Глава шестнадцатая

Домой я летела как на крыльях.

Всё вокруг казалось другим - ярче, красивее, живее. Снег искрился под фонарями, прохожие улыбались, даже серое сахалинское небо казалось почти голубым. Я шла по улице и не чувствовала холода. Внутри было тепло. Горячо.

Он любит меня.

Он вернулся за мной.

Он выскочил из самолёта - из чёртова самолёта! - чтобы найти меня.

Он пришлёт билеты.

Телефон завибрировал в кармане. Потом ещё раз. И ещё.

Я достала его - и обомлела.

Маша: «ЕВА» Маша: «ЕВА ТЫ ГДЕ» Маша: «ОТВЕЧАЙ НЕМЕДЛЕННО» Маша: «ТЫ В ТРЕНДЕ» Маша: «ТЫ И TJ В ТРЕНДЕ» Маша: «ВИДЕО ВАШЕГО ПОЦЕЛУЯ ВЕЗДЕ» Маша: «Я УМИРАЮ» Маша: «ПЕРЕЗВОНИ СРОЧНО» Маша: «ЕВААААА»

Катя: «Это была ты??? На видео??? С TJ??? Я правильно вижу???» Катя: «Ева, ответь, мы тут все в шоке»

Лена: «Ева, мне скинули видео из аэропорта. Это ты целуешься с TJ??? Я умираю??? Буквально умираю???» Лена: «Как это вообще возможно???»

Алиса из Питера: «Евка, мне тут скинули какое-то безумное видео. Это ты??? С каким-то корейским певцом??? Что происходит??? Ты в порядке??? Перезвони!!!»

Я остановилась посреди тротуара.

Открыла ютуб. Набрала в поиске: «TJ аэропорт поцелуй».

Первое видео - миллион просмотров. За три часа. Три часа - и миллион.

На превью - мы. Его руки на моём лице. Наши губы - слитые воедино.

Я нажала на воспроизведение.

Качество так себе - снимали на телефон, издалека. Но видно всё. Как он держит меня. Как целует. Как я вцепляюсь в его пальто. Как он отрывается, говорит что-то, целует снова.

В конце - как он бежит к терминалу. Оборачивается. Улыбается.

Комментарии под видео: «КТО ЭТА ДЕВУШКА??? СРОЧНО НАЙТИ!!!» «Она такая красивая! Эти волосы!» «TJ влюбился??? Наш TJ??? Я рыдаю!!!» «Ненавижу её уже. Кто она вообще такая???» «Они такие милые вместе! Благословляю!» «Это постанова? Пиар? Кто-нибудь знает???» «Она русская? Там аэропорт российский вроде» «Найдите её нельзяграм!!!»

Я закрыла видео.

Руки дрожали.

Это реальность. Это правда происходит. Миллион человек видел, как он меня целовал. Миллион человек ищет мой нельзяграм.

Боже.

Маша перезвонила сама - я не успела даже набрать её номер.

- Ева!!! - её голос чуть не оглушил меня. Пришлось отодвинуть телефон от уха. - Ева, это была ты??? Реально ты??? На видео??? С TJ???

- Да, - сказала я. - Это была я.

Тишина.

Долгая, звенящая тишина.

- Я не понимаю, - Маша заговорила медленно, будто пыталась собрать слова в осмысленное предложение.- Как? Когда? Откуда? Вы что, встречаетесь? Он твой парень? Как это вообще возможно?

- Это долгая история, Маша.

- У меня есть время! Рассказывай! Всё! С самого начала!

Я вздохнула. Прислонилась к стене какого-то магазина. Ноги вдруг стали ватными.

- Помнишь того странного парня? На катке? Женю?

- Ботаника в огромных очках? Который заикался?

- Да. Это был он. TJ. Тэджун. Он притворялся.

Тишина. Ещё более долгая.

- Подожди, - Маша говорила очень медленно, - подожди. Ты сейчас серьёзно? Ты хочешь сказать, что тот нелепый чувак в мешковатом худи, над которым мы смеялись…

- Да.

- …это TJ? Мировая звезда? Тот самый TJ, за которым мы бегали в клубе? От которого я хотела родить детей?

- Да.

- Ева. - Маша помолчала. - Я сейчас сяду. Нет, я уже сижу. Я лягу. Нет, я упаду в обморок.

Я невольно улыбнулась.

- Он приезжал к отцу. К Сергею. Инкогнито. Хотел, чтобы его воспринимали как обычного человека, а не как звезду. Поэтому притворялся.

- И ты не знала?

- Нет. Узнала только сегодня.

- Обалдеть.- Маша выдохнула. - Просто обалдеть. И что теперь? Вы вместе? Он твой парень?

Я посмотрела на телефон. На пустой экран без новых сообщений.

- Он сказал, что пришлёт билеты. В Сеул.

Маша завизжала так, что я чуть не оглохла.

- Ева!!! Ты полетишь в Сеул!!! К TJ!!! Ты будешь встречаться с TJ!!! Я не могу!!! Я умираю!!! Это лучший день в моей жизни!!! Нет, в твоей жизни!!! Боже мой!!!

Я рассмеялась.

- Я тоже немного в шоке.

- Немного??? Ева, это сказка! Это кино! Это дорама наяву!!! - Маша задыхалась от восторга. - Ты должна рассказать мне всё. Вообще всё. Когда вы познакомились? Как он тебя поцеловал первый раз? Какой он вблизи? Он правда такой красивый вживую?

- Маша, я замёрзла. Давай завтра?

- Завтра??? Ты шутишь??? Я не усну!!! Я приеду к тебе!!!

- Не надо, - я засмеялась. - Правда. Завтра всё расскажу. Обещаю.

Маша ещё повозмущалась, но сдалась.

Я пошла дальше - домой, в тепло, ждать его сообщения.

Дома было пусто.

Мама и Сергей ещё не вернулись - уехали за город с утра.

Я сняла куртку, ботинки. Прошла на кухню. Поставила чайник.

Достала телефон.

Проверила сообщения.

Ничего от него.

Ну, он только что улетел. Рейс долгий. Потом аэропорт, дорога, усталость. Он напишет. Конечно, напишет.

Я сделала чай. Устроилась на диване. Укуталась в плед.

И стала ждать.

Мама и Сергей вернулись часов в восемь.

Румяные, весёлые, пахнущие морозом и хвоей. Сергей тащил какие-то пакеты, мама смеялась чему-то.

- Ева! - она заглянула в гостиную. - Ты дома? Давно?

- Пару часов.

- Всё хорошо? - она подошла, села рядом, заглянула мне в лицо. - Ты какая-то… не знаю. Другая.

Я улыбнулась.

- Всё хорошо, мам. Даже лучше, чем хорошо.

Она посмотрела на меня внимательно, но допытываться не стала.

- Мы привезли торт. Будешь?

- Буду.

На кухне было тепло и уютно. Сергей нарезал торт, мама заваривала свежий чай. Они рассказывали про поездку - про мыс Великан, про замёрзшие водопады, про то, как Сергей чуть не провалился в сугроб.

Обычный вечер. Обычная семья.

А я сидела и думала о человеке, который сейчас где-то над облаками.

После ужина мама ушла разбирать вещи.

Мы с Сергеем остались на кухне. Он мыл посуду, я сидела за столом, крутила в руках пустую чашку.

- Сергей, - сказала я, - можно спросить кое-что?

- Конечно. - Он обернулся, вытирая руки полотенцем.

Я посмотрела на него. На его хищный профиль, на тёмные глаза, так похожие на глаза сына.

- Ты знал? Что Женя - это TJ? Знаменитый айдол?

Сергей замер.

Полотенце застыло в его руках. Он смотрел на меня - и в его глазах было что-то виноватое. Почти детское.

- Знал, - сказал он наконец. Тихо.

- И не сказал.

- Не сказал. - Он сел напротив меня. Положил полотенце на стол. - Женька попросил.

- Попросил?

- Да. Позвонил за день до приезда. Первый раз за полгода - позвонил. - Сергей потёр лицо руками. - Я так обрадовался, Ева. Ты не представляешь. Он почти со мной не разговаривает. А тут - звонок. Его голос. Живой.

Он помолчал.

- Он сказал, что приедет. Но попросил подыграть. Сказал, что хочет побыть обычным. Что устал от славы, от людей, которые видят в нём только TJ. Сказал - пап, мне это нужно. Пожалуйста.

Сергей посмотрел на меня.

- Как я мог отказать? Мой сын, которого я не видел два года, просит меня о чём-то. Просит, понимаешь? Не требует, не игнорирует - просит. Впервые за долгое время ему что-то от меня нужно.

Я молчала.

- Я знаю, что это было нечестно, - продолжал он. - По отношению к тебе, к маме. Вы не знали, во что играете. Но он - мой сын. И если ему нужно было притвориться кем-то другим, чтобы почувствовать себя человеком - я готов был помочь.

- Я понимаю, - сказала я.

И я правда понимала. Умом.

Но где-то внутри - там, где жила обида - было больно. Все знали. Все играли роли. А я - наивная дурочка - верила в нелепого заикающегося Женю. Жалела его. Защищала перед подругами.

Какая ирония.

- Ева, - Сергей наклонился ко мне, - я видел, как он смотрел на тебя. Это было настоящее. Что бы там ни было - его чувства к тебе настоящие.

Я кивнула.

- Я знаю.

Хотела верить, что знаю.

Ночью я не могла уснуть.

Лежала в темноте, смотрела на экран телефона.

Ничего.

Ни звонка, ни сообщения.

Он сказал - сразу. «Как только прилечу - сразу вышлю билеты».

Сколько лететь из Южно-Сахалинска до Сеула? Три часа? Четыре?

Он давно должен был прилететь.

Может, занят. Съёмки, репетиции, интервью. У него же безумное расписание. Он же звезда.

Может, телефон разрядился.

Может, просто устал с дороги и уснул.

Напишет утром. Обязательно напишет.

Я положила телефон на тумбочку.

Закрыла глаза.

Попыталась уснуть.

Утром - ничего.

Я проверила телефон, едва открыв глаза. Сердце колотилось в горле.

Пусто.

Сообщения от Маши - три штуки. От Кати. От Лены. Ещё какие-то незнакомые номера - наверное, кто-то нашёл мой контакт.

Но от него - ничего.

Я открыла сайт аэропорта Инчхон. Проверила прибытие рейсов из Южно-Сахалинска.

Рейс прибыл. Вчера. В 21:43 по местному времени. Без задержек.

Значит, он в Сеуле. Уже двенадцать часов как в Сеуле.

Почему не пишет?

Я написала ему сама.

Долго набирала сообщение. Стирала. Набирала заново. Хотелось написать что-то правильное - не слишком навязчивое, не слишком холодное.

«Привет. Ты долетел? Всё хорошо?»

Простое. Нормальное. Как написала бы любая девушка своему парню.

Он ведь мой парень? После всего этого - он мой парень?

Отправила.

Сообщение ушло. Галочка - доставлено. Потом- прочитано.

Прочитано.

Я смотрела на экран. Ждала.

Ничего.

Он прочитал - и не ответил.

Прошёл день.

Я ходила на пары как зомби. Сидела, смотрела в одну точку, не слышала ни слова.

Маша пыталась расспрашивать, но я отмахивалась.

- Потом, Маш. Потом.

Каждые пять минут - телефон. Обновить сообщения. Проверить почту.

Ничего.

Вечером я написала ещё раз.

«Джей, пожалуйста, ответь. Я волнуюсь.»

Отправлено. Доставлено. Прочитано.

Без ответа.

Прошло три дня.

Я почти не ела. Почти не спала. Мама смотрела на меня с тревогой, но я говорила - всё нормально. Просто устала. Сессия скоро.

Враньё.

Я умирала.

Медленно, изнутри. Каждый час без его сообщения - как капля яда. Маленькая, почти незаметная. Но они копились, копились, копились.

Я перечитывала нашу переписку. Вернее - мои сообщения. Синие пузыри на белом фоне. Без единого ответа.

«Привет. Ты долетел? Всё хорошо?» Прочитано.

«Джей, пожалуйста, ответь. Я волнуюсь.» Прочитано.

Два сообщения. Оба прочитаны. Ни одного ответа.

Что я сделала не так?

Прошла неделя.

Я больше не писала ему. Не было сил. Не было смысла.

Он не ответит.

Не позвонит.

Не пришлёт билеты.

Всё это - было игрой. Красивой, убедительной, жестокой игрой. Он сказал то, что я хотела услышать. Поцеловал меня так, что я поверила. И улетел.

«Я люблю тебя. С той чёртовой горы.»

Враньё.

«Мне нужна только ты.»

Враньё.

«Обещай, что приедешь.»

Враньё, враньё, враньё.

Я лежала на кровати и смотрела в потолок. Слёзы текли по вискам, но я не вытирала их. Зачем?

Он использовал меня. Дважды. Сначала как TJ - переспал и выбросил. Потом как Джей - наговорил красивых слов и исчез.

А я - дура - поверила.

Опять поверила.

- Ева, — мама села на край моей кровати. - Что происходит?

- Ничего.

- Не ври мне. - Её голос был мягким, но настойчивым. - Ты неделю ходишь как тень. Не ешь. Не спишь. Глаза красные.

Я молчала.

- Это из-за него? - спросила мама тихо. - Из-за Жени?

Я повернулась к стене.

- Не хочу об этом говорить.

Мама помолчала. Погладила меня по волосам - как в детстве, когда я болела.

- Когда будешь готова - я здесь. Хорошо?

- Хорошо.

Она ушла.

А я лежала и думала о том, буду ли я готова хоть когда-нибудь.

Прошёл месяц.

Боль притупилась. Не исчезла - но перестала быть острой. Превратилась во что-то тупое, ноющее. Как старый перелом, который болит перед дождём.

Я больше не плакала. Не проверяла телефон каждые пять минут. Не искала его имя в интернете.

Удалила наш чат. Заблокировала его номер. Не потому что простила - потому что устала.

Просто жила.

Ходила на пары. Слушала лекции. Делала домашку. Общалась с Машей, которая больше не спрашивала о нём - видела, как мне больно.

И играла.

Каждый день - часами. Садилась за рояль в школе искусств и играла, пока не начинали болеть пальцы. Шопен. Дебюсси. Рахманинов. Листа. Всё подряд.

Музыка спасала. Как всегда.

Когда я играла - исчезало всё. Боль, обида, воспоминания. Оставались только клавиши, звуки, мелодия.

Оставалась только я.

- Ева, - директор школы искусств позвала меня после занятия. - Задержись на минутку.

Я вошла в её кабинет. Она сидела за столом - пожилая женщина с добрыми глазами и седыми волосами, собранными в пучок.

- Присаживайся.

Я села.

- У меня для тебя новость. - Она улыбнулась. - Хорошая.

- Какая?

- Ты помнишь конкурс молодых пианистов? Региональный этап?

Я кивнула. Я участвовала две недели назад. Играла Шопена - ноктюрн ми-бемоль мажор. Тот самый, который играла, когда Джей впервые услышал меня.

Тогда это казалось знаком судьбы.

Теперь - просто больно.

- Результаты пришли сегодня утром, - директор продолжала. - Ты заняла первое место.

Я моргнула.

- Что?

- Первое место, Ева. - Она протянула мне конверт. - Поздравляю. Ты заслужила.

Я взяла конверт машинально. Открыла. Внутри - диплом с золотой рамкой. И ещё один листок.

Приглашение.

Я развернула его. Прочитала.

«Международный конкурс молодых пианистов имени Фредерика Шопена. Финальный этап. Место проведения: Сеул, Южная Корея. Дата: 15-20 марта.»

Сеул.

Я уставилась на это слово.

Сеул.

Город, где живёт он.

- Это… - я не могла говорить. - Это правда?

- Правда. - Директор улыбнулась шире. - Билеты и проживание оплачивает организатор. Тебе нужно только приехать и сыграть.

Сеул.

Я еду в Сеул.

Не потому, что он прислал билеты. Не потому, что он позвал.

Потому что я- заслужила.

Сама.

Своими руками. Своим талантом. Своей музыкой.

И почему-то от этого - впервые за месяц - стало легче дышать.