Записи о самых первых судебно-медицинских экспертизах в Корее относятся к периоду династии Чосон[10]. Может возникнуть вопрос: разве судебно-медицинская экспертиза тогда уже была? На каком же уровне она могла проводиться?

Во времена династии Чосон это были первые систематические попытки узнать причину смерти погибшего, чтобы выявить преступника и не обвинить невиновного. Если происходило убийство, осмотр тела проводили как минимум дважды, а иногда и трижды. Поскольку вскрытие было запрещено, при осмотре внимательно изучали шрамы и состояние тела, используя доступные инструменты для определения причины смерти, причем для обеспечения точности и непредвзятости результаты первичного осмотра при последующих не разглашались. Кроме того, проводилось тщательное офтальмологическое обследование[11]. Поскольку современных методик научного анализа еще не существовало, то исследования опирались почти исключительно на офтальмоскопию и тщательный осмотр, что определяло их огромную важность. Например, при убийстве аристократа выяснение причины смерти считалось настолько серьезным делом, что на первом, повторном и заключительном осмотре тела для большей объективности присутствовали чиновники, которые затем докладывали о результатах королю.

Такой осмотр тела проводили, основываясь на трактате «Севонрок» – первом в мире тексте по судебной медицине, написанном в Китае при династии Юань[12]. Впоследствии трактат несколько раз дополнялся и перерабатывался, уступив место исправленной версии – «Мувонрок», а после – «Синджу Мувонрок»[13]. Это руководство по судебной медицине использовалось до самого конца правления династии Чосон.

Как уже было сказано, конфуцианская этика того периода запрещала вскрытие мертвых. Тем не менее тщательный осмотр тела проводился вполне логично с научной точки зрения. Например, для того чтобы проверить, был ли человек отравлен, в рот и пищевод мертвеца помещали серебряную бусину с целью узнать, не изменится ли ее цвет. Также в рот или пищевод помещали ложку риса, который затем скармливали курам: если те погибнут, значит, человек умер от отравления. Утопленника определяли по белой пене из носа и рта – если ее не было, считалось, что в воду бросили труп. «Синджу Мувонрок» не только систематически и подробно описывал каждую причину смерти, но и указывал на определенный метод, применяемый для выяснения причины смерти жертвы; кроме того, трактат содержал всю доступную информацию, связанную с расследованием, включая процедуры осмотра тела и составление отчета.

Современная судебно-медицинская экспертиза в Южной Корее – ровесница самого государства и полицейского управления. 4 ноября 1948 года в Бюро общественной безопасности Министерства внутренних дел был создан отдел судебно-медицинской экспертизы, в состав которого вошли подотделы криминалистики, судебной химии и дактилоскопии. И сейчас в Южной Корее 4 ноября отмечают как День судебно-медицинской экспертизы. 25 марта 1955 года был основан Национальный институт судебно-медицинской экспертизы, начавший активно развивать и продвигать в уголовную практику научные аспекты криминалистики.

В 1990-е годы, с развитием современных технологий, в Южной Корее сформировались основы современной судебной экспертизы. С внедрением передового аналитического оборудования и новейших разработок южнокорейская криминалистика начала стремительно развиваться и совершенствоваться, применяя такие методы, как генетический анализ, электронная микроскопия, криминалистический гипноз, криминалистическое профилирование, проверка на полиграфе и т.д.

Однако с появлением детективных телесериалов, таких как «CSI Место преступления», возник так называемый эффект CSI: в обществе укоренилось представление, что судебная медицина практически всесильна и результаты исследований при расследовании уголовного дела можно получать едва ли не мгновенно. С одной стороны, можно сказать, что эффект CSI предполагает ожидание «эффектного представления доказательств судебно-медицинской экспертизы», а с другой стороны, он заставляет людей поверить, что судебно-медицинская экспертиза и ее результаты будут «столь же безукоризненны, как в детективном телесериале». Это представление в свою очередь влияет и на общественное мнение, и на судебные процессы, работая как на пользу, так и во вред, как для обвинения, так и для защиты. Например, под влиянием эффекта CSI присяжные, ожидавшие веских и ярких доказательств, могут быть разочарованы недостаточно впечатляющей речью обвинения и его свидетелей или слабыми доказательствами без аудиовизуальных материалов и вынести решение о невиновности в деле с высокой вероятностью вины. И наоборот, присяжные смогут обвинить подсудимого в деле, где высока вероятность невиновности, если доказательства представлены в стиле мыльной оперы и с использованием эффектных психологических приемов.