Северная природа всегда была суровой, и жизнь людей здесь требовала стойкости, выносливости и умения полагаться на собственные силы. Это отразилось и в верованиях скандинавов. Их боги не баловали людей милостями и редко вмешивались в повседневные дела смертных. У самих небожителей было достаточно забот, ведь им предстояло однажды сойтись в последней битве – Рагнарёке, после которой погибнут и они, и нынешний мир.

Желание заглянуть в будущее было свойственно не только смертным, но и самим асам. Один, верховный бог, ради этого знания даже поднял из могилы пророчицу – вёльву. Она поведала ему о грядущем конце: решающей схватке богов с чудовищами и великанами, после которой все существующее будет уничтожено. Это предание известно как «Прорицание вёльвы» («Вёльвоспа») – один из ключевых текстов «Старшей Эдды».

Согласно мифам, вначале был хаос. Из столкновения льда Нифльхейма и огня Муспельхейма появился перворожденный великан Имир. Позднее Один и его братья Вили и Ве убили его и из частей его тела создали землю, небо, горы, моря и облака. Так возник мир, разделенный на девять областей, связанных между собой мировым древом Иггдрасиль. В Асгарде, расположенном в верхних уровнях мироздания, поселились асы – племя богов. Люди получили Срединный мир – Мидгард. Под корнями же Иггдрасиля возник Нифльхейм, в котором находился Хельхейм – царство мертвых, где правила богиня Хель, дочь Локи.

У каждого аса в Асгарде был свой чертог, но особенно выделялись владения Одина. В крытом серебром Валаскьяльве возвышался его трон Хлидскьяльв, с которого можно было обозревать все миры. Другой чертог – Гладсхейм – включал в себя знаменитую Вальгаллу, куда валькирии приносили павших воинов. Эти избранные – эйнхерии – вечно пировали и упражнялись в битвах, готовясь к Рагнарёку. Остальные погибшие герои попадали к богине Фрейе и находили приют в ее владении Фольквангре.

Мартин Винге. Битва Тора с гигантами. 1872 г. Национальный музей Швеции. Стокгольм

Каждое утро эйнхерии выходили на поединки, сражались насмерть, но их раны чудесным образом заживали. После этого они садились за пиршественный стол.

Вальгалла представлялась огромным залом, стены которого украшали щиты и мечи, сияющие как светильники. В «Старшей Эдде», в «Речах Гримнира», говорится, что в чертоге 540 дверей, и в день Рагнарёка через каждую из них выйдет по 800 воинов.

Чтобы накормить это воинство, повар Андхримнир варил мясо вепря Сехримнира. Но к вечеру зверь оживал и снова был готов к новой трапезе. Питье добывалось от козы Хейдрун: по преданию, она щипала листву Иггдрасиля и источала из вымени неиссякаемый мед, которого хватало всем. Сам же Один ничего не ел и довольствовался вином.

У корней Иггдрасиля, возле источника Урд, жили три норны – богини судьбы. Они поливали дерево жизни, чтобы оно не погибло, и пряли нити судеб всех людей и богов. Урд отвечала за прошлое, Верданди – за настоящее, Скульд – за будущее. Их мудрость была столь велика, что даже Один обращался к ним за советом. Существовали и менее значимые норны, которые приходили к каждому новорожденному и определяли его судьбу.

Противоположностью сияющему Асгарду служит Нифльхейм – страна вечного холода, тумана и мрака. Его частью считается Хельхейм – владение смерти, куда уходят души тех, кто не пал в бою. Это не ад в христианском понимании, а скорее мрачный приют для усопших, куда попадают и люди, и великаны, а порой даже боги.

Эдвард Роберт Хьюз. Бдение валькирии. 1906 г. Частная коллекция

Хельхейм отделен от Нифльхейма высокой стеной или горным хребтом и считается отдельным царством. Там царят сырость, холод и полумрак.

Души мертвых начинают свой путь с переправы через реку Гьёлль по мосту Гьялларбру. Он звенит, если по нему проходит живой, и поэтому сразу выдает нарушителя. Охраняет мост великанша Модгуд, строго надзирая за теми, кто идет в мир мертвых.

Дальше лежит лес Ярнвид, где растут деревья с листвой из железа. Там бродят ведьмы и волки, и путь через лес ведет к воротам Хельхейма. У этих ворот дремлет Гарм – чудовищный пес с четырьмя глазами, налитыми кровью. Его ярость можно усмирить только «пирогом Хель», который клали в могилы покойникам. Без этого дара живой не пройдет: только те, кто при жизни помогал другим, могут миновать страшного стража без препятствий.

Само царство, окруженное высокими стенами, принадлежит дочери Локи – богине Хель. Чертог владычицы называется Элвиднир – «Мокрая морось». В нем все говорит о скорби: на столе ее еда – Голод, ножом служит Жадность, слуга зовется Лежебокой, служанка – Соней. Порог ее дома – Гибель, ложем является Горе, а пологом – Пожар.

Несмотря на весь мрак, обычные души находят в Хельхейме относительный покой: это серое существование без радости, но и без мучений. Но есть в этом царстве и особое место – Настранд, «Берег трупов». Туда изгонялись убийцы, предатели и клятвопреступники. Их ждали ледяные потоки и пещера, стены которой сплетены из тел ядовитых змей. Оттуда ведет путь к источнику Хвергельмир, где дремлет дракон Нидхёгг. Он грызет корни Иггдрасиля и время от времени прерывается, чтобы пожирать кости мертвых.

Йоханнес Гертс. Хель. 1889 г. Иллюстрация из книги Walhall: Germanische Götter- und Heldensagen für Alt und Jung am deutsche Herd erzählt, 1901 г.

Из Хельхейма никто не возвращался, кроме бога Хермода – сына Одина, которого послали к владычице подземного царства, чтобы выпросить освобождение для Бальдра, самого светлого и любимого из асов. Но и его усилия оказались тщетными. Лишь в конце времен, когда наступит Рагнарёк, из мрачного царства выступит корабль Нагльфар, построенный из ногтей мертвых, и воинство Хель примет участие в последней битве.

Северяне использовали и другие образы смерти. Иногда души оставались в курганах: то как грозные мертвецы-драуги, причиняющие вред живым, то как тени, что ищут покоя или встречают возлюбленных. Но это было лишь временное состояние – в конце концов все пути вели либо в Вальгаллу, либо в Хельхейм.