Нилак проснулся от ощущения чьего-то присутствия, открыл глаза, и в этот момент кто-то постучал.
— Кто там?
— Босс, это Рейн. Завтрак готов.
— Иду.
Нилак сел на кровати и вдруг замер, закрыл глаза. Мысли гуляли, но он сфокусировался на центре груди и начал наблюдать. База знаний подсказала, как сконцентрировать внимание и распознать ощущения.
Как только его внимание пристально и недвижимо зафиксировалось, он начал ощущать что-то среднее между зудом и щекоткой в промежности — словно «мурашки». Продолжая концентрацию на промежности, ощутил еле уловимый жар. Он чётко понимал из выученной базы, что там находится средоточие его Пси-энергии. Он мысленно «потянул» энергию вверх и остановился на центре груди — там всё пульсировало. В базе это называлось пси-ядром — тёплый, живой сгусток энергии. Он чувствовал его отчётливо, как чувствуют биение сердца или тяжесть в желудке после еды. Только ощущения были другими. Это ядро было окном интуитивного восприятия окружающего мира. Он «поднял» энергию ещё выше, на уровень межбровного пространства, и понял, что, сосредотачиваясь так, он может тонко влиять на окружающий мир.
«Вот оно что, — озабоченно подумал он. — Так работает оперирование энергией Пси!»
Он мысленно потянулся обратно к средоточию в промежности, и оно снова отозвалось лёгкой вибрацией. Это его резервуар, или можно назвать аккумулятор, энергию из которого можно расходовать и который можно заряжать. Интуитивно он осознал, что в текущий момент Пси-энергия не расходуется, знал, какими методами можно её накапливать, как воздействовать на людей, как экономить её, как преобразовывать в физическую и ментальную. Уровень энергии был почти полным — как будто полностью утолил жажду. Он теперь знал, что если перенапрячь своё Пси, можно остаться совсем без сил, как после долгого физического перенапряжения, и не будет хотеться ничего делать. Просто не будет жизненной силы, наступит апатия, нежелание действовать.
«Сейчас, процентов… скажем, девяносто пять», — прикинул он.
Нилак удовлетворённо кивнул и направился в душ. После душа вышел распаренным, набрал стакан холодной воды, чтобы прополоскать рот, задумался и продолжил эксперименты. Он мысленно сконцентрировался на средоточии в промежности, «взял» немного энергии и направил её в межбровье с чётким намерением сделать воду теплее, потянулся к стакану, потрогал воду пальцем — и вода стала тёплой!
Его захватил дикий азарт исследователя. База была не очень большой, но достаточно для фокусов или простенькой «магии».
Он, довольный и воодушевлённый, быстро привёл себя в порядок, натянул чистый комбинезон — тёмно-синий, без знаков отличия. Чётки Джоре повесил на шею, сконцентрировался на них и ясно понял, что они сделаны из материала, который концентрирует энергию Пси и может быть дополнительным аккумулятором — реально внешним пауэрбанком, который медленно накапливает энергию через руки при перебирании. Когда он будет читать мантру на санскрите, энергия пространства вокруг будет преобразовываться в Пси и через руки передаваться артефакту, и при резком расходе можно подключиться к ним и взять накопленный запас энергии. И если место, где он находится, активно с точки зрения Пси, как в пещере на его планете, то скорость зарядки возрастает.
В гостиной уже накрывали стол. Пищевой синтезатор в этом доме оказался на удивление хорош — Алаки колдовала у панели управления, выставляя параметры, нарезала какой-то салат из местных овощей и фруктов. Даналин сидел в кресле у окна, читал новости через нейросеть, Линала молча раскладывала тарелки. Рос и Рейн уже заняли свои места.
— Доброе утро, — Нилак опустился на стул. — Что на завтрак?
— Я приготовила салат из овощей и трав, которые выращивают на планете. А также в синтезаторе приготовила гранулированную кашу с высоким содержанием железа и витаминов. Есть ещё натуральный каф.
Она поставила перед ним тарелку и чашку, и запахло настоящим земным кофе. Нилак аж вслух произнёс нечленораздельное «ммрм» — так он соскучился по этому запаху.
Она села напротив и посмотрела на него с улыбкой. Нилак вдруг почувствовал её тревогу — не словами, не мимикой, а как лёгкое облачко напряжения, висящее над ней. Она улыбалась, но внутри была неспокойна. «Переживает за семью? Или за что?» — подумал он, но спрашивать не стал.
— Ты выспалась? — спросил он вместо этого.
— Нормально, — она пожала плечами. — Место удобное, кровать мягкая. Спасибо, что отдельную комнату выделили.
— Если тебе неудобно, я не настаиваю, можешь спокойно ездить домой.
Она покачала головой:
— Нет, всё хорошо.
Он взял столовые приборы и начал поглощать пищу. И тут появились ощущения, на которые он раньше не обращал внимания. Это было с ним всегда, едва различимо, просто база подсказала, на что обратить внимание. Еда тоже содержала Пси-потенциал — еле-еле различимый, как почувствовать песчинку на коже. В обычной жизни ты не обратишь на это внимания, но когда знаешь, куда «смотреть», всё становится по-другому. Свежие овощи были более насыщенными, он ощущал остатки присутствия энергии, а каша была мёртвой — совсем. Вкусной — да, но в ней не было даже песчинки, даже капельки Пси.
Он оторвался от еды, потому что почувствовал лёгкое давление на границы сознания. Кто-то аккуратно, почти ласково, пытался прощупать его. Даналин.
Нилак, даже не думая, автоматически выставил ментальный щит. Не стену — скорее плотную дымку, которая скользила по поверхности, не пуская внутрь. База «Пси-защита» сработала мгновенно, на рефлексе.
Аграф удивлённо поднял бровь и произнёс:
— Ага, значит, осваиваешься. — И улыбнулся с одобрением.
«Попытка не удалась, друг мой», — мысленно усмехнулся Нилак.
Он принялся за еду. Люда тем временем развернула перед внутренним взором отчёты рода. Нилак пробежал по ним глазами, и цифры заиграли новыми красками. База «Финансовый анализ» (4-й уровень) превращала сухие колонки в живые графики: тренды, точки риска, прогнозы. Он увидел отчёт по Лоусону, моментально прикинул, что долги такими темпами тот закроет через четыре месяца. Накидал варианты реинвестирования прогнозной прибыли в расширение мощностей. Просмотрел ещё несколько аналитических сводок по делам на планете.
«Ладно, потом разберусь», — свернул панель и отодвинул тарелку.
— Алаки, у меня к тебе три задания.
Она подобралась и приготовилась внимать.
— Первое: найди место для тренировок. Неподалёку от дома, желательно закрытое помещение, чтобы можно было отрабатывать навыки, в том числе и стрельбу. Забронируй утреннее время на следующие пару недель, чтобы лишних в это время там не было. Второе: подготовь аналитику по бизнес-нишам в столице. Что сейчас востребовано, какие есть свободные сектора, стартовый капитал, риски. Нам нужно понять, куда вкладывать средства. Третье: начиная с завтрашнего дня назначай встречи с кандидатами из расчёта, что утром у нас три-четыре часа тренировки, вечером пять часов я в капсуле.
— Сроки по нишам? — спросила она.
— По нишам — день, не больше. Нет времени на раскачку.
— Поняла.
Даналин отвлёкся от новостей.
Нилак допил каф и встал. Коротко сконцентрировался — усилил внимание, взял под контроль мысли, убрал лишнее. Осталось только важное: встреча, задачи, безопасность.
— Рейн, поедешь с Алаки, съездите, посмотрите площадки. Рос, ты со мной — к обеду прилетит Дориан. Хочу проветриться, встретим и поедем, нужно сделать ещё пару дел.
— Принято, — чётко ответил Рейн.
— Дан, вы как? — спросил Нилак.
— Мы по своим делам, я хочу съездить осмотреть город своими глазами.
Нилак кивнул и с Росом вышел на улицу.
Столица просыпалась — вдали виднелись флаеры, летящие по разным направлениям. Тихий Сад действительно был тихим.
Нилак с Росом остановились у выхода из зоны прилёта, всматриваясь в поток пассажиров.
— Вон он, — Рос кивнул в сторону невысокого худощавого парня с дорожной сумкой через плечо.
Дориан Векс заметил их почти сразу, ускорил шаг. Одет он был в простой недорогой деловой костюм, но в целом выглядел презентабельно.
— Босс, — поздоровался Дориан, затем кивнул Росу. — Добрался без проблем. Рейс задержали на час — у нас на планете сейчас имперская служба безопасности проверяет рейсы, в космопорте в полном боевом снаряжении бойцы СБ внимательно общались с каждым пассажиром, буквально допрашивали. Это из-за нападения на вас, Мирелла сказала, что из центральных миров поступила директива поймать виновных и наказать. Невиданное дело — аварцы среди белого дня напали на родового аристократа, будут рыть землю, пока не поймают всех причастных.
— Хорошо, по дороге расскажешь.
Дориан устроился сзади рядом с Нилаком. Машина плавно поднялась и влилась в транспортный поток.
— Рейн, не дело, что мы на такси разъезжаем.
— Дориан, найди завтра вместительный аппарат, бронированный, и арендуй на месяц. Докладывай, — коротко бросил Нилак.
Дориан дёрнул глазами, сверился с заметками в нейросети и начал доклад.
— По дому на Корродад-3 — всё подтверждено. Тот дом, по которому я присылал видеоотчёт, стоит на продаже уже достаточно давно. Хозяин готов продать, цену объявил — двести тридцать тысяч кредитов. Всё в хорошем состоянии, можно хоть завтра заезжать. Штатный охранный периметр, Сак Лакш сказал, что нужно будет дорабатывать, чтобы обеспечить вашу безопасность, но это не проблема и можно быстро сделать.
— Принято. Дальше.
— Новый офис для нашей компании на Корродад-3 — нашёл помещение в деловом центре, недалеко от космопорта. Триста квадратов, отдельное здание, парковка для служебного транспорта на крыше. Аренда — двенадцать тысяч в месяц. Хозяин — проверенный, работает с несколькими торговыми гильдиями. Если нужен будет выкуп — готов обсуждать.
— Пока арендуем, — Нилак кивнул. — Юристы?
— Базовое соглашение о сотрудничестве я скинул вам. Мощная юридическая фирма. По ценам — средние по рынку, но коэффициент выигранных дел около девяноста четырёх процентов. Готовы взяться за дела концессии. Договор я предварительно посмотрел, с моей точки зрения можно подписывать. Мы с Миреллой подготовили детальный список претензий в администрацию планеты, Мирелла связывалась с вашим отцом. За последний год зафиксировано больше двадцати нарушений имперских протоколов. Материалы готовы, нужно только ваше подтверждение. Также Мирелла начала поиск людей, и уже есть кандидаты, она отдельно вам пришлёт на согласование.
— Хорошо, молодцы. Что ещё?
— Мастер по мечу нас ждёт. Сначала снятие мерок, обсуждение параметров. Если всё устроит — предоплата, и за несколько дней он обещал сделать шедевр.
— Ладно, поехали сразу туда.
Машина нырнула в тень высотных зданий, выруливая на трассу к центру.
Гравикар припарковался у невысокого здания в старом районе. Мастерская находилась в подвальном помещении небоскрёба, но с улицы было понятно, что здесь работают серьёзные разумные.
Внутри пахло металлом и маслом. На стенах висели образцы клинков — от коротких ножей до длинных мечей. За верстаком стоял коренастый минматарец с густой седой бородой. При виде гостей он отложил инструмент и вытер руки ветошью.
— А, господин Дориан, — голос у мастера оказался низким, раскатистым. — Ждал вас. Это ваш руководитель, о котором вы говорили? Проходите, присаживайтесь.
Нилак сел на предложенный табурет. Дориан встал немного в стороне, а Рос как обычно у двери, контролировать вход. Мастер достал из-под верстака измерительный инструмент — гибкую ленту с голографической шкалой и набор образцов металла.
— Для начала сниму мерки, — сказал он, жестом попросив Нилака встать и вытянуть руку. — Длина клинка, ширина, толщина, баланс — буду делать под ваши данные.
Он ловко обмерил руку от локтя до кончиков пальцев, затем ширину ладони, длину кисти. Голографическая лента тут же выдавала цифры, которые мастер записывал в планшет, вмонтированный в стол. Он зафиксировал рост, размах руки, ещё какие-то данные.
— Я бы рекомендовал клинок порядка восьмидесяти сантиметров. Не длиннее — иначе в тесных помещениях будет неудобно. Рукоять — под вашу ладонь, с лёгкой эргономичной выточкой. По вашему заказу нанесу нужную эмблему из драгоценных металлов и инкрустирую гарду драгоценными камнями. Я интегрирую автоматическую плазменную заточку, и меч будет способен прорезать практически любой бронескафандр.
— Прекрасно, — сказал Нилак.
— Теперь по материалу. — Мастер выложил на верстак три небольших пластинки разного цвета. — Это металлы, которые я могу предложить. Серая — стандартный сплав, прочный, но тяжёлый. Голубоватая — с добавлением кристаллов из пояса астероидов, легче на двадцать процентов. Чёрная — из пяти сплавов различных металлов, его будет невозможно сломать, будет служить вам и вашим детям столетиями, но стоить будет дорого, очень дорого.
Нилак взял поочерёдно каждую пластинку, взвесил на руке. Постарался прощупать на пси-отклик. Первые два молчали, а сплав из пяти металлов отозвался лёгким откликом.
— Мне, конечно, нравится сплав из пяти металлов. Скажите, уважаемый, а сколько по сроку, когда сможете изготовить?
— Мне понадобится две недели. Предоплата — двадцать тысяч кредитов на закупку материалов. Полная стоимость — сто двадцать тысяч кредитов. Торговаться не буду.
Нилак понимал, что деньги утекают быстро, но всё-таки сказал:
— Идёт. — Он перевёл деньги через нейросеть. — Гравировку не забудьте: герб рода — молот и наковальня под короной, на гарде.
— Сделаю очень красиво, — мастер усмехнулся. — Не первый родовой меч делаю. Будьте спокойны.
Они уже собирались сесть в гравикар, как Рос тихо сказал:
— Босс, не оборачивайтесь. Вон тот тёмно-серый аппарат, метрах в пятидесяти. Он стоял недалеко от дома сегодня утром. Я его запомнил.
Нилак внутренне напрягся, но виду не подал. Спокойно забрался на заднее сиденье.
— Поехали. Спокойно, без резких движений. Попробуй уйти.
Рос кивнул, плавно вывел машину на дорогу. Первые несколько минут гравикар слежки просто держался на дистанции, не приближаясь. Но когда Рос свернул в лабиринт узких улочек, преследователи не отстали.
— Идут за нами, — констатировал Рос. — Профессионалы. Не теряют, но и не нападают. Просто следят.
— Может, проверка службы безопасности? — предположил Нилак.
— Нет, — Рос продолжил. — СБ бы мы вряд ли заметили, эти действуют открыто, с включёнными опознавательными знаками. Показывают, что контролируют ситуацию.
Слежка отстала только у въезда в район Тихий Сад — видимо, не хотели прямого противостояния.
— Рос, займись этим вопросом: выясни, кто и зачем следит. Если получится подловить и поговорить — действуй. Перешли данные по гравикару Крегу, пусть пробьёт по своим каналам, — сказал Нилак, выходя из машины.
Подходя к дому, он увидел одного бойца на крыше и ещё двух на территории, контролировали периметр. Он вошёл в дом. Внутри уже хлопотали Линала и Алаки. Даналин поднялся из кресла, взглянул на хмурые лица.
— Проблемы?
— Слежка, — коротко ответил Нилак. — Из дома без охраны не выходить. Я вижу, твои бойцы уже приехали, пусть координируют охрану с моими, — обратился он к Даналину.
Рейн, стоявший у двери, ответил:
— Уже, босс. Мы распределили задачи, находимся на постоянной связи.
— Хорошо. Алаки, рекомендую вечером не ехать домой, а остаться с нами, как-нибудь потеснимся.
Рейн ответил за неё:
— Господин, мы с Росом можем перебраться вниз, аграфы тоже займут две комнаты. Можем забрать с собой Дориана. Аграфы пусть занимают комнаты. Со спальными местами мы разберёмся.
— Хорошо. Сейчас мне нужно в «Нейросеть». Успею до вечера? — обратился он к Алаки.
Алаки посмотрела на время:
— Да, если выедем прямо сейчас.
— Хорошо. Рос, Алаки со мной. Рейн, слушаешься Даналина, пока меня нет.
Через полчаса они уже были в офисе «Нейросети». По дороге Алаки рассказала про тренировочный центр и забронировала его по утрам с восьми до одиннадцати на две недели. Договорились на завтра о нескольких собеседованиях с людьми, которых рекомендовала Алаки.
В офисе «Нейросети» Нилак без колебаний выбрал «Корпоративную юриспруденцию» четвёртого уровня — на сегодня лимит времени в капсуле позволял установить только одну серьёзную базу. «Логистику» он решил отложить на завтра.
После капсулы он проверил статус: Пси остался на месте. Нилак думал, что после утренних развлечений с Пси у него опять поднимется уровень, но ничего не изменилось. Видимо, он ничего не делал для увеличения показателей, просто использовал те ресурсы организма, которые есть.
Они вернулись в Тихий Сад уже затемно. Огни столицы мерцали вдали, район спал, укрытый тишиной и густой зеленью старых деревьев. Дом встретил их приглушённым светом и запахом цветочного чая.
Даналин сидел в том же кресле у окна, но теперь не читал новости — просто смотрел в окно, задумавшись о чём-то своём. Алаки, едва переступив порог, направилась на кухню — помогать по хозяйству. Рейна и Дориана видно не было, видимо, уже спустились вниз.
Рос коротко кивнул Нилаку и ушёл проверять посты — привычка, привитая годами службы.
Нилак уже собирался подняться к себе, когда Даналин поднялся из кресла и негромко произнёс:
— Есть разговор. Отойдём.
Они пошли в комнату Даналина, подальше от чужих ушей. Даналин говорил тихо, почти шёпотом, и в его голосе не было привычной лёгкой иронии — только сосредоточенность.
— Помнишь, я говорил, что Дом Магнетар интересуется наследием Джоре?
Нилак кивнул.
— У нас есть один очень древний текст. Лингвистический анализ, попытки как-то с помощью искинов делать сопоставления повторяющихся слов и закономерностей ни к чему не приводят. Этот язык уже столетиями является тайной Содружества. Если найденные артефакты мы смогли разобрать и собрать методом обратного инжиниринга, то тексты по сей день остаются желанной целью всех, кто занимается развитием технологий.
— И что в нём? — спросил Нилак, стараясь не выдать волнения.
— Если бы мы знали, разве я бы обратился к тебе?
Даналин сделал паузу, глядя Нилаку прямо в глаза.
— Я предлагаю тебе сделку. Ты переводишь текст. За работу наш дом готов заплатить миллиард кредитов. Если там будет что-то ценное, какие-то инструкции по Пси или описание технологий, то мы оформляем патенты на восстановленные технологии через Дом Магнетар. Твой род получает также тридцать процентов со всех отчислений по патентам.
Нилак помолчал, переваривая.
— А риски?
— Риски огромные. Если там действительно будет что-то ценное и информация просочится вовне, за текстом начнут охоту все. Корпорации Калдари, аварцы, имперская разведка, свободные охотники за артефактами. Поэтому — полная секретность. Никто, кроме нас двоих и моего отца, не знает.
Даналин на мгновение прикрыл глаза.
«Принять изображение?» — отозвалась Люда.
Нилак подтвердил.
Перед внутренним взором развернулись изображения. Фрагмент рукописи — пожелтевший, с неровными краями, но символы читались отчётливо. Санскрит. Грубый, архаичный шрифт. Нилак пробежал глазами по первым строкам — текст был сложным, но знакомым. Как будто смотришь на страницу старого учебника, который читал в детстве, а потом забыл.
Нилак чуть не поперхнулся, когда прочитал название. Он слышал его там, на Земле, — уже казалось, что в прошлой жизни. Когда изучал санскрит, они с пандитом даже читали строки из этого трактата. На самом первом изображении отчётливо читалось:
वैमानिक शास्त्र
Vaimānika Śāstra
«Ваманика Шастра», — прочитал про себя Нилак. Текст о виманах, летающих колесницах, технологиях антигравитации, источниках энергии. Многие на Земле считали его мифом, псевдоэпиграфом, но здесь, в этом мире, всё могло быть по-другому.
— Я посмотрю, — сказал он вслух. — Тут очень много текста. На первый взгляд есть знакомые буквы. Но ничего не могу обещать. Очень сложно и, скорее всего, займёт много времени.
— Этого достаточно. — Даналин чуть расслабился. — Завтра обсудим детали.
Они вернулись в гостиную. Алаки и Линала уже закончили с посудой, Рос поднялся с докладом — периметр чист, всё спокойно. Все постепенно разбредались по комнатам. Дом погружался в сон.
Нилак поднялся к себе, закрыл дверь и сел на кровать. Снова открыл изображение, вгляделся в строки.
«Люда, что думаешь?»
«Текст мне непонятен, мало данных для анализа. Текст содержит конструкции, характерные для известных фрагментов языка Джоре. Вероятность аутентичности — высокая. Я могу начать построение черновой лингвистической базы по мере вашего перевода.»
Нилак задумался. Это был ключевой момент. Если он просто переведёт текст Даналину, тот сможет забрать перевод, сопоставить и построить лингвистическую модель на его основании. И тогда ценность Нилака будет под большим вопросом, со всеми вытекающими.
«Люда, а если я дам ему не перевод, а готовые технологические решения на основании текста? Без раскрытия языка.»
«Это оптимальный вариант. Вы сохраняете монополию на язык Джоре и контролируете поток информации. Вероятность сопоставить останется. Однако для этого потребуется значительно больше времени на анализ каждого фрагмента. Но можно переработать таким образом, чтобы затруднить сопоставление с первоисточником. Также рекомендую приобрести базу "Ксенолингвистика" — это ускорит создание вашей собственной языковой базы.»
«Понял. Утром обсудим с Даналином формат взаимодействия.»
Он уже хотел закрыть изображение, но взгляд зацепился за одну строку. Там, поверх основного текста, была фраза, как будто пометка, которую приписали позднее. Она уже ему встречалась на Земле.
ॐ श्री नरसिंहाय नमः
Он прочитал её про себя:
oṃ śrī narasiṃhāya namaḥ
В межбровье что-то дрогнуло, появилось ощущение защищённости, как будто на секунду его окутал еле различимый контур. Нилак замер, прислушиваясь к ощущениям. А потом медленно, не до конца понимая, что делает, закрыл глаза, сконцентрировался на средоточии в промежности и «потянул» энергию вверх, к межбровью.
Он не знал, чего ожидать. Просто повторил мантру мысленно.
oṃ śrī narasiṃhāya namaḥ
Вокруг него на мгновение сгустился воздух. По коже пробежал холодок, как от сквозняка, только сквозняка не было. Он открыл глаза — и увидел. Вокруг тела, на расстоянии двадцати-тридцати сантиметров, мерцала едва заметная плёнка. Прозрачная, чуть золотистая, она напоминала мыльный пузырь, только этот пузырь явно был не из мыла. Нилак протянул руку — плёнка мягко спружинила, не пуская дальше.
Он снова закрыл глаза, на этот раз сознательно. Сконцентрировался сильнее, направил ещё немного энергии из средоточия и мысленно, но громко, с внутренней силой и нажимом повторил мантру в третий раз.
Плёнка вспыхнула. Теперь она сияла ровным золотистым светом, плотная, ощутимая. Нилак чувствовал её всем телом — как вторую кожу, как кокон, отгораживающий его от внешнего мира.
И одновременно почувствовал, как «аккумулятор» в средоточии начал стремительно пустеть. Энергия уходила в щит, питала его, делала плотнее и ярче. Ещё немного — и он выжмет себя досуха.
Нилак резко отпустил концентрацию. Плёнка мигнула и погасла, растворилась в воздухе, будто её и не было.
Он сидел на кровати, тяжело дыша. Средоточие отозвалось тупой усталостью — как мышца после долгой тренировки. По ощущениям энергии осталось процентов тридцать, не больше.
«Люда, что это было?»
«Зафиксировано формирование активного барьера. По структуре напоминает энергетический щит, но работает явно на других принципах. Вероятно, способен отражать или рассеивать кинетические и энергетические воздействия. Информация о подобных техниках в доступных базах отсутствует.»
Нилак потёр виски. Голова не болела, но внутри поселилась странная пустота — словно после долгого бега, когда силы уже кончились, а адреналин ещё гуляет в крови.
И в этот же момент почувствовал, как энергия начала наполнять его из чёток на груди.
Он подождал пару минут, пока ощущения не нормализовались, отложил чётки, закрыл изображение и откинулся на подушку. Мысли путались. Древний текст, мантра, щит, который он создал буквально из воздуха… Всё это тянуло на полноценное открытие. Но сейчас не хотелось даже думать о возможных последствиях его эксперимента.
Сон не шёл. Он лежал в темноте, глядя в потолок, когда услышал тихие шаги в холле. Кто-то спустился по лестнице. Нилак распознал походку.
Он поднялся и вышел.
Алаки сидела на диване, поджав ноги, и смотрела в тёмное окно. Тусклый ночной свет падал на её лицо, делая черты мягче. Она не обернулась, когда он подошёл, — только чуть подвинулась, освобождая место.
— Не спится? — спросил он, садясь рядом.
— Не спится, — эхом отозвалась она. Помолчала, потом добавила: — Думаю.
— О чём?
Она повернулась к нему. В полумраке глаза казались огромными.
— О том, что будет дальше. Ты серьёзно насчёт всего этого? Бизнес, столица, команда? Или это временно, пока тут дела, а потом — обратно на свою планету, и всё забудется?
Нилак хотел ответить что-то обтекаемое, но передумал. Она заслуживала честности.
— Серьёзно. Я не знаю, как быстро пойдёт и что получится. Но я не бросаю начатое. Если ты справишься — будем работать и дальше.
Она кивнула, будто что-то для себя решила.
— Для меня это важно, Нилак. Очень. — Голос дрогнул. — Я устала от случайных подработок, от баров, от мужиков, которые смотрят сквозь тебя. Я хочу… что-то настоящее. Быть частью чего-то настоящего. Вытащить семью из нищеты, воспользоваться шансом, который ты даёшь.
Он ничего не ответил — просто взял её за руку. Ладонь у неё была тёплой, пальцы чуть подрагивали.
Она подалась ближе, положила голову ему на плечо. Он чувствовал запах её волос — лёгкий, цветочный, без синтетики. Чувствовал, как бьётся её сердце — часто, взволнованно. Чувствовал искренность и готовность идти до конца.
Она подняла лицо. Их взгляды встретились. В её глазах не было ни игры, ни расчёта — только надежда, страх и что-то ещё, чему он пока не знал названия.
Он коснулся её щеки, провёл пальцами по скуле, по линии подбородка. Она замерла, не дыша.
— Идём, — тихо сказал он.
Она кивнула, не проронив ни слова.
В его комнате было темно, только узкая полоска света из коридора падала на пол. Дверь закрылась, отсекая звуки дома.
Она встала перед ним — тонкая, беззащитная в этом полумраке. Он медленно, давая ей время отступить, потянул за край её туники. Ткань соскользнула с плеч, упала к ногам. Она не отстранилась — наоборот, шагнула ближе.
Его руки легли на её талию. Кожа была гладкой, горячей. Она вздрогнула от прикосновения, но тут же прижалась крепче, уткнулась лицом в его плечо.
— Не отпускай меня, — прошептала она.
Он не отпустил.
Они двигались медленно, узнавая друг друга заново. Не так, как в первый раз, — торопливо, жадно, с азартом незнакомцев. Теперь было иначе: осторожно, внимательно, словно настраивая сложный инструмент. Каждое касание находило отклик, каждый вздох был услышан.
В какой-то момент она замерла, глядя ему в глаза, и прошептала:
— Обещай, что не исчезнешь.
— Обещаю.
Она улыбнулась — впервые за всё время, по-настоящему, светло. И снова прижалась к нему, уже без страха.
За окном мерцали огни столицы. В коридоре погас последний свет. Ночь укрыла дом тишиной, и только где-то далеко, за пределами Тихого Сада, город продолжал жить своей бесконечной, шумной жизнью.
Но им это было уже не важно.