Офелия

‒ И куда мы едем? ‒ спросил меня Альберт, стоило нам выехать на лесную тропу, ведущую от Эденхолла к Макинберду.

‒ К Нираму Роггерсу, ‒ произнесла я и немного поерзала на спине Хлопушки. Мне не было тесно. Скорее я ощущала некий томительный дискомфорт в районе ягодиц. И то я не могла назвать это ощущение неприятным. Все было ровным счетом наоборот. Мне бы на дорогу смотреть, а все мои мысли, как назло, убегали к пояснице, где мы тесно прижимались друг к другу с бароном.

‒ К стекольщику? ‒ голос Альберта в лесной тиши казался хриплым, низким и каким-то непозволительно обволакивающим.

Мурашки предательски побежали по телу, устремившись вниз живота.

Бездна! Находиться рядом с временным мужем с каждым разом становилось все сложнее и сложнее.

‒ К нему, ‒ кое как выдавила я и прикусила губу. Нужно было срочно отвлечься.

‒ И это с ним-то вы не можете быть вместе? ‒ подала голос Роуз, а я чуть вновь чуть не свалилась с лошади от неожиданности. Благо, вовремя среагировала и удержалась.

Кошмар! Я совершенно забыла, что мы здесь не одни и не просто так выехали прогуляться по ночному лесу.

Ответить по понятным причинам не могла, лишь быстро метнула взгляд в сторону призрака и состроила недовольное лицо. Нечего мне тут компрометирующие вопросы задавать.

‒ А кто он для Роуз?

‒ Ее любимый. С которым они, ‒ я опять посмотрела на летящую рядом девушку, и она благосклонно кивнула, позволяя мне продолжить. ‒ Они собирались пожениться.

‒ Даже так, ‒ тихо произнес Альберт и замолчал.

С полчаса мы ехали молча. Каждый витал в своих мыслях. Я грустила. Меня сильно печалила такая любовь, у который просто не могло быть счастливого конца. Как в целом и у нас с Альбертом.

Какие бы я чувства к нему не испытывала, они все равно были неминуемо обречены на провал. Мы с ним — это просто две параллельные линии, которые никогда не пересекутся. Лишь соприкоснутся на короткое время.

Мы выехали из перелеска, и перед нами в небольшой низине раскинулся Макинберд. На фоне тонкой полоски горизонта, где только-только занимался рассвет, он казался темным бездонным очагом бездны.

Только вот в сам город нам ехать не надо было. Нирам жил на отшибе. Так сказать, за чертой цивилизации.

‒ И ты собиралась ехать сюда одна? ‒ иронично спросил меня барон. Маленькие старые дома неприметно смотрели на нас своими темными окнами-глазницами, будто бы пытаясь прогнать недобрым взглядом незваных гостей.

Я поежилась. Обычно я приходила к стекольщику днем. И при свете дня окраина действительно не пугала. Но ночью...

Да, я, безусловно, была рада тому факту, что Альберт поехал с нами.

Дом Нирама виднелся белым пятном на фоне всеобщей серости. Мужчина хорошо следил за своим жилищем, в отличие от своих соседей. Да и зарабатывал он на своем мастерстве в десятки раз больше, чем местное окружение.

‒ Он собирался купить нам дом в другом месте. Как раз накопил нужную сумму. Чтобы и ему работать было удобно. И чтобы на меня в городе не косились...

Роуз тяжело вздохнула и полетела вперед. Но на пороге дома замерла. Девушка легко могла проскользнуть внутрь, но что-то ее останавливало. Она обернулась к нам, ожидая, когда мы спешимся.

Альберт слез первым, а затем протянул ко мне руки, облаченные в ненавистные перчатки, и помог мне слезть. И вновь, как вчера вечером, мы замерли друг напротив друга. От потемневшего взгляда мужчины я забыла, как дышать. Румянец опалил щеки, а в груди разлился огонь. Казалось, пламя поселилось в моих венах.

‒ Кхм... ‒ раздалось над моим ухом, и мне пришлось отступить от барона. ‒ Голубки, я вам не мешаю. Я вообще-то с любимым пришла прощаться, а вы...

‒ Мы не голубки! ‒ возразила я Роуз и только потом поняла, что ляпнула это вслух. И дабы избежать разрастания неловкости, я зашагала к дому стекольщика: ‒ Идемте.

‒ Стучи, ‒ душа зависла возле моего плеча мерцающей дымкой.

‒ Может быть, ты сначала заглянешь внутрь? ‒ предложила я, но на меня посмотрели такими гневными глазами, что спросить мне расхотелось.

Я постучала.

Тишина.

Постучала чуть сильнее.

И вновь тишина.

Тогда в дело вступил Альберт. Он обрушился на дверь своим могучим кулаком, и та даже заскрипела от его усердия. Глядишь, и щепки полетят во все стороны.

Тут уже не выдержала Роуз. Позабыв про нерешительность и страх, она прошла сквозь стену и вылетела обратно, вопя так, что мне пришлось закрыть уши руками, дабы не оглохнуть.

‒ Он мертв. Мертв...

‒ Ломай дверь, ‒ попросила я мужа сипло, и он не стал задавать лишних вопросов. Уверенным движением руки он задвинул меня себе за спину, а потом развел руки в стороны, призывая два небольших пульсара.

Но не стоило обманываться их размерами. Спустя секунду после того, как светящиеся магические шарики сорвались с ладони барона, от двери не осталось и следа. Она просто превратилась в труху.

Мужчина влетел в образовавшийся проход первым, мы с Роуз следом.

Нирам обнаружился на полу в маленькой кухоньке. И мужчина правда выглядел мертвым. Бледный, без сознания… Но я точно знала, что он жив. Ни духа рядом, ни привычного холодка не ощущалось.

‒ Нам срочно нужно отвезти его в лазарет!