Твердый поручил Свете подготовить его к командировке: в Нижнем Новгороде забронировать в гостинице два номера и собрать пакет документов. Поездка в плане давно.
– Нагрянем с проверкой, сообщать о визите не надо. Со мной будут юрист и финансовый директор. Выезд в пять утра от офиса.
– Хорошо. Все организую.
Разрулив дела, поехал в больницу. Увидеть Караваева не получилось. Лечащий врач не пустил. «Состояние средней тяжести. Посещения запрещены. Все необходимое для лечения у нас есть. Подробные справки о состоянии здоровья пациентов даем только близким родственникам», – скороговоркой ответил сразу на все возможные вопросы и выпроводил, сославшись на занятость.
Ранние подъемы Игоря бодрили, чего не скажешь о заспанных сотрудниках, которые уже ждали в офисе. Документы должны были лежать на столе, в кабинете. Твердый с удовлетворением отметил, что его встретил секретарь.
– Игорь Викторович, доброе утро. Предпочла передать папки лично, чтобы вы ничего не забыли. Синяя – с бухгалтерскими балансами, черная – договоры, решения совета директоров, здесь же список аффилированных лиц и отчет об итогах голосования на годовом общем собрании акционеров.
– Спасибо, Света. Оценил. Раз уж ты здесь, попрошу еще об одном одолжении.
– Конечно, Игорь Викторович.
– Хочу завтра собрать всех местных директоров холдинга. Обзвони каждого и продублируй информацию по почте.
– Повестка?
– Планирование капитального и текущего ремонта на следующий год. Свет, собери народ в конференц-зале. Не рано. Надо выспаться с дороги. Давай часов на пятнадцать. Нет, на шестнадцать. Господам передай, чтобы подготовились. Пусть обдумают, что им фактически необходимо, а лишнего фантазировать не надо. Поняла?
– Да, Игорь Викторович.
– Все. Мы погнали. Спасибо!
– Легкой дороги.
«Не ошибся. Лично проконтролировала, что точно еду в командировку».
Пять часов утра. Служебный автомобиль с четырьмя мужчинами на борту выехал в направлении Нижнего Новгорода.
Пять часов двадцать минут. Твердый, оставив в салоне машины телефон, вышел на Победиловский тракт.
Пять часов двадцать пять минут. К нему подрулило такси и по просьбе пассажира направилось в аэропорт.
Четырнадцать часов пять минут. Желтый кроссовер с логотипами известного сервис-агрегатора завершил маршрут напротив здания УВД по ЦАО и высадил пассажира.
Звонить Твердый опасался. «А если ее слушают?» СМС с незнакомого номера Ася может удалить, не читая. Отправил короткое сообщение, чтобы сразу высветилось на экране: «Альстромерии. Напротив УВД».
Он хорошо понимал, что Ворожцовой может не быть на месте, или она не заметит это сообщение, или прочитает его, но не захочет выйти. «Ну, ей же хуже».
Однако когда он увидел ее, такую хрупкую, необыкновенно красивую, то преисполнился решимости.
– Игорь, что это за шпионские игры? Что тебе вообще надо?
– Здравствуй, Ася.
– Отвечай на вопрос.
– Хорошо. Только не перебивай.
– Говори.
– У меня три часа до самолета. Два паспорта и два билета. Ася, я не знаю, в какие игры ты играешь. Мне почти все равно. Я прошу тебя, летим со мной! Жить можешь где угодно. Со мной или без меня – реши сама. Молчи! Ты обещала. – Заметив, что девушка собирается возражать, протестующим жестом остановил ее. – Я покидаю страну. Не знаю, когда вернусь и вернусь ли. Что-то происходит. Похоже, у меня отжимают бизнес. Все слишком серьезно. Боюсь, что тебя это тоже касается. Ты в опасности. Эти люди никого не щадят.
Ася никогда не видела Твердого таким взволнованным. Даже когда в прошлом году его прямо в офисе положил ОМОН и была произведена выемка документов, Игорь оставался спокойным. Очевидно, происходит что-то из ряда вон.
Твердый ждал.
– Ты знаешь ответ, Игорь. Я никуда не поеду: ни с тобой, ни без тебя.
Он стоял и жадно смотрел на нее, как художник на музу.
Через минуту словно очнулся:
– Прощай, Ася. Даст бог, увидимся.
– Прощай, Игорь. Спасибо.
Он уже отошел на десяток шагов, но внезапно развернулся и, вплотную подойдя к Асе, крепко обнял и поцеловал в губы. Не давая опомниться, прошептал на ухо: «Ты работаешь с делом Лихоманова. Я не имею к его убийству отношения. В компании «VR-DIGITAL» у меня был информатор, от которого избавились. Выяснилось, что стучал он не только мне, но и как минимум еще одному заказчику – Харзе. Это монстр, судя по его возможностям. Вам его не остановить. Ася, ты со всем этим не справишься. Я жду тебя в Шереметьеве».
Четырнадцать часов тридцать минут. Твердый сел в такси и отправился в международный аэропорт. Маленькая ложь, намек на убийство «дятла» Харзой, его не беспокоила: «Вреда не принесет, зато насторожит».
Света все подготовила: поставила воду на столы, разложила документы, блокноты и фирменные ручки. Твердый еще на связь не выходил, но это неудивительно – отсыпается после поездки. В конференц-зале собрались одиннадцать руководителей предприятий холдинга. Радостно приветствовали друг друга, возбужденно обсуждали новости. Виданное ли дело, в наше беспокойное время о ремонте говорить. Расстарались. Составили заявки. Директор издательского дома поскромничал – три объекта на смешные пятнадцать миллионов рублей ремонта. Генеральный директор хлебокомбината рассудил иначе: двадцать четыре объекта в списке. Стоимость заявки озвучивать не стал. А вдруг Твердый одобрит. Позавидуют коллеги и возненавидят.
В шестнадцать часов у Светы появилось нехорошее предчувствие. Когда в офис поднялся юрист, она облегченно выдохнула:
– А где Игорь Викторович?
– Мне шеф не отчитывается, – уклонился тот от ответа.
Грубо, но честно. Она бы так же сказала.
Шестнадцать часов пятьдесят пять минут. Самолет с гражданином Российской Федерации Игорем Твердым на борту вылетел по маршруту Москва – Доха.
В семнадцать она доложила куда надо об отсутствии объекта наблюдения и попросила указаний.
В девятнадцать часов пятьдесят минут руководители, злые, расстроенные и недоумевающие, покинули офис.
В двадцать два часа Света собрала личные вещи и навсегда уехала из города.