— Что произошло? — хмуро спрашивает дед. Дядя Зубаир подходит к Имаму и помогает встать.

— Ваш любимый внук был зол и решил сорвать его на мне, — криво ухмыляется.

— Да я тебя, — Ризван делает к нему шаг. Останавливаю. Имам до сих пор не понял, что слово деда для меня не закон. Пытается рассорить нас.

— Не стоит. Пройдём в гостиную, дед или здесь будем говорить? — Смерив меня взглядом, молча проходит в гостиную. Имам, скрипнув зубами, идёт следом. Вижу, как дядя оглядывается в поисках кого-то. — Она у себя. Можете позвать её в гостиную. Нам всем предстоит серьёзный разговор и новости, которые, возможно, вас не сильно обрадуют.

— Из-за Имама? — напрягается дядя.

— Да. Идите за тётей.

Дядя молча поднимается на второй этаж. Поворачиваюсь и подхожу к маме и жене. Вторая опускает взгляд. Боится? Я же сказал, что не буду бить Имама, но пару раз врезал.

— Что произошло? — тихо спрашивает мама, гладя по голове прижавшуюся к ней Айлин.

— Имам решил, что один дома и пристал к Айлин. И от его дружков узнал как они… — не могу продолжить. Ярость кипит словно вулкан.

— Если бы я знала, что такое случится, — качает головой мама. — Прости меня, милая. Я больше не оставлю тебя одну с ними.

— Пойдёшь с нами в гостиную или поднимаешься в комнату? — обращаюсь к жене.

— Можно… с вами? — короткий взгляд на меня и снова опускает глаза в пол. Успел заметить страх.

— Идём, — протягиваю руку и спустя секунду её ладонь ложится сверху.

Проходим в гостиную. Ризван не сводит угрюмый взгляд с Имама, а тот ёжится из-за этого. Сидит рядом с дедом. Нервный, да ещё и окровавленный подбородок придаёт ему тот ещё вид. Айлин сжимает мою руку. Чёрт, забыл о её страхе.

— Чудовище! — шипит мама и, подойдя к нему, даёт пощёчину. Имам дёргается, чтобы ответить, но Ризван оказывается рядом и, положив руку на плечо, сжимает.

— Только дёрнись, — сквозь зубы цедит друг.

— Как тебя только земля носит? — не успокаивается мама. — Да будь ты моим сыном, собственными руками убила бы!

— Будь у меня сильная выдержка, сама также поступила бы, — говорит тётя Мадина, появляясь в гостиной. Глаза красные, на лице гримаса отвращения.

Поразительное зрелище.

— Мадина? — изумлённо шепчет дядя.

— Знаешь, что твой сын хотел сделать? Знаешь, в какое чудовище он превратился? Да таких, как он вешать надо всем на обозрение! Правильно мать Айлин проклинала всех. Мы все заслужили ад. Мы с тобой, горюя о смерти, дочери совсем перестали являться людьми. Будь иначе, не позволили бы издеваться сыну над другой девушкой. Сами не стали бы причинять ей боль. Только с появлением Эльхана начала понимать, какими монстрами мы стали.

— Ты сама же поднимала на неё руку, — кричит Имам, вскочив с места.

— Да. Не отрицаю. Меня не оправдывает моё горе. Мне не стоило так с ней обращаться. Было множество выходов, но я смотрела на тот, который показали мне ты и твой дед! Вы вбили мне в голову, что она должна понести наказание. А я дура, которая всегда прислушивалась к старшим семьи. Дура, которая решила, что кто-то должен ответить за смерть моего ребёнка. И знаешь что? Лучше бы вместо Самиры умер ты. Ты именно тот, кто больше всего заслуживает этого. Ты и твой дед!

— Мадина, успокойся, — дядя обнимает плачущую тётю за плечи.

— Я разве не права? Твой отец виноват во всём! Эльхан прав во всём. Будь вы настоящей главой, думали бы о людях, а не о своей вражде и пролитии крови.

— Да что ты знаешь, женщина? — вскакивает возмущённый дед.

— Я что знаю? Я знаю то, что умерла моя дочь. Погиб мой ребёнок, но вы не дали даже земле высохнуть на её могиле, как приступили к пролитию новой крови. Земля до сих пор словно влажная. И это кровь Айлин не даёт ей высохнуть! Мы сами сделали все, чтобы наша дочь рыдала даже на том свете. Уверена, она считает нас всех мерзавцами. Радуется, что больше не принадлежит этой поганой семье!

— Ты только о своей дочке и пеклась всегда, — орёт Имам. — Самира то, Самира се. А я? Я ни тебе, ни отцу никогда не был нужен! Вы всегда отворачивались от меня!

— Мы отворачивались? Скажи спасибо своему деду! Это он забрал тебя у нас. Он нам ясно дал понять, что сам воспитает внука и чтобы мы, твои родители, даже не смели вмешиваться в это. И благодаря ему, ты стал таким чудовищем. Надеюсь, вы счастливы и довольны своим воспитанием!

— Я не отбирал у вас сына.

— Не врите! Вы даже наняли для него другую женщину для присмотра. Я даже кормить не могла своего сына без надзора этой женщины!

— Не смей клеветать на меня! Я заботился о внуке!

— О да, — усмехается мама. — Я отлично знаю, что чувствовала Мадина. Вы ведь и у меня пытались отобрать сына. Да только я не была вашей послушной невесткой и выгнала из своей комнаты постороннюю женщину. И вас не подпускала к нему. Мой муж был солидарен со мной, за что я благодарю всевышнего.

— Ты…

— Хватит! — повышаю голос, прекращая балаган. — Прошлое есть прошлое, и сейчас оно ничего не изменит. Я собрал всех не для обсуждения кто, у кого забрал. Хочу, чтобы все знали, что Имам сегодня же переезжает в дом одного из рабочих. Будет работать на тех условиях, что и раньше работали работники клана.

— Ты сказал, что жалованье будет как у них, а не рабочие часы! — рычит Имам, сверкая своим взглядом на меня.

— Это было до того, как я узнал о твоих дружках и аренде на несколько ночей! — жёстко произношу, подавляя его взглядом. С удовольствием добавил ещё пару тумаков мерзавцу…

— Ты не посмеешь…

— Не посмею?

— Айлин, скажи своему герою, чтобы не переходил грань. Иначе я…

— Иначе что? — хватаю за подбородок, пальцами, впиваясь в щёки. — Я тебя предупреждаю в последний раз: ещё хоть одно слово скажешь Айлин, я отрежу тебе язык. Прикоснёшься, сломаю руки, после чего отрублю. Усёк?

— Ненавижу тебя!

— Представь себе, это взаимно. Сейчас тебе помогут собраться и увезут в дом на окраине деревни. Твоих дружков тоже определю туда, но… Но, каждый будет делать свою работу. Узнаю, что ты свои дела скинул на кого-то, двадцать ударов плетью. На первый раз. С каждым разом удары будут увеличиваться на десятку. И не думай, что я ничего не узнаю. За вами будут наблюдать 24/7. Свободен, — отталкиваю его и, обернувшись, встречаюсь со взглядом, полным ужаса. Всё же стоило Айлин отправить к себе. И зря я перед ней сказал про плеть и всё остальное. Только начали сближаться, как теперь она опять начнёт от меня шарахаться. Всё заново? Похоже, да.