Уважаемый Анвар встречал своего торгового партнёра, Макара Ивановича Кудельникова. Они обнялись.

— Здравствуй, Анвар! Как поживаешь?

— Да потихоньку, торгую, — нейтрально ответил Анвар.

После ужина Кудельников передал ему опечатанный ящик приличных размеров.

— Здесь деньги и пакет от шайтан Ивана. Твои докладные получены, в пакете все инструкции и вводные.

— Сколько судов пришло?

— Три шхуны. Всё, как ты просил. Команды усилены отделениями морской пехоты нового образца. Полгода назад в Севастополе сформировали батальон морской пехоты по пластунскому образцу, ну, сам понимаешь, с морским уклоном. Наши спецы из ССО и инструкторы из пластунской бригады. Серьёзное подразделение получилось.

— Это хорошо. А то у меня тут вышел неприятный конфликт с английскими и французскими торговцами. Они сильно прижимали местных по ценам на хлопок, бывало, обманывали при продажах, а тут я такой весь честный и выгодный покупатель. Чуть накинул закупочную цену и всегда плачу в срок. Теперь несколько крупных торговцев заключили со мной договоры. Вот англы с лягушатниками и взбесились. Пробовали мне подгадить, но не нашли понимания ни у местной администрации, ни у криминала. Мне доложили, что готовят провокацию против вас. Есть точные сведения: нанимают пиратов для нападения на ваш караван. Вы получили мою докладную?

— Да, Анвар, поэтому нас и усилили пехотой. С пиратами справимся. Правда, если появится военный корабль, тогда уже сложнее.

— Не думаю, что они решатся привлекать военных, но кто их знает. Мозоль для них больная. Здесь, на месте меня не так просто подвинуть, а вот в море…

— Шхуны все вооружены по десять орудий. Ну и по ходовым как мне сказали непросто угнаться за нами. Груз хлопка не тяжёлый. Проскочим. Товар привезли как ты заказывал.

— Ну дай-то бог, — промолвил Анвар, поглаживая короткую бородку.

— Деловую древесину заберут сразу, металл и инструменты тоже уже полностью выкупили. Мёда останется совсем немного, только для торговли. Да и самовары хотят оптом забрать.

— Гляжу, развернулся ты не слабо, Анвар, — улыбнулся Кудельников.

— Трудимся не покладая рук, — скромно ответил Анвар. И тут ему вспомнилась неприятная встреча с представителем английских купцов, господином Джеком Уокером. Затянутый в сюртук, краснолицый, постоянно потеющий, он неприятным, скрипучим голосом с ходу принялся давить на Анвара:

— Смею вас заверить, господин Анвар: ваши действия несовместимы с общими правилами торговли с аборигенами. Вы даже не соизволили встретиться с нами и обсудить ценовую политику. Вы своими действиями подрываете наш бизнес. Это нехорошо и чревато для вас большими проблемами. Поверьте, я не угрожаю, я вас предупреждаю.

Колючий взгляд дельца буквально сверлил Анвара.

— А кто устанавливает правила торговли? Я думал, любой торговец торгует так, как считает нужным.

— Вы глубоко заблуждаетесь, Анвар. Торгуют все по правилам. Эти правила устанавливаем мы.

— Мы — это кто?

— Не пытайтесь казаться глупым, уважаемый Анвар. Вы прекрасно всё поняли. Я вас предупредил. Дальше — ваш выбор.

Анвар собрался и посмотрел на Уокера так, как смотрел князь Иванов-Васильев, — очень надеясь, что у него получится.

— А теперь послушай меня, Джек. Мне глубоко плевать на тебя и на ваши правила. Я торгую так, как считаю нужным. И запомни: если я узнаю о твоём косом взгляде в мою сторону или, не приведи всевышний, ты задумаешь что-то против меня, я вырежу вас поголовно и скажу, что так всё и было. Я не клянусь, я просто ставлю тебя в известность. Отрежу голову как барану.

Судя по реакции господина Уокера, у Анвара всё получилось. Тот мгновенно побледнел, потоотделение усилилось, но пот стал холодным.

— Сам не забудь моих слов и передай всем, кто недоволен моими неправильными действиями. Мне без разницы, кому резать горло.

С тех пор никто не приходил и не пытался угрожать Анвару. После того разговора Уокер попытался прощупать почву у главного смотрителя и криминального авторитета Аскара, но получил вежливый отказ от вмешательства в дела уважаемого Анвара и совет не лезть в его дела — это чревато нехорошими последствиями. Уокер не послушал и обратился к английскому посланнику в Александрии, где ему дали наводку на несколько пиратских кланов. Информация исправно поступала от Аскара.

— Уважаемый Анвар, я не могу как-то давить на пиратов. Но я дал им сведения о вас и о том, что нападать на ваши суда будет весьма неосмотрительно. Не уверен, что они меня послушают, так что имейте в виду — нападение не исключено.

Признался Аскар на одной из встреч с Анваром. Вовремя переданная главному смотрителю некая сумма лишь подтвердила хорошую репутацию уважаемого Анвара — честного и порядочного торговца. Налоги уплачены, купцы отзываются о нём только хорошо. Побольше бы таких. Сам же главный смотритель, наслышанный о грязных делах английских и прочих европейских торговцев, относился к ним с тщательно скрываемым неприятием. Жадные они.

Немного поразмыслив Кудельников оставил группу усиления из трёх бойцов ССО ещё на три месяца, до следующего рейса. Мало ли как пойдут события.

Представительство английского посольства в Александрии.

Сэр Вильям Бекер, представитель посла, молча слушал Уокера, главу торгового дома.

— Сэр, наглость и самоуверенность этого Анвара переходят все границы допустимого. Он сбил нам все цены на хлопок и посмел угрожать мне кровавой расправой. Вы должны повлиять на него и показать наглецу, что значит мешать нам в нашем деле. Замечу, сэр, в очень важном деле.

Бекер с некоторым равнодушием смотрел на Уокера.

— Послушайте, Джек. Не мне вас учить, как делаются подобные дела. Я не вижу проблем: способов решения множество. Проще всего убрать самого Анвара.

Уокер нахмурился:

— Я пробовал решить проблему этим способом, но столкнулся с тем, что те, к кому я обращался за помощью, вежливо отказали мне и посоветовали не лезть в дела Анвара.

— Даже так? — Бекер удивлённо приподнял правую бровь. — Неужели он настолько значимая фигура в торговле хлопком?

— Да, сэр. За два года объём его закупок увеличился в семь раз. Он переманил двух крупных поставщиков, чем значительно сократил наши закупки. Вы совершаете ту же ошибку, что и мы, — недооцениваете Анвара.

— Он что, действует в одиночку?

— Нет, сэр. Он представитель компании «Русский хлопок». Торговые возможности этой компании достаточно велики, чтобы составить нам конкуренцию.

— Уокер, вы понимаете, что я не могу напрямую вмешиваться в ваши дела?

— Да сэр. Захват и уничтожение каравана судов серьёзно подорвёт состояние русской компании.

Бакер задумался. — Хорошо я дам вам выход на главу одного из крупных пиратских кланов. Дальше действуйте сами и ради бога не упоминайте меня ни при каких обстоятельствах. — Поморщился Бакер.

— Конечно, сэр.

Уокер не стал откладывать и договорился о встрече с Мелик-беем — главой одного из крупных пиратских кланов. Тот обитал в особняке в квартале, прилегающем к порту Александрии, где проживала весьма зажиточная публика.

Поздним вечером Уокер встретился с Мелик-беем.

— Уважаемый Мелик-бей, — начал разговор Уокер, — наслышан о вас как о серьёзном человеке, которому в море нет равных.

Мелик-бей благосклонно прикрыл глаза.

— У меня к вам важное дело. Возникла острая необходимость уничтожить караван судов с грузом хлопка. Впрочем, на ваше усмотрение: можете захватить суда и оставить себе. Главное, чтобы они были потеряны для хозяев.

Мелик-бей заинтересованно посмотрел на собеседника:

— Что за караван?

— Три торговые шхуны русской компании. Они стоят под погрузкой в порту и скоро должны выйти в море.

— Три торговые шхуны… — задумчиво протянул Мелик-бей. — Что я буду иметь с этого?

— По две тысячи лир за каждое судно, золотом. Суда полностью в вашем распоряжении.

— По три тысячи, уважаемый? — улыбнулся Мелик-бей.

— Нет, Мелик-бей. Две тысячи, и суда, и товар — ваши. Вполне справедливая цена.

— Хорошо. Половину вперёд.

Уокер приказал слуге принести кожаную сумку и передал Мелик-бею три тысячи золотых лир.

— Могу ли я быть уверен, что вы выполните свои обязательства? — спросил Уокер.

Мелик-бей кивнул:

— Сообщите, когда суда выйдут из порта.

После выгрузки груза и погрузки хлопка караван вышел в море. Предстоял заход в Константинополь, чтобы забрать дипломатическую почту и прочие небольшие грузы. Не задерживаясь, суда снова вышли в море. Оно было относительно спокойным, однако холодный ветер нагонял волну; распустив паруса, караван быстро набирал ход и взял курс домой.

Во время стоянки в Константинополе Кудельников сообщил капитану шхуны «Пегас», лейтенанту Бархотину, о возможном нападении пиратов.

— Николай Ильич, эти сведения имеют серьёзные основания, — заявил Кудельников за ужином в кают-компании. Лейтенант Бархотин, как старший каравана, внимательно выслушал его.

— Я услышал вас, Макар Иванович. Завтра, перед выходом, проведу совещание, и мы подробно обговорим предстоящий поход.

Ветер дул в левый борт. Караван шёл плотной колонной, сохраняя между судами дистанцию не более полутора-двух миль. Когда побережье Малой Азии осталось позади и начался выход в Эгейское море, смотрящий громко доложил:

— Шесть вымпелов прямо по курсу, идут на пересечение!

Бархотин и Кудельников поднялись на мостик. Лейтенант приник к окуляру подзорной трубы.

— Ваши опасения, Макар Иванович, были не напрасны. Идут явно по наши души, — спокойно проговорил он. — Сигнальщик, передай на «Ольгу» и «Волжанку»: сократить дистанцию, построиться треугольником. «Пегас» — на острие.

— Макар Иванович, попрошу вас спуститься в каюту.

— Ещё чего! Всё снаряжение при мне, а воевать мне не привыкать. Так что располагайте мной, господин лейтенант.

Коротко глянув на Кудельникова, лейтенант сказал:

— Добро, Макар Иванович, будьте с абордажниками.

Послышались громкие команды, засвистели боцманские дудки. Слышался дробный топот матросов, разбегающихся по кораблю.

Кудельников достал баул со снаряжением, надел лёгкий бронежилет, взял дробовик и пистолет, разложил по карманам четыре гранаты. Выйдя на палубу, пристроился к абордажникам по правому борту, наблюдая за приближающимися судами пиратов.

Караван атаковали три одномачтовые тартаны, две двухмачтовые шебеки и одна двухмачтовая шхуна. Пять более мелких судов нацелились на «Пегас» и «Волжанку», а пиратская шхуна атаковала дальнее судно. Матросы быстро убрали паруса, оставив минимум для малого хода, и натянули сети. Кудельников внимательно следил за манёврами трёх пиратских судов, которые атаковали «Пегас». Пираты были опытными мореходами. Одна шебека заходила с носа, другая — с кормы. Мелкая тартана держалась за передней шебекой.

Когда пиратские корабли достигли дистанции уверенного выстрела, лейтенант скомандовал поворот в правую сторону, давая возможность сделать бортовой залп. Раздался грохот восьми орудий шхуны. Пираты успели совершить манёвр, поставив суда носом к противнику, но одно из ядер удачно попало в мачту шебеки: она сразу потеряла ход и попыталась уйти в сторону. Другая шебека, не пострадавшая от залпа, развернулась, выстрелила из трёх орудий и, совершив быстрый поворот, пошла на сближение с «Пегасом». Орудия левого борта не успевали перезарядить, стало понятно, что шебека приблизится вплотную и совершит абордаж.

Фельдфебель абордажников скомандовал:

— Отделение на левый борт, гранаты к бою!

Кудельников выполнил приказ и приготовил гранату. До борта шебеки было не больше двадцати метров.

— Гранатами бей! — раздалась команда.

Чиркнув запалом и досчитав до двух, Кудельников бросил гранату на палубу шебеки, где толпились пираты, готовые к абордажу. Раздалась серия взрывов, затем следующая, и стрелки стали методично расстреливать оставшихся в живых пиратов, мечущихся по палубе в поисках укрытия от губительного огня.

Суда стали расходиться, и лейтенант дал команду на бортовой залп. Два орудия были заряжены картечью, два — ядрами. С палубы пиратской шебеки снесло все мачты, а в борту появилось две пробоины, одна практически по ватерлинии. «Пегас» отошёл от избитого судна и стал разворачиваться, чтобы помочь «Ольге», которая сражалась со шхуной пиратов.

Бой «Волжанки» прошёл ещё быстрее. Она потопила тартану и обменялась залпами с шебекой, которая не стала идти на абордаж, а разошлась с «Волжанкой» и стала удаляться на безопасное расстояние, как и пиратская шхуна. «Ольга» получила незначительные повреждения и пару дыр в верхней части борта.

Лейтенант Бархотин не стал добивать вторую шебеку, которая малым ходом пыталась уйти как можно дальше; к тому же шхуна подошла к месту боя и прикрыла её. Распустив паруса, караван, набирая ход, последовал дальше.

Итог боя был таков: наши суда потопили шебеку и тартану, серьёзно повредили ещё одну шебеку и нанесли незначительные повреждения пиратской шхуне. Убитых нет, восемь матросов ранено.