Альберт

В этот раз силы вернулись лишь спустя минут двадцать. Все-таки Роберту понадобилось не легкое прикосновение, а полноценная отдача, к которой я не был готов. Но я ни о чем не жалел. Ни капли. За благодарный взгляд Офелии я бы рискнул отдать еще больше. Только чтобы она так смотрела на меня чаще.

Дурак! Отрицать свои чувства становилось труднее. Мне нужно было создавать между нами пропасть, а я строил мост.

Глупец! Даже если откинуть все то, о чем Офелия не знала, я в любом случае не имел права привязывать девушку к себе. Она заслуживала лучшего. Мужчину, способного прикасаться к ней, гладить ее шелковистые волосы, целовать ее мягкие губы… И чего уж греха таить ‒ не только губы.

Она была создана для чуткого удовольствия. А я не мог ей это дать. Хотя хотел этого. До черных пятен в глазах, до рези в пальцах, до скрежета зубов. Боролся, но продолжал желать невозможного. И как бы я не пытался, не мог выгнать некромантку из головы. Она прочно заняла там место и махала мне ручкой всякий раз, стоило прикрыть глаза.

Все то время, что Морган и Офелия провели за пределами имения, я не находил себе места. Как только силы вернулись, шум в ушах исчез, а зрение обрело былую резкость я встал и начал мерить гостиную шагами.

Когда солнце подкатилось к горизонту, ложась в комнату длинными тенями, я остановился у окна. Сумеречное небо ‒ полотно пурпурных и синих оттенков, отражало бурю, бушующую внутри меня.

Дверь скрипнула, разрушив чары моей задумчивости. Я повернул голову на шорох ткани, заведомо зная, что застану на пороге Харпер. Сестра, чинно сложив руки в замок, прижимала их к груди.

‒ Еще не вернулись? ‒ спросила она участливо. И я поразился той перемене, что случилась с кузиной за этот тяжелый день. Не было в ней былой дерзости, не было и нахальства. Она действительно переживала.

Я мотнул головой и вновь устремил взгляд за окно, надеясь, что вот-вот на извилистой дороге у кромки леса появится экипаж. Но его все не было.

Я гнал тревогу, хотя тихий голос побуждал меня к действиям. И мне надоело с ним бороться.

‒ Ты куда? ‒ воскликнула Харпер, когда я пронесся мимо нее.

‒ Поеду навстречу, вдруг что-то стряслось, ‒ сказал и почувствовал возросшую уверенность. Тело требовало движений, активности, и я не собирался больше противиться внутренним стремлениям.

‒ Но...

Я не дослушал. Оказавшись в холле, я взял с вешалки пальто и выскочил в наступающую ночь. И я даже почти свернул к конюшне, чтобы оседлать Метеора. Когда в дали послышался шум копыт и характерный скрип колес.

Но тревога не спешила развеиваться: я все еще не увидел Офелии. А я был обязан удостовериться, что с ней все хорошо.

Я подбежал к экипажу, сердце колотилось в груди, будто отбивая ритм марша. Дверь кареты открылась, и на пороге возникла Офелия. Ее лицо было бледным, но с легким румянцем на щеках, а глаза, обычно такие светлые и игривые, казались тусклыми.

‒ Альберт? ‒ завидев меня, некромантка удивленно охнула и вдруг потеряла равновесие, опустив ногу мимо ступеньки. Я отреагировал моментально и не задумываясь: подхватил ее за талию, прижимая к себе. Она была такая легкая, хрупкая, словно фарфоровая кукла. А пахла так невероятно, что я тут же ощутил прилив в определенных местах, отчего поспешно, но осторожно опустил ее на землю на некотором расстоянии.

В этот момент, как будто сам воздух загудел. Я не мог отвести взгляд от лица Офелии, где читалось облегчение и усталость, а еще… было нечто, что я не мог разгадать. Нечто, что заставляло меня забыть обо всем, кроме самой девушки и моих рук на ее тонкой талии.

‒ Ты в порядке? ‒ выдохнул я голосом, хриплым от волнения.

Офелия кивнула, но не произнесла ни слова. Она смотрела на меня с благодарностью и какой-то тайной тоской. Мне хотелось сжать ее в объятиях, защитить от всего на свете и не отпускать больше никогда.

Но я не мог.

‒ Фух, я думал, эта безднова дорога не закончится никогда, ‒ раздался из экипажа веселый голос Моргана и на меня как будто ушат холодной воды вылился.

Оторвав ладони от женского тела, я поспешил спрятать их за спиной. Но все это время я неотрывно смотрел на девушку, не в силах справится с нахлынувшим притяжением. И на долю секунды мне показалось, что я прочел в глазах Офелии сожаление. Но эта эмоция была столь мимолетной, что я списал ее на усталость.

‒ Давайте быстрее в дом, я велю подать ужин, ‒ резко обернувшись, я двинулся к крыльцу, силясь тем самым увеличить расстояние между собой и некроманткой. Но почему-то меня все равно не покидало ощущение, что я хожу по острию ножа, которое сегодня-завтра угодит мне прямо в сердце.

‒ А где? Морган, стой! ‒ раздался позади меня голос девушки, а за ним послышался отчетливый хруст стекла и тяжелый девичий вздох. ‒ Ох…

‒ Ох, Офелия, прости. Я не хотел!