Человек, стоявший в дверях, был столь огромен, что Ольга даже удивилась – как у него в дверь-то протиснуться вышло? И главное, еще миг назад его не было, и вот уже он стоит, Емельянова за шею держит, слегка приподняв над полом, так, что пола касались только носки ботинок. Сам же Емельянов чуть покачивался.

– Вы ему шею свернете, – сказала матушка. – Не то что я сильно переживать стану… Он крайне невоспитанный молодой человек, а еще, верно, балуется запрещенными веществами, но… Знаете, суд это во внимание может и не принять.

– Д-да-да, – Семенов вышел из ступора, – спасибо вам большое, конечно, но вы не могли бы его отпустить?

– Отчего бы и не отпустить, – согласился гигант и руку разжал.

Емельянов молча рухнул на пол. А что лицом вниз, то, надо полагать, случайно получилось.

– Враг поу-вержен, – промурлыкал Федор. – Моу-жно я ему в ботинках послау-ние оставлю?

– Они ж на нем! – Ольга поразилась.

– Настоу-ящего кота такая мелочь не остау-новит.

Федор стек с рук и неспешным шагом направился к лежащему полицейскому.

– Так, я… – Семенов потер переносицу и растерянно повторил: – Я…

– Ланс, помоги господину…

– Полицейскому, – подсказала Ольга.

– Именно. Ланс донесет его куда скажете… и проводит остальных во избежание инцидентов. – Из уст Раймонда это прозвучало приказом.

– Я не виноват! – возопил Валентин. – Меня подставили! Ах это женское коварство! Это она…

– Я?! – Настенька, на которую он показал, даже подпрыгнула от возмущения. – Это он! Говорил, что ее посадят, он получит свободу, и мы поженимся!

– Да кто в здравом уме женится на нищей потаскушке, готовой…

– Господи, за что мне это?! – простонал Семенов.

– За все хорошее и во избежание всего плохого. – Матушка имела свое мнение. – Молодой человек, вы все-таки включите мозги. Я верю, что-то где-то там, в толщине черепной коробки, они у вас есть. И представьте рапорт, что в ходе оперативной работы вами был раскрыт оборотень в погонах в количестве одной штуки, а также обезврежена преступная группа, предотвращены массовые жертвы в результате стрельбы. Господи, вы на меня так смотрите, будто никогда рапортов не писали! Ланс, вы, конечно, донельзя смахиваете на брачного афериста, но раз уж взялись выносить мусор, то сделайте это, пока Федор вам его не пометил. Потом камера так провоняет, что и ремонт не спасет.

– Мя, – согласился Федор.

– А я говорила, что его кастрировать надо…

– Великолепная женщина, – выдохнул гигант, вперившись в матушку взглядом.

И Ольга готова была поклясться, что там не искра, а приличный электрический разряд шандарахнул. Такой, что даже у непричастного к делам сердечным Семенова, который Федора бочком обходил, волосы дыбом стали. А главное, матушка тоже глянула. Из-под ресниц. Одновременно и оценивая, и…

В общем, в воздухе заискрило.

– Ваш голос подобен музыке…

– Это у вас с ушами, наверное, проблема, – матушка слегка зарделась, – со слухом.

– Это кто? – Ольга добралась до Раймонда и дернула за рукав.

– Дедушка мой.

– У тебя же бабушка.

– Дедушка тоже есть. Дэр Харраг. Со стороны матери. Но они не очень ладят… когда-то мой отец выкрал маму, не заплатив за нее выкуп. А потом на свадьбе дедушка пошутил неудачно…

– Как?

Гигант шагнул-таки вперед, протянув руки, и матушка совсем по-девичьи запунцовела, а вокруг будто… воздух задрожал?

И не будто, а конкретно так задрожал. Волосы у Ольги тоже зашевелились.

Статическое электричество, кажется.

– Да глупость совершеннейшая…

Первым со склада вышел невозмутимый Ланс, пристроив на одно плечо бессознательного Емельянова, а на второе – матерящуюся Настеньку, которой вздумалось бежать вдруг. Но сбежать не вышло, потому как зацепилась за котика. Или котик за нее.

Котики, они такие, всегда появляются не там, где ждут.

За Лансом, подталкивая перед собой возмущенного этаким развитием событий Валентина, спешил Семенов. И оглядываться не забывал, явно что-то чувствуя.

– Сказал, что с таким характером бабушке только орочьей невестой и быть…

– Могу ли я надеяться… – громыхало где-то в вышине над ухом.

– Надеяться я вам не запрещаю, вопрос лишь в том, на что вы надеетесь.

– А это плохо? – Наблюдать за происходящим было до крайности неловко, будто Ольга подсматривает.

– На любовь до гроба?!

– Господи, в вашем возрасте – и такие сопли… Или у вас гроб в ближайшем будущем планируется?

– Да как сказать… Пойдем, не будем им мешать.

С этим Ольга согласилась.

Мешать она не хотела совершенно.

– А он…

– Что ты! Софью Тимуровну дедушка не обидит. Он очень воспитанный орк.

Ага. И на орка не похож. Орков Ольга представляла зелеными, могучими. Нет, могучим дедушка Раймонда был. Настолько, что стало очевидно, как мало места на складе. Но не зеленым. И ни клыков, ни бритой головы.

Чем-то похож на ковбоя, точнее, миллиардера, который решил представиться ковбоем, только и джинсы его, и клетчатая рубашка явно не на распродаже куплены. Не говоря уже о высоких сапогах.

– И чего это вы вырядились?.. – Матушка раздраженно… мурлыкала.

– Меу-ня сейчас стоу-шнит. – Федор прыжком оказался за порогом. – Где ты его-у взял?

А погром не меньше прежнего. И непонятно, кто и зачем витрину-то разбил. А у Ольги сил нет убирать. И вдруг так тошно стало… Ладно, пусть не сложилось у них с Валентином, но это же не повод так подставлять!

А если бы не Федор? Не Раймонд…

У нее бы в сейфе нашли сумку с гадостью. Три кило. И Настенька поклялась бы, что видела, как Ольга сумку ставит. И отпечатки… Сумка ее, какие-то отпечатки нашли бы. И не только.

– Тихо… – Раймонд обнял.

– Ну накоу-нец-то… – икнул Федор, – а то думал, что не доу-ждусь уже.

– На шубы не рыгать…

– Я и не соу-бирался. Пойду поу-гуляю… чувствую в себе желау-ние совершить подвиг. И Машеньку проу-ведать надо, как она без меня-то поу-живает. Соскучилась, поди…

– Он не умрет? – Ольга снова испугалась, но уже не за себя.

– Не умрет. Не знаю, что это, но Федор чувствует себя великолепно.

– Во-у поу-ле береу-за стоу-яла! – возопил тот во всю глотку.

Помирать он определенно не собирался.

– Я бы даже предложил его подкармливать, он все-таки демон. Ему кошачьего корма мало…

– Мау-ло! – согласился Федор. – Я придумал! Пойду рабоу-тать в поу-лицию! Стау-ну полицейским котом! Буду нести службу и искать гадоу-сти! От меня-у не спрячешься! – И исчез в расщелине. Только и донеслось: – Нау-ша служба и опау-сна и трудна-у!

Ольга всхлипнула.

Вот вроде бы все закончилось, а ее на слезы пробило.

– Хочешь, я его прокляну? Валентина? – предложил Раймонд. – Убивать нехорошо, но иногда возможны исключения…

– Нет. – Она позорно шмыгнула носом. – Так что там с орочьими невестами?

– Есть теория, что у орков с демонами был один предок. Или создатель. Как кому больше нравится. Главное, что у них много общего. Больше всего они уважают личную силу. И здесь есть небольшой нюанс… в подавляющем большинстве своем орки довольно миролюбивы.

– Да? – Миролюбивым дедушка Раймонда не выглядел.

– О, племянничек! – В магазин заглянул еще один великан. – Девицу нашел? Девушка, требуйте приличный выкуп! Он потянет…

– Иди ты…

– Батя где?

– Там. – Раймонд указал на дверь. – Мешать не советую…

– Сложилось?

А клыки у них куда больше, чем у Раймонда. Но это не мешает улыбке быть дружелюбной и даже счастливой.

– В процессе…

– А я тебе говорю, поставь меня на ноги! Не заслужил ты еще на руках меня носить… – донеслось почти возмущенное.

– Так, племянничек, давай. – Огромная рука легла на плечо Раймонда, вторая подтолкнула Ольгу. – Своди свою подругу в ресторан. Или в магазин… еще куда, пока не заискрило.

– Тут витрину выбили!

– Вставим.

– И пол…

– Пол подметем. Окна помоем. Шубы продадим. Только идите уже, честное слово!

– …И что это за наглость – приличных женщин хватать!

– Идем, – Раймонд потянул Ольгу за собой, – тут и без нас обойдутся.

А на улице дождь.

Такой совершенно весенний, светлый, смывающий остатки затяжной зимы. И небо ясное. А капли почему-то не падают, стекая по невидимому зонту. И гадать не надо, кем зонт создан. Ольга и не будет.

– Так вот… – Раймонд держал за руку.

Полиция убралась.

И только Ланс дверь придержал и поклонился.

– Приятной прогулки, госпожа, – произнес величественно, – господин…

Смешно. Какая из Ольги госпожа?

Она и рассмеялась. Сквозь слезы. А потом просто, потому что плакать… Ну вправду, к чему теперь плакать?

– Так вот, – повторился Раймонд, – сами по себе орки миролюбивы и инертны. А вот их женщины, наоборот, обладают весьма… своеобразным характером. Который и тренируют на мужьях. И те терпят… до определенной границы.

– А потом?

– А потом, когда сил терпеть не остается, идут в набег.

– То есть…

– Об этой особенности многие знают. Даже поговорка имеется: «Чтоб тебе орочью невесту в жены». Хотя это далеко не у всех и не всегда… – Из огромной черной машины, что стояла неподалеку, выглянул еще один великан и приветливо помахал рукой. Раймонд ответил поклоном. А Ольга… тоже помахала. Кланяться она не умела. – Точнее, сейчас только у тех, в ком просыпается кровь великих предков.

– Как у твоего деда?

– Именно. Он дэр, то есть вождь. И не просто вождь, но снискавший благословение. Сильная кровь. Сильный характер. Отсюда и проблема.

– Проблема?

– Дед уже был женат. Пусть я не помню бабушку, но она была великой женщиной… Дед многого достиг. – Представились бесконечные степи и толпа оркских воинов в доспехе… – Корпорация при нем вышла на межмировой уровень. – Доспехи исчезли, а следом и орки.

– Корпорация?! – переспросила Ольга.

Как-то не увязывались у нее степняки с корпорацией.

– Сейчас никто уже не ходит в набег в прямом смысле слова. Иное дело – рейдерские захваты… Не буду врать, что одобряю. Честно, я слишком мягкотел, чтобы вникать в те дела. Но сейчас корпорация имеет более двух сотен филиалов в тридцати мирах.

– И чем занимается?

– Торговлей в основном. Разного рода. Думаю, если захочешь салон продать, сдать, оставить, передать под управление, то помогут. Так вот, я только-только появился на свет, когда бабушки не стало. Ее укусила змея. И говорят, подбросили ту конкуренты, опасаясь дальнейшего расширения. В общем, десяток лет дед занимался тем, что выяснял, откуда взялась змея, и добивал конкурентов… разорял. Не буквально. Потом наводил порядок, ну и дальше как-то держался. А сейчас стал отчетливо сдавать. Хуже всего, что в его сыновьях кровь не проснулась. Он надеялся на внуков, но там тоже есть сложности. Дети у орков могут появиться только в законном браке, и первым женится старший в роду. Пока была жива бабушка, дяди мои еще не дозрели до женитьбы, а потом…

– То есть пока твой дед снова не женится, то и они не смогут?

Раймонд развел руками.

– Именно. Орки чтут обычаи.

– А они не будут возражать? Его сыновья… Все же мама, она… своеобразная.

Орочья невеста. Нет, бред.

Или не бред? Невеста некроманта ничем не лучше. И не хуже.

– Думаю, они начнут готовиться.

– К свадьбе?

– К шторму на межмировых биржах, который вызовет новость о скорой свадьбе…

– Не уверена, что мама подойдет.

– Уже подошла. Дед давно пытался найти невесту, но… Понимаешь, дело не только в характере, но и во внутренней силе. Такой, которая была бы способна противостоять ему. Разве ты не почувствовала?

Ольга кивнула. Почувствовала.

Интересно, если салон взорвется, кто будет убытки возмещать? И как страховой объяснить, что это взрыв чувств, перетекший в область физики?

– Он уже, признаться, думал, что не судьба… как и я.

– И что теперь?

– Теперь он будет долго добиваться руки твоей матери. Завоюет пару миров… или поглотит пару корпораций поменьше. Устроит шторм на рынке ценных бумаг или что-то еще… Но куда важнее, что его сил хватит, чтобы ее удержать.

– Тогда, наверное, спасибо.

– Пожалуйста.

И надо что-то сказать.

Важное очень.

– Ольга, я не хочу торопить, но… Видишь ли, дело в том, что нам стоит заключить брак первыми.

– Почему?

– Потому что если он успеет раньше, то на правах главы рода потребует за тебя выкуп. А чтобы не разорить герцогство, мне придется тебя выкрасть. Это не то чтобы невозможно, и, если хочешь…

– Не надо меня красть. – Ольга протянула руку. – Я, наверное, сама сошла с ума, но… я согласна.

Телефон зазвонил не вовремя. Совершенно не вовремя.

– Мама? – осторожно ответила Ольга. – Ты как?..

– Этот наглец утверждает, что похитил меня, и теперь требует, чтобы я стала его женой, – донесся донельзя довольный голос матушки. – Как будто приличная женщина может с первого похищения согласиться на подобное…

Ольга скрестила пальцы.

Мысленно. И не мысленно тоже. Вдруг да поможет.

Матушку она любила. И если так-то…

– В общем, передай Нинушке, что буду поздно. Мне очень нужно доказать одному бесконечно самодовольному идиоту, уверенному, что он – пуп мироздания, насколько он неправ… – И отключилась.

Ну да, доказывать чью-то неправоту – дело небыстрое…

Некоторое время спустя.

Первой появилась матушка.

Не одна, само собой.

– Оленька, радость моя… Для молодой матери ты выглядишь до безобразия счастливой. Это просто-напросто неприлично. Где круги под глазами и легкая краснота?

– У меня хорошие няньки. – Ольга подставила щеку для поцелуя. – Как Нина?

– Замечательно… Обживается. Просила передать тебе кое-какие травы. Небоскреб, оказывается, тоже замок, и пространство у нее большое. И в целом все очень даже неплохо. Так, по поводу твоей новой коллекции… Я хочу эксклюзивные права на проведение аукциона.

– Дорогая, не сейчас.

– А когда? Чтобы я снова узнала, что дочь за моей спиной просто раздала уникальные изделия?..

– Это в рекламных целях…

– Вот мне не рассказывай, – отмахнулась матушка. – Между прочим, у меня уже список желающих имеется. Поэтому, будь добра…

– С Раймондом, – Ольга попятилась бы, если бы было куда, – этими вопросами занимается он.

– Да что он может понимать…

– Мама!

– Дорогая, – дэр Харраг придержал матушку, – мы сюда не за тем приехали.

– Конечно. – Матушка разом вдруг успокоилась. – Прости, Оленька, иногда все еще заносит. Так где там наша сладкая радость? Говоришь, няньки хорошие?

– С большим опытом, – заверил Раймонд, – в несколько сотен лет…

Кто бы сказал, что Ольга когда-нибудь доверит своего ребенка умертвию…

Впрочем, кто бы сказал, что у нее вообще будут семья и дети.

– В меня пошла, – довольно пророкотал глава трансмировой корпорации, чьи активы за прошедшие несколько лет увеличились вдвое.

И шею вытянул, чтобы получше разглядеть. Переступить порог детской он все еще не решался.

– Не приведи боже, – отмахнулась матушка, – ты свою рожу в зеркале видел?

– Чем тебя моя рожа не устраивает?

– Меня-то устраивает. Всецело. Но это девочка. Миленькая… – Матушка вот вошла решительно и даже соизволила сделать козу. – Прелесть ты наша! Расти, расти… – Малышка, тихо лежавшая в колыбели, открыла внимательные черные глаза. – Вырастешь, я научу тебя, как правильно с мужьями управляться…

– Не приведи боже, – передразнил матушку дэр Харраг, за что и заработал весьма выразительный взгляд, который, правда, заставил его только шире оскалиться.

Определенно, любовь – весьма странная вещь.

– Да она в Нарров пошла. – Бабушка Раймонда рук к младенцу не тянула и в целом явно опасалась приближаться, точно подозревая, что, если подойти слишком близко, ей этого младенца всучат. Честно говоря, Ольга опасения где-то понимала. С ее-то историей. – По силе так точно…

Над колыбелькой колыхалась тьма. И полог ее обволакивал что измененное дерево, единственно способное вынести давление силы, что меха в колыбельке, что Федора, на местных харчах выросшего вдвое. Он, свернувшись в ногах, самозабвенно рокотал, и мурлыканье его явно успокаивало дочь.

– И это создает проблему. – Престарелый демон с седыми рогами, которые ничуть не портили обличья, придерживал Алисию де Нарр за руку, успокаивая. – В будущем…

– Какую? – Матушка потрясла погремушкой, которую достала из сумочки, и звон колокольчиков вызвал радостную улыбку.

– Бр-р-ра! – четко сказала Алисия София Сигизмунда Раймунда Фредерика Харба Инергельда Первая и единственная.

И, выкинув руку, четким выверенным движением поймала игрушку.

– Ох… – Ольга хотела было предупредить.

– Не переживай, Оленька, это измененное серебро. Из него доспех делают. Абсолютная гарантия неуничтожимости. Его и выплавляют-то в одном лишь месте…

– Где мы мужа ей искать будем? – озвучила общие опасения бабушка Раймонда.

И все переглянулись.

Как-то… растерянно слегка.

– Думаю… – Ольга посмотрела, как дочь радостно попробовала колокольчик на клык. Клык был молочным, но весьма острым. – Вырастет и сама справится…

В конце концов, неужели среди великого множества миров так сложно будет найти одного жениха?

Колокольчик смялся, наплевав на абсолютную гарантию и неуничтожимость. И цепочка, его удерживавшая, со звоном разлетелась.

Или сложно?..