Громкий трезвон медленно вытянул Ноэ из глубин сна. Ей потребовалось немало времени, чтобы сообразить, где она находится. Она увидела грязные стропила. Паутину. Картонные коробки, надписанные чёрным маркером. Ножки мебели. Она лежала на полу на старом ковре. На мгновение ей показалось, что она ходила во сне, но подушка под головой и одеяло, в которое она была завёрнута, опровергали это предположение. И тут она поняла, что находится на чердаке. На чердаке Рейдии. Она опять услышала дзиньканье и нашла глазами белую пластиковую коробку на стене – домофон. Она увидела Рейдию и Кристал, медленно отходивших от глубокого сна на кровати Рейдии.

Они казались в порядке, хотя и выглядели осоловевшими. Она не напала на них во сне.

– Чего понадобилось твоей маме в такую рань… – Кристал проверила свой телефон. – В полдень.

– Вот это называется профессиональный сон, – сказала Ноэ, чуть не вывихнув челюсть в непомерном зевке, сообщавшем, что её тело не прочь заступить на новую рабочую смену. Дневной свет, просачивавшийся сквозь грязное окно, сражался с темнотой чердака, подсвечивая облака сияющих пылинок. Ноэ подумала, что это самое прекрасное, что есть в мире в данный момент.

Девочки спустились вниз, как были, во вчерашней одежде, и обнаружили, что на кухонном столе накрыт небольшой летний пир. Там были хот-доги и кукурузный хлеб, ломтики канталупы[24] и клубника, а ещё кувшин с самым ярко-жёлтым лимонадом, который Ноэ доводилось видеть. Ноэ показалось, будто она не ела целую неделю.

Мать Рейдии курсировала по кухне, как будто она работала машинистом в техническом отделении огромного корабля.

– Доброе утро, сони, – поприветствовала она их. – Я подумала, что раз уж вы пропустили завтрак, то вам не помешает хороший ланч.

– Спасибо, – сказали все трое более или менее одновременно, опустившись на жёсткие кухонные стулья вокруг стола.

Мать Рейдии поставила перед ними фаршированные яйца и тоже села на стул.

– Итак, какие приключения вы устроили себе вчера вечером?

– Ничего особенного, – ответила Рейдия, схватив два яйца и положив их на свою тарелку. – Играли в игры.

– Мы немного порисовали, – сказала Кристал, откусывая от ломтика канталупы и не встречаясь ни с кем глазами.

– Надеюсь, вы не всё перевернули вверх дном. Хотя, конечно, это же чердак, так что это неважно, – вздохнула миссис Харрис. – Итак, мисс Рождество, твои родители готовятся к летнему костру? Это в следующем месяце, знаешь ли.

– Думаю, да, – ответила Ноэ, отрывая листики от клубничины. – Впрочем, я даже не знаю, как они должны подготовиться.

– Ничего особенного и не нужно делать, – успокоила миссис Харрис. – Просто собрать всё, что они хотят сжечь, со своего двора. Остальные будут привозить свой мусор на тачках. Кроме мистера Хэнсона. Он всегда цепляет повозку к газонокосилке и подкатывает на ней. Ему нравится управлять этой штукой. И мы все приносим что-нибудь поесть. В общий котёл, так сказать. Думаю, я сделаю картофельный салат. – Миссис Харрис постучала вилкой по своей пустой тарелке. – Это будет не то без семьи Эрики, но всё равно будет весело. Это всегда весело. Мы засиживаемся до поздней ночи. Вы хорошо проведёте время. Верно, девочки?

Ни Кристал, ни Рейдия не отвечали, все три девочкики сидели неподвижно, как будто их обухом по голове ударили.

Первой подала голос Ноэ:

– До поздней ночи?

– Да, конечно. Всем нравится посидеть подольше. Мы жарим маршмеллоу и делаем сморы[25]. Ну ты знаешь, всё как в летнем лагере.

Они продолжили есть, но с гораздо меньшим аппетитом, и миссис Харрис говорила за всех. В конце концов они покончили с ланчем и помогли миссис Харрис загрузить посудомоечную машину.

– Никто не станет сидеть дома той ночью, – сказала Рейдия, когда они вернулись на чердак. – Поверить не могу, что я не подумала об этом раньше.

– Раньше у нас не было причины бояться костров, – сказала Кристал. – Сплюснутый человек всегда был у нас в подвалах.

– Ну хотя бы взрослые в безопасности, – сказала Ноэ.

– Это мы так думаем, – сказала Кристал. – Кто знает, почему Сплюснутый человек проигнорировал отца Рути?

– Верно, – сказала Ноэ. – Но давайте надеяться, что это так. Потому что у нас и так хлопот полон рот, нам нужно беспокоиться о нас троих и о Лен.

– А мы не можем сделать ещё одну границу вокруг твоего двора? – спросила Кристал.

Ноэ подумала над её предложением.

– Возможно, но это кажется очень сложным. С домом мы просто защищаем каждую стену. Нам что, нарисовать Амберонки на всех деревьях вокруг моего двора? Там куча деревьев. А что насчёт промежутков между ними? А что делать с теми участками, где нет деревьев, например, с большей частью лужайки перед домом?

– Соседи придумали, как это сделать, – сказала Рейдия.

– Но Ферн говорила, что Амберонки в квартале переплетаются и перекрывают друг друга. Я не знаю. Я бы лучше придумала, как нам с Лен остаться дома, пока все будут жечь костёр. – Ноэ направилась к лестнице. – Я пойду домой. Мне нужно принять душ. – Честно говоря, если ей что и было нужно, так это раз и навсегда перестать тревожиться о Сплюснутом человеке.

Она вышла из дома Рейдии, на ходу поблагодарив за завтрак миссис Харрис, когда проходила мимо неё в гостиной. Миссис Харрис лежала на диване с книгой в мягкой обложке в одной руке и телефоном в другой. Ноэ вышла за дверь и пошла по асфальту, не сводя глаз с двух Амберонков на фасаде своего дома – один на двери, а другой рядом на стене. Если это действительно были египетские Глаза Гора, её дом тоже смотрел на неё в эту минуту и думал, что у неё паршиво выходит строить планы. Они не срабатывают.