать. Я всё ещё сижу на полу. Слёз не осталось. Опустошение. Там же, около шкафа ложусь, поджав под себя ноги. Смотрю перед собой, мыслей нет и незаметно засыпаю.
Следующие два дня Имам не трогает меня. Зато взгляд свекрови все нервы треплет. Гостей стало меньше, и её внимание сосредоточилось на мне. Каждое движение провожает прищуренным взглядом. Отчего я ещё больше нервничаю и совершаю ошибки. За одной такой ошибкой меня поймал Имам.
Вечернее время. Дедушка, свёкор, свекровь и Имам сидят в гостиной. Приказали принести чай. Накрывая им маленький стол, была напряжена. Все взгляды скрестились на мне. Колючие, неприятные, злые… Случайно сталкиваюсь взглядом со свекровью. Столько ненависти и злости там… От увиденного сглатываю ком и случайно проливаю чай на стол.
— Простите. — в ужасе начинаю вытирать стол салфеткой. — Я случайно…
— Дрянь! — получаю пощёчину от мужа, падаю на пол. — Откуда у тебя руки растут? Совсем тупая? Слепая? Не видишь, что делаешь? Или решила наше имущество по-тихому угробить?
— Имам, — голос свёкра полон безразличия, да и смотрит он в другую сторону — Не ори. Я и так устал.
— Я ещё и не начинал. — зло шипит муж и хватает за локоть — Вставай.
Он тащит меня из гостиной, еле поспеваю за ним. Свекровь хмуро провожает нас, а вот на лице дедушки мелькает что-то наподобие улыбки. Приведя на кухню, с силой, приложил об стену спиной.
— Два дня не получала леща, расслабилась? — нависает надо мной демон — Тебя нужно каждый вечер лупить, чтобы не совершала ошибок?
— Я случайно…
— Случайно? А я вот совсем неслучайно. — бьёт в живот. Сгибаюсь пополам. Больно. Как же больно. Мамочка… — Что? Нравится? Нет? А мне вот очень даже нравится. — даёт ещё одну пощёчину, и я падаю на пол. Лежу, схватившись за живот. А он, вытащив телефон, фотографирует с довольным выражением лица. — Доставлено. Посмотрим, как отреагирует твой брат.
Нет, пожалуйста, нет. Он же может натворить непоправимое. Если с ним что-то случится, дедушка на маме отыграется. Не надо, господи, прошу тебя.
— Открыл. Теперь можно и телефон выключить. А ты поднимайся давай и помой полы ещё раз. Что-то не слишком чисто здесь. На полу валяется одна жирная грязная тварь.
Имам выходит из кухни посвистывая. Со стоном сажусь и прислоняюсь спиной к ножке стола. Хоть бы брат не отреагировал. Меня больше волнует это, чем слова мужа. Но надеялась я зря. Только домыла пол на кухне, как во дворе раздаются крики. Замираю.