Треск будильника. На экране телефона мигает сообщение:

Доложить об ОБЕДЕ

Я чуть ли не рычу. Потолок надо мной залит солнечными лучами. Шторы открыты, за стеклом раскинулся город. Я улыбаюсь и поворачиваюсь. Мне хочется обнять Аврору. Но я в постели один. И вторая двуспальная кровать тоже пуста.

Я снова смотрю в телефон. Суббота, десять часов утра. Прослушивание! Аврора должна была явиться в Джульярдскую школу к девяти.

Она пошла без меня.

Понятно, что мое присутствие ей вовсе не обязательно.

Но все же.

Но все же вид скомканных простыней там, где была она, кажется невыносимым. Пустое место там, где раньше лежала Аврора.

Я выключаю будильник и сажусь в кровати. Вчера вечером мы Авророй Вольтерра занимались любовью. Я и Аврора.

На какой-то миг мне кажется, что я чувствую то же самое, что чувствовала Сузанна, когда я обманул ее ожидания и бросил. Ни с того ни с сего.

Эдоардо Маркони, у которого есть чувства. Что со мной происходит?

Мне становится смешно.

Я все понял.

* * *

Звонит телефон.

– Алло?

– Эдо? Ты в порядке? Я ждал твоего звонка…

– Да, пап. Я просто забыл. Все в порядке…

Его вечно встревоженный тон начинает действовать мне на нервы. Я смотрю на свет, заливающий комнату.

– Мы проснулись очень поздно. Вчера не спали до рассвета…

Отец начинает что-то говорить, но я прерываю его, и мы прощаемся.

Сегодня день прослушивания, повторяю я себе, и Аврора ушла, ничего мне не сказав. Неужели ей даже в голову не пришло, что я захочу пойти с ней?

На столике у двери спальни лежит сложенная записка.

Я в Джульярдской школе.

А

Я быстро умываюсь и одеваюсь. Я должен поговорить с ней.

Должен сказать, что все понял.

Аврора Вольтерра, ты – лекарство от моей болезни.

Кажется, впервые в жизни я не уверен, что мне нравится быть Эдоардо Маркони, мальчиком, который не чувствует боли.

Я надеваю футболку и замечаю, что мои руки двигаются как в замедленной съемке, а ноги тяжелые, как расплавленный свинец. И тоже не слушаются.

Ну и черт с ними. Мне нужно спешить. Я не могу пропустить самое важное прослушивание в жизни Авроры.

Я выхожу из комнаты и, когда передо мной открываются двери лифта, почти утыкаюсь носом в знакомое лицо.

Двойник Коула Спроуса приветствует меня кивком. Видно, что он немного раздражен. И смотрит на меня как-то странно. Мое отражение в зеркале выглядит не лучшим образом. Лицо очень бледное и осунувшееся. Наверное, все из-за этого дурацкого неонового света, заливающего лифт, как луч фотонов. Я закрываю глаза.

Мы вместе выходим на первом этаже. В вестибюле полно людей. Кто-то въезжает, предвкушая выходные в Нью-Йорке, кто-то, наоборот, сдает ключи от номера и выписывается из отеля.

Я замечаю в толпе мексиканскую пару, которую мы с Авророй встретили вчера вечером в лифте. Женщина машет мне пухлой рукой. Но ее улыбка тут же гаснет. Она, наверное, пытается понять, почему я один.

Я бы тоже хотел это знать.

Хорошо, допустим, Аврора очень спешила.

Но она могла хотя бы разбудить меня.

Я выхожу на улицу.

Все как вчера, но сейчас кажется, что это другой город, другая вселенная.

Наверное, потому, что я нахожусь в незнакомом месте. Или потому, что вчера я в первый раз в жизни занимался любовью? О’кей, не в первый раз. Не совсем в первый. А может, и совсем. Аврора в каком-то смысле во всем моя первая девушка. Первая пощечина, первый поцелуй, первая татуировка.

Бесконечные возможности… Но почему у меня такие тяжелые ноги? И почему они двигаются не так, как всегда? Почему не работают, как надо?

Тротуары забиты людьми. Я вчера и не заметил, как трудно здесь пробираться сквозь толпу. Я едва уворачиваюсь от идущего мне навстречу парня ростом с башню. Он осыпает меня ругательствами. Я извиняюсь и иду дальше.

Солнечный свет на улице бьет в глаза еще сильнее, чем неон в лифте. И так же бесит.

Я снова вижу мексиканскую пару. Они обгоняют меня. Но на этот раз не улыбаются. Наоборот, смотрят на меня, как на раненого зверя.

Я поворачиваюсь, увиливая от бегуна, а когда снова смотрю вперед, мексиканцев уже нет. Их поглотила толпа.

Я не понимаю, что со мной происходит. Я не чувствую боли, но что-то во мне явно не работает. Это все из-за Авроры? Я начинаю нервничать. Все становится похоже на кошмарный сон, когда ты пытаешься убежать от убийцы, но тело тебя не слушается и ты бежишь изнуряюще медленно.

Наконец я добираюсь до входа в школу.

Масса людей здесь еще плотнее. Неужели они все пришли на прослушивания?

У меня в горе появляется какой-то кислый привкус.

Аврора там, внутри. Я смотрю вверх, на окна школы, выходящие на улицу. Вокруг десятки, сотни людей. Но ее нигде нет.

Я подхожу к стеклянным дверям.

Поднимаю руку, чтобы войти, но двери не открываются. Я давлю на них сильнее. Потом толкаю. Все бесполезно. Руки скользят по стеклу, двери не открываются. Я слышу резкий визг скрипки. Но, возможно, это просто гул у меня в голове.

Я падаю.

Кто-то пытается меня поддержать. Спрашивает о чем-то. Я не понимаю.

– Аврора? – зову я.

Потом все чернеет.