— Правильно, Ванечка, — ответил я ему, — только еще вот пара твоих высказываний в этом духе — и можешь забирать мою печать вместе с полномочиями… а там уже плавать в дерьме или как, это уж на твое усмотрение.
Иван проскрежетал зубами и испарился, а Палыч мне неожиданно сказал:
— Завтра Женю хоронить будут — придешь?
— Во сколько? — уточнил я.
— В двенадцать, если не ошибаюсь, вынос будет из пятого дома…
— А поминки будут?
— Обязательно, в клубе в том же пятом доме…
Клубом у нас называлось полуподвальное помещение в этом старинном купеческом доме, где жилье в процессе проектирования было решено не размещать. Вот его и приспособили для культурных целей, как это было принято на заре советской власти. А площадей там, между прочим, имелось под двести квадратов, не меньше.
— Приду, конечно, и на похороны, и на поминки. А ты будешь?
— Если с работы отпрошусь, то да, на обоих мероприятиях, если нет, то только на поминках.
— Ну а мне отпрашиваться не у кого, — ответил я, — в институте я чисто номинально числюсь. Поэтому постараюсь и там, и тут отметиться… где хоть хоронить-то его будут, не знаешь?
— Знаю — в Федяково, там новое кладбище недавно открыли, со всей нагорной части туда покойников свозят.
И я на этом вернулся домой, не забыв тщательно запереть на ключ все двери в подвала — береженого бог бережет. Лена сидела на диване, уже переодетая в халат, и щелкала кнопками телевизора.
— Ну как, разрулил свой форс-мажор? — спросила она, остановившись на Первом городском канале.
— Угу, — промычал я, — и следа от него не осталось.
— Что хоть там случилось-то? — спросила она, одним глазом наблюдая за выпуском местных новостей.
— Трубу с холодной водой прорвало, — пояснил я, — пришлось в колодец на улице лазить.
— Стало быть, ты теперь у нас сантехником будешь? — улыбнулась она.
— На немецкую порнуху намекаешь? — ответно оскалился я, — могу и сантехником поработать, мне не в лом…
А уже поздно вечером Леночка вдруг поинтересовалась.
— А что это ты там все делаешь на своем компьютере?
— В игрушки в основном играю, — попробовал откосить я.
— Игрушки это понятно, я в них тоже играю, когда начальник в отъезде… но кроме этого ты ведь там что-то барабанишь на клавиатуре, так? Чтоб в игры играть, совсем не обязательно это делать, там 3–4 кнопками все ограничивается.
— Расколола ты меня, — мне надоело запираться, поэтому вывалил все, как есть, — книгу пишу… точнее даже цикл книг — первая уже написана и лежит в издательстве, вторая наполовину готова.
— Что за книга? — немедленно проявила любопытство она, — эротика наверно?
— Нет, не эротика, — отказался я, — хотя и есть у меня несколько эротических сцен, без этого ведь продаваться не будет. Голые приключения с небольшим довеском мистики.
— Расскажи, — она положила голову на ладонь и приготовилась слушать, а я вздохнул и вывалил перед ней кратенький синопсис уже написанных частей.
— Любопытно, — сказала она после того, как я закончил, — и с чего это тебя на дальневосточную экзотику потянуло?
— Да я же там два полных лета сидел, — признался я, — в экспедиции от института посылали, вот и вспомнилось, наверно.
— И когда это было?
— В 84-м и 85-м… десять лет назад, получается.
— Какой ты разносторонний человек, — выдала она такую неожиданную мысль, — и электронщик, и коммерсант, и сантехник, а еще, оказывается, писателем подрабатываешь. В какое издательство ты книжку-то отдал?
— В Центрполиграф, на Варварке… — буркнул я, — вот хорошо, что напомнила, завтра надо заскочить туда для подписания договорчика.
— Ну ладно, — зевнула она, — давай спать уже — утро вечера мудренее.
Крысиная нора
Утром, которое мудренее и светлее, чем вечер, Лена быстро собралась и исчезла с моего горизонта, а я собрал волю в кулак и накатал еще добрых три страницы убористого текста во вторую книгу моей саги под названием… как уж я ее назвал-то… а — «И живые позавидуют мертвым», вот как.
Потом посмотрел на часы… в издательство идти рановато, похороны Евгения в полдень, рандеву с Островенком по поводу Основы тем более на после обеда назначено, поэтому я отложил все дела, переоделся в рабочую одежду, взял фонарик, нож, отвертку и молоток в рюкзаке и двинулся обследовать крысиную дыру в будущее. На Монастырском съезде которая.
Обошел дальней дорогой все наши дома по Черняховского, дабы не встретить кого-то из знакомых. Монастырский съезд был тих и пустынен, тут вообще почти никто не живет, тем более ранним утром. Дыра в земле была тщательно замаскирована мной еще в прошлый раз, огладел это место пристальным взглядом — нет, никто на нее не покушался, все так и стоит нетронутым.
Оглянулся, никого в поле зрения не обнаружил и быстро-быстро сначала освободил проход вниз, а потом заложил за собой досками и кусками толи. Включил фонарик, осмотрелся… ничего тут, как будто, не изменилось — те же двенадцать ступенек вниз со следами моих же ботинок. Спустился на один уровень… и тут ничего нового, стеллажи по стенам ровно так же стоят, разваливающийся стол в углу. Ладно, обыскивать мы тут ничего не будем, не для того пришел, а двинемся-ка мы к той самой крысиной дыре… почти как Алиса к кроличьей норе — там она долго падала после того, как залезла в нее. Ну а у меня свои приключения происходят…
Ту самую дверь, выводящую в будущее, я нашел с третьей попытки, много ненужных развилок и поворотов я прошел не туда, куда надо. Но в итоге все же прибыл к конечному пункту моего путешествия — деревянная рассохшаяся дверь, обитая по периметру железными полосами. Открываем и выходим на поверхность, чего…
Первое, что я почувствовал там, это был очень странный запах… даже и не знаю, с чем сравнить — горелая пластмасса плюс что-то очень сладко-приторное. Ну, может, пожар какой поблизости где случился, не будем зацикливаться на этом. Я опять осмотрелся по сторонам, ничего подозрительного не нашел и решил спуститься вниз новой дорогой, не через Монастырский и не кругом через Печорскую площадь, а прямо тут вот. Слева от нашего дома, если смотреть на Реку, во дворы соседнего 10-го имелась деревянная лесенка, хлипкая, но в принципе вес среднего человека выдерживавшая. Я и двинулся прямиком туда, краем глаза наблюдая задний фасад своего дома, и тут же остановился, как вкопанный… опа, кухонное окно моей квартиры было распахнуто и из него на подпорную стену была перекинута доска-дюймовка…
Что-то это мне напоминает, Сергуня, сказал я сам себе, не правда ли? На этот раз я не в будущее угодил что ли, а в прошлое, причем совсем недавнее? Неделю назад я по этой досочке перелезал ведь… в окнах квартиры никакого движения видно не было, ну что же, залезу этим же путем. Три раза проверил крепость переходной конструкции, никаких подводных камней не обнаружил и осторожно, мелкими шажочками перебрался на свою кухню. Доску убирать не стал — может быть, обратно тем же путем возвращаться придется.
А внутри первым делом пошел в зал и увидел там ноутбук… выходит, это не прошлое, а 94 году такие девайсы если и имелись, то в единичных экземплярах и за бешеные деньги. Включил его и первым делом посмотрел на дату — там значилось 27 апреля 2029 года… ну дела, все чудесатее и чудесатее, как говорила та самая Алиса.
Загрузил Яндекс, он никак не изменился, а потом посмотрел новости на нем… ничего особенно примечательного не увидел, ну не считая новостей об орбитальной станции Луны, она была совместная, Штаты-Россия-Китай. Искусственный интеллект в этих статьях упоминался не меньше пяти раз. Войн в мире шло с десяток штук, доллар стоил 155 рублей, евро 110, а юань 42. На экраны вышел новый блокбастер Федора Бондарчука «Война и мир-2», а Хабенский снялся в римейке Гамлета.
Я встал, подошел к окнам, выходящим на Реку — набережную, когда-то уныло-бетонную, одели в гранит, поставили кучу скамеек и киосков, проложили велосипедные дорожки, по которым даже проехала пара велосипедистов. Перевел взгляд на Первый городской мост и тут серьезно удивился — движения там никакого не было, а ровно посередине было оборудовано что-то вроде пропускного пункта. Там лежала куча мешков с песком, оставляя узенький проезд в центре, а с обеих сторон от этой баррикады стояли и сидели вооруженные люди. Пока я смотрел на этот мост, через пропускной пункт проехало ровно две машины, одна к нам, другая от нас. Марки авто были незнакомыми…
Ну дела, подумал я, выключая ноутбук, какие-то они невеселые в этом недалеком будущем. Сунул ноут в рюкзак, не забыв добавить блок питания и мышку, осмотрелся еще раз и собрался в обратный путь — в гостях, как говорится, хорошо, а дома гораздо лучше. Когда вылезал обратно по той же доске, услышал нарастающий рев реактивного самолета… ну или пару самолетов. Задрал голову вверх — и верно, две штуки их в небе было, ведущий и ведомый, пролетели они буквально в сотне метров над набережной с жутким ревом. А это-то зачем, спросил я сам себя и не смог выдвинуть ни одной более-менее адекватной версии.