В связи с участившимися в последнее время преступлениями с неясными мотивами, такими как «преступления на почве гнева», «преступления на почве психопатии», «преступления без ответа» и серийные убийства, полиция все чаще прикладывает усилия, чтобы в первую очередь «понять преступника», а не «раскрыть дело». Преступники обладают уникальной патологической психологией, которая отличается от психологии здорового человека. Можно сказать, что в каждом человеке таятся демоны с такой искаженной психологией, которые могут никак не проявлять себя долгое время, но в любой момент способны превратить человека в убийцу, и задача профайлеров – вычленить этих убийц из общества, как вычленяют волков из стада овец. С помощью профилирования можно удержать серийного убийцу от совершения новых преступлений, если вовремя выявить и задержать преступника с психопатическими наклонностями.

Профайлеры – это эксперты-психологи, призванные помочь гражданам в кризисных ситуациях. Используя психологические приемы, они могут остановить тех, кто собирается сделать отчаянный выбор, например совершить суицид. Участие профайлера в переговорах с преступником также имеет большое значение для предотвращения трагедий.

Когда полицейские вмешиваются в кризисные ситуации, чтобы предотвратить суицид или безопасно спасти заложников, их называют кризисными переговорщиками. Кризисные переговорщики – это офицеры, которые экстренно вступают в переговоры для мирного разрешения ситуации, если человек в кризисной ситуации (самоубийца, психически больной, захватчик заложников и т. д.) представляет непосредственную угрозу жизни, телу или имуществу других людей или своему. Прибыв на место инцидента, полицейские-переговорщики определяют, связана ли ситуация с попыткой самоубийства (ситуация без заложников) или с захватом заложников, а затем пытаются разрешить ее путем переговоров. Они выслушивают человека в кризисной ситуации, налаживают с ним доверительные отношения, убеждают преступников отпустить заложников и устанавливают канал переговоров.

Термин «переговоры» означает «решение проблемы или вопроса путем обсуждения, дискуссии, компромисса и т. д.». Другими словами, переговоры – это процесс решения проблем, в котором несколько сторон идут на компромисс, используя такие средства, как дискуссия и обмен аргументами, для достижения результата, который так или иначе устроит каждую из сторон. Следовательно, кризисные переговоры с преступником – это процесс решения проблемы посредством диалога между правоохранителями и нарушителем (или лицом, вовлеченным в инцидент) в кризисной ситуации. Кризисные переговоры возникают, если жизнь, тело или имущество человека находятся в явной и непосредственной опасности со стороны другого человека или напрямую подвергаются посягательствам, что требует незамедлительного вмешательства полицейских.

Кризисные ситуации делятся на ситуации с заложниками и без заложников, и точно так же, соответственно, делятся кризисные переговоры. Поскольку идея таких переговоров для Южной Кореи все еще считается новшеством, большинство граждан считает, что термин «переговоры» означает только переговоры о заложниках. Тем не менее в Соединенных Штатах примерно в 80 % ситуаций участие полицейских-переговорщиков не связано с заложниками, например, суицидальные ситуации, в которых преступник пытается покончить с собой. Таким образом, считать любые переговоры переговорами о заложниках было бы ошибкой, поскольку это представление не отражает большую часть кризисных ситуаций, приводящих к переговорам. Поэтому в Южной Корее используют термин «кризисные переговоры», чтобы учесть переговоры во всех ситуациях, в том числе не связанных с заложниками, например в случае попытки самоубийства.

Таким образом, в любой кризисной ситуации участие полиции направлено на разрешение инцидента. Однако вмешательство полиции часто означает применение силы и вооруженное подавление преступников. В Южной Корее при захвате заложников первым же шагом становится применение силы для усмирения преступников, а если это не удается сделать сразу, то полиция направляет спецназ для новой попытки вооруженного подавления преступников. Такие ситуации редко заканчиваются без ранения виновника или потерпевших. В инцидентах с захватом заложников, о которых время от времени сообщается в теленовостях, заложники оказываются ранены из-за того, что преступники не обезврежены до конца. Поскольку вероятность провала при силовом подавлении с участием спецназа очень высока не только в нашей стране, но и в более развитых странах, в том числе в США, то в первую очередь необходимо стараться решить ситуацию путем переговоров.