С экспериментом у меня нихера не вышло. Войд с аппетитом выедал одного орденца за другим, потому рассветный конструкт пошёл в разнос и без моей помощи. Зато созданный мной шарик хаоса отправился в поддержку армии арахнидов, когда парочку катапультирующих пауков попытались зажать и сожрать. Запустив сырой хаос в звериную свалку вокруг союзников, я спровоцировал неконтролируемые морфологические изменения тел. Проще говоря, у химер то лапы в ласты превратились, то х… хобот вырост на лбу, то реально глаза на жопу переместились. Как следствие, атака захлебнулась, так и не принеся должного результата.

Когда Войд притащил на вершину плато одного из братьев ордена, от того несло мочой и дерьмом. А ещё он ползал на коленях, бормотал на итальянском просьбы не убивать его, обещал рассказать всё, что спросят.

— Фу, — возмутился я. — Войд, не мог его в более товарном виде доставить?

Тот только фыркнул, но ответил по мыслесвязи:

— Ну извини. Радуйся, что хоть этого прикончить не успел. Так-то самого главного я упустил.

— Я радуюсь, что тебя копьё Рассвета не прибило.

Жаль, конечно, что главного взять не удалось, ведь сущность там была неслабая. Он не просто удержал разваливающийся конструкт рассветного копья, но еще и умудрился направить его на Войда.

Однако сам факт того, что взятый язык говорил на итальянском, уже намекал на причастность боевой группы к итальянскому крылу ордена.

Между тем Войд добавил, прежде чем вернуться в моё «Ничто»:

— Не знаю, важно это или нет. Но, кажется, исчезнувший брат владел магией крови.

Брови мои непроизвольно вздёрнулись в удивлении.

— А как же сопротивление магии Рассвета любой другой магии и невозможность объединить их?

— Ну да, ну да. А не ты ли у нас такой великий и уникальный ходишь с двумя первостихиями? — тут же отреагировал Войд, но заметив моё выражение лица добавил: — Молчу, молчу.

Он сыто рыкнул и исчез в моём пространственном убежище.

Так-то кровь тоже являлась одной из первостихий. И, собственно, как говорил мой иномирный братец, внутри него эти две первостихии уживались мирно, также как и внутри его отца. Поэтому выходило, что ничего экстраординарного в таком соседстве не было.

— Как исчез-то? — уточнил я вдогонку своему симбионту.

— Каплями распался и просочился сквозь кости в песок.

Это уже была зацепка. Если мне не изменяла память, тот маг, с которым мы встретились у источника жизни, как раз-таки подобным образом просочился внутрь купола. Он планировал вживить себе некий кусок розового кварца, отдалённо напоминающий то, что нынче находится у меня в груди вместо магического средоточия. Мог ли я сегодня встретиться со своим давним знакомым? Вполне. Это бы означало, что он успешно прошёл процедуру в источнике жизни и каким-то образом вживил себе ещё и магию Рассвета, пережив смерть и по итогу примирив между собой две первостихии.

Без поддержки ордена твари сдали позиции, хоть и продолжали яростно вгрызаться в пауков. Я же в результате экспресс-допроса не узнал ничего особо важного от брата Алонсо, кроме того, о чём и так догадывался: в командировку боевую группу отправил иерарх из Тосканы, главным у них был некий брат Секстус, личный поверенный иерарха. Больше пленённый «язык» ничего не знал. Касаемо сопровождавшей их армии тварей, то орденцы встретились с ней в заранее оговорённом месте, но никак не влияли на неё. Химеры действовали самоорганизованно, не подчиняясь братьям ордена. Брат Алонсо знать не знал, с кем, из-за чего и зачем они воевали. Братьям отдали приказ, они как верные последователи ордена его выполняли. Ничего о гробницах или могильниках он не знал. По своему разумению предполагал, что они воевали с некими тварями пустошей, валившими в сторону обитаемых земель. Ну а то, что на их стороне были химеры, так неудивительно: мало ли, кто-то из химерологов им благоволил и помог братьям ордена тайно, не желая открыто симпатизировать им.

В общем, брат Алонсо представлял собой великолепный образец преданного представителя ордена с запудренными мозгами и святой уверенностью в правоте их деяний. Как бы то ни было, после того, как я узнал всё, что хотел, оставлять в живых брата Алонсо не имело смысла. Белых и пушистых среди владеющих симбионтами в Ордене не было. А потому без зазрения совести я отправил брата Алонсо полетать с плато. Уж не знаю, по какой счастливой или не очень случайности, ему не повезло попросту разбиться об камни. Он упал на одну из паутин, приготовленных для ловли богомолов, а после, оплетённый, был уничтожен прочими арахнидами.

— Мог бы и мне оставить, — буркнул Войд.

— Хватит. Несварение желудка будет. Ты и так сегодня попировал на славу, — когда я это говорил, то не кривил душой.

Дело в том, что в магическом спектре обычно бесцветный горг нынче обзавёлся розоватым свечением. И вопрос здесь был не в цвете чешуи, а именно в появлении слабой едва заметной магической ауры.

Пока мы закончили с Алонсо, битва внизу завершилась. Оставшиеся в живых пауки уходили обратно за силовое поле, унося с собой раненых. Принц, до того точечно бивший огненными конструктами по вражеским подранкам, наконец выдохнул и предложил:

— Теперь-то можем возвращаться домой?

— Думаю, теперь да, — ответил я, но заметил: — Нам бы с тобой ещё один вопрос обсудить — эпически-мифического характера.

Принц хмыкнул:

— Эпически-мифического, говоришь? У нас так-то страна не маленькая. На её территории много чего припрятано. Но с твоим появлением эти все секреты вдруг наружу попёрли, как дерьмо из выгребной ямы, сдобренной дрожжами. Так что не удивлюсь, если ближайшие месяцы, а то и годы империя будет фонтанировать эпически-мифическими событиями вокруг тебя.

— Да, с дрожжами меня еще никто не сравнивал, — искренне заржал я, открывая портал в кабинет принца.

Махнув рукой и предлагая располагаться, Андрей Алексеевич тут же вызвал Железина и попросил сообразить нам что-то вроде лёгкого перекуса. После активного ведения боевых действий есть хотелось просто неимоверно, как для восстановления резерва, так и после пережитого всплеска адреналина.

Однако, как показала практика, с резервом-то у нас как раз всё было в порядке. Ибо и я, и принц предыдущую ночь провели в компании любимых и, что немаловажно, любящих женщин, которые щедро поделились с нами своей энергией. Я даже задумался: если принять как данность, что женщины имели возможность выступать этакими батарейками, становилось понятным заведение гаремов османами, индусами, персами. Другой вопрос, что были у меня подозрения, что подобное срабатывало далеко не всегда и не со всеми. Шансы повышались, если существовал хотя бы какой-то интерес и симпатия между одарёнными любовниками, а также родство первостихий, как в случае принца и Шанталь. Вряд ли такая подзарядка сработала если бы маги пристрастились просто трахать всех подряд магически одарённых девиц в округе. Надо будет как-нибудь поинтересоваться у бабушки на досуге, прав ли я в своих догадках.

А тем временем при взгляде на Железина у меня в голове всплыла ещё одна тема, которую необходимо было обсудить с принцем. И пока мы ожидали перекус, я рассказал Андрею Алексеевичу о наших достижениях в части создания биомагомеханических протезов.

Насколько я знал из имеющегося астролита и рения, полностью восстановили руки Олегу Ольгердовичу. С ногами пока вышла загвоздка, наши инженеры-артефакторы спешно создавали по аналогии прототип нижней конечности, но успехом пока похвастаться не могли. Зато вторым пациентом, получившим новые руки, стала дочка Белёва. Настя сейчас носилась счастливая у нас по особняку, занимаясь творчеством и заодно восстанавливая мелкую моторику.

Кроме отца, с ней по очереди занимались и Мясников, и Лапин, и Калинин, которые, по сути, прошли ту же программу восстановления после устранения причин паралича. Так что девчушка разом обзавелась тремя заботливыми дядями, каждый из которых пытался разнообразить в меру сил и свободного времени досуг ребёнка.

— Таким образом, сейчас мы упёрлись в нехватку рения и астролита. Того астролита, который ты нам предоставил в качестве подарка на становление главой рода, хватило на четыре протеза рук и должно хватить ещё на четыре. Пока предполагаем, что на протезы ног придётся тратить несколько больше, чем на руки. Но сам факт того, что мы смогли это сделать, меня непомерно радует. Кроме того, уменьшение доли астролита в готовом изделии уменьшает вероятность того, что наших ветеранов, прошедших процедуру восстановления конечностей, будут где-нибудь резать и потрошить на предмет добычи из них астролита. Массовая доля использованного рения превышает астролит едва ли не в десятки раз, а потому в общем объёме изделия звёздный металл практически незаметен. Лишь архимаг земли, специализирующийся конкретно на металлах, сможет определить наличие астролита в изделии.

Принц о чём-то раздумывал несколько минут, чуть щурясь, и, кажется, прикидывал в голове перспективы и выгоды от подобного изобретения. А после махнул рукой и светло улыбнулся:

— Всё получите в полном объёме и по первому требованию. Работать будете по имперскому заказу. У нас количество магов-инвалидов, которых можно поставить в строй, зашкаливает. С них и начнёте. Я объявлю на коронации, что под эгидой империи князья Угаровы на базе лазарета Пресветлого Пантелеймона займутся восстановлением кондиций ветеранов, потерявших конечности на службе. Империя полностью возьмёт на себя затраты в этом направлении. При этом я не собираюсь отнимать у вас патенты и прибыль. И если кто-то из наших аристократов обратится к вам за помощью, препятствовать не стану.

— А иностранцы? — спросил я.

— Надо прикинуть, сколько у нас иностранных магов со специализацией по металлам. Если никто не сможет определить состав используемого металла, то и боги с ними. Дерите с них три шкуры! Не обеднеют. А дальше посмотрим. Сколько изделий в месяц сможете изготавливать?

Я, признаться, даже опешил от скорости принятия решений принцем:

— Пока не могу сказать. Нужно уточнить у нашей проектной группы. И думаю, обсуждать выход на проектные мощности мы сможем, лишь когда разработаем ещё и действующий прототип нижних конечностей. До того объявлять о программе лечения на коронации будет преждевременно.

— Может ты и прав, сперва архивы поднимем и ревизию всех ветеранов и калек-магов в приоритетных для империи отраслях проведём, чтобы сразу понимать, какой объём работы вам предстоит, — внёс разумное предложение принц.

— Да и богадельни ордена тоже не мешало бы проверить, — внёс я собственное конструктивное дополнение.

— Проверим, не волнуйся. Это уже моя забота. Нужно же мне понимать, на сколько растянется возвращение в строй нужных нам людей. Это же резерв с боевым опытом. Им грешно пренебрегать. Кстати, о богадельнях… Я, кажется, догадываюсь, кто стал вашим первым пациентом. Адъютант княгини?

Я кивнул, но всё же решил внести ясность:

— Олег Ольгердович — сводный брат княгини, недавно был официально признан и введён в род.

— У него какой ранг?

— В бытность военных действий был семёркой. После содержания в богадельнях ордена, увы, просел ниже границы пятёрки. Но сейчас он под пристальным наблюдением: есть вероятность, что при восстановлении конечностей система энергоканалов восстановится полностью и начнёт заново прокачивать ману по организму и, возможно, заодно и подлечит его. Не факт, что та же семёрка будет, но до уровня магистра есть шанс дотянуться.

Принц покачал головой.

— Рад, что хоть отчасти причастен к его восстановлению. Исключительной верности человек.

— Поверь, мы до сих пор с княгиней под впечатлением, что среди кип отчетных документов ты заметил и запомнил один единственный факт, который вернул нам родную кровь.

— Зато он стал лучшим мотиватором для создания прототипа протеза, который теперь послужит целой империи. Иногда один малозначительный факт сдвигает с места вал событий. Эффект бабочки в действии, — улыбнулся принц.

Тем временем в дверь постучали. Получив разрешение войти, дворцовые слуги закатили столик на колёсиках со всевозможными закусками и питьём для того, чтобы мы с принцем могли утолить голод. Буквально за несколько минут нам сервировали стол, и слуги удалились. Ещё минут десять понадобилось двум молодым здоровым лбам, чтобы снести всё, что было на столе, а после откинуться на спинки кресел с блаженным выражением лиц.

— Всё, теперь я в благостном настроении и могу послушать легендарно-мифические новости, которые я уже предчувствую, что попахивают вселенским звездецом, — сообщил принц, со смехом поглядывая на меня.

Что ж, раз уж решился играть в открытую, я продемонстрировал принцу иллюзию испытания хаоса, через которое мне пришлось пройти, причём от первого лица. В процессе просмотра на лице у Андрея Алексеевича сменилось множество эмоций: от удивления при виде себя в стельку пьяным до полной ошарашенности и недоверия при виде нашей совместной работы с орденом. А уж когда я с Тамас Ашрам договорился, чтобы спасти хотя бы кого-то, принц невольно нахмурился. Единственный раз, когда на его лице скользнула улыбка, — это при виде принцев и принцесс медноволосых, которых фрау Листен успешно сопроводила в Тамас Ашрам.

Закончилась иллюзия гибелью столицы. Показывать принцу, что при этом Тадж остался жив, я не стал. Такой финал демотивировал и деморализировал. Так хотя бы у принца оставалась надежда.

— Те твари, которых мы видели в пустыне, и это войско — у них один и тот же создатель? Та склизкая туша, приползшая под стены столицы? — спросил принц.

Я кивнул.

— Так, может, нужно собрать всю мировую рать и попытаться убить его, пока он не набрал силу?

— Если бы всё было так просто, — пришлось признать мне. — Дело в том, что те самые могильники, которые строила империя вдоль пустошей, как раз-таки и оберегали нас от твари и её войск. И подозреваю, что сейчас могильники рушат орденцы, один за одним, пытаясь открыть дорогу для этих тварей.

— Но как же так? Они же снесут всех и вся. Орден ведь тоже исчезнет. Хотя… Наши орденцы ведь примкнули к нам, — рассуждал принц, пытаясь сопоставить факты из моего видения с реально существующими предпосылками. При этом у него мозг натурально кипел от обилия новой информации, а температура в кабинете медленно поползла в верх.

— Так наши, скорее всего, не в курсе были. Есть у меня подозрение, что они в нынешней системе ордена находятся где-то на задворках по неизвестным мне причинам, — высказал я свои догадки. — Не просто так ведь австро-венгры пришли их кошмарить. А сами орденцы вполне могут быть обмануты. Если им пообещали, что устроят хаос во всех империях, тем самым открыв дорогу к власти, сменив магически одарённых аристократов на братьев ордена, то вполне понятно, почему они так активно взялись гадить и в Европе, и у нас.

— Я не понимаю, что тогда нам делать? — спросил принц, заметив, как по его венам прокатилась волна огня. Сделав несколько глубоких вдохов, Андрей Алексеевич подавил силу и даже встал и приоткрыл окно, чтобы впустить свежий воздух и понизить температуру в кабинете. — Судя по возрасту детей, у нас лет десять-пятнадцать в запасе, в лучшем случае.

— В лучшем, — согласился я. — Я предполагаю, что копить силы, пытаться завести союзы с кем-либо из соседей для того, чтобы обороняться единым фронтом. По одиночке нас всех точно передавят, как слепых котят.

Принц сверлил меня задумчивым взглядом:

— Слепыми мы были в твоём видении. Сейчас пришлось прозреть резко, — принц отошёл от окна к карте мира на стене и принялся её разглядывать. — За десять лет можно постараться сколотить крепкую коалицию хотя бы с несколькими странами. Как минимум, мы можем договориться с Орциусами на фоне мести итальянцам, голландцев подтянуть через Зислангов, а через тебя и твоего отца навести мосты с конфедерацией индийских княжеств во главе с Раджпутаном. Ещё бы тебя императором Скандинавии сделать — и очень даже неплохой бы союз получился, — абсолютно спокойно продолжил размышлять вслух принц, водя пальцем по карте. — Слушай, а ведь на других континентах тоже свои пустоши есть. Как думаешь, они там откуда? Или у них свои злодеи имеются?

Я-то знал ответ на этот вопрос. Вероятнее всего, там осели части предыдущей армии Таджа, в своё время защищавшие людей. Они застолбили за собой определённые территории, сделав их своим ареалом. Но сказать такое принцу возможности не было. Поэтому я несколько приукрасил действительность и не договорил:

— Я думаю, что некогда подобная потасовка между людьми и тварями уже была. Части огромной армии химер были окружены и заперты в резервациях в надежде, что они там подохнут. Иного объяснения у меня нет.

— То есть точного местонахождения этого склизкого говнюка ты не знаешь? — наконец, решился задать мучивший его вопрос принц.

— Точных координатов у меня нет. Есть только знание, что мой прапрадед Ингвар Угаров попытался было схлестнуться с ним, отправившись на бой в полном комплекте родовых реликвий. Больше его никто не видел.

Принц нахмурился.

— То есть ещё твой прапрадед знал об этом уроде и ничего никому не сказал? Ещё тогда ему следовало пообщаться с остатками Чёрной сотни и с императором, чтобы организовать военный поход.

— Прапрадеда я безмерно уважаю, но понимаю его резоны. С его точки зрения, дед столкнулся с безумным химерологом, который самим фактом создания своих химер бросал тень на химеризм как на вид магии. А насчет императора… После событий в Карпатах они были на ножах. Вероятно, боялся, что ему не поверят и самого обвинят в запрещённых экспериментах.

— Да, — задумчиво пробормотал принц. — И ведь он был недалёк от истины. В любом случае время ещё есть. С Тамас Ашрам удалось договориться?

— В процессе, — я неопределённо помахал рукой. — Я так понимаю, решение принимается коллективно всеми отделениями по миру. Поэтому в случае необходимости доступ будем иметь не только мы, но и остальные представители человечества, если обратятся.

— Обратиться должны только наши союзники, остальным о такой возможности знать не пристало. Количество мест не безразмерное.

Я по-новому взглянул на принца. Он меня неприятно удивил подобной фразой.

— Не смотри так на меня, будто я мразь последняя, — верно прочитал мой взгляд Андрей Алексеевич. — Я сейчас о том, что необходимо даже нам составить списки для того, чтобы в случае необходимости места в убежище получили не просто женщины и дети, но ещё и те, кто смогли бы восстановить человеческую цивилизацию. А это маги, учёные, практики, фермеры, животноводы, артефакторы — те, кто смогут обеспечить еду, кров и защиту новым очагам человечества. Ты знаешь, сколько желающих будет попасть туда честными и нечестными методами?

— Догадываюсь, — не стал я отрицать логику в словах принца. — А ещё я догадываюсь, что Тамас Ашрам сам будет определять, кого впускать, кого нет. Это тогда всё случилось спонтанно. Так что этой организации будет глубоко до артефактного светильника, кого мы попытаемся туда протолкнуть. Закроют вход для всех — и останемся мы все подыхать у её порога. Подумай ещё и над этим.

Принц сосредоточенно кивнул.

— Кроме Тамас Ашрам, никаких мыслей, как обезопасить нас, пока нет?

— Есть кое-какие догадки. Если они подтвердятся после повторного визита в Скандинавию, — поделюсь.

— Ты же всё это знал… Почему раньше не рассказал? Ты в этом варишься не один месяц, — услышал я толику подозрения или недоверия со стороны принца в вопросе.

— А ты вспомни, каким ты был до того, как Шанталь тебя излечила от последствий принятия катализатора. Ты же вспыхивал по любому поводу. И с подобной информацией, даже с отсрочкой в десять лет, мог бы таких дров наломать, что мало бы не показалось.

— Вот же демоны, — выругался принц. — И здесь ты прав, друг мой. Тебе точно восемнадцать лет? Рассуждаешь не хуже того же Великого князя, просчитывая всё на несколько шагов вперёд.

— Восемнадцать, восемнадцать, — хмыкнул я. — Но в эпоху империй молодёжь взрослеет рано. Так что на себя-то посмотри. Тебе через полторы недели на трон садиться и управлять огромной империей, готовясь к отражению вторжения из пустошей. Кто бы говорил насчёт взросления?

Принц горько улыбнулся:

— Знаешь, очень надеюсь, что нас, таких рано повзрослевших в империи, достаточно, чтобы совместно не просто подготовиться, но и отбиться от этой твари. Желательно, конечно, без уничтожения столицы. А там как пойдёт.

За всеми последними событиями я некстати вспомнил, что должен был организовать Алексею мальчишник, но дельных мыслей у меня так и не возникло, потому я и обратился к принцу, раз уж мы перешли к неформальному общению:

— Мне нужно дяде мальчишник организовать, а я ни разу не злачная личность. Кроме «Бересты» и не был нигде. Да и дядя — человек спокойный и степенный, на вашем вассале женится, Марии Анатольевне Берсеньевой, если знаешь о такой.

— Знаю, вырождающаяся ветвь интуитов из ближников то ли деда, то ли прадеда. Надо бы подарок приготовить от нас, — тут же спохватился принц. — Но я не припомню приглашения на свадьбу…

— Их не рассылали, — успокоил я принца. — Торжество будет скромным, семейным. Там проблемы с долгами у невесты были, потому особо не хотели афишировать торжество.

— Какими долгами? — тут же нахмурился принц.

— Дядя невесты сделал ряд неудачных инвестиций и заложил земли племянницы, пока был опекуном. Мы, что смогли, выкупили через третьих лиц, долги закрыли, но корабли и завод на берегу так и не вернули.

— Разберёмся… — протянул Андрей Алексеевич и сделал себе пометку в записной книжке. — Жаль, что такой род в небытие канет после свадьбы последней наследницы… Ведь сильны были, не раз Пожарским жизнь спасали.

— Надеюсь, не канет, — поспешил я успокоить принца. — Дядя тоже интуит, Угаровы берут Берсеньевых младшей ветвью в клан и обязуются отпустить в род всех наследников, обладающих даром интуитов. Попробуем с помощью примитивной евгеники не дать угаснуть пассивному навыку.

— Когда? Вот когда ты этим успеваешь заниматься? — принц вернулся на своё место, откинувшись на спинку кресла. — И ведь всё по уму и по совести делаешь!

— Сказал мне наследник престола, решающий проблемы целой империи, — не остался я в долгу.

— Ай, боги с ними, с этими проблемами, — отмахнулся принц. — Если дядя твой не светский кутёжник, то приглашаю вас в наш охотничий домик на Ильмене. Там и рыбалка, и охота, и банька. Тишина и красота. Опять же и земли невесты рядом.

— Удобно ли будет? — опешил я от такого «царского», вернее императорского предложения.

— Я внешность изменю, чтобы не смущать твоего дядю. В конце концов, могу я хоть одни выходные для разнообразия отдохнуть в тишине и спокойствии да в хорошей компании?

— Можешь… — машинально подтвердил я, отчего-то мысленно подумав, что мальчишник с участием наследника престола априори не может быть тихим и спокойным. Как же я оказался прав…

От автора:

Друзья, благодаря вам и вашей поддержке я как-то выбрался в топ-50 авторов АТ абсолютного рейтинга. Признаться, поведала о достижении супруга. Сам как-то не отслеживал.

Спасибо вам за чтение, за комментарии, за идеи, за шутки, за обсуждения, за поддержку и за отношение ко мне не как штамповщику прод, а как к человеку. Бывало за 3 года всякое, и болячки, и семейные проблемы, и командировки, но вы всегда поддерживали. Это большой кайф найти стольких людей, с которыми оказался на одной волне. Спасибо вам, что поддерживаете огонь творчества, не давая ему угаснуть в быте, работе, семье. Обнимаю всех!