Глава 23

Александр

Еще вчера всем смыслом моей жизни была работа.

Работа, работа, и только работа.

Каждый день – как день сурка: стопки бумаг на подпись, письма на почте, кофе от секретаря, совещания, и кабинет, из которого практически не вылезал.

Я уже смирился с тем, что так и пройдет остаток моей жизни – посвященной рабочим делам.

Но в один момент все изменилось.

Я не знаю, чем это заслужил, за что всевышней наградил меня таким подарком – двумя сыновьями. Двумя пятилетними парнями, которые живут со мной в одном городе, совсем рядом – рукой до них подать. А я так долго ничего не знал о них…

Все резко ушло на второй план. Я ни о чем не могу думать, кроме них.

Наталья продолжает строить козни за моей спиной, но она уже точно не сможет разлучить меня с детьми. Ее попытка подменить результат ДНК экспертизы не увенчалась успехом, но я думаю, что она на этом не остановится, поскольку никак не может смириться с тем, что теперь вся моя жизнь – это сыновья.

Сейчас я еду к ним.

Заднее сиденье машины забито подарками – я скупал все, что попадалось на глаза. Надеюсь, эти игрушки им понравятся.

Кто бы знал, как я благодарен Диане за то, что она сделала для Арсения и Ярослава. Она не отдала их в детский дом, когда их бросила родная мать, и сделала все, чтобы они росли в любви и заботе.

Вспоминаю, как прижал ее к стене в своем кабинете, как угрожал, что заберу детей, и на душе становится паршиво.

Тогда я еще не знал всей правды. Ее сестра накрутила меня по полной программе, после чего я перестал себя контролировать. Но теперь, когда все встало на свои места, когда я знаю, как все было на самом деле, как Диана сначала посвятила жизнь младшей сестре, затем – ее детям, я готов сделать все, что она попросит.

И, разумеется, я не стану разлучать ее с детьми. Мы будем воспитывать их вместе. Решим, по каким дням я буду забирать их.

У нас с ней общая цель: вырастить здоровых детей, дать им хорошее образование и позаботиться о том, чтобы они добились больших успехов в жизни.

Она со своей стороны будет продолжать заботиться о них, дарить материнскую любовь, а я – возьму на себя все финансовые вопросы и не только. Как я уже сказал, у меня очень много планов на сыновей. Я научу их всему, что умею. Их ждет отличное будущее, уверен в этом.

Выхожу из машины, беру с заднего сиденья подарки, иду к подъезду, чувствуя, как с каждым шагом нарастает волнение.

Через считанные минуты увижу собственных сыновей. До сих пор не верится в это.

Вхожу в лифт, ставлю на пол пакеты, из которых торчат разноцветные коробки, и нажимаю на кнопку этажа.

Обычно перед любой важной встречей я тщательно подбираю костюм, чтобы выглядеть презентабельно, однако сегодня не тот случай: пока Диана забирала детей из садика, а после беседовала с ними обо мне, я носился по торговому центру, приставая к консультантам с вопросами: что лучше купить в подарок пятилетним мальчикам? Чем они увлекаются в этом возрасте?

Затем получил сообщение от Дианы, в котором она наконец-то пригласила меня на встречу с сыновьями, и сразу поехал к ним.

И только теперь, глядя на себя в зеркало, висящее в лифте, понимаю, что не только забыл переодеться, но и побриться тоже.

Перед предстоящей встречей с детьми все на свете вылетело из головы.

Выхожу из лифта, набираю полную грудь воздуха и нажимаю на звонок.

Сердце стучит так, словно вот-вот выпрыгнет из груди.

Несколько лет назад у меня была операция, от которой напрямую зависела моя дальнейшая жизнь: либо останусь в инвалидном кресле, либо встану на ноги. Мне ясно дали понять, что может случиться что угодно, операция очень рискованная, и именно она определит мою судьбу, но тогда я не волновался так сильно, как сейчас.

Дверь открывается, я вижу перед собой Диану, а за ней…

А за ней стоят мои сыновья.

Смотрю на них стеклянными глазами и не могу связать двух слов.

– Это папа, да, мам? – шепотом спрашивает у Дианы один из них, но я пока не знаю, Арсений это или Ярослав. Они абсолютно одинаковые – в синих брюках и в белых рубашках с галстуком-бабочкой.

– Это ваш папа, – взволнованно произносит она, взглядом приглашая меня войти в квартиру.

Делаю шаг за порог, ставлю на пол пакеты и приседаю на корточки, оказавшись почти наравне с сыновьями.

Две пары темных глаз пристально смотрят на меня, а не на подарки.

– А ты где был? – раздается словно отдаленно.

– А ты больше не уедешь?

– Папа очень далеко работал, – шепотом произносит Диана.

– Я больше никуда от вас не уеду, – хрипло изрекаю я.

Сглатываю ком в горле, поправляю у одного сына галстук, веду рукой по голове второго, резко прижимаю их к себе и уже не в силах выпустить из объятий.

Подняв взгляд, вижу, как Диана, отвернувшись, вытирает с лица слезы.

– Проходите, Александр, – шмыгает носом. – Мы стол накрыли. Поужинаем вместе.

– А хочешь я тебе покажу свою военную базу?

– А я тебе покажу пожалную часть.

– И лего еще хочешь посмотлеть?

– Мам, а достань с балкона машину, я покажу папе, как отлемонтиловал ее инстлументами. Там луль изломался, я сам сделал!

– А я помогал! Пошли покажем, – тянут меня за руку.

Снимаю обувь, иду за ними в комнату, а Диана удаляется на кухню.

Пакеты с подарками так и остаются в коридоре. Сыновьям не до них – они окружили меня вниманием, и такое чувство, что готовы прямо сейчас рассказать обо всем, чем занимались, пока меня с ними не было.

Раздается звонок в дверь, Диана бежит открывать со словами:

– Пиццу, наверное, привезли.

Но через несколько секунд в коридоре раздается женский голос.

– Я тебя предупреждала, что ты пожалеешь о том, как со мной поступила? Где дети? Я хочу видеть своих сыновей! Пусть знают, кто их настоящая мать!