В истории американской криминалистики немало серийных убийств. Но есть в ней и до сих пор не раскрытое дело, известное как «суд века» или «дело о похищении сына Чарльза Линдберга».

Полуторагодовалый ребенок был похищен в ночь на 1 марта 1932 года. Похититель, предположительно, забрался в детскую, на второй этаж дома Линдбергов в Ист-Эмвилле (недалеко от города Хопвелл, Нью-Джерси), по лестнице, никем не замеченный, и после в записке потребовал выкуп в 50 тысяч долларов. Чарльз Линдберг, офицер военной авиации, был в то время всемирно известным героем – в 1927 году он совершил рекордный беспосадочный перелет через Атлантический океан. Расследование поручили лучшим следователям, выкуп был выплачен, но ребенка так и не вернули, и расследование также зашло в тупик. Лишь через 72 дня было найдено тело мальчика.

Оставалось ждать, пока похитители начнут тратить полученные деньги – банкноты были особым образом помечены. Ожидания оправдались через 2 года, когда мечеными купюрами расплатились на заправочной станции. Платившего срочно задержали; им оказался плотник Бруно Рихард Гауптман, немецкий иммигрант. При обыске его дома полиция обнаружила в стене сарая 14 тысяч долларов – часть денег, помеченных для передачи похитителям. Однако на допросе Гауптман вину не признал и говорил, что не знает, откуда появились эти деньги, а кроме того, упомянул, что раньше у него было хобби собирать старые купюры. Выяснилось также, что Гауптман был женат и уже имел судимость за ограбление. Эту судимость сочли косвенным указанием на то, что лестницу, которую специально сделали для похищения, действительно мог изготовить только плотник, подобный Гауптману. По сумме открывшихся обстоятельств полиция заявила, что решила открыть дело.

Однако Гауптман отрицал вину и повторял, что деньги ему на время доверил друг, с которым они вместе иммигрировали и который отправился по делам в Германию. Якобы Гауптман вместе с этим другом вложил около 7 тысяч долларов в открытие бизнеса в Германии, но друг погиб из-за несчастного случая, и Гауптман думал, что потерял вложенные деньги. На очередном допросе он заявил, что обнаружил в ящике и сумке 14 тысяч долларов, которые друг спрятал в сарае перед отъездом, и, узнав о смерти друга, решил потратить найденное на повседневные расходы. Поскольку Гауптман отрицал виновность в преступлении, полиция вела расследование еще более усердно. Дело приобрело широкую известность, но чем дольше шло расследование, тем явственнее становилось несоответствие косвенных улик предположению, что Гауптман – преступник.

В частности, соседи показывали, что в ночь похищения Гауптман был дома вместе с женой. Кроме того, эксперты-почерковеды, сравнивая почерк похитителя на записке о выкупе и почерк Гауптмана, заключали, что они различаются. И вдобавок было заявлено, что «голос Гауптмана и голос похитителя, скорее всего, не один и тот же», поскольку во время звонка о передаче выкупа за ребенка няня также слышала голос похитителя. Однако полиция надавила на экспертов, няню и соседей, пообещав им вознаграждение за показания, в которых они обвинят Гауптмана. Поэтому вскоре были получены новые заявления от свидетелей о том, что «Гауптман и похититель – одно лицо».

Суд присяжных признал Гауптмана виновным, и ему вынесли приговор о смертной казни за убийство первой степени. Однако Гауптман продолжал настаивать на своей невиновности. Дело вызвало огромный интерес по всему миру, поскольку, казалось, состояло из загадок и нестыковок. В то же время одна американская газета, очень влиятельная в округах Нью-Джерси и Нью-Йорка, предложила Гауптману дать эксклюзивное интервью с признанием в убийстве, после которого его жена и дети получили бы 90 тысяч долларов – огромную сумму, с которой могли бы жить без нужды всю оставшуюся жизнь. Но Гауптман отказался, говоря: «я не убийца, как я могу признать себя виновным?»

Теперь и губернатор Нью-Джерси Гарольд Хоффман предположил, что Гауптман может быть невиновен, поскольку отказался от огромных денег – вдвое больше, чем выкуп за похищенного ребенка. Движимый участием, он тайно вызвал прокурора и попросил пересмотреть дело Гауптмана. Тот, изучив материалы, сообщил, что результатам расследования нельзя доверять из-за фальсификации показаний и искажения экспертизы почерка и отпечатков пальцев.

Губернатор ознакомился с результатами прокурорской проверки, а затем сам встретился с Гауптманом. Ход разговора убедил его, что подозреваемый, скорее всего, невиновен, поэтому губернатор дал указание полиции и прокуратуре возобновить расследование дела. Однако те сразу заявили: «Повторное расследование может уронить моральный дух прокуратуры и полиции, и это, скорее всего, обрушит систему правосудия. Кроме того, слишком многих тогда нужно будет наказать за лжесвидетельство, а это невозможно». Губернатор Хоффман согласился с такими доводами, потому что должен был учитывать позицию полиции и прокуратуры, чтобы в следующий раз одержать победу на выборах. Кроме того, он не мог игнорировать общественное мнение – граждане Нью-Джерси возмущались немецкими иммигрантами.

Губернатор Хоффман снова посетил Гауптмана в тюрьме и предложил «смягчение приговора – замену казни пожизненным заключением, если он признает себя виновным», но Гауптман ответил: «Вам нужно сделать кого-то козлом отпущения, и вы решили, что это буду я. Я невиновен. Но если нужен козел отпущения, то я вынужден стать им». Гауптмана казнили. В последнем слове непосредственно перед казнью Гауптман также заявил, что невиновен. После исполнения приговора дело было закрыто, но поскольку Гауптман до самого конца заявлял о своей невиновности, то можно сказать, что правда по этому делу до сих пор неизвестна.

По окончании дела Конгресс США принял так называемый «закон Линдберга», согласно которому похищение детей признавалось федеральным преступлением.

Это дело прозвали «процессом века», потому что о нем говорят и по сей день. Оно до сих пор остается поводом для теорий заговора, почти так же, как убийство Джона Кеннеди. Вместе с тем на его примере видно, насколько все-таки были ненадежны полномочия американской полиции прошлого, если их вынесли на всеобщее обсуждение. В то же время ради раскрытия дела прокуратура и полиция прибегли к необоснованным и незаконным действиям, склоняя иммигранта Гауптмана выдать себя за преступника, а затем, когда Гауптмана выставили преступником, американские граждане во всем обвинили иностранных иммигрантов. Так социальная атмосфера оказала негативное влияние на расследование. Именно поэтому даже сейчас, спустя почти век, звучат утверждения, что Гауптман был не преступником, а жертвой ложного обвинения.

По мотивам этого дела Агата Кристи написала детективный роман «Убийство в Восточном экспрессе». В романе похититель, скрывая личность с помощью денег, украденных у семьи похищенной жертвы, живет в роскоши. Однако семья похищенного ребенка все же находит преступника и привлекает его к ответственности.