Кун Мэй была в откровенном шоке от всего происходящего. Меньше всего она ожидала, что парень, чуть ли не случайно забредший в поселение при демонической секте, вдруг сам окажется способен договорится с могушественным демоном. Ещё и называя эту демоницу роднёй.

От этого просто голова шла кругом. Пускай даже сама демоническая лиса не признала родства, но Мэй допускала, что оно все же было. В клане им рассказывали про разнообразных полукровок и даже просто про иные народы, что могли выглядеть как люди, при этом людьми не являясь.

И кульминация всего этого безумия, он предложил демону ученичество. Сам при этом не будучи даже Мастером (3), не говоря уже о Наставнике (4). И ведь Хули Цзин на это согласилась.

Это было уже совершенно за гранью. Кун Мэй тогда стояла, словно громом пораженная, и не могла вымолвить ни слова. Предложение стать учеником… от кого? От юнца, чья духовная сила едва достигала четвертой стадии Новичка (1). Пускай сам парень заливал про знание и всё такое прочее, Мэй просто отказывалась понимать происходящее.

А ведь потом была ещё и сама демоническая лисица. Она пугала до дрожи. И по какой-то причине тут же пресекала любые попытки Мэй вести себя так же храбро, как Ян Джун, Хули Цзин тут же смотрела ей в глаза и насылала ужасные образы. Мэй не знала, делала ли она то же самое с Джуном, но сама после нескольких попыток перестала пытаться демонстрировать храбрость и силу.

Это было унизительно: какой-то деревенский бродяга мог смотреть в те жуткие черные глаза, полные древней мощи, и болтать с демоном как со старой знакомой. А она, Кун Мэй, воспитанница элитного клана, тряслась за свою жизнь. В такой ситуации волей-неволей, а задумаешься, что делать дальше и куда идти.

Свой клан она покинула сама, желая присоединиться к неортодоксальной секте в поисках истинного знания и силы. Из секты её выгнали за слабость. И что теперь? Куда ей идти и что делать?

Она думала над этим все дорогу обратно до деревни, и пока они находились там. И будто как символ неба, Ян Джун, прежде чем распрощаться с ней, отдал Мэй солидную часть съестных припасов, которые удалось вытрясти из местного старосты. Ещё и рассказал про переодически идущие через деревню корабли. На чем распрощался и ушел.

Кун Мэй стояла на краю убогой деревенской пристани, сжимая в руках узел с припасами. Ветер с реки трепал ее некогда безупречные одежды, теперь мятые и испачканные. В ушах еще стоял его спокойный голос:

— Они ожидают возвращения корабля, ушел на юг в начале месяца. Если все пойдет хорошо, то уже через полтора десятка дней ты сможешь отправиться с новым кораблем в землю кланов, либо же вернуться на север с тем, что возвращается из путешествия, — он посмотрел на неё спокойно, изложив всё как есть. — Что делать дальше решай сама, я же пойду по земле, мне будет чем заняться в пути.

На этом он кивнул, развернулся и ушел.

Решай сама. Когда-то она очень хотела решать сама за себя, без старейшин клана, без старших учеников, что любили всем навязывать своё мнение. Теперь же было решительно не понятно, куда податься.

Этот парень, Ян Джун, проявил к ней доброту, а в его способности решать, казалось бы, нерешаемые проблемы, она уже убедилась. Можно было бы попробовать напроситься в дорогу вместе с ним, если бы не несколько моментов. Во-первых, с Джуном сейчас путешествует демоническая лисица, которую Мэй откровенно боялась. Во-вторых, совсем недавно сама Мэй настаивала, чтобы их дороги с парнем разошлись. Напрашиваться после такого в совместное путешествие было попросту стыдно.

Стыд — знакомое, обжигающее чувство. Оно гнало ее из клана, когда она не соответствовала ожиданиям. Оно терзало ее в секте, когда ее способностей не хватало. Теперь же оно приковывало ее к этому жалкому причалу, не давая сделать шаг по той тропе, где исчез Ян Джун.

Она сжала узел так, что костяшки пальцев побелели. «Решай сама». Проклятые слова. Они звучали как дар, но несли в себе тяжесть целого мира. Она всегда хотела свободы выбора, но теперь понимала, что настоящая свобода — это не отсутствие ограничений, а полная ответственность за последствия. И это было страшнее любого приказа старейшины.

Корабль на юг, в земли кланов. Возвращение с повинной головой. Пожизненное клеймо неудачницы, которая не смогла найти себя даже среди еретиков. Возможно, над ней сжалятся и выдадут замуж за какого-нибудь классного слугу, чтобы принять его в род и тем самым наградить. Ее жизнь превратится в длинное, бесцветное ожидание конца.

Дорога на север была ещё хуже. Если из клана она ушла сама, то из секты её изгнали. Убьют ли её или сделают рабыней? Быть может наоборот, её там ждет задание и испытание, чтобы доказать свою силу и вернуться в секту? В любом случае, вместо долгого ожидания конца, это могла бы быть более скорая, но и более мучительная и унизительная смерть.

И… тропа. Та самая, что вела вглубь диких земель, куда ушел он.

Мысль о демонице заставляла ее внутренне содрогаться. Но сквозь страх пробивалось иное, новое чувство — жгучее любопытство. Как? Как этот парень, чья сила была ничтожна даже по ее меркам, умудрялся не просто выживать рядом с таким существом, но и договорится с ней? Чего он знал такого, что было недоступно другим?

Он проявил к ней доброту. Несмотря на ее высокомерие, на ее попытки дистанцироваться. Он не высмеял ее страх и не потребовал благодарности. Он просто дал ей еду и информацию — инструменты для выживания и выбора. Поступил бы так кто-то из ее клана? Вряд ли. Они бы либо проигнорировали слабака, либо воспользовались его беспомощностью.

Воздух с реки стал холоднее. Солнце клонилось к горизонту, окрашивая воду в цвет крови. Полтора десятка дней. У нее было время подумать. Но разве большее количество дней прояснит что-то? Или она просто будет сидеть здесь, парализованная страхом и стыдом, пока корабль не придет и не унесет ее к предопределенной, безрадостной судьбе?

С другой стороны, вернувшись на земли кланов она не была обязана возвращаться в родной клан. Ян Джун упоминал «великий храм знаний», в который направлялся. Вариантов, что это могло бы быть не много. По настоящему огромная, но при этом открытая для всех библиотека была только в Зеленой Крепости. И если Мэй направится на юг никто не помешает ей попасть в этот «храм знаний».

С глубоким, прерывистым вздохом Кун Мэй опустила тяжелый узел на землю. Мысль о Зеленой Крепости и ее легендарной библиотеке зажгла в ней слабый, но упрямый огонек. Это не было бегством. Это был путь. Путь, который она выбрала сама.

Вернуться в родной клан — означало признать поражение. Отправиться на север — бросить вызов судьбе, к которой она была не готова. А вот Зеленая Крепость… Это был нейтральный, уважаемый всеми центр знаний. Там не будут смотреть свысока на изгнанницу клана. Там ценят самих искателей истины, а не их происхождение. И самое главное — это даст ей время.

Время стать сильнее. Время подумать и ещё раз решить самой, что делать дальше. Если Небу будет угодно, то она встретиться с Ян Джуном ещё раз. Что Мэй будет делать в этот момент она и сама не знала, но, как уже говорилось, у не будет время это обдумать. Если же встреча не состоится, то даже так, у неё будет отправная точка, чтобы решать дальше. «Решать самой», как он сказал.

— Вот уж не думала, что скажу это, но «спасибо», — произнесла она тихо, вслушиваясь в течение природной Чи, пытаясь почувствовать Ян Джуна и Хули Цзин. Она действительно заметила сияние их силы, особенно лисицы, но стоило им лишь немного отдалиться от поселения, как это сияние исчезло. Мэй сначала даже не поверила собственным чувствам, но больше она их не чувствовала. — Великое Небо. Похоже ты действительно не совсем человек. Если вообще человек.

***

Спасенную от Хули Цзин деревню я постарался покинуть как можно скорее. По разным причинам. Но больше всего я хотел как можно скорее провести демоническую лисицу в мир своего сна. Там, с поддержкой Почтенного Наставника мне можно будет уже не бояться её.

Да и хотелось пару вопросов Наставнику задать. Начиная с того, что он не рассказал про некоторые тонкости духовного чутья и заканчивая тем, почему я готовился встретится с демонёнком, а в итоге получил вполне взрослую особь. Я так спешил, что даже Хули Цзин заметила это и решила поинтересоваться о причине:

— Смертный, куда ты так торопишься? Бежишь от кого-то? — так как лиса сидела на ларе прямо позади моей макушки, голос её прозвучал интимно близко, буквально на ухо. От этого по спине пробежали мурашки, в сердце чуть не ухнуло в пятки. — Может быть от подружки, которую ты решил кинуть в деревне.

Я не оборачивался, ускоряя шаг.

— У меня есть секреты, которые я готов доверить тебе, но не ей, — демонице надо было что-то ответить, при этом оправдываться совершенно не хотелось. Я продолжал идти, не поворачивая головы, но чувствовал её взгляд на затылке, она ждала продолжения. — Ты скоро все увидишь своими глазами.

— Надеешься на стороннюю помощь, может желаешь предать и заманить в ловушку? — мой затылок обдал горячий воздух. Как будто огромный зверь, распахнул пасть, готовый откусить мне голову.

Только Небо знает, каких усилий мне стоило не обернуться и не испачкать штаны от страха в этот момент.

— Я не собираюсь нарушать договор, — говорю со всей убежденностью, какую только смог из себя выдавить.

— Договор? — она рассмеялась и ощущение чужого дыхания на затылке исчезло. — И люди, и демоны любят переписывать дороговоры, либо же разрывать их силой. Но твоя уверенность забавляет. Хорошо, веди и показывай, что хотел. Только не забывай, что в случае обмана ты умрешь первым.

— Хорошо, — коротко бросил я, присматривая дерево, под которым я мог бы устроится для сна.

Такое место нашлось быстро, в корнях раскидистого орехового дерева, среди которых можно было спокойно расположиться. Ну как спокойно? Я хотел снять ларь со спины, но Хули Цзин не спешила с него спрыгивать, даже когда я демонстративно взялся за лямки.

Помня, как мне пришлось совсем недавно надевать ларь с сидящей лисицей, я таким же образом его снял. Достаточно аккуратно, как по мне, а демоница ничего мне на этот счет не высказала.

— Мне нужно коснутся тебя, — говорю, устраиваясь рядом с ней.

— Что это ты придумал? — лисица махнула хвостом. Звериная мордочка была довольно мало выразительна, но она смогла одним взглядом передать скепсис и даже угроза.

— То, что я хочу тебе показать требует физического контакта для совместного перехода, — ответил я, не вдаваясь в подробности, что за переход. — Иначе ты останешься здесь. Одна.

Хвост Хули Цзин замер. Казалось, даже лес притих в ожидании её реакции. Затем она фыркнула, и в этом звуке слышалось раздражение, смешанное с любопытством.

— Ты требуешь слишком много, смертный. Моё доверие — не дешёвая монета.

Вопреки собственным словам она подняла лапу. Намек был более чем понятным, так что я положил руку перед ней на крышку ларя. Хули Цзин тут же положила свою лапу поверх моей ладони. Прикосновение обожгло холодом. Не физическим, а от соприкосновения с несоизмеримо более мошной Инь Чи.

Через одежду, когда она положила руку мне на грудь, это почти не ощущалось. А вот при чистом соприкосновении, ощущения были даже слишком яркими, так что пришлось прилагать усилия, для того, чтобы игнорировать чужую энергетику и все же переместиться в мир своего сна.

Почтенный Наставник говорил, что это место может выглядеть так, как я того желаю. И мы несколько раз «уходили» в другие места, чтобы потренироваться. Но чаще всего я вижу ту же картину, что и в первый раз, одиноко стоящий особняк. Не очень большой, но явно не крестьянский дом.

И конечно же меня, как всегда, встречал Почтенный Наставник.

— Вижу, ты все же решил привести её сюда, — сказал он вместо приветствия.

Хули Цзин в этот момент когтями вцепилась в мою руку. Переноса в иное измерение она точно не ожидала. Я не стал вырываться, откровенно опасаясь лишиться кисти от одного неосторожного движения.

— Что всё это значит? — демоница ощетинилась, показав клыки.

Вот только гордого превосходства в ней ощутимо поубавилось. Всё же, Почтенный Наставник, как и она, был Мастером (3). Так что тут уже не получится просто уповать на подавляющую силу, как было со мной.

— Я обещал тебе знание и в этом месте ты сможешь его получить, — говорю осторожно. — Как уже сообщалось, я не собираюсь предавать нашу договорённость и если ты успокоишься, то тебе не будет ничего угрожать.

Почтенный Наставник оставался невозмутим. Он медленно сложил руки в рукавах, склонив голову в согласном поклоне. При этом взгляд его на демоницу был внимательными острым. Он был готов в любой момент атаковать, если уговоры на неё всё же не подействуют.

Приятно, конечно, что он готов меня защищать, но лучше бы он привел сюда Прекрасную Наставницу. Она намного больше искушена в искусстве дипломатии.

— Ничего не угрожает, говоришь, — рыкнула Хули Цзин, всё ещё недовольно поглядывая на Почтенного Наставника.

— Так и есть. Пока гость ведёт себя как гость, ему гарантирована безопасность. Ты вошла сюда по договору, заключенному с моим учеником. Этот договор будет соблюдён, — Наставник ещё раз кивнул. — Более того, согласно вашей договоренности я готов обучать тебя духовному искусству.

— Если боишься или хочешь отказаться от обучения у Наставника, то я готов вернуть нас обратно в реальный мир, — предлагаю ей как альтернативу. В конце концов она согласилась обучаться у меня и я мог бы просто передавать ей наставления от Почтенного Наставника, а не скидывать её на него.

— Боюсь? Поговори мне ещё, щенок, — фыркнула лиса, чуть ослабляя давление когтей на мою руку. — Я просто не ожидала, что предложенное тобой обучение будет… таким.

Она не стала уточнять, каким именно, но по тому, как её хвост медленно опустился, а шерсть на загривке легла, было ясно — непосредственной угрозы она больше не чувствовала. Её цепкая лапа всё ещё лежала на моей руке, но это больше не напоминало непосредственно угрозу оторвать мне конечность.

— Страх — разумная реакция на неизвестность, — парировал Почтенный Наставник, и в его голосе не было ни насмешки, ни упрёка. — Равно как и осторожность. Но теперь, когда неизвестность отчасти развеяна, давай перейдём к сути. Мой ученик пообещал тебе знание. Я готов его дать. Вопрос в том, готова ли ты его принять.

— Очередные условия и правила? — Хули Цзин прижала уши и подозрительно прищурилась.

— Без этого никуда, — впервые за весь разговор Почтенный Наставник издал смешок. — Но тут правила просты. Полученные тобой знания будут только твоими, и как их использовать ты будешь решать сама. Разве что мой ученик взял в тебя плату: отказ от пожирания людей. Но у меня есть ещё одно условие: ты не должна никому вредить здесь, в этом месте, которое приняло тебя как гостя и ученицу.

Лиса задумалась. Её черные глаза скользнули с лица Наставника на меня, затем окинули недвижимый пейзаж с одиноким особняком. Воздух здесь был иным — густым, наполненным тишиной и скрытой силой, которую я раньше не замечал, но теперь осознал в полной мере.

— Ладно, — наконец выдохнула она, окончательно убирая когти. — Я принимаю твои условия. Что дальше?

— Располагайся, — Наставник кивнул на особняк. — Для тебя выделят отдельную комнату. Сегодня ты можешь отдыхать, есть и говорить с местными обитателями. Если хочешь, то я готов уже сейчас ответить на твои вопросы касательно духовных искусств, но полноценное обучение начнется завтра.

Хули Цзин медленно, с царственным видом, сошла с ларя и, не оглядываясь, направилась к дому. Её пушистый хвост метёлкой выписывал в воздухе загадочные узоры. Только когда она скрылась за воротами, я наконец выдохнул, чувствуя, как напряжение медленно покидает плечи.

— Ну что, ученик, — Наставник так неожиданно обратился ко мне, что я даже вздрогнул. — Похоже, у тебя накопились ко мне вопросы.

— Вопросы? — я сдержанно рассмеялся. — Учитель, это мягко сказано. Вы готовили меня к схватке с демонёнком, этаким неопытным щенком, а я привёл в наш священный сон полноценную, матёрую Хули Цзин, чья сила явно выше моей в десятки раз!

Наставник вздохнул, и достаточно ясно намекнул своим взглядом, что считает меня не очень умным человеком. Я в ответ только упрямо нахмурился. Про себя лишний раз подумав, что в родной школе меня за такое уже бы выпороли бы, а то и просто изгнали бы.

Но Почтенный Наставник всегда позволял мне многое, что уже вошло в привычку.

— Ты зря думаешь, что встретил матёрого демона. Она действительно всего лишь щенок, едва ли лет сто двадцать разменяла. Может сто пятьдесят, — обьяснил он мне как маленькому. Я же несколько раз молча моргнул, пытаясь увязать его слова в некую осмысленную последовательность мыслей.

— Щенок более ста лет от роду? — самостоятельно все это осознать у меня не получилось, а потому я задал уточняющий вопрос.

— А ты думаешь, что бессмертные добиваются всего в первые десять лет жизни и потом только пьют вино и девок лапают? — он фыркнул. — Истиной силы достигают веками, а по настоящему великими становятся спустя тысячи лет. Те же Хули Цзин, чья сила привязана к их хвостам. Они первые сто лет вообще мало чем от животных отличаются, ну или от людей, в зависимости от того, кем был второй родитель маленького демоненка. И только спустя сто лет они пробуждаются сразу как Мастера (3), минуя ступени Начинающего (1) и Ученика (2). И теперь ради второго хвоста и ранга Наставник (4) она должна или ещё сто лет жить в каком-нибудь насыщенном Чи месте, чтобы пассивно его поглощать, или жрать людей. Очень много людей.

— Значит, она только что стала Мастером? — медленно переспросил я. — Но ведь она куда опаснее, чем я себе представлял.

— Стоит тебе понимать разницу между «опаснее» и «опытнее», — Почтенный Наставник усмехнулся. — Мы отправили тебя к неопытной девчонке и ты действительно смог с ней договорится. Хоть и натерпелся страху. Она же поверила тебе, так как в масштабах мира людей её сила начинающего Мастера (3) — это пшик. Так что тебя не обманули, ученик, ты действительно столкнулся с щенком.

Я попытался переварить сказанное, отводя взгляд к особняку, где теперь скрылась лисица. То, что для меня — великая сила, для этой странной духовной иерархии — лишь юная лиса в начале пути.

— Каждый хвост — предел определённого рубежа силы, — с готовностью ответил Наставник. — Один хвост — пробудившийся дух, Мастер (3). Два — Наставник (4); третий и четвёртый открывают перед демоном путь к подлинному бессмертию и вершинам искусств, рангам Почтенный Воин (5) и Предок (6), но тебе пока рано думать об этих высотах. Девятихвостая — это уже поистине древняя сущность, кого боятся даже бессмертные и боги Небес. Но редко кто доходит до девятого хвоста. Чем выше ранг, тем сильнее барьер преодоления, как и у людей.

— Значит, получается, чем больше у неё хвостов, тем опаснее она становится? — пытаюсь уложить в голове новую картину мира. Такое чувство, что мироздание только что стало больше и сложнее, а я, соответственно, стал ещё более незначительным и маленьким в своих собственных глазах.

Не то чтобы я раньше считал себя очень значимым и могучим, но Мастера (3) раньше для меня были великими практиками и бессмертными мудрецами. А в контексте Хули Цзин это буквально только начало пути, даже не середина того, чего можно было бы достичь.

Просто нет слов.

— Достаточно очевидна закономерность, не так ли? — слова Наставника сочились иронией. — Это все вопросы или есть что-то ещё?

— Почему вы не разъяснили мне, что в разных местах уровень Чи Неба и Земли отличается? — у меня действительно был ещё один вопрос, который я тут же задал.

— Я неоднократно говорил тебе, что лучше заниматься в этом пространстве, но ты так и не поинтересовался почему. Если каждое знание вкладывать тебе в рот уже разжеванный, то ты не только перестанешь его ценить, но разучишся размышлять самостоятельно, — насмешка пропала из его голоса, уступив место строгости. — Так что думай, ученик, углубляйся и расширяйся в своём знании. И не стесняйся задавать вопросы.

— Спасибо за науку, Почтенный Наставник, — я тут же поднялся с земли, на которой до сих пор сидел и исполнил почтительный поклон младшего старшему.

Я удерживал поклон чуть дольше обычного, стараясь собраться с мыслями. Ведь одних только новых терминов и открытий оказалось куда больше, чем я ожидал. И все это дополнительно осложнялось тем, что рядом со мной будет обучаться демоническая лиса.

Успею ли я сравняться с ней в силах до того, как она обретёт второй хвост и вырвется ещё больше вперёд? Не было ли ошибкой приводить её сюда? Ведь теперь у меня есть все шансы стать просто слугой при ней, который будет водить её обучаться у мастеров, сам при этом катастрофически от ней отставая.

Так себе перспектива.

Почтенный Наставник выжидал, не торопя меня со следующим вопросом. Я обвел взглядом своё внутреннее пространство: тишина, одиночный особняк, мерцающие в воздухе реки Чи… Здесь даже мысли текли иначе.

— Учитель, вот что меня волнует, — наконец прервал я свою паузу. — Если сила и мудрость копятся веками, то почему демоны вроде Хули Цзин охотятся на людей, а не просто уходят в медитацию на тысячи лет? Ведь для них время течёт иначе.

— Многое ты поймешь просто наблюдая за нашей гостьей, но кое-что можно и разъяснить, — Наставник развернулся и сам направляясь к особняку. — Эти существа не просто так почитаются, как демоны. Можно быть бесконечно мудрым и могущественным и оставаться рабом своих желаний и сиюминутных побуждений.

Сделав несколько шагов, он остановился и обернулся ко мне через плечо пронзив меня внимательным и даже предупреждающим взглядом.

— Поэтому ортодоксальные пути делают такой упор на моральные добродетели и нравственное развитие учеников. Без подобных ограничений даже могущественные духовные практики остаются безумными животными. Во всех смыслах этого обозначения.