В Академии Семи Лучей существовало лишь два сорта адептов: те, кто диктовал жесткие правила, и те, кто был вынужден им слепо подчиняться.

Я слишком долго относила себя ко вторым, чувствуя себя незначительной пылинкой в этом чужом мире магии и власти. Каждый прожитый здесь день напоминал хождение по натянутому канату над бездонной пропастью: один неверный шаг, одно неосторожное слово — и тебя сотрут в порошок, смешают с грязью и даже не поморщатся.

Но сегодня у меня появился козырь. Хрупкий, призрачный, но всё же реальный шанс сломать скрипт.

Увы, мои физические и магические способности по-прежнему напоминали жалкую, тлеющую искру на фоне бушующих костров Главных Героев. И именно этот ушастый интриган Элион должен мне помочь выжить! Почему? Да потому что я так решила!

Мое главное оружие было иным: в некотором смысле я была легальным читером.

Я прошла эту игру от корки до корки не один и не два раза. Учитывая, что в прошлых жизнях я успела побывать и в шкуре святой Главной Героини, и на месте расчетливой злодейки, я могла лавировать между квестами, выбирая наиболее безопасные пути. Из двадцати пяти возможных концовок этой игры мне были неизвестны лишь две скрытые…

Конечно, было бы прекрасно вовсе избегать этих дешевых системных интриг. Однако каждый раз, когда я пыталась отсидеться в тени и отсрочить неизбежное, расплата била по мне гораздо больнее.

Система наказывала жестоко и изощренно. Она не только лишала прогресса, безжалостно откатывая события назад, но и подкидывала испытания на грани фола. Например, как совсем недавно закинула прямо в кровать финального босса, а после издевательски требовала оттуда выбраться... Желательно живой и с целой репутацией.

Но были и исключительные случаи. Моменты прямого неповиновения.

Именно тогда я чувствовала острую физическую боль — словно разряд мощного электрошокера пронзал мое тело изнутри. И пока ты не выполнишь волю Системы, не скажешь нужную реплику, ток будет мучительно нарастать, выжигая нервы и заставляя тебя подчиняться её проклятым правилам.

Однако именно сейчас в монолитном коде появилась брешь. Брешь, которую можно было превратить в трамплин для нового рывка.

— Как минимум публичные извинения Анисса имеет право получить немедленно!

Голос Бьянки повис в воздухе — густой, приторный и насквозь лицемерный.

Я медленно, но верно начала закипать, словно оставленный на сильном огне чайник.

Бьянка, эльфийка Марисса и я — мы втроем составляли костяк главных злодеек в игре. Но, честно говоря, сейчас у меня из головы совершенно выветрился тот факт, кто именно из нас над кем верховодил. Похоже, эта иерархия была настолько тонко завуалирована сценаристами, что теперь я никак не могла нащупать нить управления.

Да и что глобально могло случиться со злодейками по канону? Верно, исключительно печальный конец! И хотя в процессе каждая из нас отчаянно пыталась перетянуть одеяло влияния на себя, кто-то всё равно был главной мишенью для ненависти второстепенных героев.

Игра, безусловно, была не просто о магии — это была история любви (с отягчающими обстоятельствами в виде кровавых концовок), полная острых углов. Интриги лежали на поверхности, но с каждым новым уровнем скрытые «боссы» поднимали ставки, делая сюжет всё запутаннее.

Иерархия строилась как лестница: с каждым этапом персонажи набирали политический вес, а их цели становились всё масштабнее. Но кто из нашей ядовитой женской троицы занимал более высокую ступень — для меня пока оставалось загадкой.

От попытки промолчать и пустить всё на самотек во рту внезапно появился отчетливый, тошнотворный вкус меди — не метафорической, а самой настоящей. Где-то на периферии зрения угрожающе вспыхнула фиолетовая иконка. Слабый, но от этого не менее болезненный электрический разряд пробежал по позвоночнику, заставив мышцы спины мелко, предательски подрагивать.

Система требовала конфликта. Но срываться на откровенную, базарную агрессию было нельзя. Это означало бы фиаско и полную потерю лица.

— О, здравствуй, Бьянка, — ядовито-вежливо проговорила я, разведя руки в стороны. — Ты всё-таки решила показаться из тени чужих спин? Мне стоит начать гордиться твоей храбростью?

— Я никогда не пряталась, о чём ты вообще говоришь, Агнесса де Раймира? — высокомерно вздернула подбородок брюнетка.

— Мы из одного Дома, Бьянка. К чему этот официоз? — хищно прищурилась я.

— Это элементарное проявление уважения к старшим по титулу, только и всего, — без тени эмоций парировала она.

Хотя я точно знала: внутри её от этого корежит. В игре четко прописывалось, что Бьянка происходит из сильной, но побочной ветви. Она могла бы стать законной Главой Дома Тьмы, если бы на свете не существовало меня.

Ох, бедная, амбициозная девочка... Было бы там чем править, на этих руинах.

— Тебе напомнить правила Устава Академии касательно субординации? — беспечно уточнила я...

И этим вопросом открыла прямую дорогу в ад.

— Да ей ли вообще заикаться о правилах?! — тут же радостно взвизгнули из толпы.

— То проклятьями в столовой бросается, то теперь на физическую расправу на лестнице готова! В этот раз леди Анисса могла бы сломать шею!

— И даже без официального вызова на дуэль! Подло! — вторил третий голос.

— Пусть на коленях просит прощения! А еще лучше — катится из Академии обратно в свою Тьму!

— Как страшно, Бездна, как страшно, — картинно запричитал кто-то с задних рядов. — Теперь я боюсь даже спать на одном этаже с ней в общежитии. Что этой психопатке в следующий раз в голову взбредет?

Я не стала с ними спорить. Доказывать что-то ослепленным болванчикам — пустая трата времени. Вместо этого я сделала плавный, нарочитый шаг назад. Маска глубоко оскорбленной, шокированной невинности легла на лицо сама собой.

— Извинения? — мой голос надломился, став обманчиво тихим и беззащитным.

Я смотрела не на пакостницу Бьянку, и даже не на проницательного Элиона, а прямо на Аниссу, робко жмущуюся за спиной дроу.

— Перед тем как требовать их от меня... Хм... — продолжила я и брезгливо поморщилась.

От Аниссы не было никакого толка. На лице Главной Героини застыло какое-то рассеянное выражение с напускной, святой жалостью, будто всё это грязное шоу её совершенно не касалось.

— Элион, — обратилась я, переведя взгляд на мага Воздуха. — Тебе не кажется, что твой хваленый нюх упустил нечто крайне важное?

— Что именно? — холодно уточнил парень, скептически приподняв бровь.

— Ты действительно ничего не чувствуешь? — я искренне нахмурилась, всё это время периодически морщась от тошнотворного, едкого запаха сероводорода, растекающегося от стены. Я была даже польщена: это ж надо было так постараться состряпать алхимическую вонючку!

— Хватит уже ломать комедию и сопротивляться! — внезапно встряла эльфийка Марисса, повышая голос. — Попроси прощения, и дело с концом!

— Твой конец я с удовольствием посмотрю чуть позже, а пока закрой рот и не мешай взрослым разговаривать! — жестко огрызнулась я, не оборачиваясь.

— Не юли, де Раймира. Или ты всерьез думаешь, что если переведешь тему, то все магическим образом забудут этот инцидент на ступенях? — цыкнул Элион, которого моя дерзость явно начала раздражать.

Я сделала глубокий вдох, глядя прямо в эти идеальные, слепые серые глаза.

— Разве ты не видел, как в меня только что бросили тухлым алхимическим яйцом? — напрямик, без обиняков спросила я и указала рукой на растекающуюся по камню зловонную лужу.

— О чём ты вообще говоришь? Никто в тебя ничего не бросал. Может, тебе стоит прямо сейчас показаться штатному лекарю? Галлюцинации — первый признак магического истощения, — снисходительно фыркнул Элион.

Он даже не повернул голову в ту сторону, куда указывал мой палец. Его уверенность в моей виновности была абсолютно железобетонной, слепой и запрограммированной. И именно в этом крылась его главная слабость...