— Вы говорили об этом с полицией?

— Не говорила никому, кроме вас, только что.

— Почему для него снова и снова писать одни и те же серии чисел, страницу за страницей?

— Понятия не имею, но той ночью Лонни всё говорил о каком-то сигнале, опасном — мол, он мозги ему и другим людям промывает и всё такое. Он боялся, Джоэл. Говорил, что его убьют. Что они идут и что убьют его. Он был вдрызг пьян и нёс полный бред, но это то, что он говорил. Я не могла разобраться, о чём он вообще, — но Лонни боялся, это я точно говорю. По-настоящему боялся. Так что я спрашиваю: кто, Лонни? Кто тебя убьёт? Но он не говорил. Только твердил, что они идут и убьют его. — Биа затянулась. — А потом убили.

Джоэл встал и поднёс кружку к стойке. — Спасибо, Биа, вы очень помогли.

Она взяла у него кружку и поставила в раковину. — Вы разберётесь, кто это сделал?

— Постараюсь. — Он протянул руку. — Если появятся ещё вопросы, можно снова вас потревожить?

— Когда угодно, — сказала она, пожав ему руку. — Как будто у меня есть чем заняться.

— Если придёт кто-нибудь ещё с вопросами — включая полицию, — не рассказывайте им ничего из этого, ладно?

— Из чего? — Она улыбнулась. — Понятия не имею, о чём вы.

Они обменялись рукопожатием.

— У вас обручальное кольцо? — спросила Биа.

— Да.

— Женатый мужик, надо же.

— Уже давно.

— Счастливо?

— К сожалению, да.

— Надо же. — Она вздохнула. — Вот это жизнь. Ну, или нет, похоже.

Пройдя через кухню и гостиную, у входной двери Джоэл протянул ей свою визитку. — Если вспомните что-нибудь, что может оказаться важным, или захотите позвонить.

Она прочла карточку, потом посмотрела на него. — Вы любите свиные отбивные?

Джоэл слегка засмеялся. — Да.

— Просто чтоб вы знали: я делаю восхитительные свиные отбивные. Если когда-нибудь позову вас прийти и поесть их вместе, соглашайтесь, потому что они чертовски хороши и я обещаю не лезть на вас.

— Обязательно учту.

Она склонила голову. — Можно сказать вам кое-что?

— Конечно.

— Пообещаете не смеяться?

— Обещаю.

Почти шёпотом она сказала: — Иногда ночью, когда темно и я одна, я... я пугаюсь.

— Я тоже.

Она игриво усмехнулась, а потом, поняв, что он не шутит, сказала: — Правда?

Если бы вы только знали.

— Все иногда пугаются. Просто надо не давать страху слишком крепко держать тебя. В большинстве случаев бояться нечего.

— Но иногда есть.

— Да. Иногда есть.

— Когда я слышу эти звуки внизу из квартиры Лонни, вы думаете, это он ходит там?

— Лонни мёртв, Биа.

— Да, мёртв, — грустно согласилась она. — Но это не то, о чём я спрашивала.

Глава одиннадцатая

Небо приобрело странный серый оттенок — грозя снегом, — а холод сохранялся в послеполуденные часы. Хотя в городе было оживлённо, Джоэл больше не видел таинственной машины и предполагал, что кто бы ни следил за ним раньше, на данный момент, по крайней мере, отступил.

Следуя указаниям Кейтлин, Джоэл проехал несколько кварталов и добрался до перекрёстка и угла, где был убит Лонни. Он нашёл место у закусочной и припарковался. Люди и машины двигались по улицам, безразличные к ощущениям, захлёстывавшим его в ту минуту, пока его взгляд остановился на ближайшем углу.

Вот здесь , подумал он. Лонни умер прямо здесь.

Невзирая на все попытки остановить это, в воображении промелькнули картины: Лонни, которого стреляют и который падает на мостовую, тело корчится, голова кровоточит, и он умирает прямо на улице. Живой — и сразу мёртвый. Он гадал, успел ли Лонни понять, что происходит, — успел ли среагировать, испугаться или хотя бы почувствовать боль. Джоэл надеялся, что нет.

Он выключил двигатель, прогнал мысли и картины и набрал номер Tuser Industries с визитки Джерри Симпсона.

Автоответчик принял звонок на второй гудок. Чуть приятный, то ли живой, то ли нет, женский голос сообщил, что Джоэл дозвонился до Tuser Industries, и предложил ряд вариантов. Джоэл выбрал добавочный отдела кадров.

— Добрый день, отдел кадров. Это Пегги.

— Добрый день, Пегги, — сказал Джоэл. — Джерри Симпсона, пожалуйста.

— Простите, господин Симпсон сейчас на совещании. Как вас представить?

— Меня зовут Джоэл Уокер. Не подскажете, когда Джерри освободится?

— Трудно сказать, — сообщила Пегги тоном такой лучезарной жизнерадостности, что это граничило с мультяшностью. — Могу я поинтересоваться, по какому поводу, господин Уокер?

— Это достаточно личное дело, — ответил Джоэл как можно нейтральнее.

— Понимаю. Если хотите, оставьте номер, и я обязательно передам его господину Симпсону, как только он освободится.

Джоэл продиктовал номер мобильного самой радостной секретарше, которую когда-либо слышал, и отключился. Обдумал разговор с Биа и то, что нашёл в квартире Лонни.

По Tuser Industries у него было немного зацепок, и нельзя было исключать, что это тупик, — но Биа говорила, что трудности Лонни совпали по времени с его работой там. В сочетании с тем, что странная записная книжка была связана с этим Джерри Симпсоном, — как минимум всё это заслуживало расследования.

Выйдя из машины, Джоэл мысленно воспроизвёл то утро, когда Лонни пересекал улицу в направлении закусочной. Откуда бы стрелок ни появился и куда бы потом ни скрылся, в момент убийства он был пешим, — потому что рана в висок Лонни была нанесена в упор.

Но откуда пришёл убийца? Если принять теорию, что Лонни его не заметил, — стрелок либо подошёл сзади, либо справа. Из материалов дела, знакомых Джоэлу, Лонни был застрелен в правый висок — значит, если стрелок подошёл сзади, он должен был поравняться с ним, выйти справа — со стороны проезжей части, — приставить пистолет к голове и выстрелить. Возможно и правдоподобно, но если стрелок изначально шёл справа, он мог двигаться прямо к Лонни с другой стороны улицы по прямой линии к цели. Оба варианта рабочие, но второй казался более эффективным — а значит, более вероятным. Третий вариант: убийца шёл спереди. Если это так, он прошёл мимо, справа, и выстрелил в тот момент, когда оказался рядом. Если третий сценарий верен, Лонни либо не знал стрелка (поскольку видел, как тот идёт), либо это был человек, с которым он пришёл на встречу и который просто выстрелил так стремительно, что Лонни не успел среагировать. Вне зависимости от сценария убийство должно было произойти быстро и безошибочно: было воскресное утро, людей на улице немного. В одном смысле это облегчало побег незамеченным, но с другой стороны — именно из-за малолюдья труднее было незаметно приблизиться к жертве.

Джоэл осмотрел улицу в поисках камер. В наши дни камеры есть всюду.

На заправке примерно в квартале отсюда камеры наблюдения располагались на крыше — направленные на насосы. В зависимости от угла они могли что-то поймать, хотя на таком расстоянии вряд ли дали бы что-то полезное. Больше камер, насколько Джоэл мог видеть, в округе не было. Совпадение или удобство?

Следующим Джоэл подумал о пути отхода. Если это не было абсолютно случайной и бессмысленной казнью, убийство Лонни было спланировано заранее. Это казалось несомненным. Следуя этой логике, очевидно, существовал и заранее продуманный маршрут бегства. Вне зависимости от дня и степени оживлённости улицы — ни один наёмный убийца не стреляет в человека на улице средь бела дня, не имея заранее намеченного пути отхода.

Джоэл обернулся и посмотрел в сторону заправки. В дальнем конце улицы, в четырёх-пяти кварталах, были видны указатели на шоссе. Если было задействовано транспортное средство, стрелок, скорее всего, ушёл именно туда. Любое иное направление завело бы его глубже в город, в более оживлённые районы с большим риском встретить свидетелей — и существенно осложнило бы и удлинило выезд. Если стрелок уходил пешком — всё ровно наоборот: другие три направления давали укрытие в людской толпе или в тихих переулках, где можно просто уйти, никуда не торопясь.

Хотя он не мог быть уверен, инстинкт подсказывал: скорее всего, была машина. Всё-таки это было убийство, да ещё мастерски исполненное: ни поимки, ни следов — по крайней мере пока. Значит, скорее всего, профессионал или как минимум человек, тщательно всё продумавший. А вероятность того, что кто-то из этой категории шёл к месту и обратно пешком, — ничтожно мала.

Джоэл представил машину, заранее припаркованную где-то поблизости, с как минимум двумя людьми внутри. Они должны были знать, с какой стороны придёт Лонни, и занять позицию, откуда его было видно, — но где их самих он не заметил бы. Справа от Лонни, решил Джоэл. Тогда, пока тот приближался, стрелок мог незаметно выйти из машины, пересечь улицу по прямой — кратчайший и наиболее эффективный путь — и выстрелить в правый висок прежде, чем Лонни, вероятно, вообще успел его увидеть. Машина могла тут же выехать и, воспользовавшись тем, что проспект достаточно широкий, развернуться и остановиться на углу у места убийства. Стрелок садится — и машина мчится в сторону шоссе, через секунды растворяясь в плотном потоке, откуда может уйти либо в сторону Нью-Бедфорда и мыса Код, либо в сторону Род-Айленда и Нью-Йорка.

Несколько секунд спустя Джоэл стоял на углу, где умер Лонни. Он хотел ощутить острое чувство ужаса или страха — какой-то остаточный след тьмы на том месте, где его друг сделал последний вдох и покинул этот мир. Но ничего не почувствовал. Просто угол улицы — как любой другой. Никаких признаков и никаких следов того, что всего несколько недель назад здесь был убит человек. Всё исчезло. Как и Лонни. Исчезло.

Зазвонил телефон. Всё ещё рассеянный, он ответил, не проверив, кто звонит. — Да?

— Господин Уокер, детектив Росси.

— Детектив, здравствуйте.

— Вы в городе?

— Да.

— У меня есть немного времени, если вы всё ещё хотите поговорить.

— Конечно, — сказал Джоэл, направляясь к машине. — Где и когда?

Детектив назвал ему китайский ресторан на Род-Айленд-авеню и сказал, что будет там через десять минут.

Джоэл добрался минут за пять и быстро нашёл «Танцующую панду» — заведение семейного типа в тёмном прямоугольном здании, утопленном от дороги в глубь небольшой парковки. На крыше красовалась гигантская светящаяся неоновая панда с воком в лапах.

Джоэл запарковался и вошёл через дверь бара.

Бар и ресторан за ним были слабо освещены и почти пусты. Остановившись у входа, он заметил, как китаянка-барменша с крашеными платиновыми волосами и тяжёлой подводкой ослепительно ему улыбнулась. Он улыбнулся в ответ и двинулся дальше. Он уже почти уселся, когда в дверях, ведущих в зал ресторана, появился китайский официант и спросил: — Господин Уокер?

— Да.

— Прошу за мной.

Джоэл последовал за ним через весь ресторан — мимо моря столов со свечами под стеклом в центре каждого — вдоль ряда кабинок и в итоге в самый тёмный угол заведения.

В маленькому столику в стороне сидел один-единственный человек, потягивая что-то из стакана.

— Детектив?

Мужчина поднял глаза с бесстрастным выражением лица и поманил Джоэла. — Господин Уокер, — сказал он, вставая и протягивая руку, — я Майк Росси.

— Приятно познакомиться. — Джоэл пожал ему руку. Крепкое рукопожатие, почти агрессивное, но не совсем. Когда они разжали руки, Росси жестом указал на стул напротив, потом сам сел. Джоэл присоединился к нему.

— Хотите что-нибудь? — спросил Росси. — Проголодались? Может, выпить?

— Нет, спасибо, я в порядке.

Росси кивнул официанту, и тот отошёл. Детектив был немного моложе, чем ожидал Джоэл, — вероятно, чуть за тридцать, с тёмными вьющимися волосами, намеренной щетиной и скромным костюмом. — Я здесь часто бываю, — сказал он. — Тихо, понимаете? Еда приличная, напитки крепкие, а персонал — высший класс.

— Ценю, что согласились встретиться, — произнёс Джоэл. Он уже почувствовал: тон детектива немного изменился по сравнению с телефоном.

Росси откинулся назад и помешал чем-то похожим на колу красной пластиковой трубочкой. — Мне нужно, чтобы вы понимали: дело Скотта — открытое, текущее расследование, так что я не вправе обсуждать ни само дело, ни какие-либо связанные с ним детали.

— Конечно. Я просто надеялся...

— Вот в чём дело, — сказал Росси, подавшись вперёд и упершись локтями в стол; мрачная интенсивность его взгляда в скудном освещении ощущалась почти физически. — Я знаю, кто вы, хорошо?

И вот оно. — Хорошо, — вздохнул Джоэл.

— Я знаю всё о вас и о том, что здесь происходило много лет назад.

— Справедливости ради...

— Дам вам маленький совет, — перебил Росси. — Знаете, чисто между нами. Это не двадцать лет назад. То было тогда. Это сейчас. Если вы думаете, что приедете сюда и снова устроите свой балаган, как тогда, вас ждёт очень неприятный сюрприз, Уокер, — потому что я этого не допущу. Понятно? Не допущу. У меня есть напарник, которого я специально не привёл, — он был тогда новичком и я не был уверен, что смогу его удержать от того, чтобы он не засунул ногу вам куда следует. Вы понимаете, к чему я клоню?

Джоэл тоже подался вперёд. Свеча на столике между ними горела, пламя подрагивало и облизывало их лица переливающимся светом. — Я здесь не как репортёр. Я здесь как друг Лонни — потому что его дочь попросила меня всё выяснить.