Образ матери в былинах – это образ эпической героини, по-своему не уступающей значимостью самому богатырю. Такова, например, матушка богатыря Добрыни Никитича. В источниках имя разнится: ее называют то Офимьей Александровной (это имя, скорее всего, представляет собой искаженное Евфимия), то Мамелфой Тимофеевной (иногда Амелфой).

Именно с материнского предостережения, которое оказывается вещим, и начинается былина «Добрыня и Змей».

В один особенно знойный день решил Добрыня сходить к Пучай-реке, искупаться в ее прохладных водах. Мать его, вдова Офимья Тимофеевна, просила туда не ходить: река, мол, опасная, в три потока льется – в одном искры сыплются, во втором пламя бушует, из третьего дым валит. Добрыня клятвенно уверил, что просто прогуляется по полям, и мать, успокоившись, отпустила его.

Но Добрыня солгал: напрямик к реке отправился, да и полез в воду. Не испугался – вода показалась приятной, бодрящей. Но не успел он достичь середины, как небо почернело, молния ударила, и сверху ринулся Змей Горыныч – трехголовый, с семью когтями, рыкнул громом:

– Сказывали мне старцы, что от рук Добрыни погибну. А он сам, глупец, мне в лапы лезет!

– Победи сперва, – бросил ему Добрыня, – а уж потом похваляйся!

Завязалась лютая схватка. Конь Добрынин в страхе убежал, унося доспехи. Но даже без оружия Добрыня одолел змея. Взял с него клятву, что не будет тот больше летать над Русью, разорять селения, похищать дев. Змей поклялся – и был отпущен.

Только слово свое он не сдержал: как только освободился, в Киев полетел и увлек с собой княжью племянницу, красавицу Забаву Путятишну, в Сорочинские горы. Князь вызвал Добрыню и приказал вызволить девицу. Да не мечом, ведь теперь, говорит, Змей тебе брат названый. А не справишься – голова с плеч.

Добрыня, сокрушенный, вернулся домой. Мать услышала – побледнела, но виду не подала. Велела сыну отдыхать, а сама всю ночь плела ему плетку из семи шелков. Утром вручила:

– Поезжай. У входа в логово будут змееныши – пусть конь их топчет, а как устанет, плеткой стегни меж ушей, силы прибавится. Всех перебей. А дальше – Забаву спасай.

Вещий (книжное, поэтическое, устаревшее) – тот, кто знает (ведает), предсказывает будущее, пророчит. В сказках часто встречается мотив вещих снов, которые предостерегают или направляют героев, вещих слов помощника или наставника.

Плетка, которую мать сплела Добрыне, помогла ему не только змеенышей извести, но и победить самого Змея Горыныча, освободить князеву племянницу и русских мужиков, которых змей увел в полон. Даже ослушавшегося сына матушка пожалела, простила и помогла, хотя на Руси родительское наставление считалось священным.

Другой образ матери-наставницы дают былины о Василии Буслаеве. Имя героя новгородских былин впервые упоминается в Новгородской летописи XVI века. По всей видимости, и сказания о нем складываются примерно в это же время.

Василий Буслаев рос в Великом Новгороде и с малых лет обладал богатырской силой и хвалился молодецкой удалью, не знавшей узды. Никто не мог с ним помериться силой.

Будет Василий семи годов,

Стал он по городу похаживать,

На княженецкий двор он загуливать,

Стал шутить он, пошучивать.

Шутить-то шуточки недобрые

С боярскими детьми, с княженецкими:

Которого дернет за руку – рука прочь,

Которого за ногу – нога прочь.

Двух-трех вместе столкнет – без души лежат[14].

Никто не мог на него управы найти, никто справиться не мог, потому шли новгородцы на поклон к матушке богатыря.

Приходят с жалобой от князей новгородских

К пречестной вдове Мамелфе Тимофеевне:

«Ай же ты, честна вдова, Мамелфа Тимофеевна!

Уйми ты свое детище любимое,

Молода Васильюшка Буслаева:

Ходит он по городу, похаживает,

На княженецкий двор он загуливает,

Шутит он шуточки нехорошие

С теми детьми боярскими,

С боярскими детьми, княженецкими,

Побивает смертию напрасною».

Тут честна вдова Мамелфа Тимофеевна

Не пускает сына гулять во Новгород,

Шутить шуточек недобрых[15].

Выросши до семнадцати лет, силу Василий Буслаев почувствовал в себе несокрушимую, справил оружие: и копье бурзамецкое взял себе, и вострую саблю наточил, и лук с мощным боем сделал. Собрал пир на весь мир, досыта кормил и допьяна поил молодцов, что к нему пришли угощаться, целых двенадцать дней. Из них Василий и выбрал себе тридцать дружинников, всех как на подбор – молодых и ретивых.

Бурзамецкое (мурзамецкое, муржемецкое, диал.) – татарское, восточное (от «мурза» – татарский феодал).

Попав в один из дней на княжий пир, не разумел Василий меры в вине. А напившись, стал похваляться, что один со своей дружиной всех мужиков Великого Новгорода побьет. Слушали его, но верить не спешили, и тогда Василий побился с тремя новгородскими князьями на великий заклад и назначил время и место встречи.

Но матушка богатыря на встречу эту не пустила. Считая сына буйным и неразумным, она заперла его в подвалах дома, а на Волховский мостик пришла его ватага биться без предводителя. Конечно, без богатыря куда им было управиться со всеми новгородскими мужиками. Битву дружина Василия проигрывать стала. Увидела одна из дворовых девок Мамелфы Тимофеевны, как гонят новгородцы ватажников, побежала и выпустила Василия.

Хоть и не было у него оружия, Василий схватил тележную ось и побежал скорее на помощь. Против его силы новгородцы не устояли, и снова пришлось князьям бежать и звать на помощь его матушку.

Честна вдова Мамелфа Тимофеевна

Одевала платьица черные,

Одевала шубу соболиную,

Полагала шелом на буйну голову,

И пошла Мамелфа Тимофеевна

Унимать своего чада любимого.

То выгодно старушка догадалася —

Не зашла она спереди его,

А зашла она позади его

И пала на плечи могучие[16].

Хитрость Мамелфы Тимофеевны была оправдана. Подойди она к сыну спереди – не удержал бы удара и убил ее. Но теперь никого не слушавший Василий Буслаев внял словам матери.

Тут Васильюшко Буслаевич

Опускает свои руки к сырой земле,

Выпадает ось железная из белых рук

На ту на мать, на сыру землю.

И говорит Василий Буслаевич

Своей государыне-матушке:

«Ай ты, свет сударыня-матушка,

Да ты, старушка лукавая,

Лукавая старушка, толковая!

Умела унять мою силу великую,

Зайти догадалась позади меня,

А ежели б ты зашла впереди меня,

То не спустил бы тебе, государыне-матушке.

Убил бы заместо мужика новгородского».

И тогда Васильюшка Буслаевич

Оставил то смертное побоище[17].

Так были спасены мужики Великого Новгорода. А Василий Буслаев получил наставления от матери, которая уговаривала буйное чадо не творить бесчинства и мирных людей не калечить, а биться только с врагами родной земли. Правда, ее советов богатырь так и не послушался, потому и сложил свою буйную голову уже взрослым. Но это уже другая история.