Ахимас шел по коридору, как обычно, ухмыляясь.

Сегодня был последний рабочий день недели, сокращенный, так что коридоры Фронтира почти опустели и многие двери были уже заперты.

Через стекло он видел, как дороги заполонили машины. Жутко было представить, что сейчас происходит в метро. Хоть светофоры, навигаторы и анализатор трафика и были объединены в сеть, пробки в прошлое не ушли.

В здании еще можно было встретить клерков, хотя в основном остались только научные сотрудники из ведомства генерала Тумановой. Ахимас любил работу, которой занималась Туманова и ее люди. Он воспринимал ее как высшую форму искусства, потому что только в их лицах он видел какой-то интерес и жизнь, чего нельзя было сказать о многих служащих Канцелярии. Ахимас завидовал им. Он завидовал даже простым служащим Канцелярии с их бумажной работой и на самом деле беззаботной, хоть и пустой жизнью.

Вечером обычно оставались служащие диспетчерской, Ликвидаторы, ученые, чрезвычайно занятые исследованиями, и военные на дежурстве.

Пройдя по отдающему стерильностью коридору, Ахимас зашел в лифт. Он нажал на кнопку и поехал еще выше. В лифте, кроме него, никого не было, и он смотрел через стекло на Город. Буйство пестрого оранжевого цвета уже закончилось, и яркое закатное солнце уступило бледно-голубому вечернему небу. Как жаль, что в Городе не видно звезд.

На небе висели лишь полная яркая луна, как всегда, самая красивая в этом месяце, и Черное Солнце, по размерам не сильно отличающееся от луны. В темное время суток огни Города горели еще ярче и сочнее. Буйство природных цветов сменилось буйством цветов искусственных. Неоновые огни и фонари, прожекторы на дирижаблях и их проблесковые маячки, бегущие в противоположные стороны по дорогам ленты белого и красного цвета, тянущиеся змеи поездов, игра света на неспокойной воде великой реки, – всё это приковывало взгляд и вызывало трепет, особенно при взгляде с высоты. Но всё равно звезды были бы лучше.

Лифт остановился. Ахимас сразу же оказался в просторном помещении, захватившем этот и следующий этаж. Здесь не было стен, но было много колонн. Также всюду были металлические подмостки, а внутреннее наполнение этажа умещалось на платформах, разнящихся по уровням. Это было необходимо из-за множества проводов, охладительных труб, системных блоков и серверов, окутанных холодным пурпурным паром, которые умещались под всеми этими конструкциями.

Ахимас попал в информационный центр Административной канцелярии – места, где обрабатывали всю информацию и координировали работу Фронтира. Сотрудники центров несли ответственность за поддержание единого информационного пространства организации. Они занимались радиосвязью, анализом данных, информационными сообщениями, справочной деятельностью и множеством других задач как в Городе, так и по всей стране. Даже ночью здесь работало около сотни человек, поскольку не все задачи могли выполнять машины. Центр был наполнен шумом оборудования, журчанием жидкости по трубам и звуком шагов по металлическим настилам. Это был огромный открытый офис с непрерывным потоком работы. Он пошел в сторону одной из консолей. За ней работали две девушки. Точнее, сейчас они просто сидели, повернувшись друг к другу, разговаривали и пили чай. Одна была брюнеткой с каре, другая – темно-рыжей, с волосами, собранными в хвост, на столе подле нее лежали очки. На обеих была надета форма их ведомства: юбки ниже колен, колготки, белые блузки и повязки на руке – голубого цвета с белыми просветами.

– Ахимас! – Брюнетка поставила свою кружку с чаем. – Давно ты в наши края не заходил. Не звонишь, не пишешь, я уж решила, что ты умер.

– Нет еще, – тот, как всегда, улыбаясь, ответил им еще издалека. – У нас сейчас всё в движение пришло, надо держать руку на пульсе. Проблемы на проблемах.

– Ты сам – ходячая проблема.

– Да-да. Елена… Татьяна… – Ахимас подошел и поцеловал в щеку сначала брюнетку, потом рыжую. – Как вы тут поживаете?

– Третий раз за неделю в ночную смену поставили, все паникуют из-за нападения на Собор. – Елена взяла свой чай и сделала глоток. – Гарнизоны на востоке скоро утро встречать будут, а мы тут сидим одни на всю страну. Вот, сейчас хоть все спят еще, можно чай попить.

– Я слышала, что тебя и Анну в наше ведомство перевели, – сказала Татьяна, протерев линзы и надев очки.

– Опасный ты человек, знаешь всё и про всех, – сказал он и рассмеялся. – Да, перевели, но думаю, что ненадолго. Думаю, что полковник боится, что нас с ней тоже погонят на отдаленную базу. – Об их проникновении в храм знало очень мало людей, так как это была секретная операция. Он решил, что такая версия прозвучит правдоподобно. – Я думаю, скоро всё вернется на круги своя.

– Если нам угрожает Святой Престол, то почему мы отводим войска? И вообще, разве это не дело армии? – спросила Елена.

– У нас – да, армии, но во время войны наши солдаты тоже обязаны участвовать в сражениях, если нет других угроз, – отвечала Татьяна вместо Ахимаса. – Тем более в странах Антанты Святой Престол является одной из структур надгосударственного взаимодействия, в отличие от нас – научно-исследовательского института, хоть и военизированного, а значит, войска Святого Престола – войска Антанты.

– Нашими войсками сейчас затыкают бреши в обороне. В основном на востоке. Кто знает, что сделает Империя, если Антанта перейдет к действиям, – закончил Ахимас.

– Хорошо, что наше дело – просто сидеть тут, – сказала Елена.

– Я к вам, собственно, по делу. Где находится 34-й округ? И как туда добраться? Я опять без машины.

– Служебную больше не дадут, а Полковник жадничает? – хихикая спросила Елена.

– Как-то так. – На самом деле машины у полковника больше не было. Именно на ней они с Анной были в ту ночь в храме, и машину пришлось уничтожить как улику на всякий случай. Об ее угоне Демин заявил еще за несколько дней до операции, выкорчевав все трекеры и сняв номера.

– А чего у телефона не спросишь? – спросила Татьяна, уже пробивая маршрут в компьютере.

– Телефон не такой умный и интересный собеседник, как вы, дамы.

– Та-а-ак. Тебе надо сейчас на метро, потом доехать до реки. – Татьяна одной рукой загибала пальцы на второй. – Там сесть на речной трамвай, плыть вниз, до Западного речного вокзала в центре, там еще эта огромная транспортная развязка, – она жестикулировала руками, изображая масштаб развязки. – Так, дальше на поезде семь станций, а потом пешочком или машину поймай. – Закончив, она сложила руки вместе.

– Да, не быстро.

– Ну что поделать.

– Отправишь мне по внутренней связи?

– Да, сейчас.

– Спасибо огромное, дамы, – Ахимас хлопнул в ладоши и сцепил их. – Рад был с вами повидаться, хорошего вечера.

– Не пропадай. – Елена повернулась на стуле, закинув ногу на ногу. – Заходи почаще.

– Да, заскочу как-нибудь. – Он улыбнулся и пошел к лифту. На обратной дороге он перебросился парой слов еще с несколькими знакомыми девушками. Здесь он был желанным гостем.

Великая река, имея причудливое извивающееся русло, разделяла город на три части: большие западную и восточную и небольшую северную. Еще был крупный остров, получившийся искусственно за счет создания канала в узком месте между главным руслом и небольшой дочерней рекой, но он всё равно относился к западной части города. Таким образом, в Городе было три главных речных вокзала, кроме которых, было еще три порта: Северный, Восточный и Западный.

Здание Фронтира находилось в северной части города, недалеко от мыса, где располагался вокзал, так что Ахимас решил поехать туда, а не на речную станцию.

Он вышел на улицу. Воздух уже стал морозным, и холодный ветер дул резкими порывами. В этой части города располагались преимущественно коммерческие предприятия и офисы, так что людей на улице почти не было, чего не сказать о машинах. Ахимас пошел вниз по улице мимо стеклянных коробок офисных зданий, в некоторых из которых свет горел на целых этажах. Кто-то не переставал трудиться даже в уикенд. Он выдохнул клуб пара и ускорил шаг.

* * *

В метро людей стало больше, почти все сидячие места были заняты, но Ахимас успел сесть. Занять себя ему было нечем, и он смотрел на мониторы, где передавали выпуск новостей с субтитрами, который прерывался рекламными вставками Корпорации БЛК, и на бегущую строку. Почти все новости были о происшествии в Соборе и о реакции Антанты и Святого Престола, которые почти что призывали к священному походу на Роксолану. Рядом с ним разговаривали офисные служащие:

– Слышал, что на той неделе еще было?

– Во время шторма?

– Да.

– Куча всего. По всему Городу, говорят, демоны появлялись. Просто жесть.

– Я еще читал, что в деревне возле полей БЛК демоны резню устроили. Кучу людей перебили. Их в итоге местные сами убили, прежде чем Фронтир и БЛК появились.

– А БЛК зачем пришли?

– Местным помогают понемногу вроде как. Без БЛК никто ни о чем и не узнал бы. Государственные СМИ про это молчат.

– С ума сойти.

– Вот так вот живешь ты, живешь, и вдруг тебя дома тварь поджидает. И всё.

– Ну, мы хотя бы в столице живем.

– И что? Будто здесь никто не погиб на прошлой неделе.

– Ну да…

– Демонов всё больше и больше. Это не конец. И это не просто так.

– Так вроде всегда было. Чего ты суетишься-то?

– Всегда было, потому что весь мир с ума сошел. Окончательно. Знаешь, я всё чаще задумываюсь, может, это потому, что мы от Бога отвернулись? Вся эта дрянь – Черное Солнце, эсперы – может, это кара?

– Что ты вообще несешь? При чем тут Бог? И чего с тобой вообще такое сегодня? Ты весь день на взводе.

– Просто, знаешь, я понял, что наша жизнь ничем не лучше ада. Ты когда последний раз после работы домой возвращался, а не в корпоративное общежитие? И тебе еще повезло, что у тебя дом есть. Разве это жизнь? И вообще, о многом мы задумывались в юности? Нет. А это потому, что мы родились уже в аду! Знаешь, мне открыли глаза. Я никогда не видел картины яснее, чем сейчас. Может, еще есть спасение.

– Ты совсем мозги пропил? Я больше не хочу это слушать. Возьми отпуск и отоспись – вот твое спасение…

Ахимас давно не ездил в метро, но сумасшедших в нем меньше не стало. Мир и правда обезумел, и этот парень был явным тому подтверждением.

Нужная Ахимасу станция метро была связана пересадочным узлом с речным вокзалом. Пройдя по подземному переходу, он сразу попал в просторный двухэтажный зал с зоной отдыха, лавками и кафе.

С каждого из речных вокзалов можно было не только проплыть по столице, но и сесть на корабль в другой город, так что людей здесь всегда было много.

Пройдя мимо турникетов, он оказался на перроне с пристанями, у которых стояли составы из сцепки трамвайчиков. Слева от пристаней, за забором, стояли транспортные корабли, а еще дальше – грузовые, на которые кран опускал контейнеры. Пришедшие грузы прямо здесь разделялись и отправлялись либо дальше по реке, либо по районам. И так на каждом из трех портов. Некоторые суда были транзитными и стояли на дозаправке.

Ахимас сел в первый попавшийся трамвайчик. Ему нужно было попасть на Западный речной вокзал, а там остановка делается всегда.

Вагончик тронулся и поплыл. Несмотря на внушительную скорость, речной трамвай оставался самым спокойным и медитативным транспортом. Правда, сложно представить, чтобы в Городе кто-то получал удовольствие от дальних поездок.

Ахимас смотрел на горящие огни вдоль набережной. Чем ближе к центру, тем чаще ему встречались монументальные здания из стали и гранита в сотню этажей, размером с целый квартал, украшенные обтекаемыми геометрическими орнаментами, стремящимися к небу каменными и металлическими статуями, рядом с которыми по стенам вверх тянулись лучи света. Они всем видом демонстрировали стремление к возвышению. Нечасто ему доводилось так неспешно путешествовать по Городу. На заданиях времени медлить нет, да и передвижения все происходят на служебном транспорте, а это, как правило, автомобиль. Сейчас же он просто получал эстетическое наслаждение. Он смотрел на огни набережной: подсветку уровня воды, фонари, огни домов, проносящиеся фары машин.

Их можно было даже разглядеть: в основном это были либо скромные городские машины – седаны и универсалы, либо новомодные машины, стилизованные под ретро, – похожие на кареты или на вытянутых округлых жуков, с большими круглыми фарами. Иногда мелькали и дорогие спорткары. Периодически обзор загораживали проплывающие мимо суда. Даже в такой спокойной обстановке он чувствовал пульс Города.

* * *

Ахимас оказался посреди небольшой улицы, заканчивающейся тупиком из кирпичных домов, зажатых между более современными постройками. Подобные дома вырастали неподалеку от промышленных зон. Во времена бурного роста Города в них селились в основном малоимущие, хотя в нынешнее время даже такое жилье можно было назвать роскошью.

На обочине стояли несколько машин, одна из которых, прямо у дорожного знака, была со спущенными колесами и поедена ржавчиной. Несколько фонарей постоянно мигало, еще один не горел вовсе. Но, несмотря на это, он отметил, что эта улица в некотором плане весьма уютна: на первых этажах домов было всё, что нужно для жизни: бакалейная лавка, химчистка, почтовое отделение и даже бар, который и был нужен Ахимасу.

Он зашел в дверь под тускло горящей вывеской, и над ним зазвенел колокольчик. Первое, что он почувствовал, – запах табака. Настолько сильный, что, казалось, им должно было пропитаться абсолютно всё в баре. Табачный дым висел в воздухе как ленты серпантина, рассеивая свет ламп.

Второе, что он почувствовал, – неприветливость обитателей. Когда он вошел, группа опасного вида мужчин, сидевшая за одним угловым столиком, молча проводила его взглядами. То же самое сделал и бармен, протиравший стаканы и куривший сигарету. Более-менее разряжала атмосферу музыка, играющая из музыкального автомата.

– Вечер добрый, – сказал Ахимас.

– Добрый, – ответил бармен.

Ахимас пошел к барной стойке, разглядывая трофеи, висевшие на стенах. Посетители, удовлетворившие свое любопытство, вернулись к своим делам.

– У нас тут новые лица нечасто бывают, – сказал бармен, не отрываясь от протирания стакана и не вынимая сигарету изо рта. – Чем могу помочь?

– Да вот, только переехал сюда, зашел осмотреться. – Ахимас решил, что в лоб лучше не спрашивать. Вдруг бармен и тот парень – сообщники. Хотя Ахимас так не считал, но проверить всё равно надо было.

– Не припомню грузовиков с мебелью в последнее время.

– Мои вещи привезут позже. Торопиться некуда. Да и квартиру я уже с мебелью купил. Прямо в этом доме, на пару этажей повыше. Говорят, пару недель назад освободилась. – Ахимас следил за реакцией бармена. Сначала ему показалось, что последняя фраза удивила бармена, но его невозмутимое лицо не давало понять, прав Ахимас или ошибается.

– Понятно. – Бармен потушил сигарету. – Знаете, наше заведение, оно немного специфическое.

– Да, я уже заметил. Похоже на сходку байкеров, правда, мотоциклов я снаружи не видел. А теперь вижу, что это охотники на демонов. – Ахимас провел взглядом по фотографиям и трофеям. – Простым смертным вы ведь тоже наливаете?

– Конечно. Что будете?

– Пиво, пожалуйста.

– Светлое? Темное?

– Светлое.

Бармен начал наливать пиво в кружку, не сводя глаз с Ахимаса.

– А у вас, так сказать, закрытый клуб? Или к вам можно присоединиться?

– Открытый. Справитесь ли?

Ахимас улыбнулся, как обычно, широко. Бармен поставил перед ним кружку пива.

– У меня за плечами служба в армии и несколько лет в полиции, так что за меня не переживайте.

– Демоны опаснее отчетов.

– И правда.

– Ну, если есть оружие, то можно что-нибудь сообразить.

– Можно совет новичку? Лучше работать одному или в группе?

– Тут уж кому как.

– Просто не знаю, если искать группу, то как другие воспримут новичка? Тут у всех вид бывалый.

Бармен просто хмыкнул.

– Если подумать, то как вообще становятся охотниками? – продолжал строить из себя дурака Ахимас. – Неужели нету молодых?

Бармен молчал, снова взявшись протирать стаканы.

– Кстати, вот бывший хозяин моей квартиры – парень чуть младше меня, хотя я сам его лично не встречал, не знаете его? У него имя еще необычное, кажется, он из инородцев.

Бармен всё еще молчал, Ахимас растерялся, но продолжил свою линию:

– Вообще странной мне эта сделка показалась. Вдруг у парня проблемы какие?

Бармен бросил стакан, схватил Ахимаса за шиворот и рванул на себя с такой силой, что оторвал его от пола и он повис на барной стойке. Охотники за столом посмотрели, но без интереса, и опять отвернулись.

– Не держи меня за идиота, парень, я с порога вижу, что ты Ликвидатор, – сказал бармен, подтягивая его к себе. – Говори, что случилось с Винсентом, пока мы с ребятами тебе ноги не переломали.

Всё пошло немного не так, как хотел Ахимас, но главное он узнал – эти двое хорошо знакомы.

– С Винсентом всё в порядке, и вы скоро увидитесь, если поможете мне.

– Это вы натворили дерьма в Соборе?

– Давайте обо всем по порядку. – Ахимас схватил бармена за руки, его глаза засветились, а хватка бармена ослабела.

Ахимас снова сел на стул, а бармен смотрел на свои руки, которых он больше не чувствовал.

– Это пройдет через пару минут.

– Где Винс?

– В безопасности. И я хочу ему помочь.

– Тогда к чему это всё?

– Мало ли. Вдруг вы решите, что ваш друг в бегах, а я его разыскиваю, и ничего не скажете?

– Из тебя актер всё равно плохой.

– Теперь к делу. Что вы знаете о событиях в Соборе?

– Что там была бойня. Чертова армия тьмы из ниоткуда. В ту ночь еще по всему Городу летела аппаратура из-за вспышки на Черном Солнце.

– Как я понимаю, Винсент оказался там не случайно, верно?

– Да. Накануне поступил заказ от кого-то из Святого Престола. Был нужен охотник, чтобы перевезти какой-то груз на границу с Антантой.

– Больше ничего?

– Нет. Он предложил такую сумму, что вопросы отпали сами собой.

– И вы поручили это дело Винсенту?

– Да.

– Почему именно ему?

– Парню деньги не помешают. Да и повидал бы страну.

– И больше ничего?

– Ничего.

– Нам Винсент говорил другое…

– Ладно. Его рекомендовали. Старый друг. Один из церковников.

– Понятно. А что вы можете сказать о нем вообще как о человеке?

– Сначала скажи мне, что с ним случилось и где он.

– Сейчас он во Фронтире. Мы ведем расследование. Винсент оказался в эпицентре бойни, но он выжил, не переживайте. Хотя, когда мы его нашли, он был на грани смерти. Буквально сегодня он пришел в себя, его жизни больше ничего не угрожает. В Соборе он получил ценное… – в этот момент бармен нахмурился, – сведения. Он важный свидетель. Свои показания он дал, а я здесь, чтобы всё перепроверить. Тут еще и политический вопрос. Вдруг он не тот, за кого себя выдает.

Ахимас и бармен смотрели друг другу в глаза. Такой спектакль Ахимас разыгрывал впервые. Несколько мгновений они помолчали, после чего бармен кивнул. Ахимасу всё равно было до конца не ясно, поверил он или нет.

– Понятно. Я слышал новости, что у Антанты и Святого Престола появились к нам претензии после этого случая. Что там вообще произошло?

– Я этого вам не говорил, но акция была спланирована. Замешаны демонопоклонники.

– Час от часу не легче…

– Можете что-нибудь рассказать про Винсента? Для полной картины.

– Парень – настоящий кремень. Рано осиротел, это и замкнуло его. Подростком сбежал из интерната, захотел стать охотником. Хех, я кое-как уговорил его закончить школу экстерном, чтобы проблем потом не было. Надеюсь, что он бросит охоту и станет обычным человеком. Поначалу он ходил вместе со мной или с кем-то из ребят, потом стал работать один.

– А кем вы ему приходитесь?

– Друг его покойного отца.

– Понятно. Спасибо за помощь. Вопросов больше нет.

Ахимас сложил руки у лица и задумался. А руки у бармена снова пришли в порядок.

– Будьте добры еще пива. А то моя кружка разбилась.

* * *

Ахимас стоял на лестничной клетке. Подойдя к одной из дверей, он приложил к ней руки, замок щелкнул и он зашел внутрь. Слабая головная боль появилась в его затылке, разливаясь по черепу.

Он надеялся узнать еще что-то про Винсента в его квартире. Она была очень скудно обставлена, почти без мебели. Похоже, что единственным интересом хозяина было чтение, и то нечастое, судя по пыли на книгах. На компьютере пыли было еще больше, даже с учетом того, что хозяина не было дома несколько недель.

Пройдя в спальню, он заметил, что и там почти ничего не было: кровать, комод, стоящий на полу будильник. Однако кое-что интересное он всё же нашел. Между рамой кровати и матрасом была зажата деревянная рамка.

Ахимас достал ее. В рамке была фотография. Улыбающийся молодой мужчина. Рядом его жена – красавица с роскошными золотыми волосами. Подле них дети – мальчик и девочка. Он убрал фотографию назад и направился к выходу.

Но тут в его голове раздался страшный звон с болью, а в глазах начало двоиться. Он оперся о стену.

– Дьявол… – Через несколько мгновений всё прошло и от приступа не осталось и следа.

Это был первый звонок. Надо было возвращаться, пока звон колокольчика не превратился в удары колокола.