Офелия

‒ Он рассказал тебе про проклятье?

Это было первое, что спросил Морган, когда мы кое-как разместили Роберта на одном из сидений. Пришлось согнуть ему ноги и прислонить их к спинке экипажа, чтобы ютилец мог ехать лежа. Я сидела рядом с ним, придерживая обмякшее в дреме тело, надеясь, что сила Альберта помогла приемному отцу отсрочить новый приступ. По какой-то причине я была уверена, что второй не заставит себя долго ждать.

‒ Да, ‒ произнесла тихо, легонько поглаживая горячую ладонь Роберта. Его больше не била дрожь. И это было хорошим знаком.

Морган выдохнул и мотнул головой:

‒ Я уже думал, что он никогда не сознается. Он так долго держал это внутри себя…

‒ О таком первому встречному не расскажешь.

‒ И то верно, ‒ Морган вновь вздохнул. ‒ Но ты теперь часть его семьи.

Сердце сжалось в комок.

‒ Временная часть, ‒ я посмотрела на мужчину, ожидая, что он начнет меня успокаивать. Возможно, попытается утешить. Однако рыжик улыбался. Открыто и легко.

‒ Что?

‒ Да так, ‒ тут же отмахнулся Морган. ‒ Временные рамки ‒ понятие растяжимое, знаешь ли.

Не выдержав, я фыркнула и отвернула голову к окну, наблюдая за проносящимися за стеклом пейзажами. Думать о том, что Альберт захочет, чтобы я осталась в его жизни по истечению шести месяцев, мне казалось глупостью. Да он и сам признался, что я не в его вкусе. Конечно, кому нужна мрачная жена?

До самого лазарета мы больше не разговаривали. А когда приехали, помощники лекаря, которыми он успел обзавестись всего за сутки, перенесли Роберта в просторное помещение и уложили на свободную койку, отделенную от остальных белой ширмой. Надо отметить, что больных в лазарете было предостаточно. И выглядели они не лучшим образом: кто-то тревожно спал, кто-то тихо стонал от боли, кто-то плакал…

Я поспешила спрятаться за ширмой, трусливо признавшись самой себе в том, что смотреть на зараженных было слишком больно. Еще чуть-чуть и я просто не сдержу рыданий. Однако я прекрасно понимала, что мои слезы не принесут облечение ни мне, ни больным.

Гулко вздохнув, я отметила, что воздух на бывшем складе хоть и был спертым, однако теперь в нем витали запахи трав и чего-то еще, неуловимо приятного и успокаивающего.

‒ Лисандер сейчас подойдет, ‒ Морган помог мне устроиться на стуле рядом с кроватью и по-дружески потрепал меня по плечу. ‒ Я его уже позвал.

‒ Спасибо, ‒ улыбнувшись другу, я наклонилась к Роберту и поправила сбившуюся простыню. Он спал, но сон его был беспокойным. Вздрагивающие веки, хмурый лоб и бегающие под кожей на скулах желваки выдавали внутреннюю борьбу.

Вскоре ширма отъехала в сторону, являя нашему взору господина Колинса.

‒ Офелия, мне так жаль, ‒ лекарь посмотрел на меня с сочувствием. ‒ Я так надеялся, что хворь не затронет никого из наших близких… Но за последние сутки ко мне привезли с десяток горожан.

‒ И у всех один и тот же симптом? ‒ спросил Морган.

‒ Да, головная боль, ‒ Лисандер развел руками и подошел вплотную к койке Роберта.

Лекарь провел тщательный осмотр и задал несколько вопросов. Я отвечала, как могла, хотя не все понимала из того, о чем меня спрашивали. Когда обследование было закончено, мужчина обернулся ко мне.

‒ Увы, девочка моя…

Оканчивать фразу ему не было нужды. Я и так знала, что споры Пожирателя зацепили моего ютильца. И мне надо было об этом срочно поговорить с Лисандером.

‒ Вы осмотрели Роуз Платнер?

Замявшись на пару секунд, лекарь кинул беглый взгляд на Моргана. Осознав, что счетовод в курсе дела, мужчина все же кивнул.

‒ Да, должен признать, что ничего подобного я раньше не видел. Тело целое и невредимое, а вот сердцевина… Пуста.

‒ Бездна! ‒ ругнулся Морган. ‒ Опасения Альберта подтвердились.

‒ Целиком и полностью, ‒ не стал обнадеживать нас лекарь. Бледный, уставший, но сам походил сейчас на восставшую из песков мумию. ‒ И я очень надеюсь, что эта тварь наелась и покинула наш город. Потому что если это не так…

‒ Не так, ‒ оборвала я Лисандера. ‒ То, что происходит с людьми, на прямую связано с Пожирателем. И раз им становится хуже, значит лишь одно ‒ существо среди нас. И оно никуда не ушло.

По лицу мужчины пробежала рябь страха. Я видела это в его глазах. И всецело разделяла его чувства. Поэтому выложила ему все, чем успел поделиться со мной Альберт. По невидимые споры и про то, что тварь способна питаться через них.

‒ Лисандер, вы должны найти взаимосвязь между телом Роуз и остальными больными. Это очень важно, ‒ попросил Морган, когда я закончила говорить. Слова его были пропитаны мольбой.

Господин Колинс как-то весь сжался. И это понятно, ведь на плечи лекаря ложился тяжкий груз. И я хотела помочь ему разделить это бремя.

‒ Я же со своей стороны сделаю все возможное.

‒ Значит, ‒ заключил Лисандер слегка дрожащим голосом. ‒ Будем действовать как команда?

‒ Именно! ‒ уголек надежды внутри меня начал разгораться.

Мы оставили мужчину в тягостных размышлениях, но пока что покидать лазарет я намерена не была.

‒ Куда ты? ‒ Морган еле за мной поспевал. ‒ Уже возвращаемся?

‒ Я еще не попрощалась с Робом, ‒ качнула головой и решительно добавила: ‒ Но прежде, мне необходимо кое с кем переговорить.