На следующий день я сидел в кофейне на первом этаже университета, и бездумно листал ленту соцсетей. Раздражение и злость еще клокотали во мне. Образ Лизы в библиотеке, ее дерзкие ответы. Я видел, как дрожат ее пальцы, но это не помешало ей отвечать мне так, как будто она мне ровня. Она — непонятно кто, поставила себя со мной на один уровень. Этого я точно так не оставлю. Кстати, насчет того, кто она. Я вспомнил слова Вити о том, что ходят слухи, что она якобы балерина.

«Черт, какая у нее фамилия.»

Я открыл поисковик и начал вбивать запросы: «Лиза — балерина», «Балерина — Лиза», «Самая юная балерина», «Балерины Москвы», но то ли я вводил что-то не так, то ли это действительно были всего лишь слухи.

«Темная лошадка какая-то, а не девка», — я с психом швырнул телефон на стол и затянулся электронкой.

— Ищешь про нашу новенькую? — над моим ухом раздался голос Вити, который пялился в горящий экран моего телефона.

— Не твое дело, — я недовольно вздрогнул.

— А зря, я тут поспрашивал, — Витя самодовольно уселся напротив. — Оказывается, она не просто ходила на балет. Она была звездой академии. Ее готовили к самой «Жизели», прикинь.

Я уставила на Витю. «Жизель»… Я, конечно, не разбирался во всей этой ерунде, но знал, что это одна из главных партий.

— И? — я постарался, чтобы в моем голосе не проскальзывали заинтересованные нотки.

— И вот на какой-то там репетиции — хрясь! — Витя с размаху хлопнул ладонью по столу, заставляя тех, кто сидел в кафе на нас обернуться. — Полный разрыв связок. Говорят, она вообще чуть ногу не потеряла.

Я медленно сделал глоток уже успевшего остыть кофе. Полный разрыв, я спортсмен, и прекрасно понимал, что это значило, особенно, если она балерина. Это почти что приговор, ей придется очень долго восстанавливаться. И тут в голове щелкнуло: нога. Скорее всего, на ней ортез. На своих двоих без поддержки передвигаться не вариант.

— Откуда ты это знаешь? — с прищуром посмотрел я на Витю.

— Подруга моей двоюродной сестры учится в той же академии. Говорит, все в шоке были. Лучшая из лучших, и на тебе.

— Так значит, она типо прима.

Я откинулся на спинку стула. В моей голове сложился пазл. Звезда. Травма. Потеря роли. Теперь я понял, почему она мне так отвечала, это была броня, броня человека, который пытается сохранить остатки достоинства. Сочувствовал ли я? Сложно сказать. Я лишь узнал ту струну, на которой можно сыграть.

— Интересно, — тихо произнес я, — глядя в пустую чашку. — Она ведь, наверное, до сих пор видит себя на сцене. А приходится находиться здесь, с ортезом, с нами.

Я поднял глаза на Витю.

— Спасибо, ты мне очень помог.

Теперь я знал, на что давить, в моих руках была трагедия чужой жизни, и я готов был использовать ее без малейших угрызений совести. Ведь это лишь игра, а в играх я привык побеждать.

— И что ты планируешь делать?

— Что делать? Пригласить ее в театр, — проскользнула у меня шальная мысль.

— Чего?! — Витя закашлялся, поперхнувшись кофе. — Ты не прикалываешься? Чувак, скажи, что ты прикалываешься.

— К сожалению, я абсолютно серьезен.

Я снова полез в поисковик, на этот раз, вбив запрос: «балет «Жизель» в Москве, расписание», мне сразу выпала афиша Большого. Отлично! Я пролистал состав — Лизы в нем не было, вместо нее солисткой была какая-то стремная Мария Стеклова. Премьера была через три дня, я недолго думая, перешел на вкладку «Купить билет» и заказал два на самые лучшие места.

— Ты точно псих, — прокомментировал Витя, — думаешь, она с тобой пойдет?

— А разве есть девушка, которая способна мне отказать? Не родилась еще такая. — Я уже чувствовал свою победу.

Я хотел посмотреть, действительно ли балет так важен для нее. Мне было интересно узнать ее поведение, ее реакцию, чтобы окончательно понять, с чем я имею дело, и использовать это в своих целях, возможно, даже там, в театре, я заставлю ее испытать моральную боль в очередной раз. Но чтобы она со мной пошла, я должен был забыть о том, чтобы доставать ее. Пусть думает, что я был не прав.