Окончив рассказ о приключении, которому была посвящена предыдущая глава, Мюнхгаузен ушёл, оставив общество в наилучшем настроении. Уходя, барон обещал при первом удобном случае рассказать о весьма интересных приключениях своего отца и несколько смешных анекдотов.
Все стали высказывать свои мнения по поводу последнего рассказа, который произвёл на слушателей сильное впечатление. Тогда один из присутствующих, приятель барона, побывавший с ним в Турции, вспомнил о виденной вблизи Константинополя пушке чудовищных размеров, которую подробно описал известный сочинитель барон Тотт[27] в своём только что вышедшем труде «Мировые достопримечательности». И рассказчик привёл на память выдержки из этой книги:
«На берегу исторической реки Симоиз, в крепости в окрестностях Константинополя, находится единственная по своим размерам в мире пушка, вылитая из меди. Снаряды к этой пушке – из мрамора, каждый весом в тысячу сто фунтов.
Чтобы составить себе верное понятие о разрушительном действии этого орудия, я просил выстрелить из пушки при мне. Все пришли в ужас, опасаясь, что дома и дворцы обратятся в кучу развалин от сотрясения воздуха, которое произведёт выстрел. Понемногу их страх рассеялся, и они согласились на мою просьбу.
Пушку зарядили тремястами тридцатью фунтами пороху и мраморным ядром в тысячу сто фунтов. Когда канонир[28] подал зажжённый фитиль, все отпрянули как можно дальше. У канонира, которому я давал указания, как стрелять, сердце было не на месте.
Встав в амбразуре за пушкой, я скомандовал: «Пли!» Грянул выстрел, и точно содрогнулась земля. Меня отбросило к стене. Пролетев триста саженей, ядро разорвалось на три части. Его осколки по ту сторону пролива, в котором, несмотря на значительную ширину, закипела и покрылась сплошной пеной вода, ударились в противоположные горы».
Вот всё, что я помню из «Мировых достопримечательностей» барона Тотта о знаменитой пушке.
Когда мы с бароном Мюнхгаузеном были в той местности, нам рассказывали об изумительной храбрости Тотта.
Но вы же знаете нашего друга Мюнхгаузена: он и мысли не допускал, чтобы какой-нибудь француз мог затмить его своим подвигом. Подошёл он к пушке, взвалил её себе на плечи, установил в равновесии и, прыгнув в пролив, благополучно достиг противоположного берега.
К сожалению, пришло ему в голову бросить пушку с того берега на прежнее место. Я говорю «к сожалению», потому что пушка выскользнула у него из рук, прежде чем он размахнулся как следует. Пролетев половину пролива, она упала в воду, где лежит до сего дня и, вероятно, будет лежать до второго пришествия.
Этот случай с пушкой стал причиной окончательного разрыва барона Мюнхгаузена с султаном. Опустошение казначейства было давно забыто. Благодаря большим доходам в короткое время султан пополнил свою казну новыми сокровищами и собственноручным письмом пригласил к себе барона, который, вероятно, не уехал бы из Турции и теперь, если бы не погибла эта злополучная пушка. Эта потеря так разгневала свирепого властелина, что он приказал отрубить Мюнхгаузену голову. К счастью, один из доброжелателей предупредил барона о грозящей опасности, и он бежал в ту же ночь на корабле, который развёл пары и каждую минуту был готов отплыть в Венецию, куда благополучно и прибыл.
Барон не любил рассказывать об этом эпизоде, во-первых, потому, что ему не удалось перебросить пушку через пролив, а во-вторых, потому что оказался на волосок от смерти. Но так как вся эта история не бросает тени на прославленное подвигами имя барона, я иногда в его отсутствие позволяю себе рассказывать этот очень любопытный эпизод из жизни барона в Турции.